Галеев

Клеопатра осталась в истории как такая femme fatale. Властолюбивая, амбициозная, распущенная. Роковая женщина, способная подчинить себе любого, и превратить его в орудие для исполнения своих коварных замыслов. Холодный, безжалостный сфинкс, который играет мужчинами как пешками, в своей сложной шахматной партии Так вот, весь этот образ - это примерно на 100% военная пропаганда. Черная легенда, причем направленная не против Клеопатры, а против Марка Антония Реальный конфликт шел между двумя претендентами на власть над Римом - Октавианом и Антонием Антоний был старше, опытнее. Он был намного лучшим полководцем (Октавиан - вообще никаким). У него было больше авторитета в войсках. До какого то момента он был явно старшим партнером дуумвирата, пока Октавиан не начал перетягивать на себя одеяло и наконец не счел себя достаточно сильным чтобы бросить вызов своему товарищу. Но вызов мало бросить. Его нужно еще и правильно оформить. И решение придуманное Октавианом было поистине гениальным. По сути, в конфликте Антония и Октавиана - неправым был именно Октавиан. Октавиан был агрессором, он был предателем, нарушителем законов и конституции, нарушителем всех прежних договоренностей. Антоний много раз выручал его из тяжелейших ситуаций, а Октавиан ответил ему черной неблагодарностью. И это, в принципе, было всем известно. Поэтому Октавиан решил перефреймить ситуацию. Проблема, сказал он, не в Антонии. Проблема - в Клеопатре. Страшная женщина, манипулирует мужчинами как пешками. Вот и бедного Антония заманипулировала, сам не ведает что творит. Выполняет все ее приказы как загипнотизированный. Сердце у нее - черное. Замыслы - коварные. Мечтает о мировом господстве, и о том, чтобы подчинить Рим - Александрии. Надо остановить ее - пока не поздно*. (во всем этом нарративе не было ни грамма правды. никогда она антонием не управляла, и мировых амбиций у нее тоже не просматривалось. она долго просила Антония отдать ей Иудею, чтобы соединить свои эксклавы в Леванте, с ее основной территорией в Египте. Антоний сначала долго темнил, потом совсем отказался. Это показывает и реальный масштаб ее амбиций, и масштаб реального влияния на Антония) И вот на борьбу с египетским чудовищем, с fatale monstrum (формулировка Горация), Октавиан и поднял Рим. Вставай страна огромная, с монстром биться. Именно Клеопатре, а не Антонию была объявлена война, а то что Антоний встал на ее защиту как бы доказывало его вину, и его полную зависимость от монстра. В общем, метили-то они не в Клеопатру. Метили на самом деле в Антония, а Клеопатра была здесь больше как сопутствующей жертвой. Просто Октавиан решил зафреймить все это как крестовый поход против абсолютного зла. И он понимал, что из Антония - другого римского полководца и политика - мировое зло не слепить, в это просто никто не поверит. Поэтому в качестве Зла лучше выбрать чужеземную царицу, которая Антонием - якобы - манипулирует.