Сверхдержава | Дедович

Итак, как писал выше, перестал себя идентифицировать как писателя. Потому что зачем? Я написал несколько книг, лучших, на которые был способен. Отношение знакомых и незнакомцев, которое я получаю к себе через эти книги, вполне даёт понять, что мне удалось транслировать нечто уникальное и ценное. Однако издатели-монополисты этим не интересуются, они интересуются прибылью и безопасностью. Я принял от Сергея Иннера и развил издательство Чтиво, где вышли мои книги и книги других авторов, попавших в такую же ситуацию. Мы получаем восторги читателей и литературные премии. Однако зарабатывающие на нашем ремесле гиганты-книготорговцы этим не интересуются, они больше волнуются о коммерческой окупаемости и маркетинге (я, конечно, не про наши замечательные дружественные независимые книжные). Я развил РД, экосистему, в которой может жить независимое издательство, несмотря на то, что само по себе оно пока не приносит прибыли, так как развернуться на монополизированном рынке — это почти невыполнимая задача (потому интересная). Однако инвесторов, которые могли бы помочь нам масштабироваться, также интересует, где больше прибыль, а не насколько проект уникален и как он влияет на реальность, где не гладят по головке за перемены. Ну ладно. Сосредоточусь теперь на том, чтобы заработать большие деньги и стать нашим собственным инвестором. Когда все уровни заработают, может быть, вернусь к литературе. Просто хотел писать книги, а приходится отстраивать мир заново. Да, ты обретаешь свободу, когда перестаёшь протухать в офисе. Но цена этой свободы — невыносимые усилия с отрицательной гарантией, что у тебя получится. Не выходи из офиса. Не совершай ошибку. Если, конечно, ты в этом теле не ради приключений.

Кстати, об опережении времени. Наши книги продолжают получать респекты от крупных литературных премий. В этот раз «Виски Сауэр» Размика Кочаряна в шорт-листе «Ясной поляны». Отправил ссылку даме из Яндекс.Книг, с кем общался выше (история здесь). Она ничего не ответила. Подождём. Мы же никуда не торопимся, верно?

Написали из Коммерсантъ FM, попросили комментарий насчёт использования ИИ при написании книг (как и многие СМИ сейчас). Среди прочего спросили, появится ли в Чтиве в будущем маркировка книг навроде «создано человеком». Дал им ссылку на этот наш прошлогодний пост. Всегда приятно опережать своё время.

Панчлайн | Сергей Дедович Укрываясь от солнца на веранде бара «Самадхи», герой покупает бродяге пиво. Этот жест порождает рассуждения о моральных выборах и Божественных планах. Публикуем рассказ Сергея Дедовича @deadowitch «Панчлайн». Читайте здесь Примерное время чтения — 6 минут. #авторское #рассказыРД #современнаяпроза

#сонсдедовичем Сон: Ты мне снился аж во двух долгих снах за ночь. В первом сне партнёры радио Овердрайв намутили мегафестиваль в центре мегаполиса на месте бывшего экстрим-парка (по площади не меньше Диснейленда; это между снотворной Москвой и дорогой на Лондон, потом дам координаты). Тринадцать больших сцен, сцен поменьше бессчётно, и оверведущих пригласили сопровождать концерты как рефери на музыкальных баттлах. Ты был лет девятнадцати на вид, худой и на фоксе, обозначил сразу, что занимаешься одной малой сценой и нигде больше не отсвечиваешь. А вот им (в том числе мне) нужен опыт, дайте им микрофоны, пущай развлекают гостей фестиваля. Под конец этого безумия нам ещё и фанты выдали с ключами (синий — управитесь часа за полтора, зелёный — спать сегодня не будете). Мне выдали фант «властный ведущий-комментатор сопровождает руководство». Села я на приступочку малой сцены рядом с организатором (ещё один знакомый в молодой оболочке) и смеюсь устало. Прохожу потом в место начало выполнения фанта, встречаюсь с тобой взглядом мельком, улыбаемся. И первый будильник. Во втором сне ты уже как тебя помню. После фестиваля всей гурьбой остановились в квартире (в той, в которой двадцать три комнаты и общий неглухой коридор-лабиринт). И чего-то говорим-говорим, всё невпопад, я пытаюсь объясниться, ты стараешься отвечать честно и не обидеть, я постоянно бегаю сливать воду из батарей, чтоб не лопнули, заливаю часть сумок с техникой, выхожу в парадную, чтоб забить трубку табаком, ты выходишь следом, садимся за стоящий там стол, у тебя табака нет, выходит из второй хаты повар усталый, просит покурить, ты достаёшь из рюкзака полуторалитровку со срезанным дном и приятным ароматом, повар округляет глаза и кричит «убери! не в парадной же!», заводит тебя на кухню, ты там в шутку-уплату выбираешь самый огромный ананас, всем весело и задорно, я почти забила трубку. Второй будильник. В общем, очень хочу ананас теперь. Будь здоров! Отвечаю: Сон на вайбике фильма «Ананасный экспресс». Годится! Ноль вопросов и снов на очереди, спрашивай и излагай сны здесь.

О мессенджере Max ничего не могу сказать, потому что им не пользовался, но так получилось, что я кое-что знаю о его пользователях. Заполняя онлайн-анкету издательства Язык, в графе «Ваш контакт в Telegram или другом мессенджере» девять из десяти пользователей Max вместо контакта пишут имя мессенджера Max. Я не знаю, почему. А у вас есть версии?

Вы знали, что прошлое постоянно меняется? Потому что каждый раз, когда вы его вспоминаете, вы вспоминаете не само прошлое, а своё воспоминание о предыдущем воспоминании о прошлом. Это каждый раз новая копия копии, и они всё сильнее искажаются. Недавно вспоминал детство, смотрю, а у меня там на руке шесть пальцев.

Сдохнуть в Калифорнии Шли летней ночью по тайным дворам Петербурга Я сказал тебе: «Мне в голову пришла замечательная идея Одна из лучших идей Возможно, самая лучшая Что когда-либо мне приходила: Давай сдохнем в Калифорнии?» Ты сказала: ‘California dreaming?’ Я сказал: ‘California dying’ Ты сказала: ‘All the leaves a brown?’ Я сказал: ‘All the leaves are down’ И один из шайки парней Стоявших у нас на пути Испустил громкий смачный бздёх А потом они заметили нас И сказали нам: «Здравствуйте» Идя мимо, мы ответили тем же И кто-то из них сказал: «Надеюсь, что вы не слышали» А мы ничего не ответили Смерть в Калифорнии стала На один русский бздёх Ближе

Делюсь с вами материалом о том, почему сейчас закрываются книжные магазины. От себя добавлю следующее наблюдение. Когда ты предлагаешь книги от издательства книжному, книжный чаще всего отвечает: берём только на реализацию (то есть оплата после продажи). Когда ты запрашиваешь книги у издательства от книжного (я это знаю, потому что мы собирались и собираемся открывать книжный магазин и наводили справки), то тебе в издательстве отвечают наоборот: мы отпускаем книги исключительно с предоплатой. Думаю, есть здесь что-то, о чём нам всем стоит подумать. Финансовый кризис — симптом. Первопричина — кризис доверия и готовности вкладываться в партнёрство. В Чтиве мы сейчас запускаем новую партнёрскую программу: ищем типографии, которые готовы отпечатать нам небольшие тиражи и отдать их на реализацию с оплатой по её мере. Найти такие типографии сложно, в связи с упомпянутым выше кризисом доверия. Однако же ищущий обрящет, и несколько кандидатов в партнёры уже есть. Если вы будете достаточно хорошо покупать первые тиражи выпущенных таким образом книг, тиражи и ассортимент будут расти. Затем наш прецедент станет примером другим. Затем мы демонополизируем книжный рынок и вернём общественному мышлению восторг неограниченности и биологического разнообразия.

Но раз уж зашёл, скоренько расскажу, что кризис — это очередная наёбка из разряда «Подналяжем, братцы, дружнее, ещё чуть-чуть и заживём». Как я это понял? Очень просто. Посмотрел стоимость авиабилета Москва-Тайланд бизнес-класса. Она составляет более девятисот тысяч рублей. Это в один конец. Это даже не факт, что все стюардессы и оба пилота по очереди тебе отсосут, но даже если да, дороговато. У кого-то есть деньги, а кто-то сидит на трубах. Кризис бывает только личным, пусть СМИ ловко объединяют их в общественные.

Спасибо, что не отвлекаете вопросами, росомахи. Рад, что вам всё понятно, или вы тактично делаете вид. Кто не выдержит, спрашивайте здесь.

Если дети — цветы жизни, значит, взрослые — сорванные цветы жизни? Неверно считать Русский Динозавр олицетворением политической, корпоративной или религиозной силы. Мы олицетворяем силу экзистенциально-самоопределяющую. Здесь ты русский не по праву рождения, а по состоянию души: ты делаешь то, что хочешь, влияешь на реальность своими деяниями, как велит сердце — или не влияешь. Тебе не обязательно носить кокошник или любить русскую музыку больше зарубежной (да и ведь музыку за межевыми камнями государства писали тоже для русских). Здесь ты динозавр не по возрасту и выслуге лет, а по праву владения собой и представления интересов себя и таких как ты: неважно, каковы твои охваты и насколько лихо ты монетизировал сделку с совестью, неважно, прав ты или лев, важно, как ты чувствуешь себя прямо сейчас и постоянно. Чувствуешь ли ты себя вообще. Даже когда тебе плохо, тебе хорошо — потому что ты чувствуешь, а не знаешь. Свергнуть культ логики — довольно её гнёта — и возвести на её опустевший постамент живительное чувство. Ядро твоей сущности простое и крепкое, а вокруг него последовательно и медленно достраивается вся остальная реальность, и ты чувствуешь, что мировая свистопляска тебе уже не так уж и нужна, а вот ты ей — очень, но она не знает, где тебя найти, а потому создаёт всему люмпен-пролетариату невозможные условия, чтобы тебя выкурить. Но тебе плевать, тебя не взять ни силой, ни хитростью, ни эффектом жидкого стекла. Ты невидимый гигант, презревший автомацию и пульт золотого дельца, косильщик феноменального поля. Ты куришь среди нагретых солнцем скал, глядя на психопатический мегалополис, как на муравейник: как назвали ракушки деньгами, чтобы наменять жемчуга, так оно и идёт. Книгу своей жизни чтишь не торопясь, въедливо рассасывая концепцию своего героя, степенно возвращаясь к себе, уже осознавая, насколько хороша будет концовка, но не стремясь её предугадать — да и возможно ли. Жизнь учит лишь тому, как надо было жить раньше. Как надо было жить в субботу, ты узнаешь в понедельник.

А вчера было продолжение: в Песковском переулке ко мне обращается кривоплечий восточный мужчина. Не сбавляя шаг, приглашаю его идти со мной и рассказывать, что ему нужно. Он идёт и рассказывает, но как-то не очень уверенно он идёт, и я, поминая случай выше, и теперь оправдывая его кривоплечьестью какую-то травму, мешающую ходить, останавливаюсь. — Поможешь, брат? — Денег не дам. — Денег не надо, купи воды. — Это пожалуйста. Смотрю, где тут купить воды, а он меня уже заводит в тесный угловой магазинчик со словами: — А то у меня брат… Тут же появляется его брат, тоже восточный мужчина, у него нормальные плечи и пузцо арбузиком. Оба жмут мне руку. — Какой тебе воды, брат? — спрашивает брата брат. Тот открывает холодильник и достаёт бутылку сладкого чая, вопросительно обращаясь ко мне: — [что-то там], ладно? Ну допустим. Киваю. Он ставит бутылку на кассу, достаёт с витрины и добавляет туда сникерс, кладёт его тоже на кассу, полувопросительно глядя на меня и давая понять, что выше [что-то там] было не про чай вместо воды, а про дополнительный сникерс, ведь разве же не так? Ведь проще мне решить, что я неправильно его услышал, согласиться, побыстрее закончить с этим и уйти, чем отказаться и усложнить действо, не так ли? В тот же миг кривоплечий брат на всякий случай меня подсекает: — У него сахарный диабет просто. За кассой ещё один восточный мужчина. Уже очевидно, что они друг друга знают. Такое шоу стоит двести семьдесят рублей. Оплачиваю артистам чай и сникерс, которые потом, конечно, спишут мимо кассы. Братья снова жмут мне руку. Выхожу из магазина, кривоплечий брат меня окликает: — Брат, а можно ещё вопрос? — Говори. — Как тебя зовут? — Давай по делу. — Хочешь духи хорошие купить? Ну каковы мастера. Так от водички недалеко и до операций с недвижимостью. — Брат, — говорю ему, — я люблю пахнуть потом. Оба смеёмся и расходимся.

Готовность ошибаться Понял, что очень уважаю в себе и людях готовность ошибаться. Пойти на риск в деле, произнести шутку, которую могут понять неверно, дать ещё один шанс в отношениях — всё это может кончиться плохо, и проиграв, будешь ненавидеть себя за слишком высокую ставку. Но это жизнь. И она становится ужасно скучна, если делать только то, что не грозит или почти не грозит ошибкой. Страх боли — одна из причин, по которым мы пришли в мир купи-продай. Через готовность ошибиться и испытать боль лежит путь из него.

Это, кстати, одна из моих величайших и, как следствие, недооценённейших шуток. Она уморительная, поскольку изобличает манеру современной спекуляции мнениями обо всём подряд на примере обсуждения блогерами популярных кинофильмов. Однако ни в начале, ни в конце её нет простых объяснений, явно указывающих на то, что это шутка и над ней необходимо ухохотаться. Так что неудивительно, что почти никто её не понял. Может быть, её вообще никто не понял, а те, кто поставил реакции, сделали это из личной симпатии ко мне, или на автомате, или чтобы показаться себе умными, или просто ткнули пальцем в небо, предположив, что это может быть шутка, и не прогадали. Теперь, когда я всё объяснил, вы можете пойти и поставить больше реакций, чтобы я мог и дальше ошибочно считать, что у меня здесь собралась высокоинтеллектуальная элита, которая покупает мало книг не потому что она нищая, а потому что жадная. Теперь вы можете репостнуть эту шутку к себе в блог, чтобы другие посчитали интеллектуалами вас. Но — только вместе с этим объяснением, иначе никто из ваших тоже ничего не поймёт, и вы лишь повторите мой печальный опыт.

Сыр

ОВЕРПЕРЕЗАПУСК ЕЩË НИКОГДА НЕ БЫЛ ТАК БЛИЗОК, дикие сердцем, ведь вашими страданиями мы играючи отыскали почти всех недостающих членов экипажа, чтобы возобновить вещание Ø, и безумцы разных мастей и городов вновь несли в невинные уши хаотику споукенворда и музыку в высоком стиле, от которой массово взрываются крупные радиостанции. Это — пост-тройничок, где пенные медиа-струи скрещивают фельдмаршалы грязи: Ø, ГЗС и CSBR — чтобы причастить к мегалегенде недостающих героев-оборотней, а именно: Дизайнера, кто получит в распоряжение игрушки, чтобы пилить картинки ещё пижже этой и доводить разносящий в слюни звук до тех, кто слушает глазами. Администратора, кто направит эбонитовую колесницу радиовещания по рельсам контролируемого безумия во имя преосвященности разъёба земнаго и небеснаго (скоординирует процессы, кароч). Второго СММ, кто наведёт ежерегулярность выхода эфиров звёздных монстров Ø в обмен на их негласную безграничную любовь (внимание: алименты не включены!!!!1). Всё онлайн, город любой, рост неважен (может быть отрицательным). Если ты смелый и угорелый(ая), и скорее жаждешь представлять интересы андерграда земного на арене коллективного бессознательного, чем нет, то срочно пиши в сообщения Ø. Кэрри он, май вэйвард сан, как говорится, до встречи в новом сезоне и пускай царствует интермедиальный хардкор!

#спросидедовича Спрашивали: Вы снова мне приснились, что было очень приятно. Помню, что я показывала вам дом, в котором провела детство. Сейчас вспомнила, что это рубрика #спросидедовича, а не #сонсдедовичем. Надо было в первую очередь покумекать над вопросом. Почему так много людей задают вопросы анонимно? Почему бы даже мне не воспользоваться комментариями, например? Вы ж не укусите как будто. Отвечаю: Ещё как укушу. Но тебе это понравится. Вопрос в комментариях обречён на ответ в комментариях, что явно сделает его более проходным. В то же время отвечая на вопрос в публикации, я отношусь к ответу как к самостоятельному произведению. Вы могли видеть, что в сообществе канала объявлялись практикующие литературоведы, пишущие по мне диссертацию. Они следят за каждым моим словом, чтобы проанализировать его, истолковать, понять, что хотел сказать автор, внести в альманахи, представить на суд божий, поймать меня на лжи, отыскать в тексте скрытую закономерность, разгадать метатекст, открыть сокровища человеческого сознания, войти в масонские ложи. Так что здесь я не могу позволить себе безалаберностей. Рубрику #сонсдедовичем сим учреждаем, можно присылать сны через ту же нижеследующую форму. Ноль вопросов и снов на очереди, излагай здесь.

Парадокс сильного На того, кто сильнее других, окружающие вешают больше обычного задач и трудностей, не зная в этом меры. В итоге сильному тяжелее, чем слабому. То, что сильный жесток — не его слабость, а жизненная необходимость, инструмент отстаивания личных границ. То, что я всё ещё жив — не привилегия, а оскорбление. Это значит лишь то, что я недостаточно силён, чтобы уже быть мёртвым от всего, что на меня навешали. Ну или достаточно жесток.

Это, кстати, тоже смешной текст. Не вынуждайте меня опять начинать включать вам закадровый смех, росомахи, в тот раз это плохо кончилось. Да, это не стендап-комедия, где вы можете определить, что пора смеяться, потому что засмеялись окружающие, тут всё немного сложнее. Тут придётся заводить с толкача расслабленный рилзами неокортекс. В этом канале нет единства жанра, как в других, которые вы читаете. Здесь возможно всё что угодно. Каждый раз пишу как считаю нужным, а вам приходится определять, где я шучу, где нет, а где и сам не знаю. Так что иной раз вы можете даже по ошибке посмеяться над несмешным текстом, и этот позор навсегда останется с вами.