.𖥔 ݁ ˖๋ ࣭ Главный токсик .𖥔 ݁ ˖๋ ࣭

😈 😈😈😈😈😈😈😈😈😈😈 😈😈😈😈😈😈😈😈😈❤️ 🖤🖤 🖤🖤Описание:

Когда ты лучший аврор, а тебя назначают провести тренировку стажёрам, желания туда идти не возникает настолько, что ты даже забываешь поставить будильник. Но что, если одна кудрявая выскочка решает провести занятие вместо тебя? И, зайдя в зал, ты видишь как толпа зелёных стажёров, пускает слюни на Гермиону Грейнджер — разгорячённую, сосредоточенную, с каплями пота, скользящими по коже… Будешь ли ты в бешенстве? Безусловно. Преподашь ли ты урок? Без сомнений. Устоишь ли перед соблазном?...

Метки: Аврорат, ПостХог, служебный роман, тренировка, спонтанный секс, юмор, флафф, счастливый финал🖤🖤 Пейринг: ДракоМалфой/Гермиона Грейнджер ❤️❤️ Рейтинг: NC-17 🖤 Размер: мини ❤️ 😈 ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ 🫥😈 Буду благодарна за поддержку истории 🫥 #LuФФ #разврорат

Если вы бы знали, сколько попыток я потратила, чтобы его сделать... Вы бы заплакали 😭

Фред смотрел сверху вниз с тем самым выражением, из-за которого у преподавателей обычно начинал дёргаться глаз, а у друзей — появлялось дурное предчувствие. Рыжие волосы, растрёпанные и влажные, падали на лоб, цеплялись за виски, ловили свет так, будто само пламя решило задержаться в них подольше. Рубашка была распахнута небрежно и во всём его виде читалась одна простая истина: что бы ни случилось минуту назад — Фред был либо виноват, либо невероятно доволен результатом. На его веснушчатом лице не было раскаяния. Только ленивая, почти вызывающая уверенность и тот опасный блеск в глазах, который обещал: самое интересное ещё впереди. Фред Уизли никогда не выглядел так, будто просит разрешения. Он выглядел так, будто уже всё продумал.

#ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #ФредУизли@bombingtoxic

Доброе утро 😌 #драмиона

Угадаете кто есть кто? 😎 #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #ДжорджУизли@bombingtoxic #ФредУизли@bombingtoxic

Близнецы Уизли 😆

— Джордж, — Фред прищурился, глядя на брата через стол гостиной Гриффиндора. — У меня плохое предчувствие. — У тебя всегда плохое предчувствие, когда ты думаешь, — спокойно отозвался Джордж. — Организм не привык. Фред приложил руку к груди. — Жестоко. Даже для человека с моим лицом. — Особенно для человека с моим лицом, — поправил Джордж и ухмыльнулся. Они сидели у камина, одинаково растрёпанные, в гриффиндорских галстуках, которые давно перестали выглядеть как часть школьной формы и больше напоминали жертв неудачного эксперимента. — Я всего лишь хотел сказать, — продолжил Фред, понизив голос до заговорщического шёпота, — что Снейп сегодня слишком спокоен. Джордж медленно повернул к нему голову. — Ты хочешь сказать, что он выглядел почти… счастливым? — Не перегибай. У него лицо не рассчитано на такие нагрузки. — Верно. Максимум — лёгкое неодобрение с оттенком угрозы. — И жирные волосы. — Это уже не выражение лица, Фред. — Зато постоянная черта характера. Джордж кивнул, будто услышал глубочайшую философскую мысль. — Значит, вывод очевиден. — Разумеется, — Фред наклонился ближе. — Он что-то подозревает. — Или у него закончились ученики, которых можно довести до нервного срыва. — Не может быть. Поттер ещё дышит. Оба одновременно посмотрели в сторону Гарри, который сидел неподалёку с учебником и явно пытался не слушать. — Я вас слышу, — буркнул Гарри. — Превосходно, — сказал Джордж. — Значит, слух после всех наших фейерверков ещё работает. — Мы гордимся тобой, Гарри, — добавил Фред. — Не каждый выжил бы после стольких наших идей. — Особенно неудачных, — вставил Джордж. Фред возмущённо вскинул брови. — У нас не бывает неудачных идей. — Бывают идеи с неожиданным уровнем разрушения. — Это называется творческий подход. — Это называется «Минерва Макгонагалл идёт по коридору с таким лицом, будто уже написала письмо нашей матери». Фред на секунду задумался. — Справедливо. Но красиво же было. — Да, — Джордж мечтательно посмотрел в огонь. — Никогда не забуду, как доспех на третьем этаже начал петь гимн Слизерина голосом Филча. — А Филч плакал. — От восторга? — От бессилия, Джордж. Не путай искусство с последствиями. Джордж хмыкнул. — Знаешь, иногда мне кажется, что мы слишком талантливы для этой школы. — Иногда? — Фред смерил его оскорблённым взглядом. — Брат мой, ты пугаешь меня своей скромностью. — Прости. Исправлюсь. Мы гениальны. — Вот теперь я узнаю человека, который украл моё лицо. — Твоё? — Джордж усмехнулся. — Мама до сих пор путает нас, потому что надеется, что один из нас окажется воспитанным. — Бедная женщина. — Да. Двое разочарований по цене одного рождения. Фред поднял палец. — Зато какое качество. — И полное отсутствие здравого смысла. — Не полное, — возразил Джордж. — У нас его ровно столько, чтобы понимать, когда пора бежать. Фред улыбнулся шире. — Кстати о бежать. Джордж медленно повернулся к нему. — Что ты сделал? — Почему сразу я? — Потому что у тебя лицо Фреда Уизли, который уже что-то сделал. Фред огляделся, затем достал из-под мантии маленький пузырёк с яркой этикеткой. — Новая разработка. — О, нет. — О, да. — Это безопасно? Фред задумался. — Для кого? Джордж вздохнул. — Великолепно. Именно такой ответ я и боялся услышать. — Расслабься. Максимум — лёгкое изменение голоса. — У кого? В этот момент из угла комнаты раздался громкий, возмущённый голос Рона: — ПОЧЕМУ Я ЗВУЧУ КАК ПИСКЛЯВЫЙ ГНОМ?! Фред и Джордж одновременно повернулись друг к другу. Пауза. — Работает, — довольно сказал Фред. — Даже лучше, чем ожидалось, — признал Джордж. — Мальчики! — грозный голос Гермионы раздался с другого конца гостиной. Близнецы синхронно вскочили. — Джордж? — Да, Фред? — План «Невиновные лица»? — Слишком поздно. — План «Это был Пивз»? — Всегда актуален.

Продолжение в комментариях 🤩 #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #ФредУизли@bombingtoxic #ДжорджУизли@bombingtoxic

Он смотрел так, будто привык получать всё, о чём не просил вслух. Тёплый свет ложился на его платиновые волосы неровным золотом, цеплялся за пряди, скользил по острым скулам и тонкой линии губ. В этом взгляде Драко было что-то опасно-ленивое, томное, почти измученное — будто он только что вышел из долгой борьбы с самим собой и всё равно остался победителем. Расстёгнутый ворот рубашки, капли влаги на коже — всё в нём казалось случайным, но слишком безупречным, чтобы быть правдой. Он не пытался казаться красивым. В этом и была его главная жестокость. Драко Малфой просто смотрел. И этого было достаточно. #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #ДракоМалфой@bombingtoxic

Теодор смотрел так, будто весь мир оказался у его ног — не победно, не высокомерно, а устало, почти лениво, с той опасной тишиной в голубых глазах, которая заставляла замолчать раньше, чем он успевал произнести хоть слово. Тёплый свет скользил по его кудрям, цеплялся за тёмные пряди, высвечивал резкую линию скул, родинки на лице, разбросанные по коже, словно случайные чернильные точки на старой странице. Белая рубашка расстёгнута слишком небрежно, а галстук повис на шее. В нём было что-то неправильное для школьной формы и слишком взрослое для юношеского лица: спокойная дерзость, скрытая усталость, холодная насмешка где-то на дне взгляда. Он не улыбался, но казалось, что прекрасно знает, какое впечатление производит. И, возможно, именно поэтому не спешил отводить глаза. #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #ТеодорНотт@bombingtoxic

Разумеется, это был Теодор. У кого ещё хватило бы наглости наложить на меня заклинание, от которого волосы отрастают до плеч, а потом стоять рядом с самым невинным лицом в мире и говорить: «Малфой, тебе идёт»? Я пытался состричь их. Ножницами. Заклинанием. Даже тем самым заклинанием, которым первокурсники обычно портят друг другу чёлки. Бесполезно. Они просто отрастали обратно — длинные, светлые, совершенно неприлично заметные. Пряди падали на лицо, цеплялись за воротник, скользили по пальцам, когда я раздражённо убирал их назад. И, что хуже всего, половина школы решила, что это было сделано намеренно. Пэнси сказала, что я выгляжу «аристократично». Блейз молча ухмылялся. А Теодор, этот ходячий источник катастроф, заявил, что я должен быть благодарен: «Теперь у тебя вид трагического принца, Драко». Я бы проклял его. Но, к несчастью, сейчас мне приходится ждать, пока волосы «сами вернутся к норме». И если ещё один человек скажет, что мне идёт, я лично заставлю Теодора отращивать усы. А потом случился обед. Я, разумеется, вошёл в Большой зал с таким видом, будто длинные волосы были частью древней малфоевской традиции, а не результатом идиотской шалости Теодора Нотта. Это почти сработало. До тех пор, пока одна тонкая прядь не соскользнула мне на лицо. Я раздражённо убрал её за ухо — резко, слишком резко, потому что уже был на грани того, чтобы встать, перейти к столу Слизерина на другой конец и удавить Теодора его же галстуком. И в этот момент я почувствовал взгляд. Не услышал. Не увидел сразу. Почувствовал. Грейнджер сидела за гриффиндорским столом, с вилкой в руке, но есть, кажется, забыла. Её глаза были прикованы ко мне так пристально, будто перед ней открылась особенно сложная страница древнего манускрипта. Я медленно повернул голову. Она не отвела взгляд. Ни на секунду. Удивительно наглая привычка — смотреть на человека так, словно имеешь на это право. Я приподнял бровь, мол, что, Грейнджер? Никогда не видела жертву преступления против волос? Она лишь чуть склонила голову. На её губах появилось что-то подозрительно похожее на улыбку. Не насмешка. Нет. Хуже. Ей нравилось. Я это понял сразу — и возненавидел Теодора ещё сильнее. Потому что проклятые волосы снова упали мне на лицо, и мне снова пришлось убрать прядь за ухо. На этот раз медленнее. Не специально, конечно. Просто… она мешала. Грейнджер моргнула. Очень медленно. И я почти услышал, как где-то рядом Блейз тихо давится смешком. Великолепно. Теперь у меня длинные волосы, Нотт считает себя гением, половина школы обсуждает мой «новый образ», а Гермиона Грейнджер смотрит на меня так, будто я — не Малфой, а проблема, которую ей внезапно захотелось изучить ближе. Самое отвратительное? Я не был уверен, что хочу, чтобы она перестала. #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #ДракоМалфой@bombingtoxic

Проголосуйте, пожалуйста, кому не жалко. Может, даже обои сделаю 🥺 https://t.me/boost/bombingtoxic

ДАЙТЕ МНЕ БОЛЬШЕ ВРЕМЕНИ ВСЕ ПРОЧЕСТЬ 😭

ПО ПУНКТУ БЛИЗОСТИ #разврорат #попункту ‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎ ⠀‎⠀‎⠀‎⠀Гермиона Грейнджер ‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎ ⠀‎⠀‎&⠀Драко Малфой ❧ NC-17 / Мини ❧ Метки: Любовь/Ненависть, Нецензурная лексика, Повседневность, ПостХог, Куннилингус, Рейтинг за секс, Сарказм, Спонтанный секс, Юмор

Будни авроров, Малфоя и Грейнджер, состоят из расследований, перепалок, взаимных угроз и попыток доказать, кто из них невыносимее. Они раздражают друг друга профессионально, почти талантливо — до тех пор, пока одна тренировка не превращается в нечто гораздо более изощрённое. Стремление Грейнджер положить Малфоя на лопатки граничит с его нетерпеливостью.

‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎⠀‎НАЧАТЬ ЧИТАТЬ

Я тут стекла вам принесла 😘

😀😀😀😀🪶3️⃣ Прости В её взгляде не было торжества. Не было презрения, которого он заслуживал. Не было даже ненависти. И от этого стало только больнее. Грейнджер смотрела на него так, будто поняла слишком много. Будто увидела весь его страх насквозь. Будто знала, что он не злодей из сказки, не чудовище, не герой — просто слабый человек, который слишком долго позволял другим решать, кем ему быть. — Гермиона! — крикнул Уизли. Она моргнула, словно вынырнула из этого мгновения, и резко отвернулась. Драко хотел что-то сказать. Хотя бы одно слово. «Прости». Но оно застряло в горле, тяжёлое и бесполезное. Кому было нужно его «прости» посреди войны? Что оно могло исправить? Какое право он имел произносить его сейчас, когда она сражалась, а он стоял в тени и дрожал? Грейнджер снова побежала. Её магловская одежда мелькнула в дыму, волосы взметнулись за плечами, и через секунду она исчезла за поворотом вместе с Уизли. А Драко остался. На миг ему показалось, что замок стал тише. Потом где-то рядом рухнула стена, и мир снова взорвался шумом. Он сделал шаг вперёд — не туда, куда ушла она. В другую сторону. Туда, где могла быть его мама. И этот шаг показался ему предательством. Не потому, что он выбирал Нарциссу. Нет. За мать он бы пошёл куда угодно. Ради неё он бы прошёл через огонь, через проклятия, через саму смерть, если бы сумел. Но сейчас он понял: любовь не отменяет трусости. Можно любить маму всем сердцем — и всё равно ненавидеть себя за то, что ты не способен защитить никого другого. Он побежал снова. Только теперь каждый шаг отдавался в груди именем, которое он не имел права произносить. Грейнджер. Она была сильной. Не потому что не боялась. А потому что шла туда, где было страшно. Драко сжал зубы, чувствуя, как горло жжёт от пыли, боли и чего-то подозрительно похожего на слёзы. Он не хотел быть таким. Не хотел больше быть мальчиком, который прячется за спинами родителей, за фамилией, за чужими приказами, за страхом. Но желание измениться пришло слишком поздно. Война уже началась. И Хогвартс горел. А Драко Малфой всё ещё бежал. #стеклозавод #зарисовка_токсика #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic

😀😀😀😀🪶1️⃣ Мама Школа, которую он когда-то считал своей ареной, своим маленьким королевством, теперь стала полем боя. И Драко впервые увидел её не глазами наследника Малфоев, а глазами того самого мальчишки, который когда-то просто хотел быть важным. Хотел, чтобы его заметили. Хотел, чтобы им гордились. А теперь он стоял среди войны и понимал, что за чужую гордость иногда приходится платить собственной душой. Палочка дрожала в его руке. Драко Малфой не знал, на чьей он стороне. Но он точно знал, на чьей стороне больше не хочет быть. Он побежал. Не красиво, не гордо, не так, как бегут в легендах — с поднятой головой и решимостью в глазах. Нет. Драко Малфой бежал так, будто сам замок гнался за ним по пятам. Срывающимся дыханием, с хрипом в груди, с каменной пылью на губах и пальцами, до боли сжимающими палочку. — Мама… — выдохнул он, хотя вокруг было слишком шумно, чтобы кто-то услышал. — Мама… Нарцисса. Ему нужно было найти Нарциссу. Всё остальное — битва, крики, вспышки заклятий, рухнувшие стены, чужие лица — стало размытым, словно мир провалился в серую дымку. Только одно имя оставалось чётким. Одно лицо. Бледное, спокойное, с глазами, которые всегда умели скрывать страх лучше, чем его собственные. Он должен был найти её. Если она жива — всё ещё можно было выдержать. Если нет… Драко споткнулся на обломке камня и едва не упал. Колено больно ударилось о пол, ладонь скользнула по пыли и чему-то тёмному, липкому. Он не стал смотреть, что это. Не смог. Поднялся почти сразу, с глухим, животным ужасом, и снова бросился вперёд. Коридор впереди вспыхнул красным. — Протего! — чей-то голос прорезал грохот. Драко резко замер у поворота. Он узнал этот голос. Не сразу — сначала тело узнало его раньше разума. Сердце дёрнулось, будто кто-то грубо сжал его в кулаке. Драко повернул голову. Грейнджер. Она была там, посреди хаоса, с растрёпанными волосами, испачканным лицом и палочкой, вытянутой перед собой. Рядом с ней был Уизли — рыжий, злой, весь в пыли, с таким выражением лица, будто он готов был броситься на саму смерть, если та встанет у него на пути. Они оба бежали. Но не так, как он. Они не убегали. Они двигались вперёд. Грейнджер резко обернулась, выкрикнула заклятие, и серебристая вспышка ударила в нападающего, отбрасывая того к стене. Даже в этом кошмаре она оставалась собранной. Быстрой. Смелой. Живой до невозможности. Драко смотрел на неё — и ненавидел то, что чувствовал. Не её. Себя. Гермиона Грейнджер, грязнокровка — слово, за которое теперь хотелось вырвать себе язык, — стояла среди войны так, будто страх не имел над ней власти. Конечно, она боялась. Драко видел это по напряжению плеч, по тому, как резко она втягивала воздух, по темным глазам, слишком широко раскрытым от ужаса. Но она всё равно сражалась. Она боялась — и оставалась. А он боялся — и бежал. Эта мысль ударила сильнее круцио. Драко почувствовал, как внутри что-то болезненно сжалось. Не ревность. Не привычная злость. Не желание сказать что-нибудь ядовитое, чтобы снова оказаться выше, безопаснее, дальше. Нет. Это было что-то хуже. Стыд. Глубокий, жгучий, почти невыносимый. Он стоял в тени разрушенной арки и смотрел, как Грейнджер прикрывает Уизли, как тот хватает её за рукав, утягивая за собой дальше, как она на бегу оглядывается — не на него, нет, конечно не на него, — а на тех, кто остался позади. Она думала обо всех. А он думал только о матери. И всё же Драко не мог заставить себя двинуться к ним. Не мог крикнуть её имя. Не мог поднять палочку и встать рядом. В груди билось только одно: найди маму, найди маму, найди маму. Грейнджер вдруг резко остановилась. На одно мгновение — всего на одно — её взгляд скользнул в его сторону. Их глаза встретились. Драко перестал дышать. Она увидела его. Не наследника Малфоев. Не школьного врага. Не мальчишку, который когда-то бросал ей в лицо мерзкие слова, прячась за фамилией, деньгами и чужой жестокостью. Она увидела его сейчас. Бледного, перепуганного, покрытого пылью, дрожащего. Бегущего. #стеклозавод #зарисовка_токсика

😀😀😀😀🪶1️⃣ Побег Драко Малфой никогда не думал, что страх может быть таким громким. Он не просто жил в груди — он грохотал там, как заклятия за каменными стенами Хогвартса. Отдавался в рёбрах, в горле, на кончиках пальцев, сжимающих палочку слишком крепко. Так крепко, будто дерево могло удержать его от распада. Вокруг рушился мир, который он знал с детства. Хогвартс — величественный, древний, почти вечный — трещал под ударами проклятий. Камень осыпался пылью. Где-то кричали. Где-то плакали. Где-то звали по имени тех, кто уже не мог ответить. А Драко стоял среди этого хаоса и вдруг понял страшное: он не герой. Не воин. Не тот, кто бросится вперёд с поднятой палочкой и ясным сердцем. Он был мальчишкой. Испуганным, загнанным, запутавшимся мальчишкой в слишком дорогой мантии, с фамилией, которая давила на плечи тяжелее любого доспеха. Малфой. Это имя когда-то звучало как власть. Как защита. Как обещание, что мир всегда будет склоняться перед ним. Теперь оно звучало как приговор. Он видел лица людей, с которыми учился. Тех, над кем насмехался. Тех, кому когда-то бросал холодные слова, уверенный, что стоит выше. Теперь все они бежали по коридорам, сражались, падали, поднимались снова — и никто из них не выглядел слабым. Слабым чувствовал себя только он. Пот выступил у него на висках. Горло пересохло. Он хотел найти мать. Хотел убедиться, что она жива. Хотел вытащить отца из того кошмара, в который тот сам их привёл. Хотел, чтобы кто-нибудь сказал ему, что ещё не поздно всё исправить. Но никто не говорил. Война не оставляла места для оправданий. Она не спрашивала, хотел ли он быть частью этого. Не интересовалась, дрожали ли у него руки, когда ему поручали невозможное. Не слушала, как по ночам он захлёбывался тишиной, понимая, что из него лепят оружие, а внутри нет ничего, кроме ужаса. Он вспомнил шестой курс. Холодный свет в туалете. Кровь. Собственное отражение, искажённое страхом. Шкаф, который никак не хотел подчиняться. Голос Тёмного Лорда, который не повышался — и от этого становился ещё страшнее. «Ты справишься, Драко». Никто не спрашивал, хочет ли он справляться. Он был Малфоем. Значит, должен. Должен был держаться прямо. Должен был не плакать. Должен был ненавидеть нужных людей, презирать слабость, говорить правильные слова, стоять рядом с чудовищами и делать вид, что не замечает их зубов. Но сейчас, среди криков и вспышек зелёного света, вся эта выученная надменность осыпалась с него, как пепел. Драко сделал шаг назад. Потом ещё один. Ему было стыдно за этот шаг. За каждый удар сердца, который твердил: беги. За то, что он думал не о победе, не о чести, не о чистоте крови, а о самом простом, самом жалком человеческом желании — выжить. Он хотел жить. До боли. До тошноты. До дрожи в коленях. Хотел, чтобы мама снова поправила воротник его мантии с тем холодным, но нежным выражением, которое бывало только у неё. Хотел услышать, как отец говорит его имя не с раздражением и не с разочарованием. Хотел проснуться в своей комнате в поместье и узнать, что всё это было кошмаром. Но кошмар не заканчивался. Он был здесь. В камне под ногами. В дыме. В крови на полу. В мёртвых взглядах. В том, как быстро детство превращалось в руины. Драко сжал челюсть, но губы всё равно дрогнули. Ему казалось, что если он сейчас остановится, то развалится прямо посреди коридора. Не красиво. Не трагично. Просто сломается — как человек, который слишком долго притворялся сильным. Он слышал, как где-то неподалёку произнесли заклятие. Вспышка света ударила в стену, и осколки камня посыпались рядом. Драко пригнулся инстинктивно, почти унизительно резко. И в эту секунду он ненавидел себя. За трусость. За молчание. За всё, что сказал. За всё, чего не сказал. За то, что слишком поздно понял: страх не делает человека злым. Но выбор, сделанный из страха, может уничтожить всё. Он поднял взгляд на разрушенный коридор Хогвартса. #стеклозавод #зарисовка_токсика #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic

Дайте больше времени, чтобы прочесть все фф по движу 😭

⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️🤎 Читать🔔 Метки: PWP 18+ , Аврорат, Кинки/Фетиши , Нецензурная лексика, от врагов к возлюбленным, Рейтинг за секс, Секс в публичных местах, Спонтанный секс, Соблазнения/ Ухаживания

Спустя несколько лет жизни во Франции Драко Малфой возвращается в Лондон как лучший специалист и главный кандидат на пост главы Аврората. Его первое дело - серия жестоких убийств в элитных клубах, где отдыхает магическая элита. Однако его первой проблемой является Гермиона Грейнджер. Они не выносят друг друга. По крайней мере, пытаются делать вид. Им предстоит погрузиться вместе, в мир закрытых клубов, грязных тайн и власти. Туда, где легко потерять контроль и выдать истинные чувства.

Приятного прочтения 🤎 #разврорат #кукловод

Слушать в наушниках 😆 #драмиона

Для любимой Танечки, ею любимый Теодор 😘

Лавгуд решила, что я слишком мрачно смотрю в пространство. С её стороны это, конечно, было почти диагнозом: сидишь тихо, никого не трогаешь, думаешь о чём-то своём — и вот уже тебе на лицо клеят звёзды, облака и какую-то подозрительно довольную улитку. Я спросил, зачем. Она сказала, что мои мысли «слишком мрачные» и им нужно «немного цвета». Нормальный человек на моём месте возмутился бы. Снял бы всё это немедленно. Возможно, даже произнёс бы что-нибудь ядовитое и очень уместное. Но я, к своему глубокому сожалению, просто позволил ей продолжить. Потому что Лавгуд делает это так спокойно, будто украшает не мою физиономию, а древний артефакт, который без пары розовых звёздочек вот-вот проклянёт всю башню. И знаете, что самое ужасное? Она была почти права. Я действительно выглядел менее угрюмым. И, признаться, это один из самых странных случаев, которые мне доводилось переживать.

#ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #теолуна #ТеодорНотт@bombingtoxic

Я, разумеется, заметил платье сразу. Было бы трудно не заметить — даже для человека с превосходным самообладанием, безупречным воспитанием и привычкой делать вид, что Грейнджер совершенно не интересует. Цветы на ткани выглядели почти вызывающе. Слишком мягкие. Слишком тёплые. Слишком неуместно нежные для неё — той самой Грейнджер, которая обычно могла одним взглядом заставить пергамент вспыхнуть, а меня — вспомнить все грехи рода Малфоев до седьмого колена. И всё же ей шло. Салазар, как же ей шло. Я смотрел на этот проклятый вырез, на тонкую ткань у её плеча, на завиток волос, прилипший к щеке, и думал только о том, что цветы — ужасно опасная вещь. Особенно когда они на ней. Она стояла так близко, что я мог почувствовать её дыхание. И я должен был отступить. Конечно, должен был. Любой благоразумный человек отступил бы. Но, к несчастью для всех присутствующих, я никогда не считал благоразумие своим сильнейшим качеством. — Грейнджер, — выдохнул я почти ей в губы, — ты хоть понимаешь, что это платье — провокация? Она подняла на меня глаза. Спокойные. Упрямые. Слишком красивые. И в этот момент я понял: я проиграл задолго до того, как наклонился ближе. Я хотел поцеловать её. Не назло. Не потому, что она снова спорила со мной всем своим видом. А потому что это была она. Гермиона Грейнджер в цветочном платье, с этим невозможным лицом, с этой невозможной гордостью — и с губами, от которых у меня, наследника Малфоев, окончательно отказали последние остатки здравого смысла. #ai_toxicart #нейроарт@bombingtoxic #зарисовка_токсика #драмиона #ДракоМалфой@bombingtoxic #ГермионаГрейнджер@bombingtoxic