ЭГАЛИТÉ

В конце прошлого года во Франции был запущен новый анархистский журнал, который мы, к своему несчастью, пропустили (а зря!), и сейчас наверстываем упущенное. À bas bruit. Des paysages anarchiques (или «Бесшумно. Анархические пейзажи») исследует взаимопомощь, как важнейший фактор современного сопротивления глобальным систем уничтожения, проявляющийся по всему миру в повседневных взаимодействиях людей и множественных средах, остающихся незаметными. Авторов и авторок журнала прежде всего интересует, как непредвиденные формы связей создают сообщества, выступающие против пренебрежительной жестокости со стороны властей, и растворяют барьеры идентичности для укрепления гостеприимности. Эхом в манифесте журнала звучит важная мысль немецкого анархиста Густава Ландауэра. Ландауэр писал, что мы погружаемся в мир, как утопленники — в воду, однако находим в ней не смерть, а жизнь. Растворяя первично унаследованные от социальной среды ментальные ограничения, мы обретаемся заново в общем потоке существования.

Утверждение форм жизни, их сингуляризация, сопряжено с той негативной стороной, которая возникает из разрушения социальных позиций и предписанных идентичностей — тех, из которых складывается социальный мир со всеми его механизмами лишения. Речь идёт о том, чтобы перестать довольствоваться положением угнетённых, которое диктует нам, кто мы такие, удерживая нас в ненасытной жажде признания — признания, которое нам даруют наши господа. Напротив, следует бороться с лишением, вступать в область того, чем мы ещё не являемся, становиться теми, кем мы можем стать, сталкиваясь с бесконечным многообразием отношений между существами. Так открываются возможности для новых форм возвращения себе различия — того различия, посредством которого утверждают себя анархические формы жизни.

В журнале преимущественно публикуются этнографические/антропологические исследования рядом с философскими заметками и литературными очерками. Мы не могли пройти мимо отличного интервью с британским антропологом Тимом Ингольдом, подарившим нам краткую историю линий, объясняющую корреляции между простейшими приемами визуализации и развитием психофизических способностей человека. В опубликованном разговоре поднимается множество интересных тем: почему СДВГ — дискриминационный и предвзятый диагноз; как мы можем вступать в диалог с ландшафтами и учиться у них; чем современная концепция креативности отличается от творения (которого теперь так не хватает); и почему теория поколений — продукт очень грубой модерной установки на вытеснение предков потомками, вместе с преемственностью разрушающий и чувство плавного течения времени.

В своих первых работах о восприятии я пытался найти способ говорить о нём не исключительно применительно к человеку, но так, чтобы этот подход можно было распространить и на животных. Я понимал восприятие в экологическом смысле — как способ обращать внимание на то, что нас окружает.

И тогда меня спрашивали: «Но как же воображение? Какое место занимает воображение в этой теории?» Думаю, мой способ разрешить этот вопрос состоял в том, чтобы предположить: воображение на самом деле представляет собой одну из форм восприятия, которая помещает нас непосредственно на порог возникающих событий.

Это тот момент, когда мы оказываемся в точке, где мир вот-вот откроется нам таким, каков он есть.