La Petite Russie

В 1923 году Владимир Маяковский впервые посетил Париж и написал о своих впечатлениях очерк на 6 страниц, из которого я помимо прoчего узнала, что рейвы в Берлине любили и в 20ые: «В Париже нет специфических послевоенных удовольствий, захвативших другие города Европы. Есть танцы. Увлечение тустепами большое, но нет этого берлинского — «восьмичасовой танцевальный день!» — чтобы все от 4 до 7 и от 9 до 2 ночи бежали толпами в «диле». Читать здесь

Письмо Антона Павловича Чехова из Парижа, 1891 г: 21 апрель. Париж. Сегодня Пасха. Стало быть, Христос воскрес! Это первая Пасха, которую провожу я не дома. Приехал я в Париж в пятницу утром и тотчас же поехал на выставку. Да, Эйфелева башня очень, очень высока. Остальные выставочные постройки я видел только снаружи, так как внутри находилась кавалерия, приготовленная на случай беспорядков. В пятницу ожидались волнения. Народ толпами ходил по улицам, кричал, свистал, волновался, а полицейские разгоняли его. Чтобы разогнать большую толпу, здесь достаточно десятка полицейских. Полицейские делают дружный натиск, и толпа бежит, как сумасшедшая. В один из натисков и я сподобился: полицейский схватил меня за лопатку и стал толкать вперед себя. Масса движения. Улицы роятся и кипят. Что ни улица, то Терек бурный. Шум, гвалт. Тротуары заняты столиками, за столиками - французы, которые на улице чувствуют себя, как дома. Превосходный народ. Впрочем, Парижа не опишешь, отложу его описание до моего приезда. Миша, почини мне мое pince-nez за спасение души. Поставь стекла своего номера. Без очков я просто мученик. Был на картинной выставке (Salon) и половины не видел благодаря близорукости. Кстати сказать, русские художники гораздо серьезнее французских. В сравнении со здешними пейзажистами, которых я видел вчера, Левитан король. Это последнее письмо. До свиданья. Поехал я с пустым чемоданом, а вернусь с полным. Каждый из Вас получит по заслугам. Желаю здравия. Ваш А. Чехов.

Вчера я посетила экскурсию, посвящённую русскому кварталу Канн — Visite de quartier Russe, организованную Каннским муниципальным архивом. Честно скажу, почти всё, что рассказывал гид, я уже знала, но всё равно было приятно послушать историю основателей квартала — Александры и Эжена Трипе-Скрипицыных, а также пройтись по знакомым местам в компании тех, кому это действительно интересно. Экскурсия проводится несколько раз в год на французском языке, ближайшая — 3 июня. Завершилась она у главного исторического центра притяжения района — церкви Святого Архангела Михаила. Церковь по-прежнему закрыта, но есть и хорошая новость: в это воскресенье во дворе состоится Пасхальное богослужение в 10:00. После литургии будет освящение куличей и пасок ☺️

Моя подруга Оксана в своём проекте Rusofeel довольно точно подметила, что всерьёз изучать историю лучше всего во взрослом возрасте — в осознанном состоянии. Ведь когда мы изучаем её в школе, события кажутся лишь случайными фактами, не имеющими ничего общего с реальностью. И только благодаря собственному жизненному опыту мы можем хоть как-то начать постигать смысл и последовательность событий, которые происходили до нас.

Жизнь Парижа Жана Беро (Jean Béraud 1849-1935)

Наткнулась на такой изысканный портрет парижанки конца XIX века и думаю: «опубликовать бы на La Petite Russie, но вряд ли автор, французский художник Жан Беро, имеет какое-либо отношение к России». Начинаю искать о нём информацию — и оказывается, он родился в Петербурге, потому что его отец участвовал в строительстве Исаакиевского собора. Все дороги ведут…

Кажется, в рассказах о русских жителях Канн я обошла вниманием барона Сергея фон Дервиза и его семью. Вспомнила о нём, увидев портрет его супруги Марины фон Дервиз в музее изящных искусств Ниццы, о котором писала в прошлом посте. Сергей фон Дервиз был сыном крупного железнодорожного магната, владел недвижимостью в России и за рубежом. После событий 1905 года фон Дервиз принял решение покинуть Россию, распродал имущество и поселился в Каннах, где жил на вилле «Мимоза» (Les Mimosas). Похоронен на каннском кладбище Гран-Жас. Интерьеры виллы удалось найти в муниципальном архиве города и в архивах норвежской библиотеки — после фон Дервиза владельцем виллы в 1929 году стал предприниматель из Норвегии Сэм Айдэ.

Недавно я посетила Музей изящных искусств, находящийся в в Ницце. Он расположен в здании, построенном в 1878 году для княгини Елизаветы Кочубей. Вилла выполнена в стиле неоренессанса и изначально задумывалась как частная резиденция, но вскоре после завершения строительства она была продана, а в XX веке перешла в собственность города. Сегодня в ней размещается небольшой музей с коллекцией европейского искусства XVI–XX веков. Благодаря историческому контексту само здание представляет не меньший интерес, чем постоянная экспозиция и временные выставки, однако, видимо из-за нехватки финансирования, в нем ощущается некоторый (в чем-то очаровательный) дух декаданса. Кстати, до 10 мая в музее проходит выставка Мориса Дени — рекомендую.

Графика Филиппа Малявина известна немного меньше, чем его живопись, а мне очень нравятся его рисунки: большинство из представленных здесь было создано во время его жизни во Франции. Филипп Малявин (1869, Казанка, Самарская губерния — 1940, Ницца) — русский художник, прославившийся тем, что писал яркие образы крестьянок, после Октябрьской революции эмигрировал и в 1922 году поселился в Париже. Там он быстро вошёл в художественную среду русской эмиграции, активно выставлялся и сохранял в своих работах национальные мотивы. Французский период стал для него временем творческой зрелости и относительной стабильности, несмотря на жизнь вдали от родины. В последние годы жил в Ницце, там же и умер в 1940 году; похоронен на кладбище Кокад.

В 1979 году в Национальной библиотеке в Париже проводилась выставка, посвященная «Русским сезонам» Сергея Дягилева. Плакат к выставке нарисовал популярный тогда художник-плакатист Бернар Виллемо, как вам кажется, отражает ли этот плакат настроение антрепризы? По ссылке можно посмотреть полный каталог выставки.

Хочется поделиться работами французского художника Андре Бразилье (родился в 1929). У Бразилье два любимых сюжета – кони и женщины с цветами, сегодня по случаю праздника посмотрим на женские портреты. А в Эрмитаже в Главном штабе представлено полотно «Школа верховой езды», которое мне очень нравится, рекомендую при случае обратить на него внимание.

В 1976 году кутюрье Ив Сен-Лоран представил публике свою коллекцию «Opéra – Les Ballets Russes», вдохновлённую «Русскими сезонами» Сергея Дягилева. Коллекция получилась поистине роскошной. Сен-Лоран, будучи большим поклонником антрепризы и особенно костюмов Льва Бакста, в своей работе одновременно обратился к образам России эпохи империи и театральному миру оперы. Показ коллекции, впервые состоявшийся в отеле InterContinental, сам по себе стал настоящим спектаклем — это был один из первых модных показов, поставленных как полноценное сценическое действо. Для создания образов дизайнер использовал дорогие и выразительные материалы: мех, муслин, шёлк, бархат, золотые ламе и обилие декоративной отделки. Яркие, насыщенные цвета и богатство фактур создавали ощущение театральности и сказочной роскоши. Сен-Лоран стремился вернуть высокой моде её главную функцию — способность мечтать и переносить зрителя в иной, идеализированный мир. Видео с записью показа можно посмотреть здесь Про знакомство Ив Сен Лорана с Лилей Брик в том же 1976 году можно прочитать здесь.

Роберт Рафаилович Фальк «Крым. Ай-Тодор. Розовая накидка» 1908 Роберт Фальк (1886–1958) — русский художник-авангардист и один из основателей художественного объединения «Бубновый валет». С 1928 по 1938 год он жил и работал в Париже, где французская художественная среда сильно повлияла на его стиль. Именно там сформировалась его мягкая, световоздушная и тонально сложная манера. Особую роль сыграло влияние импрессионистов и Пьера Боннара. Фальк общался с русскими художниками-эмигрантами, но оставался самостоятельным мастером. После возвращения в СССР его французские работы долго считались «формалистическими», но позже получили признание.

И вот ещё очень симпатичные инфографики из документа выше, показывающие, как в Петербурге начала XX века обстояли дела по разным параметрам — от плотности населения и рождаемости до длины водопровода и количества учеников начальных школ.

Еще несколько кадров из альбома – так выглядел Петербург в начале ХХ века, накануне Первой мировой войны.

«Господину Президенту Французской Республики Муниципалитет Санкт-Петербурга Июль 1914.» Альбом с фотографиями и статистическими данными был подготовлен как дипломатический дар президенту Французской Республики Раймону Пуанкаре во время его визита в июле 1914 года.

Александр Куприн в своих очерках «Париж домашний» про 16ème : «Пасси — очень интересный округ. Нынешние эмигранты ославили его русским. По этому поводу ходили тяжеловатые остроты. Называли Пасси «Арбатом» и «Пассями». Уверяли, что где-то, на улице Лафонтен, повесился чистокровный француз, оставив записку: «Умираю от тоски по родине». Немножко тоньше была такая шутка: Встречаются на авеню Моцарт два парижанина; один спрашивает, как пройти на улицу Жорж Занд; другой отвечает: «Простите, я не русский». Но шутки эти были кратковременны. Цены на квартиры в Пасси растут в такой дьявольской прогрессии, что ныне в нем русские стали так же редки, как зубры или мамонты. Остался один русский. Ага, да и тот караим. Пасси занимателен тем, что в его домах, в улицах и их названиях причудливо переплетается новизна вчерашнего дня с почтенной старостью, восходящей к Франсуа I и дальше. Дедушки и бабушки нынешнего среднего русского поколения, приезжая в Париж, не видали ни здания Трокадеро, ни многоэтажных домов Пасси. Он был тогда большой деревней, куда ездили парижане на воскресные дальние пикники или посещали его мимоездом, отправляясь в Булонский лес (тогда и вправду лес!) для дуэли.» Читать очерки «Париж домашний» Фотография: А. И. Куприн. Пригород Парижа Севр Виль д'Авре.

Леон Бакст, эскиз костюма, созданный для Вацлава Нижинского к балету «Нарцисс», поставленному в рамках антрепризы Сергея Дягилева, 1911 год.

В Петербурге я посетила выставку «Все Бенуа, всё Бенуа» и не могу обойти её вниманием, поскольку имя Александра Бенуа и всей его семьи тесно связано и с Россией, и с Францией, и с культурой обеих стран. Критиковать не хочется — хотя претензии к организаторам имеются) — но, несмотря ни на что, выставку всё же рекомендую к посещению. Если уже посетили — приглашаю в комментариях поделиться впечатлениями. А сегодня посмотрим на живописные работы Александра Бенуа, посвящённые Версалю. В детстве Саша жил в Петергофе, и в том числе поэтому питал к просторам версальских садов такие тёплые чувства. Но не только благодаря детским воспоминаниям: в изображениях обоих ансамблей Бенуа часто «убирает» современную жизнь — аллеи пусты, время как будто остановилось. И Петергоф, и Версаль становятся пространствами памяти, где прошлое ощущается сильнее настоящего; это тот самый «пассеизм», ностальгия по ушедшим эпохам, так любимая Бенуа.

Пока я была в Петербурге, пропустила новость о том, что мэр Канн Давид Лиснар объявил: реставрация церкви Святого Михаила Архангела в Каннах должна начаться уже в этом году. Будем надеяться, что всё сложится наилучшим образом и в обозримом будущем церковь откроет свои двери для посетителей. Подробно об истории церкви я писала на сайте La Petite Russie.