Эдиция

«Солнце нашей поэзии закатилось!» Закат случился аккурат сегодня, 10 февраля, правда, 1837 года. Француз по происхождению, Дантес приехал в Россию через несколько лет после июльской революции во Франции, свергнувшей династию Бурбонов, с определенной целью сделать карьеру. Не знаю, доволен ли он остался своим продвижением по служебной лестнице, но то, что он одним выстрелом обесмертил свое имя – это точно. Проблемы между ним и «нашим всем» начались не в 1837 году, а несколько ранее. 22-летний корнет Кавалергардского полка, чужеземец, у которого было два имени и три отечества, Дантес ворвался в мирную, полную творческого труда жизнь Пушкина еще за два с половиной года до катастрофы. Казалось бы – Кавалергадский полк! Что еще нужно иностранцу-карьеристу, когда он отхватывает практически синичку собственными руками. Но, к своим обязанностям он относился небрежно и за недолгую службу свою был подвергнут сорока четырем взысканиям. Почему так? Классическое: «ищите женщину»! Точнее, целый полк женщин, который увивался за утонченным юношей. Но, справедливости ради следует внести некую ремарку: Дантесом увлекались женщины не особенно серьезные и разборчивые, готовые хохотать всякому вздору, излагаемому в модных салонах. Эдакие пустышки... В 1834 году Дантес, которому очень нравилась Наталья Николаевна Гончарова, встретился с Пушкиным. И хотя последний ни на минуту не подозревал жену, его положение в обществе с каждым днем становилось все более затруднительным. Пушкин видел, как росло и крепло увлечение жены Дантесом, знал из ее доверенных и простодушных рассказов подробности их встреч на балах и вечерах, но, убежденный в ее чистоте, до времени лишь наблюдал за происходящим, надеясь, что все сойдет на «нет», и не принимал никаких решений. Равнодушным он конечно оставаться не мог. Но и порочить честь жены не стремился. 4 ноября 1836 года момент этот наступил. Группа светских бездельников занималась тогда рассылкой анонимных писем мужьям-рогоносцам. Пришла такая «повестка» и Пушкину, который, не долго думая, послал вызов Дантесу, считая его виновником нанесенной ему обиды. Дантес меж тем собирался жениться на сестре Натальи Николаевны – Екатерине. Но честь – есть честь, и дуэль была назначена на Черной речке. Дальнейшие события знает каждый школьник: пуля, раздробив кость верхней части правой ноги у соединения с тазом, глубоко ушла в живот поэта, и там остановилась, смертельно его ранив. На третьи сутки он скончался. Василий Жуковский был рядом с ним до самого конца... Захоронен поэт был рядом со своей матерью в Святогорском монастыре, где заведомо приобрел место... Ему было всего-то 37...

10 февраля 1837 года мир потерял одного из своих величайших гениев — Александра Сергеевича Пушкина. Ему было всего 37 лет, когда он был смертельно ранен на дуэли с Жоржем Дантесом. "Пушкин был ранен в правую сторону живота; пуля, раздробив кость верхней части ноги у соединения с тазом, глубоко вошла в живот и там остановилась... Общими усилиями усадив его бережно в сани, Данзас приказал извозчику ехать шагом, а сам пошел пешком подле саней..." Из воспоминаний К. Данзаса (в записи А. Аммосова). " ...И Пушкин падает в голубоватый Колючий снег. Он знает - здесь конец... Недаром в кровь его влетел крылатый, Безжалостный и жалящий свинец. Кровь на рубахе… Полость меховая Откинута. Полозья дребезжат. Леса и снег и скука путевая, Возок уносится назад, назад..." По подсчетам пушкинистов, столкновение с Дантесом было как минимум двадцать первым вызовом на дуэль в биографии поэта. "Пушкин первый подошёл к барьеру и, остановись, начал наводить пистолет. Но в это время Дантес, не дойдя до барьера одного шага, выстрелил, и Пушкин, падая,сказал: "Подождите, у меня еще достаточно сил, чтобы сделать свой выстрел". Я часто рассказываю, когда речь заходит о Пушкине, такую историю: Пушкин, бродя по Новочеркасску, зашёл в книжную лавочку Жиркова. – А есть у вас сочинения Пушкина? – спросил поэт. – Сколько стоит эта книжка? Торговец заломил непомерно высокую цену, в 4-5 раз превышавшую номинальную. – Почему так дорого? – улыбаясь, спросил Пушкин. – А очень уж приятная книжка. Случалось ли вам пить чай без сахара? – вдруг спросил торговец. – Да ведь это очень неприятно. – Ну, так вот пойдите домой, возьмите эту книжку и велите налить себе чаю без сахара. Пейте чай и читайте эту книжку – будет так же сладко, как и с сахаром. Сладко всем нам на протяжении уже двух веков читать великолепные и любимейшие стихи Пушкина, а также его не менее замечательную прозу. Сегодня на моем фото Усадьба Захарово, находящаяся недалеко от Москвы. Это уголок тишины и покоя, где Пушкин провёл многие свои летние месяцы в детстве. Именно здесь он впитал любовь к природе и народной культуре, которая станет неотъемлемой частью его произведений. Здесь зарождались первые впечатления, которые он позже переложит на страницы своих стихов и прозы. В день памяти великого поэта вход в музей-заповедник свободный. Сюда Пушкин приезжал на лето к своей бабушке Марии Алексеевне Ганнибал, именно здесь он выучил русский язык. Сюда приезжают люди, чтобы увидеть, откуда началась великая дорога русского слова, и почувствовать ту атмосферу, в которой рос и воспитывался человек, навсегда изменивший мир литературы. И сегодня, когда мы открываем томик Пушкина, мы чувствуем тот самый "сахар" — сладость его слов, пронизывающую наши сердца, точно так же, как и два века назад. Его стихи и проза остаются для нас источником вдохновения, красоты и мудрости.

Немножко нашего города

В.Познер: Марсель Пруст хочет Вам задать несколько вопросов, если Вы позволите. Есть ли слово, которое Вы не любите? М.Захаров: Жадность. В.Познер: А есть ли слово, которое Вы любите? М.Захаров: Собаки. В.Познер: Собаки? М.Захаров: Собаки. Эрдельтерьеры и фокстерьеры. (Из интервью М. Захарова В. Познеру. Выпуск 15.12.2008)

Для меня это не просто способ утолить жажду или согреться, но и возможность поразмышлять о чём-то важном. Часто именно в процессе чаепития ко мне приходят мысли, которые в суете дня так и остались бы неуловимыми. Время, проведённое с чашкой чая, становится скорее медитацией, чем обычной пятиминутной паузой в рабочем графике. И всё чаще я ловлю себя на мысли, что этой зимой чай стал для меня не просто напитком, а символом покоя и гармонии, тем самым тихим знаком равновесия, который я особенно ценю в своём, наверное всё-таки, расколдованном мире. Вот такая ода чаю получилась… Заходите в гости! Заварим, попьём... А там, глядишь - улетим мыслями в облако блаженства! Кстати, Tonya Levin, чем тебе не тема для очередного теплого вечера! По-моему, очень обыгрываемая! Помнишь: «Смеркалось; на столе, блистая, Шипел вечерний самовар, Китайский чайник нагревая; Над ним клубился легкий пар»...

За время рождественского поста я неожиданно для себя очень отвыкла от кофе. Зато, и это открытие стало почти радостью, пристрастилась к чаю. Не простому, а с разнообразными добавками, наполнителями, оттенками и настроениями. Поутру, помолившись, перед тем как начать работу, я завариваю себе пузатый чайничек. В нём обязательно есть фрукты и ягоды, какие-то полезные травки, дольки цитрусов - всё то, что наполняет воду не только вкусом, но и смыслом. И пока чай настаивается, я уже начинаю работать, словно позволяя этому напитку постепенно войти в мой ритм. А потом мы работаем вместе. Я - и чашка чая: дымящаяся, ароматная, тонизирующая и, как мне порой кажется, даже помогающая мне творить - придумывать, сочинять, формулировать, находить нужные слова и правильные интонации. И именно в такие моменты я часто вспоминаю англичан. Их стереотипное, но оттого не менее уютное five o’clock, когда они собираются, чтобы насладиться чашечкой чая вприкуску с каким-нибудь вкусным десертом, отложив дела и суету. А ещё мне вспоминается чаепитие из «Алисы в стране чудес». Но в сказке оно, как ни странно, не укладывается в привычные английские 17:00. Во времена создания «Алисы в Стране чудес» знаменитого английского пятичасового чая ещё не существовало. Поэтому герои соблюдали традицию застолья с чашечкой чая, но… в 18:00. Ровно так же, как это было принято и в семье прототипа Алисы. Замечали это? Если вообще говорить о чае, то в Англии он появился в XVII веке и был завезён туда из Китая. Как и всё новое, чай поначалу был напитком дорогим, а значит, доступным лишь аристократической верхушке общества. Богатые люди видели в нём не просто напиток, а своего рода панацею от множества болезней, настоящий эликсир здоровья и долголетия. Да и сам факт добавления в чай сахара, который также был доступен лишь финансово обеспеченным слоям, говорит о том, что чай долгое время считался напитком избранных. Со временем, когда чай окончательно завоевал сердца жителей Туманного Альбиона, его кусты были куплены в Китае и вывезены в Индию и на Цейлон - английские колонии, где культуру и начали активно выращивать. Тёплый и бодрящий напиток быстро стал популярен и среди рабочих, особенно в условиях холодного, сырого и промозглого британского климата. А тот факт, что для заваривания чая требовалось кипятить воду, неожиданно сыграл важную роль в истории здравоохранения: уровень смертности от различных заболеваний заметно снизился. Традиции английского чаепития окончательно сформировались в эпоху королевы Виктории. Она, родившаяся ровно два века назад, была большой любительницей чая и неизменно просила подавать его вместе с выпечкой и тонкими бутербродами с маслом. А та самая традиция, с которой я и начала - пить чай в 17:00, - была введена Анной Марией, герцогиней Бедфордской, близкой подругой королевы и, к слову, моей тёзкой. Однажды, не дождавшись ужина, который в то время в Англии подавали довольно поздно, герцогиня попросила организовать для неё и её гостей небольшой чайный столик. Не дождалась она ужина и на следующий день… И этот перекус стал повторяться примерно в одно и то же время. Он пришёлся по нраву многим придворным, а затем и вовсе обрёл широкую популярность. В семье маленькой Алисы Плезенс Лидделл, ставшей прототипом героини произведений Льюиса Кэрролла, чай подавали в шесть часов вечера. Именно от этого времени и произошло оригинальное время безумного чаепития - 18:00, которое позднее в некоторых изданиях было изменено на 17:00, чтобы всё же соблюсти английский королевский этикет. Вот столько всего пришло мне в голову во время очередного заваривания чая и подготовки к трудовому дню. Скажу вам честно: каждая чашка чая приносит мне одновременно и момент расслабления, и состояние сосредоточенности. Утренний чай стал для меня настоящим ритуалом, тем самым тихим островком, который позволяет хотя бы на миг отвлечься от повседневной суеты.

Заканчивается четвертая неделя января. Снежного, холодного, морозного... Быстро он как-то пролетел....

Сегодня исполнилось 82 года со дня полного снятия блокады Ленинграда. Блокада — одна из самых трагических и героических страниц в истории Великой Отечественной войны. С 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года город на Неве находился в кольце врага 872 дня. К началу осады запасы продовольствия и топлива были ничтожно малы и не могли обеспечить жизнь многомиллионного города в условиях длительной изоляции. Единственной ниточкой, связывавшей Ленинград с Большой землёй, стала Дорога жизни через Ладожское озеро, постоянно подвергавшаяся бомбардировкам и обстрелам. Её пропускной способности катастрофически не хватало. Зима 1941–1942 годов оказалась особенно суровой. Остановилось отопление, не работали водопровод и канализация, не было электричества. Город погрузился в холод и темноту. Голод стал повседневной реальностью. В ноябре 1941 года были установлены самые низкие за всю блокаду нормы хлеба: 250 граммов для рабочих и 125 граммов для служащих, детей и иждивенцев. В этом хлебе муки было менее половины — остальное составляли жмых, солод, целлюлоза. Ежедневно от истощения и холода умирали тысячи людей. Бывали дни, когда число умерших достигало шести–семи тысяч. Похоронные команды собирали тела прямо на улицах, в подъездах, в квартирах. И всё же город выстоял. Ленинград продолжал жить, работать, защищаться, верить. В январе 1944 года в ходе Ленинградско-Новгородской операции советские войска окончательно отбросили врага от города. Сегодня на Пискарёвском мемориальном кладбище покоятся более 900 тысяч человек — жителей блокадного Ленинграда и его защитников. Это место вечной памяти, скорби и великого человеческого подвига. Блокада — не просто история. Это урок мужества, стойкости и любви к жизни, который навсегда останется в сердце нашего народа.

Эта публикация была написана несколько лет тому назад. Сегодня, по понятным причинам, такие прогулки невозможны. Но у меня, совсем не «природного жителя», все же была вылазка в зимний лес. И вот какими впечатлениями я напиталась... Заснеженный лес зимой - это не просто пейзаж. Это особое состояние тишины, в которое входишь, как в храм, сняв с себя суету и спешку. Стоит сделать первый шаг по хрустящему насту, и мир будто замирает, позволяя услышать то, что в городе давно тонет в шуме: собственное дыхание, биение сердца, голос души, звук говорящей с тобой природы. Да-да, у нее есть голос: хруст снега, шуршание осенних листьев, звон капели... В заледеневшем лесу всё кажется вечным. Ветви деревьев, скованные прозрачным льдом, сверкают, словно тончайшие хрустальные нити. Замёрзший ручей, ещё вчера живой и говорливый, теперь хранит свою тайну под стеклянной коркой, отражая небо и свет, как зеркало. Здесь время не торопится, оно словно замедляет ход, давая человеку возможность побыть с собой по-настоящему. Тем более, человеку так трудно выбраться из суеты будней. И такие моменты редки, но ценны. Именно, потому что редки. Обыденность и повседневность – не в цене. Мороз щиплет щёки, ветер перебирает вершины сосен, но это лишь внешнее восприятие. Главное же происходит внутри. Душа, уставшая от тревог, разговоров, новостей и бесконечных мыслей, вдруг находит покой. Заботы отступают, как туман, и в этом прозрачном холоде рождается ощущение чистоты, обновления, словно кто-то бережно смывает с сердца накопившуюся тяжесть. В такие минуты особенно ясно понимаешь: человек неотделим от природы. Мы можем жить в домах из стекла и бетона, пользоваться техникой и спешить по делам, но стоит оказаться среди заснеженных деревьев, и древняя связь пробуждается. Мы чувствуем гармонию, слышим её без слов, всем существом. Таже такие закоренелые насельники каменых джунглей, как я, и то сквозь толщину кожи это пропустили через себя. И потому зимняя прогулка по лесу - это не просто путь по тропинке. Это путь к тишине внутри себя, к умиротворению и светлой радости. Стоит лишь позволить себе остановиться, вдохнуть морозный воздух и прислушаться... И душа откликнется благодарностью, наполняясь тем самым тихим, глубоким блаженством, которое невозможно выразить, но так легко узнать. Поэтому, пусть слегка устанут захватившие власть морозы, и надо бы зайти в лес. Дать подышать душе... Вы как, согласны?

За окнами - хрустальный, беспощадный монреальский мороз, тот самый, что звенит в ушах и будто останавливает время. А внутри зала - огонь камина, лиловый полумрак, мягкое дыхание свечей и музыка, которая не просто звучит, а живёт, согревает, возвращает и уносит. Зимний вечер романсов стал настоящим островом тепла посреди ледяного города. Здесь слились воедино поэзия и музыка, прошлое и настоящее, Россия и Канада, память и мечта. Звучали романсы Аренского, Римского-Корсакова, Рахманинова, Чайковского, Глинки, Алябьева - как дыхание великой эпохи, как исповедь, обращённая к каждому в зале. А над мелодиями парили строки Майкова, Пушкина, Языкова, Апухтина - слова, в которых навсегда поселилась русская душа: страстная, тоскующая, влюблённая, бесконечно живая. Особым откровением для ряда слушателей стала фамилия Покрасс. Мы привыкли связывать её с Дмитрием и Даниилом - авторами легендарных песен эпохи: «Три танкиста», «Марш Будённого», «Если завтра война», «Москва майская», «Казаки в Берлине». Музыка, ставшая символом времени, мужества и победы. Но в этот вечер зал открыл для себя и Самуила Покрасса - тонкого лирика. Его романс «Гитара, песни и вино» прозвучал как признание в любви жизни, страсти, южной ночи, и был встречен такими аплодисментами, будто публика благодарила не только исполнителей, но и само Время - за то, что оно сохранило эту красоту. Алябьев, казалось, заговорил с нами совсем по-новому. Не только знакомыми с детства «Соловьём», «Вечерним звоном», «Я вас любил», «Двумя воронами», «Нищей», но и потрясающим по глубине романсом «Блажен, кто мог». В нём было всё: смирение, светлая печаль, мудрость прожитых лет и тихая радость от того, что сердце всё ещё способно чувствовать. Когда же зазвучала «Тёмно-вишнёвая шаль», пространство словно наполнилось тенями и голосами прошлого. В воображении всплыла старая пластинка Клавдии Шульженко, крутившаяся в доме в детские годы. В памяти откликнулись образы Елены Образцовой и Тамары Синявской, на концертах которых я в подростковые годы слышала это произведение. И это была уже не просто романсиада, это были волны воспоминаний, тёплые, как плед или шаль, наброшенные на плечи, возвращающие в годы, где всё было по-настоящему, где чувства были глубокими, а музыка - вечной. И вот, словно по мановению волшебной палочки, лирическая задумчивость сменилась огнём и удалью. Яр, цыгане, вихрь юбок, блеск глаз, залихватские танцы, песни Юрьева и того самого Покрасса, которого знают и любят. Зал задышал в унисон, зазвенел, заискрился. Музыка разогрела так, что, выходя потом в ледяную ночь, никто уже не чувствовал холода, будто в сердцах ещё горел тот самый камин. И в какой-то миг возникло странное, почти мистическое ощущение: вот, сейчас распахнётся дверь, и в зал войдут люди другой эпохи. Пушкин с живым, насмешливым взглядом, Савва Морозов, Фёдор Шаляпин, Антон Чехов, Иван Тургенев, Александр Островский, Афанасий Фет, Михаил Глинка, Александр Герцен… А может, Языков или Баратынский. Они присядут в тени, прислушаются и улыбнутся: их слово, их музыка, их Россия - живы, звучат, трогают, волнуют, за тысячи километров и спустя столетия. Этот вечер был не просто вечером романсов. Это была встреча с памятью, с культурой, с собственной душой. Вечер, в котором время отступило, а чувства заговорили вслух. И так хочется, чтобы таких встреч было больше: тёплых, искренних, настоящих. Таких, где поёт не гортань, а сердце. Где звучит не просто музыка, а судьба целого поколения. Где зима за окном, а внутри - весна. Потому что - любовь, потому что - вечная. Потому что до сих пор так невероятно тепло на душе!

Если, путь пpоpубая отцовским мечом, Ты соленые слезы на ус намотал, Если в жаpком бою испытал, что почем,- Значит, нужные книги ты в детстве читал! С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, талантливый и неповторимый!

Итак, она звалась Татьяной... Все мы наверняка помним эту строчку из знаменитого пушкинского «Евгения Онегина». Даже не просто помним. Эта, равно как и ряд других фраз, стали крылатыми. Ну, а мне сегодня вспомнилась эта строка в связи с Татьяниным Днем. Да, друзья, обзвоните знакомых по имени Татьяна и поздравьте оных. Ну, или СМС на крайний случай отправьте! В общем, порадуйте Татьян! До определенного времени имя Татьяна было не очень популярно и не очень распространено. «Наше всё», достопочтенный Александр Сергеевич, изменил к нему отношение и привил любовь знати к этому прекрасному, нежному, певучему имени. Поскольку роман Пушкина был очень моден у аристократии уже и после смерти поэта, он повлиял на выбор имен для старших дочерей Николая II и Александры Федоровны. Царь сам говорил, что девочки названы Ольгой и Татьяной, чтобы было, как у Пушкина в “Онегине”. Но в царской династии Романовых это имя было и раньше. У царя Михаила Федоровича - первого из Романовых на троне – было сразу две Татьяны – сестра и дочь. А после Пушкина, имя Татьяна стало неоднократно встречаться в литературе: у Достоевского в «Подростке», у Тургенева в «Му-му», у Чехова в «Черном монахе»... Напомню и Татьяну Берс – прототип Наташи Ростовой. Ну, и всем известная «Наша Таня громко плачет» Барто... Много их, Татьян! С Татьяниным днем ассоциируется и День Студентов. День основания Московского Университета приходится как раз на эту дату. Императрица Елизавета подписала указ в этот день неслучайно – это был подарок ее фавориту Ивану Шувалову, чья мать носила имя Татьяна. С тех пор студенты отмечают этот день и считают великомученницу Татьяну своей Небесной покровительницей. В дореволюционные времена студенты, выпускники и преподаватели вузов Москвы собирались на день Татьяны в ресторане «Эрмитаж». Работники заведения предусмотрительно убирали из зала всю дорогую мебель, ковры, посуду и предметы интерьера, зная, что будут гулять студенты. А под утро швейцары мелом писали на куртках юных гуляк домашние адреса, чтобы более «подвижные» товарищи могли доставить их домой. Много веков Православная Церковь чтила всего лишь одну Татиану – Татиану Римскую. Но в ХХ веке все изменилось. Прокатившиеся по стране гонения за веру явили миру целый сонм святых мучениц Татиан, и первой из них стала самая высокородная – страстотерпица Великая княжна Татьяна Николаевна, дочь императора Николая Александровича и императрицы Александры Федоровны. Итак, милые Татьяны! С праздником Вас, с Днем Ангела! Любви, благополучия, всего самого светлого и доброго на Ваших жизненных путях!