пост/постдрама

ничего себе завтра дела в Москве, я не пойду, а вы сходите: https://euterpe21.ru/moscow «Хотя мы собираемся говорить о современной академической музыке, это не традиционная музыковедческая конференция о стилях и направлениях, нам важнее поговорить о другом — тех исторических, социальных и экономических процессах, которые на нее влияют и, отчасти, обуславливают. В фокусе будут две основные темы — как развивать проекты про современную академическую музыку и нужна ли специальная поддержка женщинам в музыкальной сфере?»

у меня ооочень много мыслей о пересечениях лабораторной театральной работы, лабораторной театральной работы, открытой городу, разных форматов показов и чувствительных тем, но с мыслями, думаю, я буду разбираться в июне, а пока нужно позвать всех в Новосибирске на показ сегодня в 19: «Показ эскиза станет финальным публичным событием лаборатории, состоявшей из открытых лекций приглашенных специалистов — искусствоведов, биологов, популяризаторов науки и др. — и закрытых тренингов, поисковой работы для участников. Во время тренингов, на основе лекций или в споре с ними, участницы и участники разбирались, что гендер определяет в их собственных жизнях, в отношениях с собой и окружающими. Гендеров, как известно, не два (Facebook дает выбирать из 58) — но что, если вариаций пола на самом деле еще больше? Ответит ли гендер, если написать ему письмо, — или, может быть, он всегда пишет первым? Как гендер связан со смертью — и с эйфорией? В эскизе звучат тексты, написанные всеми участницами и участниками лаборатории. Также звучат интервью с Ольгой Добряковой (доктор медицинских наук, профессор, директор Новосибирского университета красоты, почётный член общества эстетических хирургов Франции), записанное для документального кино Варварой Поповой (автор идеи, режиссер), Владиславом Некрасовым (оператор), Алесей Костик (журналист), и интервью с Игорем Недом, записанное во время лаборатории. В эскизе используется информация, предоставленная проектом для трансгендерных людей и их близких «T9 NSK». https://1-teatr.ru/performance/vo-pervyh-otnoshenija-laboratorija-gendernyh-issledovanij/

Смотрела с месяц назад — посмотрите тоже, совсем не успеваю подробней написать, но посмотрите: https://www.teatrdoc.ru/schedule/942/

Ситуация: хочу поставить спектакль по пьесе (чьей-то чужой но желательно не старой) ..

Последнюю неделю я делаю в «Первом театре» самую сложную и, может быть, самую интересную работу за все время моей работы) — и похоже, что в «Лаборатории гендерных исследований» я впервые поняла, что такое гендерные исследования, то есть пропала какая-то естественность этих двух слов вместе и действительно впервые появилось ощущение, что, ого, это какая-то реально отдельная область исследований, особая и крутая, не все подряд — и вот сейчас собираю довольно большой документ для лекции из трех частей: Гендерные исследования как научная (что? да) дисциплина Наука как объект гендерных исследований Исследования будущего Сегодня в 15 по Новосибирску я буду читать это в «Первом театре» вживую, а в соцсетях будет трансляция. во сколько это по Москве, посчитайте сами, в Новосибирске плюс четыре часа! https://www.facebook.com/1teatrnsk / https://vk.com/1teatr

Третий — режиссерский, визуальный, фантазийный. Внутри новый институциональный приколдес, но про него попозже напишу, почитайте пока все, что в начале. Мне было очень интересно расспрашивать и собирать в короткие рассказы о методах — я так, как в эскизе OUTSIDE, вообще, думала, не умею делать, а когда расспросила подробнее, как оно на самом деле происходит, то вроде многое поняла и стало прямо ближе: http://loooonger.ru/maya_report

Пока мы почти собрали, но еще не выложили отчет о третьем эскизе в «Группе продленного дня», дико рекомендую опен колл от художницы эскиза и вообще вау-художницы Азизы Кадыри. Москва, конец мая, для женщин из Средней Азии с опытом миграции, участие оплачивается. https://www.facebook.com/azizakadyri/posts/4128258767195529

Последний опен колл на «Фриланс» в Театре Ермоловой Заявки — до 16 мая, условия — все те же: 🔸 50 тысяч на работу 🔸 месяц на подготовку 🔸 показ в фойе Новой сцены Любой театр и форматы вокруг театра, от концертов и лекций до читок и танцев Тематических, возрастных ограничений нет 🔻 Что уже было («Голос голода» Waldgang и «Лаборатория Боли...») и еще будет («Договор» Кати Ганюшиной) — можно посмотреть на сайте в разделе «Афиша» http://loooonger.ru/opencall

какие хорошие анкеты в лабораторию гендерных исследований в «первом театре», вау, ааа!

Хочу завтра написать пост в жанре «рецензия», а сегодня Наргис Абдуллаева попросила напомнить, что завтра будет ее спектакль, о котором я уже писала, и на него можно купить билеты — https://teatrdoc.ru/performances/1056/.

⬆️⬆️ О занятиях Из анкеты: «Чтобы осмыслить наш опыт руководства, на резиденции мы можем: - проигрывать сцены из собственной жизни и работы, - писать и петь песни о своем опыте, - осваивать навыки актерского мастерства или перформативного существования, которые могут пригодиться вне театра, и так далее. Что из этих или похожих практик вам наиболее интересно, а что пугает, и почему? Или вам все же хотелось бы работать над собственным проектом, при случае пользуясь нашей помощью?» О показе Мы не знаем, какими будут показы в сентябре и октябре, потому что пока не знаем, кто и с какими желаниями соберется. Может, в показе будут участвовать только артисты «Старого дома». Может, артисты и те, кто захотят, кому будет необходимо, из участниц. Может, только участницы, если станет понятно, что ужас и экстаз сцены — лучшее завершение нашего совместного времени. Может, все захотят сделать свои работы, а не общий показ (но мы будем спрашивать: точно? бесплатно?). Вот анкета, в ней также — наше еще более длинное письмо о намерениях (по ссылке «Подробнее о блоке "Этика"» во второй части анкеты). Заполняйте, делитесь: https://chaos.old-house.ru/request

Генерал-губернатор Канады подала в отставку, потому что доводила до слез подчиненных. А я? Вчера открылся прием заявок в резиденцию фестиваля «Хаос» в Новосибирске. Мы с Элиной Куликовой в блоке «Этика» ждем женщин, а также транс и небинарных людей с опытом руководства чем угодно — малым бизнесом, независимой театральной компанией, отделом в магазине, департаментом культуры, отделом в корпорации, постановкой спектакля, съемочной группой и т.д. О теме Есть такое мнение, что власть коррумпирует. В смысле, ты приходишь на руководящую позицию, проводишь на ней год-два-пять и выходишь (а чаще остаешься там же) другим человеком — плохим. Поэтому лучше всего от власти бежать. В деле «Доксы» я впервые увидела настоящий смысл горизонтальности. Изымают четырех, но дело продолжает жить. В собственной работе в этом сезоне я открыла форму дуэта — как соруководство сочетает и чувство опоры, и возможность конфликта. Если коротко, мне не нравится идея бежать от власти — мне нравится идея принимать власть, но перепридумывать формы, правила и границы ее отправления. Я боюсь власти и боюсь доводить кого-нибудь до слез, как генерал-губернаторка Канады (и не только она, а и гораздо более знакомые мне люди), — и мы хотим (нам кажется прямо безумно важным сейчас) придумать, как можно не дойти до этой стадии и что делать, если мы все-таки до нее дойдем. О деньгах Резиденция не оплачивается. Если бы мне предложили сделать такую в Москве, я бы отказалась. Если бы предложили сделать такую в Новосибирске год назад, я бы отказалась. Потом я прочитала в @kafemorozhenoe: «Когда-то, когда мы думали об основании кафе-мороженого и активизме в вопросах труда, одним из важных пунктов для нас было требование нормальной оплаты труда для творческих работниц и работников. Из этого логично вытекает то, что его надо требовать у институций и других распорядителей ресурсов. Но — и это стало кристально ясно на дискуссии, во время выступлений Ангелины Бурлюк (ЦК19, Новосибирск), Маши Буковой (Площадь мира, Красноярск) и Лены Ищенко (Типография, Краснодар) — это ОЧЕНЬ МОСКОВСКОЕ требование. Оно вообще никаким образом не касается функционирования институций в других городах, и не помогает более общему движению за адекватное перераспределение ресурсов в искусстве. Звуча якобы бойко и революционно, это требование повторяет центростремительность системы и слепоту смотрящего из центра (и видящего только центр). Все это в очередной раз доказывает, что на практике действовать солидарно — сложно: только постоянно давая себе отчет о собственной локализованности и сообщаясь с локализованностью других, можно действовать». Ограничительное условие на вход в наш блок растет из понимания, кому и что мы можем дать. Наш блок — что-то вроде театра горожан. Вслед за Катей Августеняк и Вовой Бочаровым в «Группе продленного дня» (отчет будет к концу мая) я поверила, что театры должны быть местом, где все люди могут бесплатно провести вечер или месяц — не на спектакле, а в практике. Но не надо тащить горожан, чтобы они отдали театру себя, свою идентичности и свой опыт, а надо пользоваться инструментами театра, чтобы подумать про внешний мир. В Москве и такие программы, если искать участников опен, а не директ коллом, собирают в основном художников. Посмотрим, что получится в Новосибирске. О занятости Три этапа программы — два коротких с участниками всех блоков и один длинный с участницами только блока «Этика». Общие — по четыре дня, знакомство, практики от кураторов других блоков. Первый общий — 3-6 июня. В блоке «Этика» — длительность пока не знаем, но расписание будем строить под вас. Наверное, будут несколько обязательных общих встреч (без них ничего не поедет) + ежедневные практики по желанию (разговор простой, раз оплаты нет, то не может быть и требования приходить всегда). Длинный блок будет в сентябре.

Завтра будет «Неформат» Насти Патлай, и Настя попросила об этом напомнить — я и сама очень хочу, чтобы «Неформат» увидело как можно больше людей и чтобы он шел при переаншлагах: http://meyerhold.ru/neformat (если вы вдруг забыли или не читали, почему я этого хочу, вот: https://www.the-village.ru/weekend/weeknd-theatre/neformat)

давно не смотрела ничего такого смешного, как сериал «Секреты семейной жизни»... (что? да)

Сегодня в семь в Центре Вознесенского (первый раз вживую, а не онлайн, хаха) — от Московской школы новой литературы. Паша Арсеньев будет говорить в первую очередь про историю (общую) театра/литературы и науки, а я на основе этого, думаю, придумывать их общее будущее — начиная с по-настоящему, а не голословно лабораторных форматов в театре и заканчивая изучением распределенного и внеязыкового познания при участии актеров, вместо бесконечной опоры на теоретическую речь. https://www.facebook.com/events/287234456219482

Еще в марте я думала, что главная кураторская задача — разгонять процессы. Все больше я думаю, что главное в кураторской работе — отслеживать, когда процессы нужно разгонять, а когда тормозить и вообще сокращать их количество.

Один из моих предметов интереса в последнее время — цифры, точнее, вопрос, как увязать мышление, ориентированное на количественные показатели, с адекватностью инфраструктурным возможностям, которыми обладает театр, точнее, разные театральные проект и институции. Разберем на пальцах — то есть на примере конкурсов заявок. Моей инерции еще в октябре, да даже еще и в марте, было измерять успешность конкурса заявок по тому, сколько заявок на них пришло. Эта инерция, по идее, диктует логику, по которой составляются формы отбора: они должны быть простые, понятные, короткие, привлекательные, их нужно максимально распространять. А теперь давайте остановимся и подумаем. Вот, например, наш «Фриланс». Мы отбираем одну заявку. Какая разница, отберем ее мы из 93 заявок, как на первом конкурсе, или из 33, как на третьем конкурсе, если сами заявки-победительницы — абсолютно равной мощью заряжены? С другой стороны, реальная проблема — что на первый конкурс прислали заявки и вошли в шорт-лист в основном люди, которые мне не были знакомы или я знала только их имена, а в третьем конкурсе я так или иначе знала авторов и авторок всех проектов в шорт-листе. Так я пришла к мысли, что задача, которую мне интересно решать, — не увеличение цифр, а распространение по каналам, которые выходят за рамки узкого сообщества. Другой пример, пока без названий, но в среду будут названия. Составляем анкету на опен колл, задача которого — набрать примерно 20 человек в целом, примерно 5 в наш блок. Еще раз вдумаемся: мы отбираем пять человек из города с миллионным населением. Нет сомнений, что думать об этом отборе нужно в логике интенсивности, а не экспансии. То есть это должны быть пять человек, которым настолько нужно именно то, что мы предлагаем, которых настолько волнуют именно те вопросы, ответы на которые мы можем вместе найти, что потом они впятером, не знакомые, наверное, прежде друг с другом, после какого-то количества недель или месяцев совместного времени выйдут настолько заряженными в свои контексты, что станут там катализаторами изменений. Успешным конкурсом, соответственно, будет такой, на который придут пять честных заявок по сложной и узкой форме, а не сто заявок, в которых люди говорят, что им было бы прикольно что-то такое тут всем вместе поделать. Так же и с цифрами охвата. Очевидно, каналы влияния театра часто — не уникальные посетители. Например, когда мы формировали состав «Фултайма» и принцип работы в «Группе продленного дня», мы понимали, что, да, на каждый наш показ будут ходить суммарно сто человек и это факт, который мы не можем изменить. Но мы собрали людей, которые гарантированно а) будут и дальше работать в индустрии — театра, искусства, б) ориентированы на то, чтобы менять ее на уровне институциональных практик, в) скорее всего, получат или уже получают возможность это делать. Поэтому наша задача — не анонсы на «Вилладже» и «Афише», чтобы примелькаться и стать брендом. Это задача, которую в нашем случае вообще не надо решать. Наша задача — вместе искать эти принципы и механизмы институциональных изменений, и когда я буду оценивать лабораторию после ее финала летом, я буду говорить вообще: да рано еще оценивать, дайте нам три года и я посмотрю, что будут делать все, с кем мы вместе прошли через этот год. Когда я думаю о рецензиях или текстах, которые могли бы быть написаны про «Группу продленного дня» или даже про другие мои проекты, конечно, по инерции я хочу, чтобы тексты выходили, посты появлялись и кто-нибудь нас еще снимал. Но все чаще говорю себе: стоп, давай подумаем. Ты правда хочешь один или пять текстов, которые создадут эффект присутствия, но не будут критикой и осмыслением, или вообще будут транслировать то, с чем все в лаборатории не согласны? Зачем? Потому что привычно измерять успешность так? — а эта привычка, в свою очередь, растет из отчетности по грантовым конкурсам, проводимых отделам по связям с общественностью в корпорациях. Может быть, не надо засорять пространство?

Мой любимый жанр текстов в последнее время — интервью, редкие, большие и по делу. Когда посмотрела спектакль «Распад», сразу захотела поговорить с Леной Ненашевой и Олжасом Жанайдароввым, режиссером и драматургом, которые оказались удивительным тандемом. Разговор лился, как редко бывает. Вот одна моя реплика о впечатлении, которое и стало стопроцентным аргументом, что про «Распад» надо написать: «Знаете, к вопросу о грани нормы и безумия. Где-то к середине спектакля я вдруг соотнесла себя с главной героиней. У меня нет клинической депрессии, я хожу на психотерапию, у меня устойчивая психика, но недавно, когда у меня стало много стрессовых ситуаций, связанных с властью, руководством, я начала замечать сильные перепады настроения, примерно как у героини. То есть этот спектакль можно посмотреть не только как историю про женщину с диагнозом, но и как историю про современную женщину, которая живет интенсивной жизнью, эта жизнь ее выматывает… В конце концов, героиня Юли даже выглядит как я. Мне было важно увидеть на сцене почти себя, это такая редкость. Лена, а тебе было важно сделать из героини Юли идентификационную модель? Соотносишь ли ты с ней себя?» А в тексте Лена и Олжас говорят еще больше точного о ментальном здоровье, женском взгляде и комплексе супермена. https://www.the-village.ru/weekend/weeknd-theatre/raspad

Всем, кто думает, что я шучу про переезд в Новосибирск, или не знает, что я шучу про переезд в Новосибирск. Я не шучу. «КОГО МЫ ЖДЕМ НА ЛАБОРАТОРИИ? Тех, кого, как и нас, волнует современный гендерный порядок и кто чувствует, что его исследование научными и театральными методами поможет ответить себе на важные вопросы или встать перед новыми. При отборе нам важно будет понять, что лаборатория может дать вам – и с какими вопросами и волнениями вы в нее входите. Мы приглашаем принять участие в конкурсном отборе всех, кто интересуется арт практиками, коммуникациями, гендерными исследованиями: — научных сотрудников, — артистов и художников (опытных и начинающих), — журналистов, работников СМИ, — социологов, социальных антропологов, психологов, — медиков, биологов, — общественных деятелей/сотрудников НКО. И не обязательно быть кем-то именно из этого списка 🙂 Наша лаборатория транс* инклюзивна». Я много думаю о том, как перенастроить формат вот таких открытых лабораторий. Знаю, что в Москве бы сейчас такую программу без гонораров делать не стала, в Новосибирск поеду узнавать и пытаться почувствовать, возможны ли без обиняков сейчас такие программы там. Мы с Ангелиной Миграновой и Родионом Сабировым из Казани, а также Юлей Чуриловой, директором «Первого театра», будем строить программу для пришедших, а не под себя — уже начали, см. в анкете. Во многом опираюсь на опыт «Быть или не знать» — ресурсного и неожиданного открытия совсем непривычного для меня подхода к театру горожан, которые больше, чем горожане. Если вы в Новосибирске, приходите или передавайте друзьям. https://1-teatr.ru/performance/vo-pervyh-otnoshenija-laboratorija-gendernyh-issledovanij