рест|Дьявольский лис

Колыбель ужаса Не пеленка, а свинец, Не уют, а первый крест. Тишина до боли звонка — Это колыбель ужаса. Здесь не пряник, а нарыв, Не молитва, а призыв Темных сил из дальних бездн В час, когда зажжен не свет. Каждый шелест — как удар, Тень на стене — как кошмар. И под сумрачным балдахом Спит не ангел, а испуг. Здесь начало всех путей, Где нет веры, нет надежды, Где впервые лед в крови Узнаёт свою повержность. Это логово, где страх Взял на воспитанье нас. Это корень, это дно, Откуда ветвится зло.

Я не знаю, в какие дырки ебутся эти чудики, но скажите мне пожалуйста, каким образом если у меня стоит на аве кн чг, а перс у меня Глеб, я манипулятор? Это ведь каким надо быть клуном, чтобы такое сказать?

ДОЧА, НЕ, НУ ТЫ ВИДЕЛА, БАТЯ НЕ ТОЛЬКО ЖЕНАТЫЙ 2 МЕСЯЦА ШЛЮХАН, НО И МАНИПУЛЯТОР.

ХАХАХА БЛЯТЬ

... Манипулятор..? ПХАХАХАХ, Я?!

Попробовать добить сегодня 500..

Кто-то может бустануть?

Дедушка, ну ты опять сделал бомбу.

🔞 And I’ll see the sweetest dream, and hear the sweetest moan.

Если что можем и перезаключить.

Напоминаю, что завтра конец переотметки, кто не успеет до завтра, я не виноват.

Ни я, не мой муж, не терпим измены.

А во-вторых, бля, как можно быть шлюхой и быть женатым 2 месяца и не ходить не разу на лево за это время?

Во-первых, кто такая мёртвая?

#DED мёртвая и дьявольский лис две шлюхи .

#DED мёртвая и дьявольский лис две шлюхи .

Я иду спать, администрация не писать, без отписок.

Тревога по венам Тревога по венам течёт как свинец, Ночная, холодная, без берегов. И каждый изгиб — это новый венец Из колючей проволоки шипов. Она шепчет в такт неровным часам, Где стрелка застрела на цифре «беда». Ты слушаешь сердцем — и слышишь словам, Как ветер скрипит у чужого гнезда. Она растекается тёмным пятном Под кожей, где спрятался солнечный свет. И кажется, мир растворился окном, Где небо навеки поставило «нет». Но в этой мути, в этом тёмном ключе, Где эхо зовёт незнакомых имён, Таится и сила, что ждёт в тишине, — Усталый, но непокорённый зелон. Она — лишь обратная сторона Той чуткости, что различает миры. Не смерть, а тревожная глубина, Где тонут ненужные якоря. Так дай же ей течь, не пытайся унять Этот горький прилив, эту дрожь в темноте. Ей тоже нужна своя правота — Нести по изгибам живые листы.