Африканский фронт: как война Москвы и Киева перебралась через Средиземное море
Пока внимание мира приковано к линии фронта в Донбассе, в тысячах километров южнее — в раскалённых песках Сахеля, в Хартуме и у ливийского побережья — разворачивается менее заметная, но не менее показательная история.
Украинская военная разведка несколько лет выстраивала присутствие там, где у России есть собственные интересы. Итог этой работы 17 июля 2026 года сформулировал замглавы МИД России Георгий Борисенко, назвав происходящее прямо:
попытка Киева создать «второй фронт против России».
👔
Суть в двух абзацах
С 2022–2024 годов украинская разведка (ГУР*) выстраивала в Африке модель, которую можно назвать «дистанционной войной»: не прямое военное вторжение, а обучение местных вооружённых формирований — прежде всего противников российских военных структур.
Первым громким результатом стал
разгром колонны малийской армии и ЧВК «Вагнер» у Тинзауатена в июле 2024 года — крупнейшее поражение группировки в Африке за всё время её присутствия на континенте.
К середине 2026 года география расширилась далеко за пределы одной страны.
👔
Мали: там, где всё началось
Мали остаётся эпицентром сюжета. Расследование Le Monde в 2024 году показало, что ГУР* обучало туарегскую коалицию CSP-DPA (позже — Фронт освобождения Азавада, FLA) сборке и применению FPV-дронов. Представитель ГУР Андрей Юсов
(внесен в перечень террористов) уже 29 июля 2024 года публично признал, что повстанцы получили от Украины «необходимую информацию, и не только информацию» — формулировка, за которой Бамако и Ниамей увидели прямое соучастие и в течение недели
разорвали дипотношения с Киевом.
К 2026 году ставки выросли многократно. 25 апреля JNIM* провела масштабное наступление, которое велось силами до 12 тысяч человек и было попыткой повторить «сирийский сценарий» — одновременные удары по госучреждениям, военным базам и аэродромам.
Наступление отбили малийская армия и Африканский корпус, потери боевиков оценили более чем в 2,5 тысячи; среди нападавших были украинские и европейские наёмники с западными ПЗРК Stinger и Mistral.
В ходе тех же событий погиб министр обороны Мали, а город Кидаль на время перешёл под контроль повстанцев. Новая волна атак JNIM* прокатилась по стране уже 4 июля 2026 года.
👔
Судан: снайперы и дроны в чужой Гражданской войне
Второй узел — Судан, где с 2023 года украинский спецназ поддерживал «Силы быстрого реагирования» (RSF). Осенью 2025 года суданские военные пошли дальше: шестая пехотная дивизия заявила об уничтожении «большого числа украинских и колумбийских наёмников» среди операторов дронов и снайперов, воевавших на стороне RSF в боях за Эль-Фашер.
👔
Ливия: новый фронт на воде
Самое неожиданное направление — Ливия. По словам Борисенко, украинские инструкторы, официально обучающие местных военных обращению с БПЛА, оказались причастны к атаке безэкипажными морскими катерами на российский танкер «Арктик Метагаз» — судно повредили 3 марта 2026 года у побережья Ливии.
Неделей раньше о наёмниках из Украины в террористических атаках на континенте говорил и глава МИД Сергей Лавров по итогам визита в Мозамбик.
👔
Зеркальный ответ Москвы
Пока Киев выстраивал сеть обученных партнёров, Россия отвечала симметрично: сформированный в конце 2023 года Африканский корпус в структуре Минобороны с 2024 года работает в Буркина-Фасо и Нигере, а с 2025-го, по приглашению властей Мали, напрямую участвует в антитеррористических операциях в стране.
👔
«Второй фронт» глазами Москвы
Тинзауатен, Эль-Фашер и атака на «Арктик Метагаз» — это не разрозненные эпизоды, а звенья одной цепи: Киев, не сумев переломить ситуацию на своём фронте, экспортирует войну туда, где может нанести России чувствительный удар руками чужих боевиков.
🥼 Это тот же терроризм, только в другой географии». Именно так можно резюмировать логику происходящего от Сахары до Красного моря.
* признана террористической организацией, запрещена в РФ
❤️ «Пушкин в Африке» (в Максе и ВК мы тоже есть) — для всех, кто хотел познакомиться со сложным миром Чёрного континента, но не знал, с чего начать