Махмуд учит арабскому!

Ибн Шубрума сказал: «Если ты хочешь возвеличиться в глазах того, кто считал тебя ничтожным, и увидеть ничтожным того, кого ты считал великим — учи арабский язык». – [عُيُونُ الْأَخْبَارِ: 2/ 172] «Уюн аль-ахбар», том 2, стр. 172

Некоторые особенности арабского языка, отличающие его от других языков: 1. Богатство словарного запаса, а также широта использования метафор и аллегорий. 2. Компенсация (замещение): употребление одного слова вместо другого. 3. Разъединение удвоенных согласных (раскрытие идгама) и облегчение слова путем усечения; например: «лам яку» (вместо «лам якун»). 4. Избегание стечения двух сукунов (непроизносимых согласных); в то время как в неарабских языках могут сменяться друг за другом три согласных звука подряд. 5. Арабам присуще то, чего нет у других: они различают смыслы слов с помощью огласовок (кратких гласных) и других средств. 6. Семантическое значение отдельных букв: например, если буква «гайн» (غ) стоит в начале слова, она указывает на скрытость, темноту или исчезновение; например: «габат аш-шамс» (солнце зашло), «гаса аль-ма» (вода ушла под землю/погрузилась), «гатаса ас-сиббах» (пловец нырнул) и т. д. 7. Легкость изучения арабского языка для неарабов.

Один из курьёзных случаев гласит, что в лагере хариджитов разгорелся спор о том, кто из двух великих поэтов лучше — аль-Фараздак или Джарир. Они позвали одного из своих всадников по имени Убайда ибн Хиляль. Тот вышел из своего шатра, волоча за собой копьё и думая, что начался бой, но они вдруг спросили его: "Кто лучший поэт — аль-Фараздак или Джарир?". На что он ответил: "Да пребудет проклятие Аллаха и на вас, и на них обоих!"» :))

Имам Ибн аль-Джаузи (да помилует его Аллах) сказал: «К числу наук, знание которых обязательно для знатока хадисов, относится грамматика (и’раб), дабы он не совершал речевых ошибок и передавал хадис в его исконном, правильном виде». – الْآدَابُ الشَّرْعِيَّةُ وَالْمِنَحُ الْمَرْعِيَّةُ ص ١٢٩. [Шариатские этические нормы и дарованные милости, стр. 129]

Абу Дауд ас-Синджи сказал: «Я слышал, как аль-Асмаи говорил: "Больше всего я боюсь, что искатель знаний, не знающий грамматики (ан-нахв), может попасть под смысл слов Пророка (мир ему и благословение): 'Кто намеренно возведет на меня ложь, пусть займет свое место в Огне'"». – سير أعلام النبلاء [10 / 178]. [Сияр а'лям ан-нубаля, 10/178]

«Выдающийся ученый аль-Азхари сказал: "Изучение арабского языка, посредством которого становится возможным изучение того, без чего не совершается молитва (намаз) — будь то аяты Корана или слова поминания (зикр) — является индивидуальной обязанностью (фард айн) для каждого мусульманина. Что же касается избранных лиц (ученых), которые несут на себе обязательство обеспечивать нужды простого народа в делах религии, то для них является коллективной обязанностью (фард кифайя) усердие в изучении наречий и тонкостей арабского языка. Ведь именно через них достигается полное понимание Книги Аллаха, Сунны, преданий и высказываний толкователей из числа сподвижников и их последователей, включая редкие слова и особенности арабской риторики. Поистине, тот, кто пребывает в неведении относительно широты арабского языка, обилия его слов и многообразия его стилистических оборотов, тот пребывает в неведении и относительно основ знания Книги. Тот же, кто познал язык, постиг его методы и понял то, как его интерпретировали толкователи, тот избавится от сомнений, которые одолевают приверженцев страстей и новшеств, не знающих арабского языка"». Источник: «Тахзиб аль-Люга», 1/6.

Шейх уль-Ислам Ибн Таймия сказал: «Известно, что изучение арабского языка и обучение ему является коллективной обязанностью (фард аль-кифайя). Праведные предшественники (ас-саляф) наказывали своих детей за грамматические ошибки в речи (ляхн). Поэтому нам вменено в обязанность — будь то в форме обязательного предписания или желательного — оберегать арабские каноны (правила) и исправлять отклонившиеся от них языки. Это позволяет нам сохранять метод понимания Корана и Сунны, а также следовать примеру арабов в их речи. И если бы люди были оставлены со своими речевыми ошибками, это стало бы недостатком и изъяном». – «مَجْمُوعُ الفَتَاوَى» (٣٢/ ٢٥٢). «Маджму’ аль-Фатава» (32/252).

Из понимания праведных предшественников (саляфов) следует то, что они считали арабский язык частью религии. «Абу Амр ибн аль-Аля полагал, что арабский язык является частью религии: он неотделим от неё, и она неотделима от него. Когда это изречение дошло до Абдуллаха ибн аль-Мубарака, он сказал: "Он прав"». – مُعْجَمُ الأُدَبَاءِ، أَبُو عَبْدِ اللهِ يَاقُوتُ الحَمَوِيُّ، دَارُ الغَرْبِ الإِسْلَامِيِّ، بَيْرُوتُ، 1414هـ - 1993م، (1/10). Муджам аль-удаба» (Словарь литераторов), Абу Абдаллах Йакут аль-Хамави, Издательство «Дар аль-Гарб аль-Ислами», Бейрут, 1414 г. х. — 1993 г., (1/10).

Иттиба‘ (созвучное усиление) в арабском языке Иттиба‘ (الإتْبَاعُ) — это стилистический приём в арабском языке, при котором за основным словом следует другое слово, близкое ему по значению и совпадающее с ним по метрическому весу (вазну) или рифме последнего согласного (равий); целью этого является смысловое усиление (таукид). Рассмотрим примеры: «Хаййин лаййин» (هَيِّنٌ لَيِّنٌ): Подчёркивание мягкости, покладистости и лёгкости. «Ард хараб ябаб» (أَرْضٌ خَرَابٌ يَبَابٌ): Опустошённая, безжизненная земля. «Шадид адид» (شَدِيدٌ أَدِيدٌ): Акцент на чрезвычайной силе и мощи. «Шай тафих нафих» (شَيْءٌ تَافِهٌ نَافِهٌ): Ничтожная, совершенно обесцененная вещь. «Халид талид» (خَالِدٌ تَالِدٌ): Древний, великий и вечный. «Гадд бадд» (غَضٌّ بَضٌّ): Свежий, нежный и мягкий. По материалам со страницы д-ра Махмуда Сархана.

Различие между (аль-А’джамий) и (аль-Аджами) ([Аль-А’джамий]): это тот, чьему языку неподвластна арабская речь, и кто не может изъясняться на ней ясно, даже если он живет в пустыне. --- ([Аль-Аджами]): это тот, кто по происхождению относится к неарабам (аджамам), даже если он красноречив. Поразмысли над словами Всевышнего: ﴿وَلَوْ نَزَّلْنَاهُ عَلَىٰ بَعْضِ الْأَعْجَمِينَ﴾ [Сура «Поэты», 198]; то есть: тому, кто не смог бы прочесть [Коран] ясно и членораздельно. По материалам со страницы д-ра Махмуда Сархана.

«Передают от Хумейда ибн Хиляля, что Убада ибн Курс аль-Ляйси (да будет доволен им Аллах) возвращался из военного похода и находился в Ахвазе, где продавал одежду. Услышав призыв к молитве (азан), он пошёл на голос и внезапно оказался среди харуритов (одна из сект хариджитов). Они спросили: «Кто ты?» Он ответил: «Ваш брат». Они сказали: «Ты — брат шайтана!» Когда же они вознамерились убить его, он сказал: «Неужели вы не довольствуетесь тем, чем был доволен во мне Пророк ﷺ? Я пришёл к нему, будучи многобожником, и засвидетельствовал, что нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха, и что Мухаммад — посланник Аллаха, и тогда он оставил меня». Но они всё равно убили его❕». [Аль-Бухари, «Ат-Тарих аль-Кабир» (6/93)]

(Арабский и другие языки: признание превосходства над всеми остальными❕) Ибн Джинни говорит: «Мы спрашиваем ученых арабского языка неарабского происхождения, которые до того, как стать арабистами, глубоко изучили оба языка. Они не ставят эти языки на один уровень. Более того, они едва ли принимают сам вопрос о сравнении, считая его бессмысленным из-за глубокой убежденности в неоспоримом превосходстве и тонком изяществе арабского языка в их восприятии и чувствах. Я не раз спрашивал об этом Абу Али (имея в виду аль-Фариси, известного имама в науке о языке), и его ответ всегда соответствовал тому, что я здесь описал». – الْخَصَائِصُ، أَبُو الْفَتْحِ عُثْمَانُ بْنُ جِنِّيٍّ، (1/243). «Аль-Хасаис», Абу-ль-Фатх Осман ибн Джинни, (1/243).

Юнус ибн Абдуль-А’ля передал: «Я слышал, как аш-Шафи’и говорил: "Изучайте арабский язык, ибо он укрепляет разум и прибавляет благородства"». – الْمُقَفَّى الْكَبِير (٥/ ٢١٠) (Аль-Мукаффа аль-Кабир, 5/210)

Арабские слова проникли во многие европейские языки, такие как французский, немецкий и английский. В английском языке насчитывается более (1000) слов арабского происхождения, из которых около (270) слов используются в повседневной речи. Примером может служить слово «амир» (правитель) или «амир аль-бахр» (повелитель моря), которое превратилось в общеизвестный термин «адмирал». Многочисленные исследования подтверждают, что арабский язык является одним из богатейших языков мира по своему лексическому запасу, фонетике, слоговой структуре и выразительным средствам. Он превосходит английский язык по количеству звуков: в арабском алфавите (28) уникальных букв, в то время как в английском — (26), некоторые из которых дублируют звуки друг друга. В арабском языке существуют уникальные звуки, которых нет во многих других языках, например: «ха» (ح), «хо» (خ), «дад» (ض), «та» (ط), «за» (ظ), «айн» (ع), «гайн» (غ) и «каф» (ق). Арабский язык также славится своим невероятным богатством синонимов. Например, для обозначения льва существует около (400) названий, для меча — (300), для змеи — (200), для верблюдицы — (255), для воды — (170), а для дождя — (70) различных имен. – مُقْتَطَفَاتٌ مِنْ كِتَابِ "اللُّغَةُ العَرَبِيَّةُ بَيْنَ حُمَاتِهَا وَخُصُومِهَا"، أَنْوَر الجُنْدِيّ (ص/(١)-(٣٥))، مَطْبَعَةُ الرِّسَالَةِ. Отрывки из книги «Арабский язык между его защитниками и противниками», Анвар аль-Джунди (стр. (1)–(35)), издательство «Матбаат ар-Рисаля».

«Арабский язык — это самый совершенный из человеческих языков, обладающий наилучшим произношением и наиболее точными правилами. Он отличается строгой системностью и известными весовыми формами (вазнами). Этот язык древнее самой истории — она знает его лишь в состоянии полной зрелости и расцвета. Когда же он родился? Когда было его детство? И как он восходил по пути совершенства, пока не дошел до нас в своем безупречном виде, не нуждаясь в изменениях или правках с тех пор, как в мире существует история? Более того, своими избыточными богатствами он питал большинство языков земли, и в каждом из них остался его след. Этот великий язык, к сожалению, был утрачен и заброшен своими носителями. Он стал слабым и малозначимым, будучи лучшим из языков, в то время как другие языки, недостойные служить ему даже в качестве прислуги, возвысились и распространились лишь благодаря стремлениям и энергии своих сынов». – فُصُولٌ فِي الثَّقَافَةِ وَالأَدَبِ، لِلشَّيْخِ عَلِيِّ الطَّنْطَاوِيِّ، جَمْعُ وَتَرْتِيبُ: مُجَاهِدِ مَأْمُونٍ - دَارُ المَنَارَةِ، الطَّبْعَةُ الأُولَى، 2007م (ص: 149).» بتصرف. «Главы о культуре и литературе», шейх Али ат-Тантави. Сборник и редакция: Муджахид Мамун — изд. «Дар аль-Манара», 1-е изд., 2007 г. (стр. 149).

( Язык, заброшенный своими носителями..❕) Шейх Али ат-Тантави говорит: «Английский язык — это язык на слух; в нём нет строгой системности и не действуют единые правила. Более того, это язык без устойчивой родословной и известного корня. Его настоящее проклинает его прошлое, а сегодняшний день поносит вчерашний. Современный англичанин не поймет речи великих английских красноречиев эпохи аль-Маарри и аш-Шарифа ар-Ради, не говоря уже об эпохе Имру-ль-Кайса и Зухайра! Его лексика — это солянка, собранная с миру по нитке: в нём есть немецкие слова, французские, арабские... в нём есть слова из каждого наречия. И всё же, несмотря на всю эту слабость, беспомощность и обилие изъянов, стремление его народа возвысило его до того, что они навязали его трети населения Земли и заставили их говорить на нём. Что же касается арабского языка...» (Продолжение следует..) – «فُصُولٌ فِي الثَّقَافَةِ وَالأَدَبِ، لِلشَّيْخِ عَلِيِّ الطَّنْطَاوِيِّ، جَمْعُ وَتَرْتِيبُ: مُجَاهِدِ مَأْمُونٍ - دَارُ المَنَارَةِ، الطَّبْعَةُ الأُولَى، 2007م (ص: 149).» «Главы о культуре и литературе», шейх Али ат-Тантави. Сборник и редакция: Муджахид Мамун — изд. «Дар аль-Манара», 1-е изд., 2007 г. (стр. 149). 

Автор труда «Аль-Махсуль» сказал: «Поскольку первоисточником для познания нашего Шариата являются Коран и предания (ахбар), а они ниспосланы на языке арабов, с учётом их грамматики (нахв) и морфологии (тасриф), то знание нашего Шариата напрямую зависит от знания этих наук. А то, без чего невозможно выполнить обязательное (ваджиб мутлак), само становится обязательным — при условии, что это под силу исполнителю (мукалляфу)». [1] Аль-Иснави в книге «Аль-Кавкаб ад-Дурри» разъяснил причину этого утверждения, сказав: «Это потому, что наука об основах фикха (усуль аль-фикх) есть не что иное, как изучение доказательств права. Доказательствами же фикха являются Книга и Сунна, и оба этих источника — арабские. Если исследователь не будет сведущ в арабском языке и его тонкостях, не будет постигать его тайны и правила, то для него станет невозможным правильное осмысление этих источников, и, как следствие, станет невозможным выведение (истинбат) шариатских постановлений из них». [2] [1] الْمَحْصُولُ فِي عِلْمِ أُصُولِ الْفِقْهِ؛ 1 (275). [2] انْظُرْ: الْكَوْكَبَ الدُّرِّيَّ؛ لِلْإِسْنَوِيِّ (ص45). [مُسْتَفَادٌ مِنْ مَقَالَةٍ لِلْأُسْتَاذِ/ صَادِقِ بْنِ مُحَمَّدِ الْهَادِي، مَنْشُورَةٍ بِمَوْقِعِ (الأَلُوكَةَ)]. [1] «Аль-Махсуль фи ильм усуль аль-фикх»; т. 1, стр. 275. [2] См.: «Аль-Кавкаб ад-Дурри» аль-Иснави, стр. 45 [На основе статьи профессора Садика бен Мухаммада аль-Хади, опубликованной на сайте «Аль-Ука»].