Ваша любимая собака

"Пятьдесят лет назад в Уральских горах 13-летний пиздюк по имени Павлик Морозов донес местным властям на своего отца-кулака, который укрывал дома свинью. (Кулак — это мелкий фермер). В то время Сталин искоренял кулаков, чтобы открыть дорогу колхозам, которые оказались неэффективными. Сталин ввел огромный продовольственный налог, зная, что фермеры будут прятать урожай, а потом посылал отряды для поиска и захвата скрытой продукции и домашних животных. Зимой 1932–1933 годов от голода умерло, по меньшей мере, три миллиона человек, и это по самым скромным подсчетам. Маленький Павлик был изрублен на беф-строганов возмущенными соседями — и поделом. Так сгинут все говорящие задницы". (Отрывок У. Берроуза о Павлике Морозове из книги «Экспериментаторы сознания»)

Художники-криминалисты создают фотороботы, намеренно подчеркивая характерные черты внешности, чтобы пробудить воспоминания свидетелей или помочь установить личность неизвестного человека. Если тело сильно разложилось или лицо было изуродовано, специалисты пытаются восстановить предполагаемый облик по сохранившимся останкам, фотографиям и другим сведениям. Иногда они прибегают к необычным художественным решениям: например, на одном из портретов женщина прикрывает сильно поврежденную часть лица собственной рукой, украшенной многочисленными ювелирными изделиями. Часто это выходит очень жутко и крипово.

Республика Дагестан, Россия, 2009. Обряд жертвоприношения в селе Гимры.

Письмо Маяковского к сестре Людмиле Владимировне (1905)

Олень с человеческим ребром в пасти - фотография, сделанная в 2015 году на одной из американских «ферм трупов», научных площадок, где изучают естественное разложение человеческих тел. Фотоловушка в Техасе зафиксировала белохвостого оленя, который грыз человеческое ребро. В 2017 году этот случай описали учёные как первый фотографически подтверждённый случай поедания человеческих останков оленем. Для травоядного такое поведение, хотя и выглядит жутко, не настолько необычно: олени иногда грызут кости других животных, вероятно, восполняя дефицит минералов вроде кальция и фосфора. Так что точнее сказать, что олень не «поедал человека», а, скорее, грыз человеческую кость.

Маска-гримаса эпохи мексиканской культуры Веракрус, 600 - 900 век н.э.

Twisted Teens - нью-орлеанский дуэт, играющий странный, нарочито грязный гибрид гаражного панка, серф-рока, кантри и лоу-фай-рок-н-ролла. Новый клип «Stalks» - первый трек с их предстоящего альбома The Holy Cross Tigers, который выйдет 6 ноября на Sub Pop и станет для группы дебютом на этом легендарном лейбле. Сам трек - это, по словам самих исполнителей, "песня о попытке удержать отношения, которые уже обречены". Но мне больше интересен клип напоминающий стилизации под старые американские тв-шоу, только доведённые до своей сюрной крайности: музыканты играют среди мусора, надевают на себя мусорные баки, делают из банок бигуди, а из пакетов - головные уборы итд

Michael Sowa - Big Buzzer, 1980s

Euthanasia Coaster, или Американские горки для эвтаназии - концептуальный арт-объект, который разработал выпускник лондонского Royal College of Art, литовец Юлийонас Урбонас специально для выставки "Human" в 2010 году. "Аттракцион, который призван отправлять желающего в последний путь «гуманно, элегантно и незаметно», имеет полотно особой формы, состоящее из двух участков - участка разгона высотой 500 метров и «рабочего» участка, состоящего из 7 петель постепенно уменьшающегося радиуса. Общая протяжённость полотна - более 7.5 километров. Субъект помещается в вагончик, 2 минуты поднимается на разгонный участок, в течение 10 секунд скатывается с него, и на скорости около 100 км/ч влетает в «рабочий» участок, где примерно за минуту успевает испытать все возможные чувства - от дикого ужаса до эйфории. Возникающая при этом перегрузка около 10g вызывает постепенную потерю сознания и в конечном счёте смерть вследствие мозговой гипоксии. Всё это сопровождается ахроматопсией и полной потерей зрения к концу пути".

Один из первых крупных итальянских полнометражных фильмов - «Ад» (L’Inferno) 1911 года. Поставлен Франческо Бертолини, Адольфо Падованом и Джузеппе де Лигуоро. Грандиозная экранизация «Божественной комедии» Данте. Его визуальный стиль во многом вдохновлён знаменитыми иллюстрациями Гюстава Доре: гигантские демоны, безумные пейзажи Ада, грешники и фантастические мучения выглядят впечатляюще даже сегодня. Для своего времени фильм использовал всевозможные спецэффекты - двойные экспозиции, оптические трюки и сложные декорации. Завораживает.

Верхнекамские соляные пещеры – месторождение калийных и магниевых солей в Пермском крае. Разноцветные узоры, покрывающие стены шахт – срезы слоёв минерала (карналлит) от проходческой машины. Окраска узоров имеет органическое происхождение, и связана с наличием останков множества древних микроорганизмов (водоросли, споры и т.д.). Чаще всего, карналлит имеет красный, жёлтый, синий и белый цвет, хотя может и вовсе не иметь цвета. Кроме него в соляных пещерах также встречается магний, хлорид и калий. Все вместе, они создают ощущение тотальной психоделической инсталляции. Фото: Виктор Лягушкин.

Можно ли повернуть историю вспять? Наверное, можно – если этого захотят миллионы. Так давайте же этого не хотеть. Ведь многое зависит от нас самих. Не все, конечно, но многое».

Феодальные отношения, казалось бы, исчезли, но феодальный менталитет оказался живуч и могуч, он оказался сильнее и пара, и электричества, сильнее всеобщей грамотности и всеобщей компьютеризации. Живучесть его, безусловно, имеет причиной то обстоятельство, что корнями своими феодализм уходит в дофеодальные, еще пещерные времена, в ментальность блохастого стада бесхвостых обезьян: все чужаки, живущие в соседнем лесу, отвратительны и опасны, а вожак наш великолепно жесток, мудр и побеждает врагов. Эта первобытная ментальность, видимо, не скоро покинет род человеческий. И поэтому фашизм – это феодализм сегодня. И завтра. Только, ради бога, не путайте национализм с патриотизмом! Патриотизм – это любовь к своему народу, а национализм – неприязнь к чужому. Патриот прекрасно знает, что не бывает плохих и хороших народов – бывают лишь плохие и хорошие люди. Националист же всегда мыслит категориями «свои-чужие», «наши-не наши», «воры-фраера», он целые народы с легкостью необыкновенной записывает в негодяи, или в дураки, или в бандиты. Это важнейший признак фашистской идеологии – деление людей на «наших и не наших». Сталинский тоталитаризм основан на подобной идеологии, поэтому-то они так похожи, эти режимы – режимы-убийцы, режимы – разрушители культуры, режимы-милитаристы. Только фашисты людей делят на расы, а сталинисты – на классы. Очень важный признак фашизма — ложь. Конечно, не всякий, кто лжет, фашист, но всякий фашист обязательно лжец. Он просто вынужден лгать. Потому что диктатуру иногда еще как-то можно худо-бедно, но все-таки разумно обосновать, национализм же обосновать можно только через посредство лжи – какими-нибудь фальшивыми «Протоколами» или разглагольствованиями, что-де «евреи русский народ споили», «все кавказцы – прирожденные бандиты» и тому подобное. Поэтому фашисты лгут. И всегда лгали. И никто точнее Эрнеста Хемингуэя не сказал о них: «Фашизм есть ложь, изрекаемая бандитами». Так что если вы вдруг «осознали», что только лишь ваш народ достоин всех благ, а все прочие народы вокруг – второй сорт, поздравляю: вы сделали свой первый шаг в фашизм. Потом вас осеняет, что высоких целей ваш народ добьется, только когда железный порядок будет установлен и заткнут пасть всем этим крикунам и бумагомаракам, разглагольствующим о свободах; когда поставят к стенке (без суда и следствия) всех, кто идет поперек, а инородцев беспощадно возьмут к ногтю... И как только вы приняли все это – процесс завершился: вы уже фашист. На вас нет черного мундира со свастикой. Вы не имеете привычки орать «Хайль!». Вы всю жизнь гордились победой нашей страны над фашизмом и, может быть, даже сами лично приближали эту победу. Но вы позволили себе встать в ряды борцов за диктатуру националистов – и вы уже фашист. Как просто! Как страшно просто. И не говорите теперь, что вы совсем не злой человек, что вы против страданий людей невинных (к стенке поставлены должны быть только враги порядка, и только враги порядка должны оказаться за колючей проволокой), что у вас у самого дети-внуки, что вы против войны... Все это уже не имеет значения, коль скоро приняли вы Причастие Буйвола. Дорога истории давно уже накатана, логика истории беспощадна, и, как только придут к власти ваши фюреры, заработает отлаженный конвейер: устранение инакомыслящих – подавление неизбежного протеста – концлагеря, виселицы – упадок мирной экономики — милитаризация — война... А если вы, опомнившись, захотите в какой-то момент остановить этот страшный конвейер, вы будете беспощадно уничтожены, словно самый распоследний демократ-интернационалист. Знамена у вас будут не красно-коричневые, а, например, черно-оранжевые. Вы будете на своих собраниях кричать не «Хайль», а, скажем, «Слава!» Не будет у вас штурмбаннфюреров, а будут какие-нибудь есаул-бригадиры, но сущность фашизма – диктатура нацистов — останется, а значит, останутся ложь, кровь, война – теперь, возможно, ядерная. Мы живем в опасное время. Чума в нашем доме. В первую очередь она поражает оскорбленных и униженных, а их так много сейчас.

Почти тридцать лет назад культовый советский и российский фантаст Борис Стругацкий опубликовал в газете «Невское время» заметку под названием «Фашизм - это очень просто. Эпидемиологическая памятка». Привожу ее текст целиком. "Чума в нашем доме. Лечить ее мы не умеем. Более того, мы сплошь да рядом не умеем даже поставить правильный диагноз. И тот, кто уже заразился, зачастую не замечает, что он болен и заразен. Ему-то кажется, что он знает о фашизме все. Ведь всем же известно, что фашизм – это черные эсэсовские мундиры, лающая речь, вздернутые в римском приветствии руки, свастика, черно-красные знамена, марширующие колонны, люди-скелеты за колючей проволокой, жирный дым из труб крематориев, бесноватый фюрер с челочкой, толстый Геринг, поблескивающий стеклышками пенсне Гиммлер и еще полдюжины более или менее достоверных фигур из «Семнадцати мгновений весны», из «Подвига разведчика», из «Падения Берлина»... О, мы прекрасно знаем, что такое фашизм – немецкий фашизм, он же гитлеризм. Нам и в голову не приходит, что существует и другой фашизм, такой же поганый, такой же страшный, но свой, доморощенный. И наверное, именно поэтому мы не видим его в упор, когда он на глазах у нас разрастается в теле страны, словно тихая злокачественная опухоль. Мы, правда, различаем свастику, закамуфлированную под рунические знаки. До нас доносятся хриплые вопли, призывающие к расправе над инородцами. Мы замечаем порой поганые лозунги и картинки на стенах наших домов. Но мы никак не можем признаться себе, что это тоже фашизм. Нам все кажется, что фашизм – это черные эсэсовские мундиры, лающая иноземная речь, жирный дым из труб крематориев, война... Сейчас Академия наук, выполняя указ президента, лихорадочно формулирует научное определение фашизма. Надо полагать, это будет точное, всеобъемлющее, на все случаи жизни определение. И разумеется, дьявольски сложное. А между тем фашизм — это просто. Более того, фашизм — это очень просто! Фашизм есть диктатура националистов. Соответственно, фашист – это человек, исповедующий (и проповедующий) превосходство одной нации над другими и при этом активный поборник «железной руки», «дисциплины-порядка», «ежовых рукавиц» и прочих прелестей тоталитаризма. И все. Больше ничего в основе фашизма нет. Диктатура плюс национализм. Тоталитарное правление одной нации. А все остальное – тайная полиция, лагеря, костры из книг, война – прорастает из этого ядовитого зерна, как смерть из раковой клетки. Возможна железная диктатура со всеми ее гробовыми прелестями, скажем диктатура Стресснера в Парагвае или диктатура Сталина в СССР, но, поскольку тотальной идеей этой диктатуры не является идея национальная (расовая), это уже не фашизм. Возможно государство, опирающееся на национальную идею, скажем Израиль, но, если отсутствует диктатура («железная рука», подавление демократических свобод, всевластие тайной полиции), это уже не фашизм. Совершенно бессмысленны и безграмотны выражения типа «демофашист» или «фашиствующий демократ». Это такая же нелепость, как «ледяной кипяток» или «ароматное зловоние». Демократ, да, может быть в какой-то степени националистом, но он по определению враг всякой и всяческой диктатуры, а поэтому фашистом быть просто не умеет. Так же как не умеет никакой фашист быть демократом, сторонником свободы слова, свободы печати, свободы митингов и демонстраций, он всегда за одну свободу — свободу Железной Руки. Могу легко представить себе человека, который, ознакомившись со всеми этими моими дефинициями, скажет (с сомнением): «Этак у тебя получается, что лет пятьсот-шестьсот назад все на свете были фашистами: и князья, и цари, и сеньоры, и вассалы...» В каком-то смысле такое замечание бьет в цель, ибо оно верно «с точностью до наоборот»: фашизм – это задержавшийся в развитии феодализм, переживший и век пара, и век электричества, и век атома и готовый пережить век космических полетов и искусственного интеллекта.

Маленькая девочка на чаепитии с омаром и ястребом в 1938 году

Восковые скульптуры зачумленных трупов и издыхающих младенцев выполненные мастером эпохи Барокко, уроженцем сицилийских Сиракуз, Гаэтано Джулио Цумбо (или Зумбо), Считается, что он был первым создателем медицинских моделей из окрашенного воска "Цумбо получил образование в Иезуитском институте родного города, но покинул аббатство, желая быть скульптором. С 1678 по 1691 гг. он жил в Неаполе и создал две восковые группы, сохранившиеся до наших дней во Флоренции в музее Ла Спекола. (LA SPECOLA section of the Museum of Natural History in Florence) Свирепствующая в то время чума порождала мысли о хрупкости человеческой жизни. В западно-европейском искусстве преобладал маньеризм — направление, утверждавшее неустойчивость, трагические диссонансы бытия. Черты маньеризма можно видеть и в первых созданных Зумбо «театрини» — восковых аллегорических группах «Триумф времени» и «Чума»."

Монгольский палеонтолог Алтангерел Перле из Музея естественной истории в Улан-Баторе стоит между предплечьями дейнохейруса; фото - Луи Психойос

Церковь в виде курицы была построенна 67-летним Даниэлем Аламсжахом (Daniel Alamsjah) возле города Магеланг (Индонезия). Как утверждал мужчина, к нему пришло «божье откровение», и после этого он приступил к возведению этой постройки. Даниэль не позиционировал это здание как церковь. Это было молитвенным Домом, куда мог прийти любой желающий, независимо от вероисповедания, и обратиться к богу. Мужчина строил Дом в виде голубя, но местные жители окрестили его Gereja Ayam, что значит «Куриный дом». Помимо своего прямого назначения, молитвенный Дом использовался также в качестве реабилитационного центра для детей-инвалидов и наркоманов. В подземной части здания есть 12 недостроенных комнат, где они содержались. К 2000 году «Куриную церковь» пришлось закрыть из-за нехватки средств на ее содержание и дальнейшее строительство.