Внештатный КнигоПей

Сидишь во врачебной, дописав последние бумаги, подготовив протоколы консилиумов на завтра и уже побывав сегодня в зале, а до поликлинического приема еще целая вечность - сидишь, читаешь очень увлекательное исследование своего любимого переводчика сонетов Шекспира о многочисленных переводах 66-ого сонета. Несмотра на то, что Александр Финкель - потрясающий переводчик и лично мне его переводы больше всего ложатся на душу, получаю огромное удовольствие от того, с каким уважением и восхищением он пишет о таланте и достоинствах Маршака, Пастернака, даже Гербеля, как скрупулёзно сравнивает каждый звук, интонацию, подобранные переводчиками слова (и это в одном-то сонете). Интересно, что он делает такой акцент именно на 66-ом сонете, как на центральном, наиболее современно-актуальном... Я бы субъективно выделила совершенно другие. Прочла статью,.. а все равно в переводе самого Финкеля этот сонет, как и другие, нравится мне больше всего! Как бы он ни нахваливал в статье других.

"Устал я жить и умереть хочу, Достоинство в отрепье видя рваном, Ничтожество - одетое в парчу, И Веру, оскорбленную обманом, И Девственность, поруганную зло, И почестей неправых омерзенье, И Силу, что Коварство оплело, И Совершенство в горьком униженье, И Прямоту, что глупой прослыла, И Глупость, проверяющую Знанье, И робкое Добро в оковах Зла, Искусство, присужденное к молчанью. Устал я жить и смерть зову скорбя. Но на кого оставлю я тебя?!"

Есть у него в переводах какая-то грация, изящество, полёт, при этом смысл передан максимально близко и сохраняется острота. При всём моём уважении к Маршаку и страстной любви к поэзии Пастернака.... Говоря о сонетах Шекспира - Финкель, однозначно Финкель!.. Ну а теперь можно и в поликлинику на другой конец города смотаться.

Сегодня настолько печальный в рабочем смысле день, насколько можно - самые худшие случаи, это когда ты проводишь пациента через консилиум, на консилиуме дают зеленый свет радикальной операции, вы стационируете пациента, готовите его к операции, ждёте её, планируете, продумываете стратегию, план боевых действий, засучив рукава спускаетесь в зал в предвкушении хирургического "вызова", широким движением открываетесь... И обнаруживаете, что - поздно, рак уже успел захватить все, тотально дисеминировал - вы проиграли, сделать ничего нельзя, вы молча закрываетесь. Вместо праздника на 4-5 часов выходит тоскливое шитьё в мыслях о том, как потом рассказать пациенту обо всём. Такие дела.. А любые размышления, по цепочке, наталкивают на другие размышления, на третьи.. Шила живот и думала - хорошо пока сидела анестезиологов ждала до операции, прочитала Первое послание Апостола Иоанна - вот вдруг в голову именно стукнуло, не специально. И с размышлений о любви, нет даже не так, о Любви мысленно перешла к размышлениям о перечитанном "Ночном полёте" Экзюпери. Кстати, едва ли какой еще западный автор так наталкивает на неожиданные религиозные размышления, как Экзюпери. Этого у него не отнять. Читая эссе Моруа о нём меня вдруг торкнуло воспоминаниями пятнадцатилетней давности, когда я читала впервые "Ночной полёт".. и так захотелось новыми глазами посмотреть на некоторые вещи. Собственно, в свои 12-13 я увидела в "Ночном полёте" только героизм Фабьена и бессердечность Ривьера, я этого Ривьера буквально возненавидела за его холодность и непроницаемость... И захотелось прочесть снова - изменилось ли что-нибудь во мне самой за это время? И, знаете, я внезапно осознала, что это ведь роман о любви! Если бы не Моруа, выдержки из эссе которого я привожу на фото, мне бы и в голову не пришло об этом думать. А ведь самым любящим существом во всём романе является как раз-таки когда-то ненавистный мне Ривьер! А в дополнение к нему дан потрясающий образ практически девственной по своей чистоте женской любви, безусловной любви жены Фабьена! Какая красота! Какую многогранную, многообразную любовь нарисовал изящными своими мазками Экзюпери! Такие разные и, при этом, такие горячие чувства, и то, и другое - любовь. И сейчас мне кажется, что, будь такими Ривьерами хотя бы некоторые из руководящих нами во всех сферах, уровнях и областях, возможно, жизнь была бы совсем иной... Другое дело, что такие самородки уникальны, это совершенно особенный склад характера, мышления и масштаб человеческого сердца. Так интересно в самой себе дискутировать с собой тринадцатилетней. Так хочется дожить, когда твои дети будут читать эти же романы уже своими глазами, и снова пройдут мысленными тропками, которые тебе уже знакомы - или же, наоборот, сделают совершенно неожиданные выводы, а, может, окажутся значительно прозорливее и поймут всё тоньше тебя. В этом красота классики (в широком смысле слова) мировой литературы - она вечна, трансцедентна и при этом всегда о самом важном - о человеческой проядочности, красоте и Любви.

Так как вчера случился у нас исключительно балетный день - в первой его половине Нино балет танцевала на конкурсе, а во второй - смотрела в театре Оперы и балета (сбылась детская мечта, она полгода ждала эту "Спящую красавицу", не могла дождаться), - то я, пользуясь случаем, покажу вам вот такую чудесную прочитанную нами год назад книгу об Анне Павловой - звезде русского классического балета. Если вы также мало ориентируетесь в балете как я, или же вы заядлые балетоманы, или вы думали, что балет вам вообще не интересен - совершенно неважно - эта книга точно останется в памяти, потому что она не требует от читателя ни специальных знаний, ни опыта посещения театров... она погружает в жизнь самой Анны Павловой, раскрывает закулисные будни, показывает ее как человека. Это воспоминания тарцора Харкурта Альджеранова, которому, совсем юному, повезло войти в состав трупы Анны Павловой и гастролировать вместе с ней по всему свету. Совершенно неожиданно ты оказываешься в захватывающем путешествии по Европе, Америке, даже Японии первой половины прошлого столетья, погружаешься в личную драму танцоров, в их бытовые трудности и, главное, в магию танца, в то, чем они как раз и завоевали своего "сценическое бессмертие". Захватывает. Альджеранов сам мастер и фанат своего дела, он пишет о танцах страстно, с восторгом и, конечно, преклоняется перед Павловой. Книга написана и читается легко, это приятно собранные мемуары, но впечатление остается глубокое и яркое. И, невольно, глядя классический балет, ты вспоминаешь образы, описания Адьджеранова, сложности, которые он подчеркивает, тайны, условности, с которыми танцоры сталкиваются.. А, главное, для тебя так и остается - как и для автора - загадкой эта самая Анна Павлова. Харизма, женственность, масштаб личности - покоряет и не отпускает. Книга небольшая, но если хочется и попутешествовать, и перенестись во времени, и сделать балет чем-то более близким и понятным - это прекрасный способ провести время с Анной Павловой в составе её творческого коллектива.

Так как вчера случился у нас исключительно балетный день - в первой его половине Нино балет танцевала на конкурсе, а во второй - смотрела в театре Оперы и балета (сбылась детская мечта, она полгода ждала эту "Спящую красавицу", не могла дождаться), - то я, пользуясь случаем, покажу вам вот такую чудесную прочитанную нами год назад книгу об Анне Павловой - звезде русского классического балета. Если вы также мало ориентируетесь в балете как я, или же вы заядлые балетоманы, или вы думали, что балет вам вообще не интересен - совершенно неважно - эта книга точно останется в памяти, потому что она не требует от читателя ни специальных знаний, ни опыта посещения театров... она погружает в жизнь самой Анны Павловой, раскрывает закулисные будни, показывает ее как человека. Это воспоминания тарцора Харкурта Альджеранова, которому, совсем юному, повезло войти в состав трупы Анны Павловой и гастролировать вместе с ней по всему свету. Совершенно неожиданно ты оказываешься в захватывающем путешествии по Европе, Америке, даже Японии первой половины прошлого столетья, погружаешься в личную драму танцоров, в их бытовые трудности и, главное, в магию танца, в то, чем они как раз и завоевали своего "сценическое бессмертие". Захватывает. Альджеранов сам мастер и фанат своего дела, он пишет о танцах страстно, с восторгом и, конечно, преклоняется перед Павловой. Книга написана и читается легко, это приятно собранные мемуары, но впечатление остается глубокое и яркое. И, невольно, глядя классический балет, ты вспоминаешь образы, описания Адьджеранова, сложности, которые он подчеркивает, тайны, условности, с которыми танцоры сталкиваются.. А, главное, для тебя так и остается - как и для автора - загадкой эта самая Анна Павлова. Харизма, женственность, масштаб личности - покоряет и не отпускает. Книга небольшая, но если хочется и попутешествовать, и перенестись во времени, и сделать балет чем-то более близким и понятным - это прекрасный способ провести время с Анной Павловой в составе её творческого коллектива.

Вы, конечно, меня извините, граждане, но счастье - есть! К несчастью, флегмоны подмышечной области тоже есть. Но, увы, как сказал один любимый мной маститый хирург, учивший меня азам: "Для хирурга чем хуже, тем лучше". Так что с упоением читаю художественным, изумительно литературным языком рассказаные клинические случаи с подробным пошаговым объяснением всех действий, проб, ошибок и успехов. Пятничные наслаждения, которых невозможно себя лишить. Ухх. "Очерки гнойной хирургии" они такие. Да-да.

Полагаю, что по всем православным каналам все уже прочитали тысячу и один пост о святителе Луке, потому что сегодня - его день, его Праздник. Я просто не имею права промолчать об этом дорогом мне человеке, хотя готова говорить о нём и по поводу, и без. Для меня святитель Лука, он же Валентин Феликсович, - учитель, опора, пример, как можно и как НУЖНО. Дорого бы дала за то, чтобы посмотреть, как ловко он пользовался бы современными достижениями медицины... Это была бы феерия. Потому что даже то, что он описывает в "Очерках..." - за гранью фантастики. Да, простите, но я в первую очередь все равно хватаюсь за полу его хирургического халата, а не епископской мантии... Кому что ближе. Гениальный святой хирург. О его "Очерках гнойной хирургии" я уже писала однажды. Кстати, в мои планы на лето входит перечитывание их в который уже раз.. думаю, буду делиться и здесь некоторыми моментами. Знаете, чем особенно ценны Очерки? Не только талантливыми хирургическими подходами, потрясающе описанной клиникой, нет. Я уже говорила, они ценны отношением к человеку, к страдающему человеку. Постепенно с возрастом и по мере профессионального роста начинаю понимать, что упор в современной медицине нужно срочно делать на ДЕОНТОЛОГИИ. На отношениях пациента и врача, нужно возвращать в медицинские вузы кафедры деонтологии и пропедевтики, нужно говорить с желторотыми птенчиками в белых халатиках о человеколюбии, заботе, внимании к чужому страданию, о Христе, потому что в конечном счёте если мы не говорим о Нём, то все остальное так и будет шататься, как дом на песке. Только Его существованием мы можем объяснить, почему именно таким должно быть отношение к пациенту, почему без любви медицина не может существовать. Иначе... Все основывается только на какой-то личной внутренней нравственности, которая относительна до безобразия. Так что святитель Лука это пример отношения к пациенту. И, нет, нет в нём никакого сюсюкания, сладких каких-то интонаций, всего этого наносного и демонстративно-милого, есть очень большая красивая и живая Любовь. И такие же в нём и Вера, и Упование - живые, огненные. Выше, кстати, немножко нашей рабочей атмосферы и старые Нинкины фото, на которых она как раз учится читать по обложке к тому святителя Луки - эту книгу мне подарили Родители почти тогда же, когда и "Очерки" - к началу моей медицинской карьеры (звучит-то как пафосно) - к поступлению в мед.универ. На фото как раз том с избранными проповедями. Не так давно перечитывала их все сплошняком. Какие же они живые! Без воды, без всяких умилительных чувственных закосов, без уходов от темы. Конкретные, огненные, сильные. В них чувствуется характер, профессиональный уклон, специфика. Люблю такое. А еще очень люблю эффект общения, личного разговора с автором. В этом есть особое удовольствие - и когда читаешь проповеди, и специальную литературу, и автобиографию. Одним словом, радостно, что святитель Лука есть у нас. И если бы я имела возможность выходить к студентам и говорить с ними не только об анатомии или хирургии, но именно об общении с пациентами - я бы непременно заручалась поддержкой именно святителя Луки. Пора начинать изо всех сил молиться ему, чтобы выдралось с корнем из нашей медицины наплевательство, пофигизм, высокомерие, властолюбие, пренебрежение человеческим достоинством, лень и безразличие. Воистину это будет самым большим прорывом в медицине. Круче открытия антибиотиков и изобретения компьютерной томографии. Аминь.

Интересный случился вчера опыт. Мы сами в какой-то мере оказались внутри "рассказа Хемингуэя". Многие из вас, наверное, знают известный миф о приписываемом Хемингуэю "самом коротком пронзительном рассказе". И, несмотря на то, что история о том, что Эрнест поспорил с друзьями, что напишет самый трагический рассказ из шести слов, уже давно объявлена легендой, (тем более что есть конкретная пьеса американца Де Грута, в которой по сюжету Хемингуэй и сочиняет этот приписываемый ему рассказ) мне приятна ассоциация с именем любимого писателя. Потому что он, безусловно, гениальный мастер лаконичной и пронзительной прозы и вполне на самом деле мог бы сочинить нечто подобное. ..А дело в том, что мы на протяжении определенного времени искали одну эксклюзивную, изящную и недоступную в нашей стране детскую вещь, у меня было стойкое желание найти именно то, что я себе представляла, уже даже изучила доставку из других европейских стран, как вдруг... Мы внезапно наткнулись на молодую семью, продававшую именно эту вещь, новую и со стопроцентным попаданием в то, что я искала... Полагаю, что вы уже догадались, что трагический рассказ, приписываемый Хемингуэю, это тот самый:

"Продаются детские ботиночки. Неношеные."

Интересный случился вчера опыт. Мы сами в какой-то мере оказались внутри ,"рассказа Хемингуэя". Многие из вас, наверное, знают известный миф о приписываемом Хемингуэю "самом коротком пронзительном рассказе". И, несмотря на то, что история о том, что Эрнест поспорил с друзьями, что напишет самый трагический рассказ из шести слов, уже давно объявлена легендой, (тем более что есть конкретная пьеса американца Де Грута, в которой по сюжету Хемингуэй и сочиняет этот приписываемый ему рассказ) мне приятна ассоциация с именем любимого писателя. Потому что он, безусловно, гениальный мастер лаконичной и пронзительной прозы и вполне на самом деле мог бы сочинить нечто подобное. ..А дело в том, что мы на протяжении определенного времени искали одну эксклюзивную, изящную и недоступную в нашей стране детскую вещь, у меня было стойкое желание найти именно то, что я себе представляла, уже даже изучила доставку из других европейских стран, как вдруг... Мы внезапно наткнулись на молодую семью, продававшую именно эту вещь, новую и со стопроцентным попаданием в то, что я искала... Полагаю, что вы уже догадались, что трагический рассказ, приписываемый Хемингуэю, это тот самый:

"Продаются детские ботиночки. Неношеные."

Ехала сегодня после этого безумного дежурства в храм, сдав смену, слушала Анну Герман и обдумывала комментарий - там прозвучало очень модное слово - выгорание. Шутка шуткой, но об этом кругом говорят так много, что надо как-то что-то сформулировать... Тем более что то, что я наблюдаю обычно, имеет стойкую "книжную аналогию". С "высоты" моего стажа мне вообще пока не уместно было бы заикаться о таких вещах, потому как всегда найдётся тот, кто пожил дольше да поработал мощнее, и кто скажет "да ты вот потрудись с моё, тогда говори.." и будет абсолютно прав. Но кругом столько даже более юных врачей, резидентов, коллег, кто уже с кислым выражением лица, закатывая глаза, ноет о "выгорании", что приходится, так сказать, иметь своё какое-то видение и мне. Я не психолог, не ориентирующийся в понятиях и не погруженный в тему человек, я только практик, наблюдаю и делаю выводы. И насколько я могу судить, то, что люди называют выгоранием это банальные не сбывшиеся ожидания, смешанные с физической и душевной усталостью. Разочарование. Можно "выгореть" в дружбе, ожидая от других людей поступков и чувств, которых они испытывать не обязаны. Можно - в чтении. Когда книга выпивает из тебя больше, чем ты из неё. Да, это твоя проблема. Это ты наслушался хвалебных отзывов, повёлся на красивую обложку, положился на именитость автора. Это ты, продираясь сквозь пошлятину, тягомотину или безумие писателя, отдаешь книге больше себя, чем она того заслуживает. А потом ходишь опустошенный и оплеванный. Я "выгорела", читая "Волхва" Фаулза или продираясь через Мураками.. слава Богу, когда мне в руки попал "Жестяной барабан" мне уже хватило взрослости и уважения к себе, чтобы сказать однажды "Прости, Гюнтер Грасс, дальше - без меня" и захлопнуть книгу. Тоже самое касается и нас, врачей. Такое чувство, что где-то в медицинском университете нам пообещали, что за нашу работу мы будем иметь космическую зарплату, что работать мы будем в сказочныз условиях, а, главное, лечить мы будем не обыкновенных пассажиров общественного транспорта, толкающихся за место, не посетителей торговых центров, не велоспипедистов, бомжиков, строителей и учителей, а каких-то других, особенных пациентов, выращенных на специальных пациентных плантациях. Приходишь в жизнь, а это не так. И если ты думал, что будет так, а оно не случилось, если ты к тому же вымотан голодом и бессоницей, обруган, оплеван, обхаркан кровью, и если ты ждал масляных глазок, благодарных речей, дифирамбов и почестей от начальства.. То, друже, вот ты и выгорел. Ты не получил того, чего ждал, ради чего, видимо, работал... Ты вложил душу, сердце, труд, время, здоровье, а в ответ получил то, что получил. Наблюдения показывают, что не выгорают те, кто ничего не ждут. Ни премии, ни похвалы начальства, ни, тем паче, благодарностей и "масляных глазок". Ты радуешься, когда тебя благодарят, когда твой труд ценят и уважают, но ты не ждёшь этого. И в этом вся разница. Ты напитываешься не от этой "отдачи", за "отдачей" - в собачий приют, где тебе будут вилять хвостом, в детский сад к малышам, которые будут на тебе виснуть, в творчество, где у тебя найдутся поклонники. Не в медицину. Нет отдачи, не будет её. Не выгорающих, я вижу, подпитывает другое. Процесс работы, поиск решений, выкручивание из ситуаций и... Любование людьми. Такими, какие они есть. Ты наблюдаешь за мимолетно проскакивающими мимо судьбами, лицами, взглядами, и это - твоя награда. Не обращенные к тебе слова, а рассказ мужичка о любимой жене. Не высказанная тебе благодарность, "отдача", а образы - дружбы, заботы, внимания между людьми. Каждая крепкая семья, каждые ласковые супруги, каждая дружеская поддержка, что ты видишь, даёт тебе заряд, ты впитываешь это, ты работаешь для этих людей, которые, возможно, и не заметят твой труд, но которые, каждый по-своему, такие красивые, такие живые и способные на такие чувства друг ко другу. А какая тут может быть отдача, когда страдающий человек ненавидит тебя за причиняемую ему боль?!.. Не жди её и не разочаруешься! Как говорится, (по стопам вчерашней перевязки) со всем уважением, Ваш "фриц поганый".

Знаете, а ведь Пушкин действительно же наше всё... Взяла я на сутки Гюго сегодня... Не постеснялась, увесистый томик, ничего, думаю, дотащу, зато вчитаюсь!.. бывают такие сутки, когда работаешь в охоточку, как будто по реке плывёшь, что-то такое в духе "Ветра в Ивах"... От островка к островку... Но, ребята, я, честно говоря, полагала, что после ВСЕГО ТОГО, что творилось в понедельник на дежуре, чисто гипотетически эти сутки должны были быть той самой Рекой... Но, как говорится, жизнь на то и жизнь, чтобы быть непредсказуемой. Сегодня была не река, сегодня был какой-то бурный кипящий поток, сметающий всё на своём пути, море, вышедшее из берегов... Какие там островки... Поверьте, я вот сейчас едва ли в состоянии восстановить последовательность всего того, что сегодня происходило... А ведь было много интересного, переживательного, сильного, о чём я с удовольствием буду рассказывать потом по отдельности... так что тут так, набросаю в общих чертах, чтоб ничего не потерялось. К десяти утра уже успела проконсультировать четыре отделения, в которых случались острые кровотечения, были какие-то феерические язвы, нуждавшиеся в перевязках (вопли были на всё отделение, я, как обычно бывает в таких ситуациях, приносила человеку боль, резонно была называема "поганым фрицем" (самое мягкое) и подбирала самые ласковые слова, чтобы утешить это само воплощение страданий). Параллельно с происшествиями в отделениях, которые ты разгребаешь одно за другим, в приемнике накапливается очередь из стонущих и страждущих владельцев чирей, абсцессов, ожогов кислотой, и вот стоит тебе поставить последний дренаж, как... Звонят из скорой - "мы везём вам ожоги, через десять минут ждите!" А если уж позвонили и предупредили, значит, будет жуткое, и ты уже заранее вызываешь в приемник реаниматолога... Пока перевязываете и обезболиваете эти ожоги, звонят снова - (закон парных случаев в действии) - "мы везём вам еще ожоги, ещё и дыхательных путей, еще и отравление угарным газом!".. а в это время параллельно приемное наполняется приходящими своими ножками больными и страждущими, а еще ведь перевозки из других приемников, с рожами и роскошными пролежнями, в которых светится позвончник (да-да). И всё это одновременно!... С сочувствием каждый раз пробегая мимо терпеливо сидящих в очереди часами вздыхающих пациентов ты только успеваешь оформлять, распечатывать, перевязывать, назначать лечение, следить чтобы никто не собрался на тот свет... Как вдруг приходит девушка с ожогом бытовой химией... И разворачивающейся жуткой аллергией, начинающая задыхаться... Фельдшер (католичка) потом рассказывала, что чтобы успеть и попасть в единственную не сожженную до этого вену этой девушке она вслух читала Отче Наш... Верю, я вбежала в изолятор уже на победном "Амен!", всё получилось. Параллельно со всем этим безумием позвонили из отделения "Доктор, у нас летальный...". Нужно всё разгрести и идти констатировать. Мы в аврале вяжем ожоги, опять звонок "Док, к этому пациенту пришли родственники, они в шоке, кровать пустая..". Не успела я добежать раньше и позвонить сообщить, приехали навестить и опоздали на полчаса... Потом оформляла бумаги и звонила им, поговорили по душам. Но это был не последний летальный сегодня, и не последний ожог, и не последнее кровотечение. В этом режиме полного безумия мы существовали вот.. до сейчас. На часах полвторого ночи, я тупым взглядом смотрю в оформляемый мной отчёт. Рядом с документами в таком же ступоре сидит мой фельдшер-книгопей. И тут, вдруг, произносит великое.. "этот безумный день нужно закончить так: "Выпьем, добрая подружка.." и я с тем же взглядом продолжаю "...Бедной юности моей... Выпьем с горя, где же кружка?!" - "...Сердцу будет веселей". И тут нас вдруг как понесло... Мы стали читать наизусть друг другу, подхватывая строку за строкой всё, от Чудного мгновенья до кусков из Онегина и Анчара, и к Чаадаеву, читали, стали хохотать, примеряли к разным сегодняшним ситуациям и к себе разные пушкинские строки... И так стало хорошо на душе. Так легко, так весело... Очень счастливые мы, правда?

А можно вдруг внезапно спонтанно некнижный (возможно) пост? А то меня трясёт от восторга и срочно нужно поделиться, а то вдруг кто-то тоже ходит кругами вокруг своих цитрусов и уже почти отчаялся?.. Да-да, тот самый легендарный Жан Эжен, о котором где-то давно в комментариях развернулась целая дискуссия (на тему ругать или хвалить, и чем ублажать, чтоб зацвел), таки зацвёл!.. когда Батюшка подарил его мне он был таким маленьким цветущим кустиком, который потом шикарно произвёл на свет штук 20-30 плодов и из которых я благополучно сварила варенье... И всё. И стал обрастать листвой. А те, кто держат дома этих капризных южных господ прекрасно знают, как трудно заставить это существо цвести!.. так и стоят, порой, годами, пышные, зелёные и гордые. Я уж и так, и эдак, и комплименты ему делала, и цветущую фиалку под нос поставила, чтоб она его вдохновляла, и ругалась на него почем свет стоит, и ногами топала, и угрожала, и ревность вызывала, ходила нахваливала цветущие орхидеи и декабриста, не работало!.. и тут, вдруг, как в Простоквашино - "урааа, заработалооо!". Опытным путём было доказано, что доброе слово, всё-таки, и кошке и каламондину приятно, и это моё счастье вдруг в одночасье нафуфырилось цветками... Сто четырнадцать бутонов, граждане!! Сто четырнадцать! И, когда, спустя пару дней, всё это еще начало раскрываться и пахнуть ЖАСМИНОМ, тут, извините, товарищи, мне окончательно сорвало крышу, говоря возвышенным языком. Теперь я хожу, нюхаю, взаимно опыляю кисточкой эти цветы, пританцовываю и пою ему дифирамбы. Хм.. я честно говоря хотела сказать исключительно про Жана Эжена, но не могу ужердаться. Остапа несёт, держите!.. Тооолько-только мы с Вами поговорили о практическом использовании русской поэзии внутри рабочего аврала.. но если вы спросите, что же слушает Жан Эжен кроме Псалтыри по вечерам?... То разве может быть что-нибудь более побуждающее к тому чтобы цвести и благоухать, чем сонеты Шекспира? Удачно совпало его цветение с моей неутолимой потребностью выучить пару сонетов (спасибо школьным годам, в которые возникла эта взаимная любовь с Уильямом нашим). А о периодической необходимости учить наизусть нужно будет как-то раз поговорить особо, кстати. Так что пусть Жан Эжен цветёт себе, наполняется красотой и соками, слушает классику и наливает свои янтарные плоды нашей любовью. Слава Богу, потеплело, сейчас будем его еще на балкон регулярно выгуливать, ему там будет замечательно среди буйства красок, в обещстве упитанных шмелей... И под Шекспира. Почитать стихи кустам? А почему бы и.. да!

Сказать, что сегодня происходил какой-то чудовищный дежурственный день - ничего не сказать. Безумие? Аврал? Завал? Зашквар? Но давайте будем честными - чудовищными дежурства делают не завалы, а конкретные случаи. Хотя по завалам сегодня был установлен мой личный рекорд, когда у нас на посту одновременно(!) находилось ВОСЕМНАДЦАТЬ пациентов... Как говорится, мы разгребали как могли.... И может все было бы не так плохо, если бы не обреченная на мучительную смерть пожилая женщина, которая еще вчера бегала и была счастлива, а сегодня мы шли на операцию, исход которой был очевиден еще до начала. Открылись. Закрылись. До операции позвонили дочке, всё объяснили, она по телефону прощалась с матерью.. после операции у них еще были три часа чтобы побыть вместе. Поверьте, каждый всхлип на том конце телефона меняет твою собственную жизнь, меняет что-то в тебе, переключает какие-то невидимые тумблеры. Ты был один, а стал другой. И каждая операция, на которой вы стоите и молча понимаете, что тут всё закончилось, тоже меняет тебя, делает твою жизнь - другой. И каждая серьезная политравма - тоже меняет тебя, отсекает от тебя самого какие-то ненужные куски. Парень, которого на работе придавило трехтонными стройматериалами... Всмятку.. Сметенная электричкой старушка... Да вообще, все те живые люди, которые приходят или приезжают к нам со своими болями, жалобами, тяготами... У кого-то болит полтора часа и он не знает, как с этим жить, а кто-то терпит три недели и больше терпеть не в силах. Кто-то приезжает потому что в боку закололо, мы делаем комп и находим распространившийся рак. Малоимущая девочка двадцати лет с двумя маленькими детьми, одинокий мужичок, у которого голова занята только мамой с инсультом, а тут эти камни в желчном вдруг взбеленились, пьющие до синевы женщины, устраивающие нам "радио три-промилле-фм", парень с шизофренией... Всё люди, люди, люди, живые люди, каждый со своей историей, со своей болью, каждый, считающий свою боль самой большой и не способный сравнить себя даже с соседом - ведь у каждого свой маленький мир, который вращается вокруг именно его боли. А ты к кому сейчас пошёл беседовать - тот тебе в этот момент и ближний. Не сравниваешь. Не оцениваешь. Каждому плохо. Лечение только нужно всем разное. Но вот что каждому без исключения нужно так это твое сострадание, внимание, тепло. Человеку нужен человек. И вот сквозь всю эту "музыку приемника" (пьяные женские крики, звуки падения тела, вопли боли и, главное, звуки рвоты - без этого никуда), через все эти человеческие голоса "болит уже два дня", "знаете как проснулся не могу уже больше..", "послушайте, девушка...", "стало невмоготу.." ты постепенно нащупываешь, зачем ты вообще сюда пришёл... И радуешься, что ты именно здесь. А в перерывах душа твоя хочет природы, аромата цветов и пения птиц. Какой-то живописной русской поэзии, прозв, чего-то такого... Пришвиновского, что ли. Буниновского. Пастернаковского "В стихи б я внёс Дыханье роз, дыханье мяты, Луга, осоку, сенокос, Грозы раскаты...", поднимаются из глубин памяти шум моря, плеск океана, шелест листвы, детский смех. Вот так бегаешь по приемнику из конца в конец, из приемника в зал и назад - и бубнишь под нос Гумилёва. Переключаешься. Есть что-то между поэзией и природой общее - восстанавливающее, облагораживающее, уравновешивающее. Бывают такие дни, когда нужна именно поэзия. Какой бы не поэтичной ни была бы реальность.

Не могу не пошутить, что от тоски по работе в выходной день руки так и чешутся что-нибудь да пошить. На самом деле, почти так оно и есть, правда батюшкины воротнички на подрясниках и рясах я переставляю всё же не хирургической иглой, а классической (хотя можно однажды, шутки ради, пришить воротничок новосином или викрилом (жаль, что они ярко синие))... Но вообще занятие это очень умиротворяющее. А еще более умиротворяющим его делает то, что ты слушаешь в этот момент. Сегодня душа попросила синхронизироваться с батюшкой, который переслушивает в данный момент лекции профессора Дунаева, и самой немного глотнуть из его родника "Православие и русская литература". Если вы еще не знакомы с работами Дунаева... Вы получите огромное удовольствие. Насладитесь тем, как он раскрывает русскую литературу через нашу веру, какой удивительный ракурс, сколько смыслов... При чём в нем нет иногда присущей православным авторам попытки "высосать из пальца" и найти "скрытые смыслы" там где, кажется, их и нет (все помним анекдот про голубые занавески). У Дунаева всё как-то очень... Логично, естественно, с любовью, без "ковыряния в словах" и, при этом, очень смачно, крупными мазками... Одним словом, слушаешь раскрыв глаза и только успеваешь раскладывать всё по полочкам в голове. А еще очень ценно то, что эти лекции есть в аудиформате, в виде записей на том же ютубе. Потому что достать эти книги - огромная проблема, и сейчас их практически не найти.. О том, как мы чудеснейшим образом собирали по книжечке его многотомник, я непременно как-нибудь расскажу. Ценнейшее. В лекциях, всё же, только основное, а вот в тексте он разворачивается по-полной... Словом, решила с вами поделиться, а то вдруг как раз пребываете в размышлениях, какие бы лекции послушать и чем бы поднапитаться. Товарищи, тогда вам к Михаилу Михайловичу! Всех с Праздником!!

Раз уж сегодня классически организованный по минутам день у Нино, то и напишу-таки на тему, которую давно хотела поднять. Мы, кстати, сегодня смотались с Нино на работу, перевязали своих и посмотрела заодно тяжелого пациента - нужно было понять, будем мы его по-острому оперировать прям сейчас, или нет... На этот раз, кстати, Нина прям активно включилась в перевязки, с разрешения пациентов, ей очень понравилось во всем участвовать. Заодно развлекла старушек разговорами за жизнь. Получилось так, что я живу и не представляю себе жизни вне жесткого режима, графика, ритма. Вокруг и внутри меня должно быть организовано время, пространство и все прочие допустимые измерения. Всё должно подчиняться системе, определенной последовательности, логике. И даже то, что происходит по вдохновению, по принципу "правила нужны, чтобы их нарушать" и тд, и то должно быть закономерным, разумным. (Более того скажу, прелесть таких "бесшабашных нарушений" именно в их исключительности - как то, после тренировки схватить Нино, поехать за мороженым и рвануть на реку смотреть закат и есть мороженое...) Но. Есть вещь, на которую эта логика не распространяется. Во всяком случае так, как это принято. И эта вещь - чтение. Может быть слышали, что такое "книжные трекеры"? Это такая загадочная для меня и совершенно недоступная моему сознанию штуковина, при помощи которой отслеживается количество прочитанных книг. Да-да, именно количество. И если бегло пролистать основную массу "книжных блоггеров", то речь о "книжных трекерах" и "достижениях" на этом поприще идёт постоянно. Скорость, гонка, цели "хочу прочесть 50 книг в этом году", а потом отчеты "уфф, успееел", или "эээх, не сложилось, только 43...". Это настолько не совмещается с моим представлением о чтении как о процессе и части жизни, что аж потребовалось, видите, отдельно об этом написать. Конечно, я могу понять, когда речь идёт о специальной литературе и нужно успеть к экзамену проштудировать нужную стопку, или когда ты обещал прочесть взятую у кореша книгу и должен успеть и "сдать" обратно... Еще понимаю, когда книга "не идёт" и ты заставляешь себя дисциплинированно осваивать "20 страниц в день", чтобы одолеть это нечто. Но вообще... Чтение это же часть жизни, это общение, это радость, это часть нас. Как можно делать это "на скорость"? При чем ладно бы на скорость, но - "ради количества!". Разве чтение не существует только в качественном ключе? Ведь какая разница, если ты прочёл 43 книги, из которых ты не извлёк ничего, которые никак не приблизили твою душу к Чему-то Важному, которые ничего не оставили в тебе?.. а если оставили, то важно ли, сколько их было?.. Понимаю еще всякие записные книжки, где люди оставляют свои ремарки о каждой прочитанной книге, какие-то впечатления... Но едва ли смогу понять принцип "книга в неделю!" или "до Рождества хочу успеть то, то и вот это по-быстрому...". Режим и ритм это прекрасно, и пусть чтение будет частью ежедневной дисцпилины. Но ведь бывают книги, с которыми ты не хочешь расставаться и нарочно тянешь их, оставляя на самые ожидаемо радостные и умиротворенные моменты своей ближайшей жизни, чтобы насладиться ими по полной, а бывают тяжелые, которые ты пытаешься пережить как можно скорее, чтобы просто вынырнуть наконец.. В конце концов книги - как люди - неважно, сколько ты повстречал в жизни (к определенному возрасту в любом случае накапливается опыт...), хотя помню, как подростками мы пробовали общаться с как можно большим количеством людей, ценили эти контакты, общение, гул голосов и сигналы полученных сообщений. Но ведь на самом деле, в итоге, становится важным только то, что и как встреченные люди изменили в тебе, что ты взял у них, чему научился, чем обогатился. В моём мире чтение - это река, нужно дать ей катить свои воды спокойно и размеренно, где-то через пороги, где-то водопадом с кручи, а где-то просто впадая в море души. Без квот, без треккеров, без претензий на скорость. В конце концов, в Царствие Небесное мы войдём с тем, что осталось внутри нас, а не с сотнями пёстрых корешков с ничего уже нам не говорящими названиями на полках.

Дежурю. Язвы, энтериты, камни в желчных протоках, и целая вереница онкологических пациентов, которые уже не справляются со своими состояниями дома и вынужденно приезжают к нам. Хотела сегодня написать тут на давно вертящуюся на языке тему, но, возможно, напишу завтра, когда очухаюсь... (И пока не наступило следующее, понедельничное, дежурство). А сегодня у меня чемпионат. Нет, не по хоккею на траве и не по нардам. Чемпионат по выдержке. Сегодня особенный день (типично в медицинской среде списываемый на полнолуние - считается, три дня до и три дня после) - день обострений всех нервических состояний всех возможных сортов. Как правило обострения происходят и у пациентов, и у коллег, и находит коса на камень.... Но, знаете, я даже люблю такие дни, и чем нервнее и раздраженнее пациент, тем интереснее брошенный вызов! И если бы вы знали, как же пригождаются в работе хирурга в приемнике все стопки прочитанной художественной литературы. Типажи, образы, характеры, с которыми ты когда-то "общался", читая, возникают перед тобой из ниоткуда и ты получаешь уникальную возможность, призывая на помощь всю возможную обходительность, терпение и красноречие, донести необходимую информацию до чеховской дамочки, моряка Гюго, буниновской барышни, студента из Достоевского и диккенсовского мужика. Иногда бывают какие-то комбинированные типажи, а бывают прям... Консуэло, Гуинплен, Душечка, Рощин. И соответственно образу ты подбираешь нужные слова, подход. Самые сложные партии это "иди разберись с ней, она уже собралась жалобу писать на всех врачей вместе взятых" (на фоне слышатся вопли возмущенной пациентки, потрясающей костылем), и ты включаешь максимум терпения, калибруешь голос на полтона тише, смотришь в глаза этой Даме-с-собачкой и заходя издалека объясняешь и объясняешь необходимые вещи, убедительно показывая человеку, что ты не враг, что ты с ним заодно. И особенно радостно, когда эти тяжелые, раздраженные люди уходят умиротворенными и с ощущением, что их поняли, приняли и сделали для них всё, что было можно.. Потому что зачастую им нужно не так много - любви, внимания, человеческого тепла и сострадания. И вот ты с каждым следующим пациентом (а это постоянный поток совершенно разных по степени тяжести, жалобам, отношению к жизни людей), начинаешь сначала. По мотивам всего этого суматошного дня и особенно нескольких бесед - на языке крутятся одни лишь слова попугая из "Калош счастья": "Нет, будем людьми!..". Потому что это самое важное в нашей специальности - видеть в человеке - человека. А книги нам только помогают в этом, обучают, тренируют нас... А вы часто встречаете книжных персонажей в жизни? Помогает в работе?..

Вы когда-нибудь пробовали пересказать пятилетнему ребёнку "Тихий Дон"? С исторической справкой о гражданской войне? С комментарием о братоубийственности гражданской войны через призму православной веры? Я сегодня приобрела этот незабываемый опыт. Дело в том, что у Нины есть свой "плейлист", сформировавшийся за всю ее жизнь от полутора лет до нынешнего времени из песен, которые ей "в самую душу" и которые она с удовольствием слушает по собственному выбору за ужином. Туда входит и Вертинский, и песни из советских фильмов, и "Валенки, Валенки" в исполнении Руслановой, и эпизод со "Смуглянкой", песни группы Ларго, а ещё "Вечная любовь" Матье и Азнавура и "Бабушка пирата" в исполнении Гурченко... Разброс, сами видите, неслабый. Но сейчас, вот прям последний месяц в топе "Не для меня придёт весна". С кадрами из "Тихого Дона" 2015ого года. Мало того, что мне на днях задали несколько крайне острых вопросов о том, в чем смысл песни, почему мотив радостный, а содержание - отнюдь, что за кусок свинца и вообще готов ли лирический герой к смерти или нет... Повезло мне, что я не так давно сама обсудила эти вопросы касательно именно этой песни с мудрым человеком, мне хотя бы было, чем удовлетворить Нинин интерес... Но сегодня она пошла дальше и стала с присущей ей дотошностью выяснять, что за кадры иллюстрируют песню, что это за фильм, о чём и по какой книге он снят. Пришлось погрузиться в Шолохова. Еще раз убеждаюсь, что нет ничего, что невозможно было бы объяснить ребёнку понятным для него языком. Через полчаса я уже слышала, как Нина пересказывала свою интерпретацию "Тихого Дона" уже с собственным участием в главных ролях (я в пересказе любовную линию практически опустила, если что) своим игрушкам, а потом и купавшему её батюшке... Вот он, культурный код. А ведь прекрасная песня, и слова замечательные. И кадры из фильма к месту. И роман прекрасный. Всё лучшее. Когда-то в мои 16 лет он принёс мне много новых размышлений и переживаний. Следом за ним, помню, читала "Хождение по мукам", а после - "Доктора Живаго". Было почему-то ощущение, что все эти книги нужно выпить друг за другом... Пожалуй, стоит лет через 5-10 перечитать всё...

Итак, други мои (как говаривала наша чудесная учительница русской литературы Зоя Петровна, дай ей Бог здоровья), вот я и тут! А то запропала в конец, аж стыдно!... Но на запропасть были причины! Честно сказать, я не хотела отвлекаться здесь ни на что, ожидая, что отыщется и притопает в мои цепкие ручки расчудесный... томик Моруа. И не просто Моруа! Нет-нет! Да-да! Это не то, что вы подумали! Это проза да не проза!.. Я же в последнем абзаце обещала, что как получу, сразу расскажу! @polarislv не подвел, сборник изумительных литературных портретов - лежит передо мной! А в ожидании этого лакомого кусочка литературоведческого книгопейского пирога мы успели совершить ежегодное преображение балкона в подобие провинциального итальянского дворика, расположили буйных красок цветы в угодном душе порядке... И наша ежегодная Италия готова создавать прекрасную атмосферу для чтения. Итак, в бокале гремит льдом мартини, солнце садится, можно открыть полистать эту "мою прелессть.." (извините, мы ж с Нино хоббита читаем, не удержалась). А знаете, почему на поиски этой книги натолкнул меня томик Экзюпери? Да там в самом начале расположено настолько чудесное эссе Моруа об авторе, с такой любовью, вниманием, погружением написанное, что у меня по прочтении создалось ощущение, что я с Сент-Экзом (так его звали товарищи) вместе сидела за столом, гуляла вечерами, бывала у них в гостях, пила коньяк и вообще что он мне буквально родной, понятный человек. При этом дан был столь тонкий и лаконичный анализ творчества, с таким уважением и без претензии на всезнайство (к сожалению, иной раз присущее литературоведам) написанный, что я, верите, нет, перечитала это эссе раза три и еще спереди назад и наискосок. И вдруг закралась мысль... А не написал ли товарищ Моруа ещё о ком-нибудь?... Ребятааа, это кладезь. Я теперь буквально хочу пообщаться лично с каждым из описываемых им в этой книге портретов авторов. Меня уже трясет от нетерпения, потому как среди них есть как близкие и понятные мне умница Флобер, Бальзак, золотце моё Диккенс, Мопассан... Но также присутствуют и отталкивающие и непонятые мной Камю, Руссо, Шатобриан, влюбивший в себя в юности Гёте, с которым в дальнейшем у нас случился драматичный разрыв... Наконец-то все эти люди встанут передо мной живыми, настоящими, мы будем общаться, спорить, может быть я через эти портреты смогу по-другому взглянуть и на их творчество... Спасибо, Андре Моруа, ты даже не представляешь, какое богатое на встречи лето ты мне обеспечил...

Пока Нино играет в теннис я решилась таки открыть мороженновый сезон, нашла удобное упавшее дерево недалеко от куста сирени... и продолжаю получать удовольствие от перечитывания Экзюпери. Вообще-то стала перечитывать ради конкретных эпизодов, которые хотела найти, но.. Остапа Понесло. И, поверьте, если бы из всего массива сочного, как летние фрукты, текста, можно было бы выделить хотя бы фрагменты!, которые можно было бы процитировать, я бы уже вас тут завалила... Но невозможно же фотографировать ВСЕ страницы в книге сплошняком!! (Я пыталась) Но, ничего, попытаюсь еще. А эти дни ещё выслеживаю в книжном одну срочно понадобившуюся мне книгу, на след которой напала как раз из-за этого самого томика Экзюпери... Вот добуду и обязательно вам покажу!! Вся в предвкушении..

Признаемся, в каких мы отношениях с Байроном!