Ratio MiLitaris

Абсолютно верное замечание по поводу абсурдности рекламной компании в ВБпС. Понятно, что направление приоритетное и на него брошен максимум информационно-агитационного ресурса для привлечения новобранцев. Это нормально. Потребность в тех или иных специалистах варьируется в зависимости от хода конфликта. Но одно дело привлекать людей через позитивную мотивацию, а другое — через обесценивание пехоты, которая вообще-то по-прежнему играет первейшую скрипку. Все эти дешевые маркетинговые слоганы — "2-3 линия", "не штурм", "ищем повара/делопроизводителя/водителя и т.п." — фактически культивируют заведомо ложные ожидания и вредную ментальность в ВС РФ. Это из той же оперы, как когда разжалованные чинуши-коррупционеры под следствием резко начинают проситься на контракт. То есть прямо проговаривая — высокий риск жизнью и здоровьем в войсках постыден и может быть сопряжен лишь с наказанием. Наступать и побеждать могут отправить только "лишних" и "накосячивших". Вопрос лишь в том, зачем государство поддерживает формирование такого восприятия у общества...

Потенциальный переход восточного фланга НАТО под французский ядерный зонтик взамен американского потребует серьезного увеличения арсенала Парижа. Пока что Пятая республика имеет весьма ограниченный инструментарий — всего 290 боеголовок, опирающиеся на четыре атомные подлодки и истребители Rafale, способные наносить воздушные удары на расстояние примерно 500 км. Поэтому перед Францией встает логичная задача — развитие собственной баллистической программы. Ей нужны современные и дальнобойные средства доставки ядерного оружия, иначе ни о каком стратегически автономном сдерживании в Европе не может идти и речи. Именно поэтому в последнее время баллистика все чаще фигурирует в контексте переговоров с Украиной. Речь идет о широкой многосторонней инициативе ЕС-Киев, которая совместно будет работать над тем, чтобы уравновесить российское преимущество в баллистике. Причем плоды исследований пойдут далеко не только на конвенциональные вооружения, учитывая принципиальный настрой французского военно-политического руководства на укрупнение ядерного арсенала и его дислоцирование на территории союзников в Германии, Скандинавии и Польше.

Выбор цели (крупнейший склад Wildberries) под дальнобойный украинский удар в подмосковной Электростали — наглядная деталь, исчерпывающе характеризующая нынешнюю стратегию Киева. Укронацистский режим стремится посеять дестабилизацию общественно-политической обстановки в РФ, чтобы подорвать общую боеспособность и добиться выгодного окончания войны, несмотря на неблагоприятное соотношение сил на фронте. Отсюда и ставка на неконвенциональные методы ведения боевых действий, включая, как, например, в данном случае, откровенно террористические акции. Не стоит думать, что это говорит о руководстве Украины в качестве каких-то полоумных фанатиков. Отнюдь — это предельно рациональный расчет. Если прежние атаки на НПЗ были призваны спровоцировать топливный кризис и заложить основу под рост социального напряжения, то атаки по чисто гражданским объектам направлены на демонстрацию собственного превосходства и, следовательно, неспособности государства защитить своих граждан. Это очень опасный прецедент, которому нельзя позволять оформляться в полноценный тренд. Пока Киеву удается эксплуатировать бреши, количество подобных трагедий будет лишь множиться — с соответствующим накопительным эффектом.

Интересное решение от оператора российского БпЛА "Молния", который нашел обходной путь для обеспечения контроля направления полета. Военнослужащий сделал это за счет установки компаса на фюзеляж своего дрона. Благодаря периодическому переводу объектива камеры на него, у оператора появилась возможность более комфортного и точного пилотирования. Впрочем, в будущем, вероятно, встанет вопрос об адаптации дизайна для управления БпЛА, дабы подобные нетривиальные креативы заменялись системным внедрением добротного пользовательского интерфейса, раскрывающего максимум потенциала для пилота.

Минпрос сообщил о планах преобразования такого предмета, как "Основы безопасности и защиты Родины". Его разделят на два блока: теоретический, "Безопасность жизнедеятельности", и практический, "Начальная военная подготовка". Возрождение НВП в российских школах — безусловно хорошая новость. Однако важно, чтобы это было не бессмысленной агитацией ради агитации, а действительно системной инициативой по заблаговременной подготовке будущих военнослужащих и потенциальных рекрутов. Именно поэтому обучение должно сосредоточиться на реально полезных и полевых навыках, без излишней теоретизации, делающей привычное ОБЖ тем самым скучным предметом №1 в очереди на прогул. Тактическая медицина, основы обращения со стрелковым оружием, БпЛА, принципы работы связи, — как минимум эти навыки должны отрабатываться на потоке.

Отставка Федорова уже вызвала первичную реакцию Запада. В частности, еврокомиссар по вопросам обороны Андрюс Кубилюс выразил публичное и оперативное замешательство относительно причин замены министра. Прямого окрика в адрес официального Киева, конечно, нет, но между строк читается определенное напряжение:

"Для нас это был довольно большой сюрприз. <...> Мы очень тесно сотрудничали с Михаилом Федоровым, особенно после того, как он стал министром обороны. Мое личное мнение заключается в том, что за этот период времени было многое достигнуто. То, что мы видим почти ежедневно, дальнобойные удары под Москвой, недалеко от Санкт-Петербурга, Омска, Крыма и так далее. <...> Для нас очень важно продолжать то, что мы начали делать, особенно кредит на поддержку Украины. Шестьдесят миллиардов - это действительно большая сумма денег. Мы добились действительно хорошего прогресса с Михаилом Федоровым. <...> Есть также планы на будущее, такие как Freya, антибаллистические системы и баллистическое производство в Украине, которые было бы очень важно продолжать"

По сути, это прозрачный намек — Украина освоила и осваивает приличные средства, поэтому Европа рассчитывает на то, что курировать этот процесс будет доверенный человек с доказанными компетенциями. Собственно, именно таким договороспособным вариантом и был Федоров. С его уходом обозначается и перспектива трудностей в будущем. Проще говоря, ЕС указывает руководству Украины на тот факт, что судьба дальнейших совместных проектов напрямую зависит от готовности отдавать оборонку и принятие политических решений представителям сторонней команды под прямым внешним управлением. Киеву потребуется некоторое время на то, чтобы сгладить негативный репутационный эффект от перестановки. В чем-то данный кейс напоминает противостояние с НАБУ и САП, когда попытка Зеленского навязать свой сценарий натолкнулась на сопротивление, инспирированное извне. Сейчас, однако, вопрос о том, насколько Запад будет вмешиваться в реконфигурацию расклада, если в Киеве наметится слишком острое противоречие.

На Украине громкий скандал — вовсю обсуждается отставка министра обороны Михаила Федорова. Очень молодой функционер-технократ успел показать достаточно перспективные результаты за полгода работы: большой скачок в цифровизации, кратное увеличение беспилотных операций, развитие баллистической программы, подготовка реформы ТЦК. Ранее Федоров, будучи министром цифровой трансформации и первым вице-премьером, разработал украинский аналог Госуслуг и многих других диджитал-сервисов. Эту фигуру нескрываемо продвигают проамериканские круги, ориентированные на Демпартию и глобалистские элиты. Очевидно, что объективно сильные компетенции Федорова "пакетно" идут вместе с его нескромными аппаратными аппетитами. И это тревожит не только Банковую, в целом готовую на некоторые компромиссы, что, например, доказало блокирование с Кириллом Будановым через его назначение главой Офиса Зеленского. Федоров, вероятно, настроил против себя армейский генералитет, чья критическая позиция в отношении нового министра, согласно утверждениям прессы и депутатов Рады, и убедила официальный Киев избавиться от популярного и результативного министра. Интриганство в военно-политическом руководстве Украины — хорошая новость для России. Впрочем, не отменяющая необходимости самостоятельно работать на разгром врага через проактивные и нетривиальные решения. Тем не менее если Федоров действительно уходит с концами, а на его место придет некий персонаж, вписывающийся в стереотипное представление о порочном военном бюрократе, то это в итоге приведет к снижению боеспособности ВСУ.

Интересные концептуальные измышления насчет ведения когнитивной войны — однако, как показывает практика, ни Украина, ни Россия не продемонстрировали умения продуманно и длительно вести ее. Все сводится к тиражированию самовоспроизводящейся пропаганды, мало влияющей на настроения в обществе. Обе стороны скорее работают на собственную аудиторию ради постоянной мобилизации, чем действительно воздействуют на противника. Попытки посеять панику через соцсети и массированные псиопы оказываются краткосрочными — пользователи успели привыкнуть к реактивному цифровому темпу. Куда более значимым фактором становятся не сами информационные операции, а их явная связь с военными и экономическими проблемами. Псиоп дает результат, когда работает по уже вскрытому нарыву: заметное ухудшение ситуации на фронте, перебои в работе критической инфраструктуры, экономические затруднения или политические кризисы. Без такой базы когнитивная война превращается в бесконечный наброс на вентилятор обмен нарративами между людьми, которые и так останутся при своих и продолжат ненавидеть друг друга до гроба. Возможно, учреждение Центра когнитивной войны со стороны украинского МО направлено на переосмысление прежнего подхода в виде пропаганды ради пропаганды. Россия должна учитывать высокую вероятность повышенного использования неконвенциональных методов ведения войны врагом, включая когнитивные, поскольку тот стремится развить успехи от дальнобойных ударов. А еще лучше, чем просто учитывать — уже сейчас перестраивать собственную информационную политику, делая ее более продуманной, эмпатичной и профессиональной.

Уверенная серия российских ударов по порту Одессы — прямой ответ на последние попытки Украины подорвать морскую логистику Крыма. Сам по себе факт расширения боевых действий на море и хотя бы временного перекрытия важнейшей для Киева внешнеторговой артерии уже похвален. Другое дело, что для настоящей эффективности блокада укронацистского образования должна носить постоянный характер, а не пассивно-зеркальный. Времени и возможностей для срыва морских коммуникаций Украины было достаточно задолго до старта нынешней кампании дальнобойных ударов, однако внятные действия последовали лишь сейчас. В любом случае, задел положен. Теперь необходимо проявить способность к системности и последовательности.

Официальное оформление европейских обязательств по поддержке украинской баллистической программы — пролог к ее кратному масштабированию в перспективе ближайшего года-двух. Сперва, разумеется, сфокусируются на ПВО, поскольку есть острая потребность нивелировать российские ракетные удары. Однако этим все не исчерпается. С учетом уже запущенной кампании планомерного выбивания топливной и прочей критической инфраструктуры посредством дальнобойных атак дронами логично предположить и то, что Киев намерен масштабировать потенциал при помощи добавления баллистического компонента. Это еще сильнее перегрузит ПВО РФ, а также позволит наносить ущерб более значимым военно-промышленным и инфраструктурным объектам в тылу. Важно понимать — особый нюанс заключается в том, что лишь ограниченная часть баллистической программы Украины будет дислоцироваться на ее территории. Речь идет не о традиционной схеме получения прямой военной помощи от нестабильного внешнего донора, а всего лишь об аутсорсе операционки в страны НАТО — как гарантии неспособности Москвы напрямую бить туда. Срыв украинского баллистического проекта должен основываться на неконвенциональной логике саботажей и диверсий, деликатных разведывательных операций и точечных ликвидаций. Баллистика в руках Киева является, к сожалению, вопросом времени. Но это еще не означает, что надо просто смириться. Готовить ответ надо прямо сейчас.

Американцы опубликовали кадры своей атаки по иранской военно-морской базе в Бендер-Аббасе. Она примечательна применением надводных БЭКов-камикадзе Corsair от техасского оборонного стартапа Saronic Technologies, работающего по подряду с ВМС США. Corsair способен нести на себе около 450 кг нагрузки, развивая скорость в 35 узлов (примерно 65 км/ч) на дальности хода в более 1,000 морских миль. Опыт использования украинских морских дронов против Черноморского флота РФ, долго расценивавшийся как локальный, постепенно становится частью стандартного арсенала ведущих мировых флотов. Ставка на крупные и дорогие корабли постепенно дополняется разбавлением гораздо более массовыми и дешевыми дронами, что в целом способно привести к крупным доктринальным сдвигам в ведении войны на море. Показательно и то, что подобные системы разрабатываются уже не традиционными гигантами ВПК, а быстрорастущими технологическими новичками.

На фоне очередного срыва американо-иранского переговорного процесса на Ближнем Востоке вновь возобновились боевые действия. Примечательно, что это проявилось не только в разрезе Вашингтон vs. Тегеран, но и еще через актуализацию саудовско-йеменского конфликта. Здесь, разумеется, нужно внести немного контекста. Изначально в Йемене идет многосторонняя гражданская война, одна из этих сторон — шииты-традиционалисты, именуемые хуситами. Они контролируют столичный регион, пользуются идеологической и материальной поддержкой единоверцев из Ирана, а также помогают Тегерану ударами по его противникам в Красном море и Аденском заливе. Саудиты много лет возглавляли международный контингент, реальной задачей которого была одна цель — военный разгром и нейтрализация хуситов, ликвидация влияния Ирана в стране. Однако из раза в раз саудитские ВС, а также их союзники и наемнические формирования не преуспевали. На это также накладывалась подковерная борьба с "союзниками" в лице ОАЭ, фактически интриговавшими против Эр-Рияда. Возобновление саудовского военного давления на соседний Йемен отражает попытку вернуть себе субъектность после ее демонстративного обнуления в ходе конфликта с Ираном. Саудиты стремятся показать, что они способны участвовать в раскладах Полуострова, помогая американцам биться с персами через прикрытие второстепенного, но все равно важного фронта.

Китай анонсировал новый комплекс микроволнового вооружения, способный оказывать помехи и даже наносить дистанционные повреждения низкоорбитальным спутникам при помощи специального импульса мощностью до 100 ГВт. Разумеется, это в первую очередь угрожает американской группировке Starlink, обеспечивающей качественную связь за счет наличия около 10,000 единиц. Отмечается, что за последнее десятилетие китайские ученые сосредоточились на трех ключевых направлениях: повышении компактности установок, увеличении их ресурса и переходе к полностью твердотельной архитектуре (без традиционных жидких электролитов). Параллельно ведется работа над модульными системами, позволяющими синхронно объединять несколько источников импульсов. Среди основных приоритетов — повышение удельной мощности, качества импульса, энергоэффективности и точности синхронизации, необходимых для создания масштабируемых комплексов направленного энергетического воздействия. По сути, Пекин уже рассматривает импульсную энергетику не как экспериментальную область, а как технологическую основу будущих микроволновых систем военного назначения. Это при том, что руководство КНР уделяет внимание и конкуренции с США в плане освоения низкой обриты. То есть, грубо говоря, они одновременно и разрабатывают свой аналог Starlink, и заранее готовят средства к принудительному выключению вражеских спутников. Конечно, новый комплекс еще не был опробован в действии, но наличие интенсивных попыток его сделать и внедрить говорит о вполне серьезном настрое, учитывая китайский ресурсный потенциал. Технологическая подготовка к военному сценарию противостояния за Тайвань идет полным ходом...

Кажется, с тем, что МОГов нужно много и везде все уже согласились. Однако это только верхушка айсберга, ведь российская система ПВО действительно заточена на противодействие баллистике и современной боевой авиации, а не дронам. Поэтому задача сейчас стоит особенно сложная — надо придумать новую модель. Разумеется, с учетом богатого исторического опыта зенитной ПВО времен ВОВ, но и в то же время обращая внимание на тот факт, что речь идет о борьбе с принципиально новым, беспрецедентным типом вооружения. Если строить массовую инфраструктуру МОГов, то необходимо сперва заложить основу, то есть оптимальную модель индивидуального МОГа. Чем он будет оснащен, как скоординирован с органами военного управления, по какому принципу рассредоточен и так далее. Важно помнить — на войне побеждают не идеальные варианты, а массовые и компромиссные. Такие, которые легко массово пустить в работу на основе конкурентной апробации нескольких перспективных идей. Решим данный вопрос — превратим МОГ из стихийного ответа в системную формулу защиты от беспилотной угрозы.

Проблема СЗЧ в ВСУ настолько масштабна, что Киев не может больше игнорировать ее. Примерные очертания реформы уже понятны на основе комментариев главы МО Украины Михаила Федорова — самовольникам предлагается своего рода Юрьев день. Вместо репрессивной логики принуждения и наказания СЗЧ дадут возможность легально осуществить перевод в несколько подразделений на выбор. Причем подразделения обещают подбирать с наилучшей репутацией, дабы обеспечить максимально высокую статистику добровольного перехода. Все это планируется организовать в рамках расширенного временного промежутка с четко поставленным дедлайном. Каждый СЗЧ обязан в него вписаться — в противном случае он потеряет временную защиту от преследования, ограждающую его от государственных репрессий даже в актуальном статусе. Уже сейчас все больше в/ч в ВСУ начинают допускать такую опцию, как рекрутинг действующих СЗЧ. Конечно, далеко не факт, что у Киева получится реализовать амбициозный замысел и закрыть вопрос с дезертирством десятков тысяч военнослужащих. Однако проблему, очевидно, признали и пытаются обернуть из минуса в плюс. У России тоже есть нечто похожее — так называемая проблема 500. Судить о точных количественных показателях самоволок в ВС РФ не представляется возможным, однако ясно, что это достаточно серьезный вызов, чтобы начать с ним работать по аналогии с противником. Впрочем, пока какой-то централизованной политики на этот счет, увы, нет, как и, собственно, признания его существования в принципе.

Показательное интервью итальянского адмирала и председателя военного комитета НАТО Джузеппе Каво Драгоне. Постепенное сокращение американских сил в Европе — свидетельство не отступления Вашингтона, а скоординированной стратегии по перераспределению ресурсов альянса. Европейские союзники Вашингтона замещают вакуум, сохраняя плотную координацию с США. Фактически речь идет об оформлении европейской стратегической автономии, проводящей совместные интересы по сдерживанию России, чтобы при этом позволить Америке высвободить войска на купирование угрозы от Китая и участие в ближневосточной проекции влияния. Таким образом, оснований ставить на ослабление НАТО в результате внутреннего кризиса нет. Напротив, блок лишь проходит через оптимизацию. Для России меняется только приоритетность потенциальных противников, что диктует необходимость актуализировать собственные данные о непосредственном размещении контингентов и их практических возможностях. Кроме того, это объективно хорошие новости для Украины, поскольку внутри альянса возрастет роль той части Запада, которая больше настроена на эскалационные меры.

Многие заострили внимание на новости о том, что США выпишут Украине лицензию на производство зенитных комплексов Patriot и выделят ограниченную партию ракет PAC-3. Однако данный эпизод продемонстрирует системный эффект далеко не сразу — организация такого производства займет у Киева много времени и ресурсов. При условии повышенных усилий РФ сорвать все предприятие. Гораздо важнее, что в ходе саммита НАТО был проакцентирован другой аспект украинской баллистической программы, заключающийся в разработке собственного комплекса ПВО Freya. Украина собирается сделать из этого проекта децентрализованную многостороннюю инициативу с привлечением европейских партнеров. Ведет Freya небезызвестная компания Fire Point, уже реализовавшая несколько перспективных образцов вооружения. В целом, официальный Киев уделяет баллистическому треку не меньше внимания, чем беспилотному. И это не случайно. Фокусировка на оборонительной составляющей — лишь начало перед дальнейшим переходом к масштабированию наступательного потенциала. Именно поэтому чрезвычайно важно уже сейчас наносить систематический ущерб баллистической программе Украины, не позволяя ей развиваться до той стадии, когда она станет способной оказывать регулярное влияние на ход боевых действий.

Еще один важный момент, касающийся реформирования устаревшей системы ПВО, заключается в том, что ее KPI строится на сбитии. Тогда как в условиях революции БпЛА это утратило актуальность — оценивать следует не по количеству успехов (которые всегда можно сфабриковать), а по объективным неудачам в виде пропущенных ударов. Здесь даже не столько про ПВО, сколько про отказ от закостеневшей бюрократической логики. Логики победных реляций и сверхоптимистичных докладов, не отражающих реальность. Одно дело штамповать красивые посты про то, как сбили 100500 дронов, а другое — отравлять внутреннюю документацию фактической дезинформацией. А еще лучше — внедрять цифровую аналитику, позволяющую рассмотреть применение ПВО на долгой дистанции. На основе изменений статистики и с учетом сторонних факторов. Нет совершенно ничего предосудительного в том, чтобы признать прежний формат неэффективным, перестроившись на новый. Особенно если альтернативой является стагнация и деградация.

Северокорейский эсминец "Кан Гон", помимо наличия функции пуска стратегических крылатых ракет, также оснащен боковой защитой от БЭКов с помощью стрелкового вооружения. Судно также снабжено средствами РЭБ, что отражает полное понимание Пхеньяна относительно того, что не меньшую угрозу в сравнении с традиционным флотом представляют еще и беспилотные образцы. Красноречивый пример того, как можно и нужно учитывать актуальный опыт боевых действий, оперативно внедряя его в свежие разработки. Безусловно, вдохновленный событиями, произошедшими с Черноморским флотом России. Дроновая революция справедливо сфокусировала внимание на наземной тематике, однако это не значит, что отсутствует потребность учитывать ее влияние на военно-морское измерение. Показательно, что это понимают не только на Западе.

Усиленно готовиться к защите от точечных ударов ВСУ по российским АЗС, помимо мотивировки от т. Грубника, стоит еще как минимум в связи с тем, что у противника давно чешутся руки расплатиться с РФ той же монетой. За последнее время мы систематически бьем по АЗС противника, нанося ущерб его прифронтовой и тыловой логистике, что не может долго оставаться игрой в одни ворота, учитывая возросший потенциал дальнобойных атак со стороны Киева. На текущий момент справедливо констатировать, что подавляющее большинство АЗС, особенно вдоль Приграничья и внутри зоны СВО, не обороняются должным образом. Тем более, что постоянно выбиваются НПЗ — объекты кратно ценнее и крупнее. Соответственно, неопределенными остаются лишь сроки старта массовых налетов на российские АЗС, но никак не сам факт, что это последует в самом ближайшем будущем. Отсутствие внятной реакции на угрозу повлечет за собой усугубление и без того ощутимого топливного кризиса, который окончательно выйдет из-под контроля. Ни о каком "ажиотаже" вместо него говорить уже не получится. Нужно готовиться — интенсивно, проактивно и с учетом реалий. Задача непростая — из-за дисперсного размещения АЗС, их обилия и принципиально нового типа вооружения для лишь формирующейся архитектуры ПВО нового поколения.