Сергей Кургинян

Театр «На досках» https://vk.com/na.doskah https://t.me/teatrnadoskah https://na-doskah.ru/ Афиша на сентябрь 2026 23 августа 2026 https://vk.ru/wall-27740192_4615 15 сентября, вт — «Кто слышит пролитую кровь» https://na-doskah.ru/repertoire/kto-slyshit-prolituyu-krov Мистерия о русском революционном служении. 19:00 – 22:30 (без антракта) 19 сентября, сб — «Бой» https://na-doskah.ru/repertoire/boi Почему эти люди не восстали? Почему отдали СССР? 19:00 – 22:30 (без антракта) 21 сентября, пн — «Зёрна» В чем сокровенное, о котором пишет Сент-Экзюпери? https://na-doskah.ru/repertoire/zyorna 19:00 - 21:00 22 сентября, вт — «Я!» https://na-doskah.ru/repertoire/ya О гордом одиночестве, разрушительной свободе и болезненной жажде быть услышанным. 19:00 - 21:00 26 сентября, сб — «Колыбель» https://na-doskah.ru/repertoire/kolybel Во что мы превратились?! Не пора ли опомниться? 19:00 – 22:30 (без антракта) 28 сентября, пн — «Экзерсисы» https://na-doskah.ru/repertoire/ekzersisy Любовь и Смерть: кто победит и что будет дальше? 19:00 - 21:00 🤝После каждого спектакля – встреча с режиссером Сергеем Кургиняном. ✅Записаться: na-doskah.ru 🏛Москва, Вспольный переулок, 21 (метро "Баррикадная", "Маяковская"). https://yandex.ru/maps/org/gbuk_moskovskiy_teatr_na_doskakh/1024699016/

Наследие подлинного служения: кто будет строить Россию 4 сентября 2026 https://rutube.ru/video/7a0e86e3b1e7d41421863e61b6f86eab/ mp4, 199 МБ

Наследие подлинного служения: кто будет строить Россию 4 сентября 2026 https://rutube.ru/video/7a0e86e3b1e7d41421863e61b6f86eab/ ▪️Мир «эффективных менеджеров». На каких идеологемах стоял позднесоветский и ельцинский проект ▪️Каким интеллектуально-патриотическим ресурсом обладает Россия сегодня, и хватит ли его для реальных преобразований ▪️О чем не могут договориться технократы и идеологи. Как будет решаться задача модернизации страны в новых условиях ▪️Насколько сильна инерция «вхожденческого» проекта и как её преодолеть? ▪️Какими качествами должен обладать современный политик, чтобы у него получилось реализовать принципиально новые проекты развития России Об этом в новом выпуске программы «Разговор с мудрецом» с Сергеем Кургиняном, публицистом, режиссёром, политологом и лидером движения «Суть времени». Кургинян говорит: ВКонтакте: https://vk.ru/kurginyan_govorit Telegram: https://t.me/sek_speech Звезда Аналитика в соцсетях: ВКонтакте: https://vkvideo.ru/video-220155889_456267229 Одноклассники: https://ok.ru/video/15711174527666 Rutube: https://rutube.ru/video/7a0e86e3b1e7d41421863e61b6f86eab/ Дзен: https://dzen.ru/video/watch/6a9adbf1a473f256e7fe059b Telegram: https://t.me/zvezda_analytics/26033 Max: https://max.ru/zvezda_analytics/AaBtysfvAWw YouTube: https://youtu.be/D3vC4lWM3bM Радио ЗВЕЗДА: https://radiozvezda.ru/programs/20241261826-tkDN7.html/2026941814-v9dVF.html Яндекс.Музыка: https://music.yandex.ru/album/24818839/track/155482482 Саундстрим: https://soundstream.media/clip/naslediye-podlinnogo-sluzheniya-kto-budet-stroit-rossiyu Звук: https://zvuk.com/episode/186791814

Будь американцы умнее, стали бы русскими 21 августа 2026 https://rutube.ru/video/fb7480d5e7742eb0de6cdf1df617b1eb/ mp4, 262 МБ

Будь американцы умнее, стали бы русскими 21 августа 2026 https://rutube.ru/video/fb7480d5e7742eb0de6cdf1df617b1eb/ ▪️В какой капкан попадают страны – «непартнёры», пытаясь в очередной раз окончательно решить «русский вопрос» ▪️Чем может обернуться для США и Запада попытка возрождения украинского филиала глобального неонацизма? ▪️Каково истинное отношение Штатов к РФ вне зависимости от формальных договоренностей вроде «Ялты» или «Анкориджа» ▪️Может ли Индия совершить рывок, превосходящий по результатам китайское «экономическое чудо» ▪️Скрытый военный потенциал Японии. Как Токио может повлиять на расстановку сил в Тихоокеанском регионе ▪️О чём говорит визит Президента Путина на Курилы и последовавшая за ним реакция Японии и коллективного Запада ▪️Какова вероятность обретения Японией и Германией собственного ядерного оружия и чем это обернется для России и мира Об этом в новом выпуске программы «Разговор с мудрецом» с Сергеем Кургиняном, публицистом, режиссёром, политологом и лидером движения «Суть времени». Кургинян говорит: https://t.me/sek_speech Звезда Аналитика в соцсетях: ВКонтакте: https://vkvideo.ru/video-220460826_456239238 Одноклассники: https://ok.ru/video/15561297496754 Rutube: https://rutube.ru/video/fb7480d5e7742eb0de6cdf1df617b1eb/ Дзен: https://max.ru/zvezda_analytics/AaAlscgfQjs Telegram: https://t.me/zvezda_analytics/25875 Max: https://max.ru/zvezda_analytics/AaAlscgfQjs YouTube: https://youtu.be/HPRLFTtYI4s Радио ЗВЕЗДА: https://radiozvezda.ru/analytics Яндекс.Музыка: https://music.yandex.ru/album/24818839 Саундстрим: https://soundstream.media/playlist/zvezda-analitika Звук: https://zvuk.com/podcast/28570309

Выйти из вхожденческой расслабухи необходимо просто для того, чтобы выжить. Но как из нее выйти? Простым образом не выйдешь. Не только мобилизация резервистов не поможет, но и линейный мобилизационный проект. На повестке дня сложнейшие нелинейные мобилизационные схемы. И их надо обсуждать отдельно. Я ведь не для того это все пишу, чтобы поселить в душах читателей чувства отчаяния и полной безнадеги. Но для того, чтобы выбираться из вхожденческого болота, надо понять, насколько сильно нас в него затянуло и какова сила удерживания в нем. В противном случае — не выберешься. А мыслить в категориях оптимизма и пессимизма можно, только пребывая в состоянии «счастливого» затягивания этим болотом. Страна еще не умерла. Она хочет жить. Она должна жить. Но выжить она может, только выбравшись из очень глубокого и очень могучего вхожденческого болота, чья природа должна поначалу быть хотя бы осознана. К вопросу о Курчатовых и Королёвых. Я не знал ни одного академика старшего поколения, который не относился бы к Берии с глубоким уважением. Конечно, я знал их не всех. Но ведь что-то по этому поводу мне известно. И еще. Великий Эрнст Резерфорд предлагал молодому Петру Леонидовичу Капице все возможности в Лондоне, а Петр Леонидович уехал в Советский Союз. Причем не по причине особой любви к советской идеологии, а потому что имели место и патриотизм, и четкое понимание — никакой Резерфорд не даст тех возможностей, которые даст советская власть. А байки о том, что Капицу выманили из Лондона — это позорный вхожденческий анекдот. Выбираться из вхожденческого болота будет ужасно трудно. С помощью простых средств оттуда не выберешься. Понимать устройство этого болота необходимо. А дальше все решит воля к жизни. Лично я верю, что она есть. 23 марта 2011 года Владимир Путин в качестве председателя правительства РФ приехал в Любляну для подписания шести важных экономических документов. Особый интерес тогда вызвал договор между концернами «Газпром» и «Геоплин Плинводе» о создании совместного предприятия, которое будет строить и обслуживать словенский участок «Южного потока». Отвечая на вопросы журналистов, проблематизировавших успешность русско-турецкого проекта, Путин сказал следующее: «Мы не считаем, что есть какая-то угроза этому проекту со стороны наших турецких партнеров. У нас с Турцией очень добрые, разносторонние отношения, и мы в значительной степени заинтересованы в развитии не только добрососедских отношений, но в наращивании этих контактов, переводе их в новое качество. В этой связи могу сказать, что у нас очень много с Турцией крупномасштабных инвестиционных проектов, в том числе и в сфере энергетики, в которых и мы, и турецкие партнеры очень заинтересованы. Вместе с тем, мы, конечно, исходим из любого развития событий, поэтому смотрим на вещи очень профессионально и готовы к любому развитию событий».

Вскоре ученый оказывался чуть ли не на официальном социальном олимпе. Притом что неофициальный социальный олимп состоит из воров, которых все-таки сажают и у которых до поры до времени престиж нулевой. Но и это не все. Советский писатель Даниил Гранин сильно скомпрометировал себя восхвалениями Тимофеева-Ресовского в романе «Зубр», но это относительно поздняя история. А до этого-то о чем шла речь? О том, что занятия наукой не только поощряются социально и финансово, выводя занимающихся ею в высшие страты, по сути, меритократического общества, но и приносят счастье — высшее счастье творческой жизни. Я уже вспоминал недавно: герой романа «Иду на грозу» выходит с семинара по теоретической физике, смотрит на идущих мимо него прохожих и ему хочется закричать: «Эй вы, люди, знаете ли вы, что вас ждет? А я знаю, я только что оттуда!» В связи с СВО начали задаваться как бы закономерные вопросы о том, где наши Королёвы и Курчатовы? Но Королёвы и Курчатовы не могут возникать во вхожденческом обществе. Они взрастают на почве одновременно социальной, то бишь меритократической, и духовной (она же — «я только что оттуда»). «Не хлебом единым» — назывался, как я помню, роман писателя Дудинцева. Но вхожденчество предполагает именно, что «хлебом единым». А одной риторикой тут ничего не изменишь. Тут почва нужна — и меритократическая, и духовная, и иная. А она разрушалась десятилетиями. Но предположим, что она восстановится. Как, в какие сроки — выведем пока это за скобки, притом что именно это является решающим обстоятельством. Кто будет преподавать девочкам и мальчикам, оказавшимся растениями, взращенными на этой другой почве? Кто будет за этими растениями ухаживать? Они ведь не криминальный сорняк. Я уже сказал, что Гражданская война длилась 4 года, научно-техническая профессура осталась в России, а шедшие в вузы юноши и девушки двигались наверх по меритократическим ступеням, а также по ступеням духовным. Наше вхожденчество в его острых капиталистическо-подражательных формах продлилось около 40 лет. И пока что оно не прервано. За эти годы те, кто должен это преподавать, отчасти ушли из жизни, отчасти спились, отчасти поменяли профессию. То есть сейчас того советского преподавательского состава, который был после Гражданской войны, нет и в помине. От него, как от козлика из песни, остались рожки да ножки. Впрочем, и они проблематичны. А студенты… Спросите у ректоров сегодняшних ведущих вузов, если, конечно, сумеете добиться от них откровенности, что такое сегодня преподаватели и студенты. Откровенности у этих ректоров добиться трудно, но если добьешься, то услышишь много печального. А на подходе новая военная эра. Беспилотники — только ее первые ласточки. Никто как бы не замечает, что Саудовская Аравия, Пакистан и Турция намерены сформировать очень прочный союз. В нем есть деньги Саудовской Аравии, ядерное оружие Пакистана, технологические возможности Турции и достаточная разогретость конфессионального, а значит, и идеологического плана. Кто именно примкнет к союзу — неясно. Как ни странно, там есть место Японии. И не за горами эпоха, когда Япония и Германия станут как минимум ядерными державами.

Серж де Пален не только зять Джованни Аньелли и муж Маргариты Аньелли, которая была очень упорна в своем желании выиграть борьбу за Fiat, он не только курировал деятельность Fiat в странах СНГ, то есть и на том ВАЗе, где оформлялся как предприниматель Борис Абрамович Березовский в борьбе с руководителем ВАЗа Владимиром Васильевичем Каданниковым. Де Пален еще и вице-председатель «Союза потомков галлиполийцев», то есть организации, объединяющей потомков белогвардейских эмигрантов. А еще он входит в попечительский совет Фонда святителя Василия Великого. Нити, тянущиеся от него в советскую элитную игру и ее постсоветские суррогаты, крайне многообразны. Главный вопрос тут в одном — этот самый вхожденческий проект в его разных модификациях и особенно в последней — уменьшительно-капиталистической — порожден только интересами нашей высшей советской номенклатуры, олицетворяемой и в том числе фигурой Джермена Гвишиани, или же у всего этого есть крупные международные интересанты? Но ведь их должно быть много. И даже если одним из них является Серж де Пален (а я этого не утверждаю), то на нем, безусловно, свет клином не сошелся. Есть и другие. И вновь подчеркну — конспирология как таковая может породить только сумму разного рода ошибок с крайне плачевными последствиями. Ведь так легко спутать объективный процесс и полуслучайные совпадения с целенаправленной деятельностью высоковлиятельных элитных сил. Историки, занятые элитами, для описания такой путаницы вводят неотличимость того, что рисует зимой мороз на оконном стекле, от рисунка художника, создающего причудливые узоры. Легко считать, что узор на оконном стекле нарисовала рука художника, но ведь мы знаем, что это не так. Однако знаем мы и другое. Что вхожденчество состоялось. Что оно принесло свои горькие плоды. И что главный по горечи плод — это создание вхожденческой системы, вхожденческой элиты и вхожденческого общества. А также вхожденческой культуры, вхожденческой ментальности, вхожденческой эмоциональности, если хотите. Государство, политическая и административная системы, вся логика существования были крайне долго подчинены вхожденчеству и породили определенные результаты. Поясню. Русская техническая и научная профессура пережила относительно недолгую Гражданскую войну, не потеряв ни Родины, ни компетенции. Уже Ленин, Красин и Кржижановский начали снова ее опекать в связи с проектами типа ГОЭЛРО. Потом — индустриализация, и эту профессуру стали опекать еще сильнее. На том этапе восхождения СССР руководившая этим восхождением партия накаленно, умно и волево рвалась к техническому прогрессу и создавала соответствующую стратификацию. Я наблюдал ее по своим родителям и их друзьям, а также по себе самому. Работая младшим научным сотрудником без кандидатской степени в академическом институте, я получал очень маленькую зарплату. Но сразу же после защиты кандидатской диссертации я получал уже вдвое больше. А затем возможности ученых стремительно нарастали. Младший научный сотрудник, кандидат наук — одни возможности. Старший научный сотрудник, кандидат наук — другие. Доктор наук — третьи. И так далее.

Всемирная штаб-квартира Fiat Group Automobiles. Вход в Палаццину. Завод Fiat в Мирафьори. Турин. Италия. 2011

Очевидно, что у Джермена Михайловича совсем другая карьера. И это карьера важного и фактически неотменяемого международного коммуникатора. В качестве такового Джермен Михайлович организовал, в частности, контакт своего тестя Косыгина с Джованни (Джанни) Аньелли, руководившим автомобильной компанией Fiat. 15 августа 1966 года в Москве Джанни Аньелли подписал контракт с министром автомобильной промышленности СССР Александром Тарасовым. Предметом контракта было создание автозавода в городе Тольятти — нынешнего Волжского автомобильного завода (ВАЗ). Было абсолютно очевидно, что не министр автомобильной промышленности сам по себе решил подписывать данный договор. Очевидны были и особые отношения Джанни Аньелли как с теми, кто входил в элиту при Муссолини (Fiat был любимым концерном Дуче), так и с тем же Сильвио Берлускони и другими аналогичными фигурами. Таким отношениям во многом способствовала особая мужская привлекательность Джанни Аньелли, которому молва приписывала любовные романы с представительницами самых высоких элитных сфер. Таких контактов было очень много. Наиболее очевидным стал контакт с Памеллой Дигби, бывшей супругой сына Уинстона Черчилля Рэндольфа. 19 ноября 1953 года в Страсбурге, в замке Остоффен произошло бракосочетание Джованни Аньелли и неаполитанской принцессы Мареллы Карачолло ди Кастаньето, дамы одновременно и крайне знатной, и очень известной по фотографиям в глянцевых журналах. В результате брака родился сначала сын Эдуардо, а через год — дочь Маргарита. В 1981 году Маргарита вышла замуж за французского аристократа графа Сержа Палена. В этом браке родилось пятеро детей: сын и четыре дочери. Маргарита везде фигурирует как Маргарита Аньелли-Пален. Особое внимание привлекает ее сын Петр. Но история семейства Аньелли, которое многие сравнивают с семейством Кеннеди, носит слишком запутанный характер для того, чтобы правильным образом встроиться в обсуждаемую нами тему. Тут, пожалуй, достаточно того, что Маргарита вышла замуж вторым браком за Сержа де Палена, что с 1991 года она из Маргариты Аньелли-Пален стала Маргаритой фон дер Пален и что в ноябре 1992 года граф Серж де Пален стал новым главой представительства концерна Fiat в странах Содружества. В связи с этим обстоятельством возникает вопрос о месте графа Сержа де Палена в структуре отношений Джермена Гвишиани, его высокопоставленного тестя и компании Fiat. Лично я в аспирантские годы присутствовал на обсуждениях вопроса о финансовой природе отношений между Fiat и высокопоставленными советскими руководителями. И уже тогда роль в этом Палена обсуждалась, но, так сказать, по касательной. А в дальнейшем обсуждения по поводу того, что позже стало именоваться откатом, становились все более определенными (сколько, кому, где спрятали).

Ну, а дальше — специфическая карьера Джермена Гвишиани, в том числе как зятя Алексея Николаевича Косыгина. Джермен Михайлович в качестве ученого очень плотно занимался американской темой, о чем свидетельствуют и его кандидатская диссертация «Социология американского менеджмента», защищенная в 1961 году, и его докторская диссертация «Американская теория организационного управления», защищенная в 1969 году. Но мало ли в Советском Союзе было именитых ученых. А вот членов Римского клуба было, как мы понимаем, немного. А ведь Джермен Михайлович не только стал членом Римского клуба. Он совместно с лордом Соломоном Цукерманом, входившим в элиту британских спецслужб со времен Второй мировой войны, и Макджорджем Банди (советником президента США по национальной безопасности при президентах Джоне Кеннеди и Линдоне Джонсоне) организовал Международный институт прикладного системного анализа (сокращенно — МИПСА). Располагался этот самый МИПСА в австрийском городе Лаксенбурге. Джермен Михайлович стал председателем научного совета этого международного института, расположенного на территории очень непростой страны, принадлежащей к западному миру и являющейся одним из центров весьма далеко идущих западных интриг. В те годы получить такую позицию было, мягко говоря, архисложно. Но ведь он ее получил. Никакие академические достижения и никакая аппаратная цепкость сами по себе не могли позволить Джермену Гвишиани занять такое положение в очень зарегулированную советскую эпоху. Нужна была поддержка Косыгина, причем выходящая далеко за рамки простого желания подсобить любимому зятю. Речь очевидным образом шла о другом. Не скажу, что это понимал в советскую эпоху каждый из наших граждан, читавших, например, действительно замечательный журнал «За рубежом», именуемый в узких кругах «За рубь ежом». Но среднеузкий круг людей, в который входил мой отец, это понимал и делал соответствующие выводы. То что, уже став организатором и фактическим главой МИПСА, Джермен Михайлович потом стал еще и директором нового и очень престижного Всесоюзного НИИ системного анализа (ВНИИСИ) — это уже гораздо более объяснимо обычными обстоятельствами, нежели его ключевая роль в лаксенбургском начинании. Столь же малообъяснима и совокупность научных регалий Джермена Михайловича (почетный доктор Пражской экономической школы, член Шведской королевской академии инженерных наук, член Финской академии технических наук, почетный доктор Хельсинкской школы экономики, член Американской академии управления, член Международной академии управления, почетный гражданин и посол доброй воли города Хьюстон, кавалер Большого Золотого знака почета со Звездой — высшего национального ордена Австрии). Ну, а то, что в честь Джермена Михайловича был назван некий астероид, причем через 22 года после его открытия, это уже мелочь, не правда ли? Но мало ли про кого говорилось, что женитьба является каналом вертикальной мобильности? И про Аджубея, женившегося на дочери Хрущёва, так говорилось («не имей сто рублей — а женись как Аджубей»), и про плохо кончившего Чурбанова, женившегося на Галине Брежневой («не имей сто баранов, а женись как Чурбанов»), арестованного по «узбекскому делу».

Но после выхода Владимира Александровича из тюрьмы, где он оказался по делу о ГКЧП, мы очень подружились. Он стал моим советником, с большим интересом включился в нашу аналитическую деятельность — международную, конечно, прежде всего, но и не только. За многие годы дружбы он мне многое рассказал по поводу вхожденчества во всех его модификациях. И то, что он рассказывал в 1990-е и 2000-е, полностью совпадало с тем, о чем говорили мой отец и его друзья двадцатью-тридцатью годами ранее. Итак, вхожденчество. В одном из разговоров со мной отец обратил мое внимание на особые обстоятельства биографии тогдашнего председателя Совета министров СССР Алексея Николаевича Косыгина. Вкратце остановившись на роли Роберта Эйхе в судьбе Косыгина, отец перешел к роли в этой же судьбе Андрея Александровича Жданова, благодаря прямому участию которого Косыгин из мастера и начальника смены превратился в директора одной из ленинградских фабрик, а потом — в заведующего промышленно-транспортным отделом Ленинградского обкома ВКП (б). Потом — в председателя ленинградского Горисполкома, потом — в наркома легкой промышленности и так далее. Роль Жданова в продвижении Косыгина, как сказал мне отец, — это всего лишь верхушка карьерного айсберга Алексея Николаевича. Что касается более скрытых вещей, то тут нельзя обойти стороной роль одного из крупнейших членов команды Берии Михаила Максимовича Гвишиани, начавшего свою карьеру в родном городе моего отца Ахалцихе, достигшего очень высокого положения при всемогущем Берии и сильно пострадавшего в качестве члена бериевской команды. Именно Михаил Максимович вывел опекаемого им Косыгина из состава тех, кто был осужден и расстрелян по так называемому Ленинградскому делу в октябре 1950 года (притом что с 1947 года смертная казнь в СССР была отменена, а в начале 1950 года, как по заказу, вновь введена для исключительных случаев, таких как измена Родине. Закон о введении смертной казни имел обратную силу, и под его действие попадали виновные в преступлениях, совершенных с 1947–1950 гг., включая то самое «Ленинградское дело»). Расстреляны были, конечно же, люди из клана Жданова, умершего в 1948 году и, скорее всего, действительно убитого (что послужило зачином в так называемом Деле врачей). Косыгин, казалось бы, должен был разделить судьбу других участников «Ленинградского дела», опекаемых Ждановым и входивших в так называемую русскую партию. Но он не пострадал. Как утверждали друзья отца, знавшие детали «Ленинградского дела» не понаслышке, именно по причинам глубоких неявных связей с Михаилом Гвишиани. Критически настроенный читатель скажет, что нельзя опираться на подобные кулуарные рассуждения. И это справедливо. Однако в дальнейшем Михаил Максимович Гвишиани был выведен из состава тех бериевских клевретов, которых покарала партийная советская длань именно с помощью Алексея Николаевича Косыгина. И, наконец, Алексей Николаевич выдал свою дочь Людмилу за сына Михаила Максимовича Гвишиани — Джермена Михайловича Гвишиани. (Если и это не является доказательством особых связей Косыгина и Гвишиани, то я развожу руками.)

Владимир Крючков. 1993

Вкратце — определенная часть тогдашней элиты КГБ СССР молилась на Андропова и его учителя Куусинена, считавших, что надо войти в западную цивилизацию, пусть и уподобившись западным странам. То есть развалив Союз, сымитировав политическую демократию и капиталистическую рыночную экономику. Далее говорилось: «А когда войдем — американцы уйдут из Европы, потому что у них исчезнет роль спасителя от советской угрозы. И вот тут-то мы вздохнем полной грудью». Скажете, не велись такие разговоры в 1970-е годы? Ох как велись. Последнего председателя КГБ Владимира Александровича Крючкова я до развала Советского Союза видел только на заседаниях Политбюро, которые вел Янаев (Горбачёв такие заседания полностью игнорировал).

Юрий Андропов. 1974

Но даже в условиях очевидного краха надежд на слияние коммунистической России с коммунистическим Западом мобилизационный проект Сталина, он же — коллективизация, индустриализация и культурная революция — принимался с глубокой неохотой. И потому, что требовал избыточного надрыва, который в случае его неуспешности обернулся бы крахом страны и уничтожением партии, и потому, что партия исповедовала марксизм, а, согласно марксизму, социализм в отсталой России мог быть построен только с опорой на победу пролетариата в передовых странах. Определенные надежды оставались на то, что фашизм как крайняя форма капиталистической реакции породит пролетарские восстания в передовых западных странах, и потому к фашизму надо подходить диалектически (с одной стороны — страшная гадость, а с другой стороны — а ну как эта гадость станет горьким лекарством для западных пролетариев). В итоге сталинский мобилизационный проект был принят и осуществлен. Возникла новая страна, сумевшая победить фашизм и превратиться в настоящую сверхдержаву (никогда до победы над фашизмом наша страна не могла даже помыслить о полном долговременном контроле над Восточной Европой, включая Берлин, и о триумфе коммунизма в Азии). Но коммунистический азиатский триумф, он же — создание Китайской народной республики, вскоре обернулся (всецело по вине Хрущёва и Ко) крайне напряженными отношениями с маоистским Китаем, а на Западе пришлось расстаться с упованиями на дружественные коммунистические режимы в высокоразвитых западных странах. Но и тогда идея вхождения СССР в западную цивилизацию не отменилась, лишь получила новую окраску. Она же — так называемая конвергенция. Мол, западный капитализм приобретает социальный характер и приближается к социализму, а нашему социализму нужна рыночность. Так почему бы не сойтись в некой средней точке? Поняв, что с этой самой конвергенцией такой же облом, как и с мировой коммунистической революцией, советская элита отнюдь не отказалась от вхожденчества как такового. Она просто стала разминать третий по счету вхожденческий проект. Первым был коммунистический, «мирореволюционный, земшарный», второй был конвергентным, а третий… Третьим стал проект перехода СССР от социализма к капитализму и вхождения в Запад на основе этого перехода. Я уже сказал о том, что мой отец заведовал кафедрой новой и новейшей истории Московского областного пединститута (МОПИ) и что у него было много друзей с весьма продвинутой компетенцией. Осталось добавить, что именно в институты типа МОПИ шли достаточно высокие чины КГБ СССР с тем, чтобы получать так называемые «поплавки», то есть значки о гражданском высшем образовании или кандидатские степени. Получались эти «поплавки» и степени, конечно, заочно. И у отца таких заочников было немало. Среди них был заместитель председателя КГБ СССР, Герой социалистического труда Семен Кузьмич Цвигун. Разговоры отца с его заочными аспирантами и его коллегами из разряда тех, про что сказано, что многие знания умножают скорбь, производили на меня в детстве очень глубокое впечатление. Да и сам отец никоим образом не собирался лишать меня возможности знакомиться с происходящим не по материалам газеты «Правда».

Обращаю здесь внимание на то, что справедливые слова президента России о необходимости ответа на очень опасный вызов Запада вновь и вновь дополняются тезисом о том, что Россия очень хочет войти в Запад полностью, в том числе и стать частью НАТО. То есть все время имеет место некая формулировка, излагаемая мною своим языком, но явным образом озвучиваемая нашим высшим руководством раз за разом: «Они, гады эти западные, нас в себя включить не хотят, но, если бы хотели, то мы бы — с превеликим удовольствием. И если они опомнятся, то почему бы нет? Они, конечно, не опомнятся, но мы сделаем все, чтобы их вразумить». Эту формулировку я и называю вхожденческой. И, как свидетельствуют приведенные мной примеры (а их, поверьте, гораздо больше), она представляет собой некую константу на интервале времени 1954–2022 годы. Есть соблазн в том, чтобы связать разворачивание подобного вхожденческого намерения, сочетаемого и с Карибским кризисом, и со многим другим, с постсталинским периодом. Мол, умер Иосиф Виссарионович, и сразу же стала оживать эта вхожденческая пагуба, пусть поначалу и риторическая. Отчасти это так, но лишь отчасти. Потому что Сталин отнюдь не отвергал предложение Рузвельта о том, чтобы план Маршалла осуществлялся не по отношению к Европе, а по отношению к СССР. Такой разворот был возможен, и не осуществился он в том числе в связи со смертью Рузвельта. Причем о том, что Рузвельт был убит, говорили очень серьезные люди. Мой покойный отец приехал в Москву из глухой кавказской деревни. Получил высшее образование, воевал и в Финскую, и в Великую Отечественную. Закончил Великую Отечественную войну в 1945 году под Кёнигсбергом, получив тяжелую контузию. Окончил аспирантуру, стал в итоге профессором, доктором исторических наук, заведующим кафедрой новой и новейшей истории Московского областного педагогического института. В круг его ближайших друзей входили и очень видные американисты, у которых были крайне влиятельные и компетентные старшие товарищи. Именно эти старшие товарищи, а не досужие конспирологи, настаивали на том, что Рузвельта убили, и перечисляли тех, кто замыслил и осуществил это убийство. Так что имеет место очень долгоиграющая история с попытками ввести СССР в западную цивилизацию на крайне обязательных и далекоидущих основах. И нельзя сказать, что Сталин был категорически против этого. Просто у него были смутные надежды на Рузвельта. А после смерти Рузвельта он понял, что шансы на ответственное и равноправное соединение с Западом строго равны нулю. Однако советская элита продолжала мечтать именно о таких отношениях с Западом. Мечтала она о них и перед началом сталинского надрыва, имя которого «коллективизация плюс индустриализация». Только тогда советская элита надеялась на мировую революцию, в рамках которой ей окажет помощь победивший пролетариат Великобритании, Франции и Германии. И лишь после того, как эти надежды развеялись под давлением объективной реальности, возник сталинский проект о построении социализма в отдельно взятой стране. И этот проект, предполагающий чудовищный надрыв коллективизации и индустриализации, был принят советской элитой в каком-то смысле именно потому, что надежда на правильное, то есть коммунистическое, вхождение Советской России в западную цивилизацию, ставшую коммунистической, слишком явным образом продемонстрировала свою несостоятельность. Было бы иначе — расстреляли бы не Каменева и Зиновьева с Бухариным, а Сталина.