Зарисовки Клодин

Name: Déjà Vu. 1/1

Чонгук потянулся к маске, медленно снимая её. Тэхён послушно закрыл глаза, не дожидаясь привычного приказа. Вместо слов он осторожно коснулся губ Кима своими. Тэхён неуверенно приоткрыл рот, и мужчина нежно поцеловал его. Поцелуй постепенно углублялся, заставляя светловолосого парня растерянно цепляться за чёрную рубашку незнакомца. Наконец старший разорвал поцелуй, слизывая ниточку слюны, и попросил: — Открой глаза, птенчик.

Всё началось с обычной партии в карты прямо на полу. Тэхён, уверенный в своей удаче, с задором швырял карты, поддразнивая Чонгука: — Ну что, Гук, готов снова проиграть? — Тэхён усмехнулся, раздавая карты. — Тогда ты должен быть готов выполнить всё, о чём я попрошу. Чонгук лишь приподнял бровь, внимательно посмотрев на свои карты. — Сначала выиграй хотя бы одну партию. Через несколько минут Тэхён с довольной улыбкой выложил свою комбинацию. — Ну всё, на этот раз тебе точно нечем крыть. Признавай поражение. — Уже закончил праздновать? — спокойно спросил Чонгук, переворачивая свои карты. — Потому что я бы на твоём месте не торопился. Тэхён посмотрел на его карты и недоверчиво нахмурился. — Это нечестно, ты меня точно где-то обманул. — Нет, — Чонгук аккуратно сложил карты на тумбочку и наклонился вперёд, сокращая расстояние между ними. — Просто ты слишком много говоришь и мало думаешь. Тэхён инстинктивно отодвинулся, чувствуя, как по спине пробегает холодок от близости Чона и его тяжёлого взгляда. — Гук, давай по новой, а? — Никаких «по новой», — Чонгук легко, но уверенно сжал его запястье, притягивая ближе. — Ты проиграл, Тэ. Тэхён хотел было возмутиться, но Чонгук вдруг отпустил его запястье и легко поднялся с пола. Он неспешно подошёл к кровати, сел на край, а затем лёг на спину прямо на матрас, раскинув руки в стороны. Одной рукой он похлопал ладонью по одеялу рядом с собой. — Малыш, иди сюда. Тэхён закатил глаза, но всё же поднялся с пола и подошёл, нехотя переступая через край кровати. Он присел на торс Чонгука, собираясь что-то сказать, но Гук не дал ему и шанса — его руки крепко легли на бёдра Тэхёна, и он резко подтянул его вверх, усаживая прямо на своё лицо. Теперь колени Тэхёна упирались в матрас по бокам от головы Чонгука. Тэхён замер, чувствуя, как горячее дыхание Чона обжигает его внутреннюю поверхность бёдер, а чёрная футболка сбилась, обнажая живот и ключицы. Он закусил губу, откидывая голову назад, чувствуя, как пальцы Гука скользят по ткани полосатых шортов, оттягивая их в сторону. Прохладный воздух коснулся разгорячённой кожи, а затем горячий язык Чона скользнул по самому чувствительному месту, заставляя Тэхёна вздрогнуть и выгнуться. Тэ опёрся ладонями на матрас позади головы Чонгука, пытаясь удержаться, но пальцы Гука сильнее сжались на его талии, притягивая ближе, словно он хотел утопить его в себе. Язык Чона скользил по мокрой от смазки коже, то проникая внутрь, то вылизывая снаружи, доводя Тэхёна до дрожи. Комната наполнилась влажными, непристойными звуками и тяжёлым дыханием. Чёрная футболка окончательно сползла, обнажая грудь, покрытую лёгкой испариной, а соски затвердели от возбуждения. Тэхён сжимал простыни пальцами, пытаясь найти опору, но каждое новое движение Чона заставляло его забыть обо всём. — Ну что, малыш, — голос Чонгука прозвучал снизу, приглушённо, но с явной усмешкой, — теперь не так уж и нечестно, правда? Тэхён лишь застонал, опускаясь ниже, насаживаясь на его лицо ещё плотнее, полностью отдаваясь во власть проигрыша, который оказался совсем не таким уж и плохим.