Rêves de Borée

🤭

Что ж, 2022 год ворвался в наши жизни ураганом событий, принеся с собой войну, смерть героев и отребья, а так же изрядную долю откровенного безумия. ВИА "М8Л8ТХ" не остался в стороне, подарив нам поистине отборный сингл, в преддверии грядущего альбома (надеемся (и верим!) не менее отборного). Стоит заметить, что он как никогда вовремя. Музыкальный стиль этой, центральной для нас и нашего мировоззрения, группировки, известен всем нам и многим тем, кто находится вне пределов нашей культурной среды, он в дополнительных описаниях не нуждается: выдержан и наполнен грозами. Но что касается лирической составляющей... Здесь по атмосфере скорее подойдёт определение BRONZE AGE BLACK METAL, нежели привычный термин NSBM: скальдическое повествование о судьбе воина, похороненного кургане Киевской Руси, под Черниговым (собственно, он и называется Чёрной Могилой), транслирующее в слушателя ярость и трагедию Предка, наблюдающего и чувствующего, сквозь тьму веков и пяди могильной земли. Уровень поэтики не просто соответствует заданной "Теорасологией" и "Реконкистой" планке, но и охватывает другие, доселе нетронутые горизонты. Радует так же наличие на удивление лаконичного вокала BlackGoat'a из финского бандформирования Goatmoon на композиции, спевшего куплет на английском и финском языках. В общем, достойный и фундаментальный труд достойных людей. Слава!

Обращение германцев в христианство может быть объяснено только допущением, что среди них многие более мягкосердечные не смогли выдержать взгляд безжалостной судьбы и – вопреки реальности – нашли своё спасение в образе-мечте о милосердном боге. Индоевропейцы с более твердыми сердцами всегда были, как Фридрих Великий, прирождёнными стоиками по натуре, как праведный Вергилий, стоявшими прямо и осознающими безжалостную судьбу (inexorabile fatum). Х. Р. Эллис Дэвидсон (Gods and Myths of Northern Europe, 1964, стр. 218) замечательно описала религиозность скандинавов, чьи боги, как и люди, находились во власти судьбы: «Люди знали, что боги, которым они служат, не могли дать им свободу от опасности и несчастий, и они этого и не требовали. Мы не находим в мифах чувства сожаления о суровости и несправедливости жизни, но скорее дух геройского смирения: человечество обречено на проблемы, но храбрость, отвага и чудеса жизни достойны благодарности; ими нужно наслаждаться в момент жизни, дарованной нам. Великие дары богов – это готовность встретить мир таким, какой он есть, удача, поддерживающая людей в трудное время, и способность добиться такой славы, которая может пережить смерть». Ганс Гюнтер "Индоевропейская Религиозность"

Оборвётся струна одиноко И истлеют истома и нега Не растопит красное око Глетчара из хвори и снега. А усталый рыцарь Артура, Совратиться песней Морганы Не удержит гневного Тура Под бронею виднеются раны... Опадут последние листья На упрямую старую твердь Отразиться, в латах блестя́ Его давняя спутница — Смерть. И поэт со скупою строкой Свидетелем верным, безмолвным Ему глаза закроет рукой Устремившись к градам необорным... Осквернит сагу о Чаше Вероломный, пакостный люд Погубив грëзы все наши... Пир предложит из проклятых блюд. 23.05.2022

"Бог?! Бог?! Но что такое - Бог?! - Воскликнул валезиец гневно. - Не наши ль судьбы так плачевны, Чтоб мы не поняли того, Сколь бесполезна власть его, Сколь слаб и немощен всевышний!.. Служить ему? Нет! Труд излишний! Я верен был ему и предан, И я обманут им и предан. Кто на него усердье тратит, Тому он ненавистью платит. Я ненависть его приму, Но боле - не служу ему!.. О, есть иной предмет служенья!.. Эх, друг Гаван! В разгар сраженья На помощь Бога не зови. Взывай к спасительной Любви, Хранительнице нашей верной! Прощай, мой друг нелицемерный, И да хранит тебя Любовь!.. Кто знает, свидимся ли вновь?.." Вольфрам фон Эшенбах "Парцифаль"

Друзья Бога… их противоположность — слуги Бога. Рыцари Вестервальда были друзьями того божества, которое заставляло кипеть сталь. Оно не желало иметь никаких слуг. В Германии также должны были существовать истинные рыцари! Я наверняка один из них! Отто Ран "Двор Люцифера"

Индоевропейская религиозность – это не рабство; в ней нет мольбы повергнутого в прах раба к своему всемогущему господину, но она в значительной степени включает в себя доверие среди общности богов и людей. Платон говорит в своём «Пире» (118с) о «взаимной общности (philia) между богами и людьми». Германец был уверен в дружбе со своим богом (astvin или fulltrui), которому он полностью доверял, а у эллинов в «Одиссее» (XXIV, 514) та же самая уверенность может быть найдена в словах «друзья богов» (theoi philoi). В «Бхагавад Гите» индийцев (IV, 3) бог Кришна называет человека Арджуну своим другом. Высшее божество – такое, как Зевс, почитается как «отец богов и людей» – как глава семьи, «Зевс Ограды» (Zeus Herkeios), а не как деспот. Эта идея также выражена в именах богов Дьяус Питар (Djaus pitar) у индусов и Юпитер (Jupiter) у римлян. Имя индийского бога Митры (Mitra), которому соответствует иранский Митра (Mithra), означает «друг». Основанный Зороастром маздеизм называл нравственного человека другом Ахуры Мазды, единственного вселенского бога, который в эпоху Ахеменидов стал богом Персидской империи. Согласно Платону («Законы», IV, 716), умеренный и владеющий собой человек – это «друг бога». Ганс Гюнтер "Индоевропейская Религиозность" Сегодня Я открываю тебе эту древнюю науку о взаимоотношениях живого существа и Верховного Господа, ибо ты Мой преданный и Мой друг и потому способен проникнуть в тайну этой божественной науки. Бхагавад Гита (IV, 3)

Многое из того, что утверждало себя в исламской Персии и в христианской Европе в религиозной жизни, может быть оценено как проявление нордической индоевропейской религиозности – чего можно было ожидать, так как наследственная сущность всегда будет восставать против чуждых форм веры. Таким образом, мистицизм исламизированных персов – суфизм – нужно понимать как прорыв индоевропейской религиозности в чуждую и навязанную веру, как выражение склонности расовой души или «расового дарования», как описывает это Р. Э. Николсон. Большую часть мистицизма христианизированного Запада можно рассматривать в качестве подобного прорыва. Ганс Гюнтер "Индоевропейская религиозность"

Мы умрем в доспехах нашего долга. Наше поколение больше не желает знать комфортной жизни. Наше возвышенное сознание состоит в том, что мы являемся поколением сурового исполнения долга, воинственным родом. Родом, который должен быть признан достойным служить последующим поколениям примером для подражания. Курт Эггерс "Воинская революция"

Мы перестали бояться нашего демона. Напротив, мы признаем его! Курт Эггерс "Воинская революция"

Грохот и рев двигателей, доставляющих самолёты к целям — сердцам врагов — вызывает у нас ликование. А кого не захватывает бросок в атаку наших наступающих войск? Кто не взволнован, когда следует по пути разрушения, который прокладывают наши танки? Старый, враждебный мир трепещет и сотрясается до основания перед воинской революцией. Но новый немец победно шагает навстречу своей империи! Возникло единство воли и дела. Между фантазией и реальностью, мечтой и её воплощением больше не зияет пропасть. Храбрость победила стремление осторожно оглядываться! Является ли кроткость противоположностью дикости, варварства? Спорить об этом бесполезно. Мы должны открыто признать лишь одно: мы не стыдимся своей пылкости! Курт Эггерс "Воинская революция"

Даже в христианской церкви столетиями всегда теплилась искра мечты. Она никогда не угасала совсем! Пламенный прорыв Мейстера Экхарта к мистике также является подобным выражением мечты о свободе. И всегда, когда над немецкими землями бури бушевали яростных событий, эта искра разгоралась, превращаясь в яркое пламя. Наступавшие после бурь периоды реакционного спокойствия были вынуждены прилагать все усилия, чтобы душить это пламя черными одеждами и платками, рясами и мантиями. Но так же, как сохранялась эта искра, на другой стороне сохранялось недоверие. Столетиями. Курт Эггерс "Воинская революция"

Если мы тщательнее приглядимся к ряду наших духовных предков, то в замешательстве и удивлении обнаружим, что в нём постоянно присутствуют еретики, и что мы являемся еретиками по своей крови. Уже в своей наследственности мы несем сопротивление духовному насилию, возмущение подавлением духа, бунт против любой попытки усмирения. Курт Эггерс "Воинская революция"

Христианство — и это его самая замечательная заслуга — несколько усмирило ту безжалостную германскую воинственность, но не смогло свести еë на нет, и если однажды укрощающий талисман — крест будет сломан, тогда вновь наружу вырвется ярость древних борцов, безумная ярость, о которой так много поют и говорят скандинавские поэты. Этот талисман уже обветшал, и настанет день, когда он с позором рухнет. Из давно забытых обломков подниматься очнувшиеся от тысячелетнего сна древние каменные боги, и вырвавшийся на свободу Тор со своим огромным молотом разрушит готические соборы... Генрих Гейне "К истории религии и философии в Германии" Взято из работы Курта Эггерса "Воинская революция"