Rêves de Borée

Хоть клирик ядовит И злобою смердит, А в пастыри глядит,- Он за одежды чтим. Смекнул же Изеигрим: Овечью шкуру надо - И псам сторожевым Не уберечь их стада. В овцу преображен, В овечий влез загон И всласть наелся он,- Вот тем и поп силен! Наш император мнит, Что всюду он царит, Король свой трон хранит, А граф владычит с ним И с рыцарством своим,- Поп правит без парада, Но поп неодолим, Нет с этим вором слада. Поповский трон - амвон, И под церковный звон Даятель обольщен, А поп обогащен. Тем выше он сидит, Чем меньше башковит, Тем больше лжет и мстит, Тем меньше укротим, Тем больше риска с ним. Попы - не церкви чада: Враги один с другим, Они - исчадье ада. Попами осквернен Всевышнего закон,- Так не был испокон Господь наш оскорблен. Поп за столом сопит,- Уже настолько сыт! - А сам на стол косит, В жратве неудержим, Тревогой одержим, Что жирная услада Сжуется ртом чужим. Да для какого ляда, Не зван, не приглашен, За стол к нам лезет он! Для нищих есть канон, Вот, получай - и вон! Арабов защитит Их мусульманства щит, Арабам не грозит, Что поп вотрется к ним, Смирен, как пилигрим. А где у нас ограда, Коль так попов мы чтим Лишь из-за их наряда? Но нынче посрамлен Их черный легион: Был Фридрих принужден Поставить им заслон. Кто ими охмурен, Да будет упрежден: Мерзавцев всех времен Сей сброд затмить рожден! Пейре Карденаль 1180 – 1278 г.

​​Мёда и Вина пламень... Бог выглядит как рыцарь, у него светлые волосы, и он едет на иноходце, который наполовину чёрный как ночь, а наполовину ослепительно белый. Карбункул на поводу сияет, как Солнце! В его свите также находится паладин. Его имя — Верность (Treue). Отто Ран - Двор Люцифера В скитальце что ищет из крови Вана дар, Ледник космоса растопила Цибела. В июньскую ночь она песню пропела, Вкушая дурманящий Диони'са нектар. Впитавший смыслы и беспечность гор: Свет, обманет время пред ударам грома. Проклят его сын там где царит Roma, В пещерах растворён сияющий A-mor. Совершенным оставаться в мире антитез... Янтарь из ран стекал в их сон, что киноварью чист! Печалью пробуждает соловьиный свист. Возгласом отчаяния на камне ,,Resistez"... В рай не пустят кто не преклонил колен... Солнечным лучом, ткань катарских грёз, Король нить плетёт, вокруг сада роз. ...Лишь пред дамой сердца. — учил нас Сюзерен. Пилигрима мне тошнотворна спесь, Отчего Фортуна поцелуем касалась их ланит? В огненный гиене изгнанник: о Феогнид Демос средь придворных, уж не нова весть. Рыцарь заточён в аду в хитросплетениях терцин! Ненависть вкушает он, где севера чертог. Провозгласил Пейре не тлеющий итог: От яда клирика толпе не найти вакцин. В сумерках сквозь скорбь мерещится Изольда. Я Пламень вижу в ней, кто низок — Эрос. Расы красоту, божественности этос. Космоса сияния в глазницах изо льда.

Ключивой стих трëхлетней навности.

Читай Отто Рана - Крестовый поход против Грааля, Двор Люцифера. #thulebooks

Моего канала не было бы без исканий Отто Рана, всем читать, всем искать Граль.

Обида! Обида! Мы - первые боги, Мы - древние дети Праматери-Геи,- Великой Земли! Изменою братьев, Богов Олимпийцев, Низринуты в Тартар, Отвыкли от солнца, Оглохли, ослепли Во мраке подземном, Но все еще помним И любим лазурь. Обуглены крылья, И ног змеевидных Раздавлены кольца, Тройными цепями Обвиты тела,- Но все еще дышим, И наше дыханье Колеблет громаду Дымящейся Этны, И землю, и небо, И храмы богов. А боги смеются, Высоко над нами, И люди страдают, И время летит. Но здесь мы не дремлем: Мы мщенье готовим, И землю копаем, И гложем, и роем Когтями, зубами, И нет нам покоя, И смерти нам нет. Источим, пророем Глубокие корни Хребтов неподвижных И вырвемся к солнцу,- И боги воскликнут, Бледнея, как воры: «Титаны! Титаны!» И выронят кубки, И будет ужасней Громов Олимпийских, И землю разрушит И небо - наш смех.   Дмитрий Сергеевич Мережковский "Титаны"

Легенда возвещает, что однажды возвратятся асы, чтобы снова завоевать город Асгард на Кавказе, ведомые валькириями и Великим Белым Рыцарем, который превратится в Возвышенного Господина. Они возвратятся в Святую страну Осетию и на Магическую гору, Эльбрус. Йорг Ланц фон Либенфельс "Остара" 1912

"Dans la mer notre armee te poussera Noblesse oblige Et elle sera fetee pour ca!"

Куда-то — к закату, наверно — Побрел мой коняга... Увы, Я графам служил из Гельдерна, Теперь эти графы мертвы. Börries Frhr. von Münchhausen (перевод из сборника "Бёррис фон Мюнхгаузен —Последний рыцарь" Е. Лукина).

Поющая кость из сладкого сна. Под копытами времени мы будем лежать в земле! И когда мы покиним наши тушки, в полете, кто напишет о нас книгу? Нас ждет холод и сломанные кости! Мы движемся по жизни без гарантий! Один перелом в жизни и моя судьба мрачна! Моя молодость прошла, но не поэзия. Под эти сонеты я буду агонизировать! Стиль - это не швейная комната, это война и песня о любви. Норны и Мойры - злые химеры ! Я помню свою даму сердца! Поэтому я плачу по ночам, мне страшно! Она любила стихи Рембо и Бодлера! Пусть море поглотит мои заботы! И да будет отец войны вести меня! В конце концов, это не пустая детская площадка, и я больше не ребенок... Поздно вечером когда Солнце погаснет, я не забуду милашку которую обожал! Ибо чернота стареющего благородства обязывает — Любить и Ненавидеть!

OS chantant Sous les sabots du temps, On va s'allonger dans le sol! Et en quittant nos carcasses, en vol... Qui écrira à propos de nous un tome? Le froid et les OS brisés nous Attendent! Nous sommes roides par la vie, sans garandes! Une fracture du vie et mon destin sombour! Ma jeunesse est passée, mais pas la Poésie. Sous ces sonnets, je vais agoniser! Le style n'est pas une salle de couture, c'est un casse-pipe et une chanson d'amour. Les Norns et les Moirs sont des maléfiques Chimères ! Je me souviens de ma dame de coeur! Donc je pleure la nuit, j'ai peur! Elle aimait les poèmes de Rimbaud et Baudelaire! Que la mer absorbe mon care! Et que le père de la guerre me guide! Après tout, ce n'est pas un terre vide de jeu Et je ne suis plus un kid...

Adieu vieille Europe. Que le diable t'emporte. Adieu vieux pays Pour le ciel si brûlant de l'Algérie. Adieu souvenir, notre vie va finir. Il nous faut du soleil, de l'espace Pour redorer nos carcasses. Nous les damnés de la terre entière, Nous les blessés de toutes les guerres, Nous ne pouvons pas oublier Un malheur, une honte, une femme qu'on adorait. Nous qu'avons le sang chaud dans les veines, Cafards en tête, au coeur des peines, Pour recevoir, donner des gnons, crénom de nom Sans peur en route pour la Légion. Salut camarades, Donnons-nous l'accolade, Nous allons, au sac au dos, flingue en main, Faire ensemble le même chemin. A nous le désert, Comme au marin la mer Il nous faut du soleil, de l'espace, Pour redorer nos carcasses.