СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Константин Бальмонт. МОРСКОЕ ЧУДО Отправился Витязь к безвестностям стран, По синему Морю, чрез влажный туман. Плывет, развернулась пред ним бирюза, Морская Пучина – кругом вся Глаза. То Чудо струило дрожанье лучей, И все состояло из уст и очей. Глубинная бездна окружно зажглась, Глядела несчетностью пляшущих глаз. Глядела на Витязя зыбко-светло, В руке у него задрожало весло. Шептала устами, как Вечность, ему. «Уж ехать ли?» Витязь подумал. «К чему?» У Чуда Морского, куда ни взгляни, Все очи, все очи, во взорах огни. У Чуда Морского, в дрожании струй, Все губы, все губы, везде поцелуй. И Витязю стало так странно-светло, И влага, скользнувши, умчала весло. И дрогнули очи, и влажности губ Так долго ласкали безжизненный труп. Константин Бальмонт. ТЕНИ БОГОВ СВЕТЛОГЛАЗЫХ. Знак: изумруд (Сб. ЖАР-ПТИЦА) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКОЕ ДНО. Сонет С морского дна безмолвные упреки Доносятся до ласковой Луны – О том, что эти области далеки От воздуха, от вольной вышины. Там все живет, там звучен плеск волны, А здесь на жизнь лишь бледные намеки, Здесь вечный сон, пустыня тишины, Пучины Моря мертвенно-глубоки. И вот Луна, проснувшись в высоте, Поит огнем кипучие приливы, И волны рвутся к дальней Красоте. Луна горит, играют переливы, – Но там, под блеском волн, морское дно По-прежнему безжизненно-темно. Константин Бальмонт. ЗА ПРЕДЕЛЫ (Сб. В БЕЗБРЕЖНОСТИ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКОЕ Глыбы отдельные скал, округленные ласкою волн. Влажность, на миг, голышей от волны, каждый миг набегающей. Утлый, забытый, разбитый, но все не распавшийся челн. Белые чайки на гребне, над зыбью, тех чаек качающей. Светлые дали воды, уводящие в сказочность взор. Волны, идущие к нам, но как будто бы нас уносящие. Шелесты, шорох песков, кругозорный, безмерный простор. Зовы, узывы, напевы, пьянящие, странно манящие. Константин Бальмонт. ПРЕЛОМЛЕНИЕ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКИЕ РОЗЫ Морские розы – розы белые, Они цветут во время бурь, Когда валы освирепелые Морскую мучают лазурь. И бьют ее, взметают с грохотом, И возмущают ревом гроз, И возращают с мертвым хохотом Мгновенность пышных белых роз. Константин Бальмонт. ПРЕЛОМЛЕНИЕ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКАЯ ПЕСНЯ Все, что любим, все мы кинем, Каждый миг для нас другой: – Мы сжились душой морской С вечным ветром, с Морем синим. Наш полет Все вперед, К целям сказочным ведет. Рдяный вечер, догорая, Тонет в зеркале Небес. Вот он, новый мир чудес, Вот она, волна морская. Чудный вид! Все молчит, Только вол морской звучит. Если мы вернемся вскоре Переменчивым путем, Мы с добычею придем: – Нам дары приносит Море, В час ночной, Под Луной, Мы спешим к стране иной. Если ж даль не переспорим И пробьет конец мечте, – Мы потонем в Красоте, Мы сольемся с синим Морем, И на дне, В полусне, Будем грезить о волне. Константин Бальмонт. ВЕТЕР С МОРЯ (Сб. ТИШИНА) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКАЯ ПЕНА Как пена морская, на миг возникая, Погибнет, сверкая, растает дождем, – Мы, дети мгновенья, живем для стремленья, И в море забвенья могилу найдем. Зачем ежечасно, волнуясь напрасно, Стремимся мы страстно к обманной мечте? Зачем мы рыдаем, скользим и блистаем, И вновь пропадаем в немой пустоте? О, жизни волненье! Блаженство, мученье! Печаль и сомненье! Как жалко мне вас! Бежать бы мне вечно, дышать бесконечно, Светиться беспечно в полуденный час! Константин Бальмонт. В ЦАРСТВЕ ЛЬДОВ (Сб. ТИШИНА) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКАЯ ПАНИ Царевич Горошек, с глазами лукавыми, Подпоясанный тонкими светлыми травами, Мал, но силен, не спустит врагу. Если хочет греметь, так уж верно прославится, А когда он задумает чем позабавиться, Сам себе говорит: Все могу. Звездокудрый – Горошек, и знает он чары, Вот однажды принес он цветные товары, Разложил на морском берегу. Много всякого: книжка Цветные Странички, Из жемчужины рыбки, из золота птички, И зеленые в том же числе черевички, Все горит и играет огнем, Засветилось в морском пеннотканом тумане, Башмачками Морская прельстилася Пани, Изловил ее, спрятал в свой дом. Он в угоду красавицы бездны глубинной Создал между утесов дворец паутинный, И достал ей из Моря, со дна, Все, чем бездна морская сильна: – Жемчуга, драгоценные камни, кораллы, И гирлянду морских расцветающих звезд, И в блистающий полог он сплел ей кристаллы, И от Моря к дворцу светлый выткал ей мост. И пригнал, чтоб скакать, жеребца ей морского, И двенадцать пригнал ей морских кобылиц. Но не молвила Пани Морская ни слова, В черевички обулась, потупилась ниц. И бледнеет, и чахнет в томленье бессонном, И как Пани Морская – так Солнце вдали, Раньше было оно на лазури червонным, Побледнело, грустит, все цветы отцвели. И Царевич пошел в тридесятое царство, Он тревожные смело предпринял мытарства, Чтобы только узнать, отчего Было раньше все живо, а стало мертво. Вот Царевич Горошек идет, и тоскует, В тридесятом он царстве, где Солнце ночует, Прямо к дому, – там солнцева Мать, Посмотрела сперва на Горошка сердито, «Спрячься», шепчет, «вот здесь, в золотое корыто, Солнце будет, так я постараюсь узнать». Вот и Солнце пришло по путям небосклонным. «Что ты, дитятко? Прежде ты было червонным, А теперь все бледнеешь, бледней, чем Луна, Когда в четверти первой она». И ответило Солнце: «Когда-то в тумане Я встречало Морскую красивую Пани, Посмотрю – покраснею сейчас, Потому что красива бледнянка Морская, И красива одежда на ней голубая, И красив изумруд ее глаз. Уж не вижу я Пани». Тут Солнце вздохнуло, Закатилось, и в спальне предкрайной заснуло. А Царевич Горошек домой, И рассыпался громом, и выпустил Пани, – И под утро, червонное, в алом тумане. Солнце встало над бездной морской! Константин Бальмонт. ТЕНИ БОГОВ СВЕТЛОГЛАЗЫХ. Знак: изумруд (Сб. ЖАР-ПТИЦА) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРСКАЯ ДУША У нее глаза морского цвета, И живет она как бы во сне. От весны до окончанья лета Дух ее в нездешней стороне. Ждет она чего-то молчаливо, Где сильней всего шумит прибой, И в глазах глубоких в миг отлива Холодеет сумрак голубой. А когда высоко встанет буря, Вся она застынет, внемля плеск. И глядит как зверь, глаза прищуря, И в глазах ее зеленый блеск. А когда настанет новолунье, Вся изнемогая от тоски, Бледная влюбленная колдунья Расширяет черные зрачки. И слова какого-то обета Все твердит, взволнованно дыша, У нее глаза морского цвета, У нее неверная душа. Константин Бальмонт. МЛЕЧНЫЙ ПУТЬ (Сб. БУДЕМ КАК СОЛНЦЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРОЗНЫЕ УЗОРЫ Бьют часы. Бегут мгновенья. Вечер вспыхнул и погас. И настойчивы мученья В этот поздний горький час. Луч Луны кладет узоры На морозное стекло. Сердца трепетные взоры Ищут правды, видят зло. Нет отрады, нет привета Вне Земли и на Земле, В царстве солнечного света, И в холодной лунной мгле. Мир молчит, а сердце внемлет, Мчатся годы и века, Не заснет и не задремлет Неустанная тоска. В Небесах плывут Светила Безутешной чередой, И бессменно уныло Тучи стелются грядой. Зло с добром, печаль с мечтою – Нераздельная семья, И бесцельной Красотою Вспыхнул светоч Бытия. И как будто кто-то тонет В этой бездне мировой, Кто-то плачет, кто-то стонет – Полумертвый, но живой. И бегут, бегут мгновенья, Новый вечер вновь погас, И настойчивы мученья В этот поздний горький час. И напрасно ищут взоры Разгадать добро и зло. И Луна кладет узоры На морозное стекло. Константин Бальмонт. МЕЖДУ НОЧЬЮ И ДНЕМ (Сб. В БЕЗБРЕЖНОСТИ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРЕ ВСЕХ МОРЕЙ К литургии шел сильный царь Волот, Все прослушал он, во дворец идет. Но вопрос в душе не один горит. Говорит с ним царь, мудрый царь Давид. «Ты уж спрашивай, сильный царь Волот, На любой вопрос ум ответ найдет». И беседа шла от царя к царю. Так приводит ночь для людей зарю. – «Где начало дней? Где всех дней конец? Городам какой город есть отец? Кое древо – мать всем древам земным? Кою травам мать мы определим? И какой старшой камень меж камней? Птица между птиц? Зверь между зверей? Рыба между рыб? Озеро озер? Море всех морей? Всех степей простор?» Так-то вопрошал сильный царь Волот, Мудрый царь Давид речь в ответ ведет. – «Где начало дней, там и дней конец, Их связал в одно вышний наш Отец. Свет идет во тьму, тьма ведет во свет, Большее понять – разума в нас нет. Город городов – строится в умах, Радость в нем – свеча, свет во всех домах, Там сады для всех, все цветы есть в нем, Водоемы бьют, с башней каждый дом. Кипарис есть мать всем древам земным, Кипарис родит благовонный дым, В час, как дух у нас посвящен мольбам, Фимиам его дышит в храмах нам. А всем травам мать есть плакун-трава, Потому что грусть в ней всегда жива, И приходит год, и уходит год, А в плакун-траве все слеза цветет. Камень камням всем – огневой рубин, В нем святая кровь, в нем пожар глубин, Перед тем как новь распахать для нас, Нужно сжечь леса в самый жаркий час. Птица птицам всем есть морской Стратим, Взор его – огонь, а перо – как дым, Он крылом своим обнимает мир, Всех живых зовет на всемирный пир. Зверь зверей земных есть единорог, На скрещенье он всех земных дорог, И куда нейди, все придешь к нему, И узнаешь свет, миновавши тьму. Рыба между рыб кит есть исполин, Возлюбивший ночь и испод глубин, Двух сынов родил исполинский кит, И на них на трех весь наш мир стоит. Озеро – отец всех земных озер – Есть зеркальный круг между снежных гор. Кто на высь взойдет, глянет в тот затон, Весь увидит мир как единый сон. Степь степей земных, Море всех морей – В помыслах людских, в сердце у людей, Кто в зеркальный круг заглянул в мечте, Вечно он в степи, в Море, в Красоте». Константин Бальмонт. ЗЫБИ ГЛУБИННЫЕ. Знак: горный хрусталь (Сб. ЖАР-ПТИЦА) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОРАНА Умирание – мерещится уму. Смерть нам кажется. Лишь верим мы во тьму. Эти сумерки сознанья и души, Смерть всемирную пред ночью утиши. Умягчи Морану страшную мольбой. Зачаруй ее в пустыне голубой. Разбросай среди жемчужин алый цвет. Зачаруй. Морана – дева, ты – поэт. Засвети сияньем звездным брызги слез. Дай алмазов темноте ее волос. «Меркнуть рано», прошепчи, – она вздохнет. Поцелует, усыпит, но не убьет. Константин Бальмонт. МОРАНА (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛИТВА О ЖЕРТВЕ Пилой поющею подточен яркий ствол Еще не выжившей свой полный век березы. На землю ниспроверг ее не произвол, Не налетевшие прерывистые грозы. Она, прекрасная, отмечена была Рукой сознательной для бытия иного: – Зажечься и гореть, – блестя, сгореть дотла, – И в помыслах людей теплом зажечься снова. Но прежде, чем она зардеет и сгорит, Ей нужен долгий путь, ей надо исказиться: – Расчетвертована, она изменит вид, Блестящая кора, иссохнув, затемнится. Под дымным пламенем скоробится она, И соки жил ее проступят точно слезы, Победно вспыхнет вдруг, вся свету предана, – И огненной листвой оделся дух березы! Я с жадностью смотрю на блеск ее огня: – Как было ей дано, погибшей, осветиться! – Скорее, Господи, скорей, войди в меня, И дай мне почернеть, иссохнуть, исказиться! Константин Бальмонт. ВОЗЛЕ ДЫМА И ОГНЯ (Сб. ГОРЯЩИЕ ЗДАНИЯ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛИТВА ПОСЛЕДНЯЯ Боже, не дай мне людей разлюбить до конца. Вот уже сердце, с мучительной болью, слабее, слабее. Я не о них, о себе умоляю всекрасивого Бога-Творца. Отвращенье уродует все выраженье лица. Люцифер светел как Змей, но в остывшем, уставшем, склонившемся Змее Червь просыпается. Ненависть, вспыхнув огнем, Падает – до равнодушья, и стелется скользким червем. Страшно мне. Лучше – любить недостойных. Думать нельзя бесконечно о войнах. Лучше простить. Позабыть. Отдаваться. Иного не жаждать венца. Низким отдать все свое. Но душою быть в помыслах стройных. Боже, не дай, о, не дай мне людей разлюбить до конца! Константин Бальмонт. ОТСВЕТЫ РАКОВИН (Сб. ЗЛЫЕ ЧАРЫ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛИТВА К СОЛНЦУ Солнце, Солнце, ты Бог! Безумцы гласят, будто ты есть небесное тело, Будто ты только лик Божества. Напрасны слова, Прекрасна лишь страсть без предела, Лишь счастье, лишь дрожь сладострастья, лишь сердце, горение, вздох. О, Солнце, ты яростный Бог! О, Солнце, ты ласковый Бог! Ты сжигаешь степные пространства, Зажигаешь всех смуглых людей, Ты горишь, и лучисто твое постоянство, Бледноликого жарко пьянишь вовлеченьем в легенду страстей, Ты горишь, ты горишь без конца, Ты поешь, и рождаются струны. И поют, и колдуют сердца, И красиво блаженство лица, И влюбленность есть праздник души, праздник свадьбы, сверкающе-юный. Солнце, о, Солнце, ты Бог золотой. Дай чарования снова и снова, Хмеля еще, горячо-золотого, Дай мне упиться твоею мечтой. Солнце, я твой, все прошел я обманы, Все миновал я круги, Солнце, возьми меня в горние страны, Солнце, сожги! Константин Бальмонт. МАЙЯ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛИТВА К ЛУНЕ О, Луна, ты, взошедшая желтой и дымной над нами, Посребрившая после свой вечно-колдующий круг, Ты рождаешь те звоны, которые слышим глазами. Будь мне друг. Я из верных твоих, из влюбленных, в любви бледнолицых, Я подругу свою потерял за чертою пустынь, Где-то там, где-то там. Ты ее на туманных границах Не покинь. Мы сейчас – под тобой. Мы блуждаем и молимся розно. Мой звенящий призыв ты в ней чарами света зажги. Приведи же ее. О, скорее! Покуда не поздно. Помоги. Константин Бальмонт. ОЖЕРЕЛЬЕ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛИТВА ВЕЧЕРНЯЯ Тот, пред Кем, Незримым, зримо Все, что в душах у людей, Тот, пред Кем проходят мимо Блески дымные страстей, – Кто, Неслышимый, услышит Каждый ропот бытия, Только Тот бессмертьем дышит В нераздельно-слитном я. Тот, в Чьем духе вечно новы Солнце, звезды, ветер, тьма, Тот, Кому они – покровы Для сокрытого ума, – Тот, Кто близко и далеко, Перед Кем вся жизнь твоя Точно радуга потока, – Только Тот есть вечно – я. Все закаты, все рассветы В Нем возникли и умрут, Все сердечные приметы Там зажглись, блистая – тут. Все лучи в росе горящей Повторяют Тот же лик, Солнца лик животворящий, В Солнце каждый луч возник. Все, что – здесь, проходит мимо, Словно тень от облаков. Но очам незримым – зрима Неподвижность вечных снов. Он живет, пред Кем проводит Этот мир всю роскошь сил, Он, Единый, не уходит, В час захода всех светил! Константин Бальмонт. ИНДИЙСКИЕ ТРАВЫ (Сб. ГОРЯЩИЕ ЗДАНИЯ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛИТВА Господи Боже, склони свои взоры К нам, истомленным суровой борьбой, Словом Твоим подвигаются горы, Камни как тающий воск пред Тобой! Тьму отделил Ты от яркого света, Создал Ты небо, и Небо небес, Землю, что трепетом жизни согрета, Мир, преисполненный скрытых чудес! Создал Ты Рай – чтоб изгнать нас из Рая. Боже, опять нас к себе возврати, Мы истомились, во мраке блуждая, Если мы грешны, прости нас, прости! Не искушай нас бесцельным страданьем, Не утомляй непосильной борьбой, Дай возвратиться к Тебе с упованьем, Дай нам, о, Господи, слиться с Тобой! Имя Твое непонятно и чудно, Боже Наш, Отче Наш, полный любви! Боже, нам горько, нам страшно, нам трудно, Сжалься, о, сжалься, мы – дети Твои! Константин Бальмонт. ПОД СЕВЕРНЫМ НЕБОМ. Элегии, стансы, сонеты #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЛЕБЕН Темной толпою, в часовне убогой, Путь завершив, и пред новой дорогой, Суетность нашу забыв на мгновенье, Тупо мы слушаем сонное пенье. В тесном пространстве, где дух наш взрастил Тайное древо невидимых сил, Тает вздыхающий дым от кадил. Что-то есть страшное в этих бряцаньях, В этих покорных глухих восклицаньях, Молятся звуки и души послушно, Что же им в узкой часовне так душно? Явственно чувствую горький упрек, В звуки молитв проскользнувший намек – Тайное слышащих, дышащих строк. В потные стекла не видно лазури, В дверь не проникнут ни ветры, ни бури, Силою дней закопчены иконы, Вечны пред ними бессильные стоны. Грустно склонивши морщинистый лоб, Что-то вещает нам загнанный поп: – «Жизнь наша – душная – темная... – Гроб!» Константин Бальмонт. МИМОЛЕТНОЕ (Сб. ГОРЯЩИЕ ЗДАНИЯ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЙ ЗАВЕТ Я не устану быть живым, Ручей поет, я вечно с ним, Заря горит, она – во мне, Я в вечно-творческом Огне. Затянут в свет чужих очей, Я – в нежном золоте лучей, Но вдруг изменится игра, И нежит лунность серебра. А Ночь придет, а Ночь темна, – В душе есть светлая страна, И вечен светоч золотой В стране, зовущейся Мечтой. Мечта рождает Красоту, Из нежных слов я ткань плету, Листок восходит в лепесток, Из легких строк глядит цветок. Мгновений светлый водопад Нисходит в мой цветущий сад, Живите ж все, любите сон, – Прекрасен он, кто в Жизнь влюблен. Константин Бальмонт. ПРАЗДНИК СЕРДЦА (Сб. ЛИТУРГИЯ КРАСОТЫ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МОЙ ДОМ Я себе построил дом посреди дубравы. Посадил вокруг него шелковые травы. И серебряным его окружил я тыном. И живу теперь я в нем полным властелином. В этом доме – терема, не один, четыре. В этом доме свет и тьма радостней, чем в мире. Светит солнце с потолка, за день не сгорает. Месяц с звездами в ночах серебром играет. И когда я из окна брошу взор к пустыням, В небе светится Луна, Солнце в море синем. Светят миру, но порой траур ткут им тучи. А в моем дому они без конца горючи. И ворота у меня без замков железных. Но закрыты как врата областей надзвездных Лето, Осень, и Зима, с нежною Весною. Говорят душе: «Люби. Хорошо со мною». Лето, Осень, и Зима смотрятся в оконца. Без конца поет Весна, что хмельное Солнце. Нежно, шелково шуршат шепчущие травы. Хорошо построить дом в тишине дубравы. Константин Бальмонт. В ЯРКИХ БРЫЗГАХ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт