110.371mV

небольшой стекольный спойлер того, что ждет вас в будущем. забежала на несколько глав вперед, но уж очень хотелось поделиться! 🕺 #спойлеры

мой первый рейтинг на фикбуке 🥺 спасибо большое!! в тиктоке спрашивали, сколько примерно будет глав. один господь знает. у меня прописан весь сюжет, но это все в формате заметок. иногда, пятьдесят страниц после вычитки превращаются в двадцать пять, а иногда из десяти получается в итоге шестьдесят 🥹 я все еще очень удивлена, что работа собрала уже больше трехсот лайков (за что большое спасибо!!) потому что изначально я считала всю эту историю достаточно слабой и мне просто захотелось поделиться записями. спасибо большое каждому за отзывы, теплые слова и комментарии. надеюсь, однажды, мой чонгук пополнит список гринфлагов в тиктоке, ахаха и если будут какие-то вопросы по сюжету уже написанных глав, то я с радостью отвечу! обнимаю всем любви❤️

главу выложила ٩(◕‿◕｡)۶ если честно, меня немного пугает, что начинала я с мыслью "главы будут около двадцати страниц", а сейчас, пятая глава вышла на сорок.. 🥹 я то не против, но переживаю, что кого-то может оттолкнуть описание одного дня на почти пол сотни страниц всем приятного чтения и любви!

небольшой подгончик-зарисовка, чтобы вам было не так скучно ждать новые главы белой комнаты «север» - teletype всем любви ❤️

я не ожидала, что работа соберет такой отклик в тиктоке и на фб на столь раннем этапе. спасибо большое всем за чудесные комментарии и поддержку, мне безмерно приятно 🥺 я очень боялась, что мой слог будет большинству не понраву и перед публикацией каждой главы переживаю, что она может быть хуже/слабее, но мне наоборот все больше пишут приятных слов. спасибо большое! честно признаюсь, у меня лежит еще несколько работ, написанных на половину, поэтому как только закончится «La Chambre Blanche» я возьмусь за следующий макси глава выйдет завтра всем любви ❤️

главу выложила, к сожалению, не успела ее вычитать полноценно у меня уже голова плавится, но заставлять вас дольше ждать не хотелось. так что можете смело отмечать ошибки в пб, завтра все подредактирую! всем любви

привет ребятам из фикбука, глава выйдет сегодня вечером!

и если однажды окажется, что любовь действительно способна принимать такую форму, то что тогда вообще можно назвать безопасным? если человек способен бояться тех же рук, которые когда-то были единственным местом, где он чувствовал себя дома, если начинает вздрагивать от голоса, под который когда-то засыпал, если слово «люблю» однажды становится страшнее молчания. то где именно заканчивается любовь? или она вообще никуда не исчезает? может быть, она действительно продолжает жить где-то между первым ударом и первым «прости». между объятиями и синяками. между нежностью и жестокостью. между человеком, которого ты однажды встретил, и человеком, которого однажды перестал узнавать. тогда что именно умирает? любовь? доверие? или ты сам? или только наше представление о том, что одно всегда должно защищать от другого? почему человеку вообще была дана возможность причинить такую боль именно тому, кого он любит сильнее всего? зачем любовь учит нас всем самым хрупким местам друг друга? чтобы потом однажды кто-то смог разрушить их с невозможной точностью? или она никогда не предполагала, что человек способен использовать знание о чужой душе против самой этой души? если любовь действительно является самым светлым чувством, на которое способен человек, то почему именно рядом с ней иногда рождается самая глубокая темнота? и если даже она однажды оказывается бессильной, то существует ли вообще что-нибудь, чего темнота не сможет однажды коснуться?

Setfro — ошибочное восприятие двух разных версий одного человека как одной непрерывной личности.

невозможно за один день разлюбить место, в котором когда-то было безопасно. сознание вообще плохо понимает слово «было». оно упрямо продолжает искать настоящее в прошедшем времени. если человек тысячу раз возвращался домой и находил там тепло, оно будет ждать этого и в тысячу первый, даже если дверь давно открывают совсем другие руки. память вообще удивительно консервативна. она всегда отстает от реальности. сначала мир успевает измениться, потом человек, потом отношения, и только память еще долго живет там, где ничего не произошло. иногда мы остаемся не рядом с человеком. мы остаемся рядом с последней версией его, в которую еще могли без страха влюбиться. может быть, именно поэтому чужая жестокость почти никогда не становится неожиданностью сразу. она приходит слишком медленно. первое грубое слово объясняется усталостью. первый крик — тяжелым днем. первое унижение — случайно вырвавшейся фразой, о которой потом искренне жалеют. человеку вообще свойственно искать закономерность там, где происходят исключения. если сто счастливых дней сменяются одним несчастным, сознание почти всегда решает, что ошибся именно этот один день. оно еще не знает, что иногда исключения обладают странной способностью постепенно становиться правилом. никто не просыпается однажды утром в чужой жизни. человек приходит туда незаметно, соглашаясь всего на одну вещь за раз. я часто думаю о том, что любовь вообще существует благодаря памяти. мы любим человека не только за то, каким он является сейчас. мы любим его за все предыдущие версии одновременно. за первое прикосновение, за случайный смех, за разговоры до рассвета, за тысячи дней, которые продолжают жить внутри нас даже после того, как перестали существовать снаружи. наверное, поэтому расставание с жестоким человеком оказывается таким мучительным. уходить приходится не от одного человека. уходить приходится сразу от всех, кем он когда-либо был. любовь никогда не живет в настоящем времени. она всегда немного опаздывает. и тогда становится почти невозможно ответить на вопрос, был ли человек таким с самого начала. потому что правильный ответ, возможно, вообще не имеет значения. если дерево однажды перестало давать тень, человеку, который всю жизнь прятался под его ветвями, уже безразлично, было ли оно больным изначально или заболело позже. солнце все равно обжигает одинаково. мы слишком часто пытаемся найти момент, в котором все сломалось, потому что верим: если найти первую трещину, получится отменить и последнее разрушение. но время не умеет двигаться назад. оно вообще ничего не умеет. оно только однажды заставляет признать, что дом, в котором ты продолжаешь жить, давно перестал быть домом. любовь заканчивается не тогда, когда человек уходит. иногда она заканчивается в тот день, когда рядом с ним впервые становится страшно.

33.7 / Setfro человек способен привыкнуть ко всему. наверное, поэтому меня всегда пугала не сама боль, а то, насколько незаметно она однажды перестает казаться чем-то чужим. никто ведь не замечает момента, когда начинает жить внутри клетки. сначала ты просто чаще смотришь на часы, чтобы не заставлять другого ждать. потом перестаешь рассказывать некоторые вещи, потому что знаешь, какой последует разговор. потом начинаешь заранее подбирать слова, которые никого не разозлят. однажды ловишь себя на том, что уже не спрашиваешь себя, счастлив ли ты. гораздо важнее становится другой вопрос: получится ли сегодня прожить день так, чтобы никого не расстроить. и именно тогда происходит что-то почти незаметное. человек перестает считать собственную свободу естественным состоянием. она начинает казаться привилегией, которую сначала нужно заслужить. именно поэтому люди так долго остаются там, где им больно. со стороны это выглядит почти необъяснимо. достаточно ведь просто уйти. дверь не заперта. улица по-прежнему существует. мир не заканчивается за порогом квартиры. но сознание почему-то никогда не живет в той же реальности, что и тело. оно помнит не сегодняшний крик, а человека, который когда-то дрожащими руками завязывал тебе шарф перед выходом, чтобы ветер не добрался до горла. память вообще удивительно жестока. она никогда не хранит человека целиком. она складывает его из самых теплых воспоминаний именно в тот момент, когда больше всего нужно увидеть холодные. и тогда возникает почти неразрешимая задача: как уйти от того, кто все еще существует внутри тебя таким, каким был несколько лет назад, если человек, стоящий сейчас напротив, почему-то продолжает носить то же лицо? любовь не ослепляет, нет. она просто очень долго не позволяет признать смерть того, чего больше нет. мы ведь не спорим с зимой, когда осенью начинают опадать листья. не убеждаем дерево, что оно обязано снова стать зеленым прямо сейчас. только в любви почему-то ведем себя иначе. если человек однажды был нежным, сознание еще очень долго продолжает ждать его возвращения, принимая редкие минуты тепла за доказательство того, что ничего не закончилось. хотя, возможно, эти минуты похожи на последние отблески заката. свет все еще есть. просто солнца уже нет.

зарисовка, написанная на почве размышлений выше 20:57 — Teletype

217mS время, за которое другой человек становится частью твоего внутреннего устройства. предательство вообще не имеет никакого отношения к боли. боль слишком проста, чтобы объяснить то чувство, которое остается после человека, однажды ставшего для тебя домом. если незнакомец ударит меня на улице, я буду помнить его руки, его лицо, может быть, его голос, но уже через несколько лет от всего этого останется только факт — когда-то мне сделали больно. память умеет избавляться от чужих людей, потому что чужие никогда не становятся частью того, как мы устроены. совсем другое происходит с теми, кого мы любим. любовь — странная вещь: она не просто впускает человека в жизнь, она постепенно начинает перестраивать саму архитектуру сознания под его существование. ты больше не принимаешь решения один, не думаешь один, не боишься один. в какой-то момент оказывается, что внутри тебя уже существуют комнаты, построенные исключительно для другого человека, привычки, которых раньше не было, слова, которые появились только потому, что он однажды их произнес, и даже тишина начинает звучать иначе, если он находится рядом. наверное, именно поэтому потеря любимого человека ощущается не как исчезновение кого-то другого, а как разрушение собственного внутреннего устройства. ты продолжаешь жить в доме, половина несущих стен которого внезапно перестала существовать, и не понимаешь, почему потолок до сих пор не рухнул тебе на голову. со стороны кажется, будто ничего не изменилось: ты все так же просыпаешься, разговариваешь, ешь, выходишь на улицу. только никто не видит, что каждое движение теперь требует в несколько раз больше усилий, потому что все внутри продолжает искать того, под кого когда-то перестроилось и, наверное, именно поэтому люди так часто говорят, что любимый человек их «сломал». хотя это не совсем правда. сломать можно только то, что существовало отдельно. но любовь никогда не оставляет людей отдельными друг от друга. она стирает границы настолько медленно, что никто не замечает самого момента исчезновения. сначала появляется привычка писать ему обо всем, что произошло за день. потом — мысль, что любую новость нужно рассказать именно ему. потом — ощущение, что его мнение почему-то начинает звучать внутри твоей головы даже тогда, когда его нет рядом. а потом проходит достаточно времени, и ты уже не способен точно определить, где заканчиваются твои собственные мысли и начинаются те, которые однажды незаметно принес с собой другой человек. наверное, поэтому невозможно просто «разлюбить». это звучит так же нелепо, как предложение вынуть из собственного языка все слова, которые ты когда-либо слышал от матери. они давно перестали принадлежать ей. они стали способом, которым ты сам теперь думаешь может быть, именно в этом и заключается самая страшная власть любви. она никогда не просит отдать сердце. сердце — слишком красивый символ, чтобы иметь хоть какое-то отношение к реальности. любовь просит гораздо больше и делает это так незаметно, что человек благодарит ее за собственное исчезновение. она просит позволить другому стать частью механизма, благодаря которому ты воспринимаешь мир, а потом однажды этот человек уходит, меняется или предает тебя, и оказывается, что смотреть на мир прежними глазами уже невозможно, потому что половина этих глаз когда-то принадлежала ему. наверное, поэтому некоторые предательства переживают десятилетиями. дело никогда не было в поступке. поступок длится секунды. настоящая катастрофа начинается позже, когда человек вдруг понимает, что ему предстоит не забыть другого, а буквально заново научиться существовать без той части собственной личности, которую он когда-то с такой счастливой беспечностью доверил чужому присутствию

v1.20th иногда мне кажется, что возраст придумали не для того, чтобы измерять время, а для того, чтобы человеку всегда было с чем сравнить собственное поражение. в семнадцать кто-то уже стоял там, куда я не добралась и к двадцати, и эти три года почему-то ощущались не расстоянием между двумя людьми, а окончательным приговором. словно существует невидимая высота, которую необходимо набрать к определенному числу, иначе дальше подниматься уже бессмысленно. человек смотрит на чужую вершину снизу и не замечает, как постепенно превращает ее в край собственного мира. ему начинает казаться, что все значимое уже произошло без него: песни написаны, города построены, нужные слова произнесены теми, кто оказался моложе, смелее, талантливее. чужой успех становится доказательством, что у времени были любимчики, а он родился лишь затем, чтобы наблюдать, как оно выбирает других. но, возможно, самая жестокая ошибка заключается именно в попытке измерить разные жизни одной высотой. гора существует только там, где человек заранее решил, что обязан оказаться наверху. до этого есть лишь земля, множество направлений и чужие следы, которые почему-то приняли за единственный возможный путь. тот, кто поднялся высоко в семнадцать, не украл ничьего будущего. он лишь сделал особенно заметным пустое пространство внутри другого человека, и тот решил, что эта пустота означает конец, хотя она могла быть местом, где еще ничего не успело начаться. ведь отсутствие пройденного пути — не то же самое, что отсутствие пути вообще. двадцать лет кажутся вечностью только тому, кто проживает их изнутри; для самой жизни это едва ли не первая попытка открыть глаза. но сознание нетерпеливо: оно требует немедленного доказательства, что появилось не напрасно, и, не получив его, начинает сомневаться в праве существовать. будто существование должно быть оправдано высотой, полезностью или чьим-то восхищением. будто дерево обязано раньше другого дать плоды, иначе вся земля, вода и свет были потрачены на него зря. человек не прощает себе медленного роста, хотя в природе только мертвое возникает сразу в окончательной форме. все живое долго остается незавершенным, и, возможно, именно незавершенность является его единственным настоящим признаком. тот, до кого теперь невозможно дотянуться, однажды тоже смотрел вверх, просто с того места его уже не видно. расстояние между людьми кажется бесконечным лишь потому, что мы смотрим на чужую жизнь как на продолжение собственной и называем отставанием все, что развивается иначе. но жизнь не является гонкой даже тогда, когда все вокруг бегут. у нее нет общего финиша, после которого поздно появляться. и, может быть, существовать нужно не затем, чтобы однажды сравняться с кем-то, кто ушел слишком далеко, а затем, чтобы перестать считать чужую высоту мерой глубины собственного присутствия в мире

странно, что люди называют шрамы следами прошлого. на самом деле шрам никогда не рассказывает о том, что произошло. он рассказывает только о том, что закончилось. никто не смотрит на заросший лес и не видит всех пожаров, которые он пережил. никто не может определить по спокойной реке, сколько раз она выходила из берегов. природа никогда не хранит свои катастрофы в настоящем времени — она превращает их в новую форму жизни. наверное, поэтому деревья не стыдятся сломанных ветвей. только человек почему-то всю жизнь пытается доказать, что никогда не был разрушен. словно пережить бурю — позор, а не единственное условие, при котором вообще можно узнать, что такое тишина

110.371.9V1hoo думаю, сознание вообще никогда не должно было появиться. вселенная прекрасно существовала миллиарды лет без единого вопроса. звезды рождались и умирали, галактики сталкивались, свет бесконечно летел сквозь пустоту, и никому не приходило в голову назвать это красивым или жестоким. миру не требовалось объяснение самого себя, пока однажды не появился человек. удивительно, что самая маленькая часть известной нам вселенной оказалась единственной, кому оказалось недостаточно просто существовать. мы не умеем смотреть на мир молча. любое явление мы сразу превращаем в смысл, любое совпадение — в знак, любую потерю — в вопрос. иногда мне кажется, что человек не живет внутри вселенной. наоборот. это вселенная однажды оказалась заперта внутри человеческого сознания. только так можно объяснить, почему несколько килограммов вещества способны вместить в себя бесконечность, почему крошечный мозг может бояться смерти звезд, которых никогда не видел, тосковать по прошлому, которого больше нет, или любить человека сильнее, чем собственный инстинкт самосохранения. наверное, сознание — самая невозможная вещь из всего, что существует. оно не подчиняется законам материи. материя не знает, что она материя. атомам все равно, частью кого они стали. но стоит им однажды сложиться определенным образом — и вдруг появляется существо, которое начинает спрашивать, зачем оно вообще существует. возможно, именно в этом и заключается величайшая трагедия человека. мы состоим из того же вещества, что и звезды, но почему-то именно нам досталась обязанность помнить, ждать, сожалеть и надеяться. словно вся бесконечная вселенная однажды решила открыть глаза, и этими глазами неожиданно оказались мы

🩶🩶🩶🩶🩶🩶🩶🩶🩶 🩶 задать вопрос анонимно 🩶 профиль на фикбуке 🩶 планировка квартиры из «La Chambre Blanche» 🩶 плейлист к «La Chambre Blanche» 🩶 Карточки персонажей: 🩶 Тэхён и Чонгук 🩶 Соён и Дживон 🩶 все спойлеры находятся под блюром и помечаются хештегом #спойлеры 🩶🩶🩶🩶🩶🩶🩶 110 — значение, после которого продолжается только инерция существования. остаточное напряжение любого необратимого процесса 371 — 3:71, несуществующее время. невозможная отметка хронологии и лишняя минута, оставшаяся после сотворения времени mV — millivolt / слишком слабый электрический импульс. последняя форма существования перед отсутствием. состояние сигнала непосредственно перед тем, как тишина перестает отличаться от него если это можно прочитать — сигнал ещё не исчез.