Дарья Сивашенкова

И Он сказал им: идите. И они, выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, всё стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде. Пастухи же побежали и, придя в город, рассказали обо всем, и о том, что было с бесноватыми. И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их. Тогда Он, войдя в лодку, переправился обратно и прибыл в Свой город. (Мф.8:32-34, 9:1) И когда Он вошел в лодку, бесновавшийся просил Его, чтобы быть с Ним. Но Иисус не дозволил ему, а сказал: иди домой к своим и расскажи им, что сотворил с тобою Господь и как помиловал тебя. (Мк.5:18,19) В двух евангельских отрывках об одной и той же истории прекрасно показано соотношение свободной воли человека и свободной воли Бога. Люди, то ли убоявшиеся чуда и власти Христа над бесами, то ли жалеющие о свиньях, просят Христа отойти от их берегов. Можно сказать, что они совершенно свободно выражают свою волю: уходи от нас. Но в подоплеке этой "свободы" - чувства совершенно не свободные. Там, вероятно, вперемешку страх перед непонятным и могущественным Человеком и сожаление о пропавшем имуществе, т.е., по сути, тот же страх, только за свое будущее, буквально, за свой кусок хлеба. Страх заставляет их отогнать Христа от своих пределов. Страх перед тем, что ужасное может сделать с тобой Бог - самый глубокий шрам, который есть на каждой человеческой душе: это первое и главное последствие первородного греха, это первое движение души павших Адама и Евы: спрятаться в кусты от Бога, Который стал страшным. Этот страх - ложь, но исцелить и изгладить его может только совершенная любовь, которая изгоняет страх. Нельзя забывать, что вся наша человеческая свобода воли преломляется через это главное повреждение, и слишком часто "обслуживает" не наше подлинное желание, а старый-престарый шрам страха. А вот Божественная свобода: Христос не стыдит их. Не оскорбляется неблагодарностью. Не грозит карами. Не давит, настаивая на Своем присутствии и уверяя, что они потом поймут свое счастье. Он садится в лодку и отплывает. Это милость. "Я ничего плохого вам не сделаю, не бойтесь". И, зная Христа - делает это без малейшего камня запазухой. А вот как сочетается человеческая "свобода" и свобода Бога. Он не насилует их Своей волей. Но и не идет у нее на поводу. Он оставляет им человека, который на Себе пережил Его силу, приведшую к добру - избавлению от бесов - и велит ему проповедовать о Нем среди своих соотечественников. К тем, кто не может пока вынести сияние солнца, Он отправляет живую свечу. "Оставь нас!" - требуют жители Генисарета. "Уйду, но не брошу вас", - отвечает Христос. Уйду, но останусь в словах того, кто знает Мою доброту и Мою милость - и через это сможет обратить ко Мне ваши сердца. Бывший бесноватый просится быть с ним. И это, казалось бы, вполне свободная, добрая и разумная просьба: с кем же еще ему быть, как не с Тем, Кто помиловал и освободил его? Почему Христос не исполняет его желание? Смотрите, как одно связывается с другим. Бесноватый до недавнего времени был совершенно не в себе. Но ведь при этом кто-то из окрестностей заботился о нем. Кто-то приносил ему еду. Не давал умереть с голоду. Может, это было всего несколько человек - несколько праведников, ради которых Господь в свое время готов был пощадить Содом, но которых не нашлось в Содоме. А здесь нашлись. И ради них, ради этого сделанного добра, Христос посылает бывшего бесноватого к ним с добром: проповедовать о Нем. Чтоб ради Него не забылось сделанное добро, а наоборот - преумножилось.