𝔻𝕣𝕒𝕞𝕚𝕠𝕟𝕖 | 𝕎𝕠𝕝𝕗𝕪

#onedate #video_aesthetics 🥵 — Интересно, сколько девушек мечтали услышать это от тебя? — Но услышала только ты. With love🥰

Забавный #video_aesthetics к #onedate 😁 “Ни стыда, ни совести” — Люциус лучший 😂

#ложь | Грейнджер щекочет нервишки Пэнс и Драко 😈

#ложь | в продолжение к посту выше 😁 С кем там уехала Гермиона? 🥰

#ложь | предыдущая часть Пэнси заходит в кабинет Малфоя без стука, дверь за ней негромко хлопает. И пока она цокает каблуками, Драко поворачивается к ней, сидя в кресле. — Ты выяснил, что происходит? — спрашивает она, скрестив руки на груди. — Она сказала, что всё нормально. Они просто друзья, — чуть раздражённо повторяет Малфой, склоняя голову вбок. — И ты поверил? — вздёргивает бровь Паркинсон, — сперва они друзья, потом привилегии, крепкие связи и мы в пролёте… — она явно намерена продолжить, но Драко резко лупит ладонью по столу, заставив её вздрогнуть и заткнуться. — Что ты предлагаешь мне сделать? Запретить общаться с Уизли? Приковать к себе наручниками? — он выпрямляется, кресло позади него с тихим скрипом отъезжает, а Пэнси сглатывает. Её точно обдаёт взрывной волной, но она умудряется устоять на ногах. — Уж постарайся сделать так, чтоб Грейнджер не переключалась на других мужчин, — прищуривается Паркинсон, — сейчас распределяется бюджет. Мы работаем с банками и важно найти лазейку, где она нас прикроет. Иначе можем распрощаться с акциями. Малфоя корёжит. Если он ещё пару раз послушает, каким образом они смогут отобрать часть бизнеса Грейнджер, придётся закинуть в себя пачку обезболивающих. — Я всё чаще хочу тебя придушить, Пэнс, — выдыхает Драко. — Лучше оставь свои ролевые заскоки на Грейнджер. С наручниками, — она игриво подмигивает, но Малфой слышит в тоне скрытую щепотку ревности. Паркинсон подходит к его столу, упирается в него руками, слегка наклонившись, и он выгодно видит ложбинку меж её грудей. — В конце концов, ты получишь большую часть. Драко хмыкает и, сдерживая паузу, копирует позу Пэнси. — Ты ревнуешь или бесишься, что тебе ничего не достанется? — он пристально вглядывается в её лицо, и Паркинсон цокает. — Я сам разберусь с Грейнджер. И тебя в последнюю очередь касается то, в какой позе я буду это делать. Пэнси вдыхает полной грудью, но не успевает и слова сказать, как дверь в кабинет Малфоя открывается параллельно со стуком, а на пороге появляется Грейнджер. — Я помешала? Паркинсон вздрагивает; они переглядываются с Драко, точно их застукивают за чем-то непотребным. Малфой тут же выпрямляется. — Отчёт. Можете ознакомиться. Оба, — предупреждает Гермиона. Скептически. Жёстко. — На сегодня всё. — А, да, спасибо, — кивает Драко; Пэнси протягивает руку и забирает папку, — ты домой? Я отвезу. — Нет. У меня планы, — улыбается она мило, — до завтра. И уходит. Подавляет в себе дрожь и острое чувство дискомфорта. Перед офисом её ожидает дорогая иномарка. И Малфой видит из окна, с какой охотой она ныряет внутрь салона. Кожа тут же трещит от сжатия пальцев в кулаки. И он снова злится. Что ты, блядь, задумала, Грейнджер?

~ через несколько дней в #foreignsecret #video_aesthetics 😍 «Зато это мой выбор, а не чья-то прихоть» ~ первая часть ~ предыдущая часть

В продолжение к диалогу #foreignsecret #video_aesthetics: «Обещай, что не сбежишь» 🥹

#foreignsecret #Dramione_зарисовка Грейнджер сглатывает ком в горле. А потом зыркает на Драко с прищуром. Он не имеет права!.. — Зайка, я могу тебя попросить подождать в коридоре? — ласково спрашивает Гермиона, обхватывая щёчки Лиры, — совсем чуть-чуть. Нам с мистером Малфоем… нужно кое-что обсудить. Ладно? — Да? — она косится сначала на маму, а потом на Драко, — ладно. Но вы же не долго? — Лира сползает с кровати. — Мы позовём тебя, — поддакивает Малфой, отшагивая с прохода. Как только дверь за ней закрывается, с губ Грейнджер слетает тихое: «Силенцио». Драко переводит на неё взгляд и медленно, точно крадётся, подходит ближе к койке. — Блейз потом снесёт мне голову, но… — Малфой усмехается, а Гермиона в ответ чуть ли не фыркает. — Кто бы говорил о борьбе, — она закатывает глаза и скрещивает руки на груди. — Ты всё решила за меня и ушла, — напоминает Драко. — Тебе и без меня хорошо жилось эти пять лет, — упрекает Грейнджер. — То, что было… — она отворачивается, — ничего не… — Лира ничего не значит? — уточняет Малфой, и Гермиона едва не взрывается. — Лира для меня — всё! А ты… со своей магией всполошил всё и в ней и во мне! И теперь… — она снова подрывается с постели, вытягиваясь перед ним в полный рост. И сразу же жалеет об этом. — Что? Давай называть вещи своими именами. Если бы ничего не было, ты бы не смотрела на меня так. А твой пульс не подскакивал от близости, — он натурально издевается над ней, озвучивая то, что лежит на поверхности. — Это из-за твоей магии, — прищуривается Гермиона, — и ты меня раздражаешь. А это тоже сильное чувство. — Ты собираешься сказать Лире правду? — взгляд Драко становится серьёзнее, вкрадчивее, точно он проникает ей в душу. Но реальнее — в голову. — Даже не думай, — щурится Грейнджер и тычет пальцем ему в грудь, — если бы ты не вмешался, не пришлось бы… — она внезапно вздыхает, — она безумно расстроится, если узнает, что ты — её отец, который не может быть рядом. А я не хочу, чтобы она зацикливалась на своём происхождении и чистоте крови, которой она не обладает, — выпаливает всё Гермиона. — И ты снова решаешь за меня, Грейнджер, — хмурится Малфой. — Лира — моя дочь. И она тоже Малфой. Хочешь ты этого или нет. — И чего хочешь ты? — злится Грейнджер. — Тебя, — он отвечает быстрее, чем она заканчивает фразу и поднимает ладонь к её щеке, — рядом. Ты даже не представляешь, насколько, — он склоняется к ней и соприкасается лбами. — Особенно после всего этого. — Нет, — она качает головой, — ты не знаешь, о чём говоришь. — Мгм, — он не спорит, а его пальцы жадно впиваются в ткань её больничной сорочки на талии, — тогда почему ты позволяешь это? Гермиона сглатывает, выгибая спину. Она ничего не может поделать с собственной реакцией. Тело не слушается, приятно отдавая внизу живота. Грейнджер уже давно не испытывает чего-то подобного, и ноги тут же слабнут. — Потому что знаю, что ты не сделаешь мне больно, — шепчет она ему в губы, — но это не значит, что между нами что-то изменится, — Грейнджер берёт себя в руки и опускает ладони ему на кисти. — Ещё посмотрим, — хмыкает Драко, — если ты дашь нам шанс. И Гермиона очень остро чувствует правду — Малфою плевать на последствия. Мерлин, помоги.

Часть 109 Драко смотрел на спящую Гермиону и сжимал кулаки, чтобы не показывать, как сильно дрожат руки. Она полулежала в кресле, и её лицо было бледным, а дыхание — ровным и спокойным. Гермиона выглядела такой беззащитной, что у него сжималось сердце. Почему так долго? Почему они переглядывались? Почему они смотрят на него и не будят её? Его пальцы сжались сильнее, и Драко почувствовал, как ногти впиваются в ладони, но боль была едва заметной на фоне того, что грызло его изнутри. Директор откашлялась, и Драко выпрямился, стараясь унять дрожь в голосе. Он смотрел на неё, ожидая ответа, и сердце билось всё быстрее. — Мистер Малфой… Драко, — начала она, и её голос был мягким, почти извиняющимся. Он сглотнул и расправил плечи, готовясь к худшему. Горло сдавило, и он почувствовал, что его тошнит от страха и волнения. — Память мисс Грейнджер действительно подчищена, — тихо сказала она, глядя на него с сожалением. — Стёрты фрагменты, которые касались непосредственно вас. Вместо них, слава Мерлину, ничего не вложено. — Почему вы радуетесь? — прохрипел он. — Она потеряла часть своей жизни. Она потеряла воспоминания, которые могли быть важны для неё. А вы говорите «слава Мерлину»? — Потому что так куда проще, чем когда что-то вложено, — мягко сказала она, бросив на Гермиону короткий взгляд. — Да, мы не можем восстановить то, что было утрачено, но вы можете подарить ей новые воспоминания. Да, там пустота... но пустота лучше ненависти или ещё чего хуже. — Почему вы говорите это мне, а не ей? — спросил он, и его голос дрогнул. — Почему вы не разбудили её? Директор с сотрудниками переглянулись, и в их взглядах было что-то, что заставило его напрячься. — Не молчите, — сказал он, и его голос стал твёрже. — Просто скажите всё как есть. Я должен знать. Я... — Инициалы на её коже вернуть невозможно, — с сожалением сказала директор, и её голос был едва слышен. — Они уничтожены. Взгляд Драко тут же метнулся к Гермионе. Он смотрел на её запястье, на чистую кожу, и виски сдавило, а дыхание перехватило. — Что значит «уничтожены»? — его голос стал тише и опаснее. — Что это значит? Сотрудник Министерства откашлялся, и его лицо стало серьёзным. — Я вижу такое впервые, — сказал он, и в его голосе слышалось странное удивление вперемешку с азартом. — Это странная магия. Упорство. Такое сложно объяснить. — Вы сейчас хвалите ту тварь, что сделала это с ней? — Драко прищурился, глядя на него, и в его голосе послышалась угроза. — Нет, мистер Малфой, — он сглотнул, и его голос стал тише. — Суть в том… что мы не можем определить, осталось ли что-то в её магическом ядре для связи со своим соулмейтом. Мы не знаем, сможет ли она когда-нибудь снова почувствовать то, что уже было между вами. Драко замер и нахмурился. Соулмейты. Он слышал это слово раньше, но никогда не задумывался о том, что оно применимо к ним. — Соулмейты? — переспросил он, и его голос дрогнул. — Соулмейты — это не только то, что вы читали в книгах, мистер Малфой, — тихо сказал он. — Это куда глубже и серьёзнее. Чары, что использовали мы… Они были мягкими, без использования определённых фраз, которые могли бы по-настоящему связать пару навсегда. Это была лишь рекомендация. Но магия соулмейтов — это нечто другое. Это связь, которая не зависит от инициалов или ритуалов. Она рождается задолго до того, как кто-то решит найти свою пару. Это то, что является маяком для чар. Драко смотрел на Гермиону. На свою пару, которая никогда не увидит подтверждения, что она не одна в этом мире. Что у неё есть он. Он до боли в зубах сжал челюсть и зажмурился. Он не знал, что делать. Драко хотел кричать, рвать на себе волосы и уничтожить ту, кто сделала это с ней. Но он стоял, глядя на неё, и чувствовал, как его душа разрывается на части. Он шумно втянул носом воздух и открыл глаза. Драко знал одно: он сделает всё, чтобы вернуть её. Даже если это займёт вечность. Он будет ждать её, дарить ей новые воспоминания. Потому что он любил её. И он готов был бороться за неё, даже если она не помнила этого. И... не хотела. #ау_буквы #au

Спасибо тг, что удалил комментарии 😭если что жду вас туть🙈

#foreignsecret #Dramione_зарисовка — Мамочка! — Лира заскакивает в её палату, мгновенно вызывая у Грейнджер улыбку. — Дядя Блейз сказал, что тебе лучше. Она забирается с ногами на койку и тянется обниматься. Гермиона целует малышку в лоб, нежно гладит её плечи и спину, прижимая к себе. Состояние действительно улучшается. Грейнджер набирается сил и прекрасно понимает, чья это заслуга. В большей степени. Чёрт. — Мхм, — мычит она, утыкаясь носом в светлые кудри. Вдыхая полной грудью, Гермиона улавливает тонкий, нетяжёлый аромат… мужского парфюма. Ресницы дрожат, когда она приоткрывает веки, а в груди смерчем роится волнение. — Ты была с Блейзом всё это время? — Угу, — кивает Лира, — и мистером Малфоем, — вот оно что… она поднимает к Гермионе голову и смотрит таким милым, щенячьим взглядом, что у неё бегут мурашки по плечам, — он мне нравится, хороший, — её щёчки слегка краснеют, — а ещё знаешь, когда мы… ну, — Лира тушуется, опуская глаза, — тебя спасали… мне жгло ручку, но внутри… было так тепло и уютно. А потом у меня получилось вот это, — она ёрзает на коленках, раскрывает ладошки и слегка шевелит пальцами. Грейнджер внимательно наблюдает, ощущая, как подскакивает ритм сердца. Маленькие ручки Лиры слегка подсвечиваются тёплым, золотым светом. На самых кончиках пальцев блики магии. Мерлин! Гермиона не знает, чего хочет больше — прибить Малфоя или… Годрик, Лире всего пять и эта магия… не стихийная или просто выброс энергии, а осознанный контроль. Грейнджер чувствует это слишком остро, и её одолевает тревога и гордость. — Моя ты умничка, — слабо улыбается Гермиона и обхватывает её ладошки своими, тем самым увеличивая поток магии. Блики пляшут в серо-голубой радужке глаз, и Лира с озорной улыбкой хихикает, так искренне и чисто радуясь, что у Грейнджер щемит сердце. — Вы дружили с мистером Малфоем раньше? Он сказал, что вы учились вместе, а потом… вы поссорились, да? — она поднимает голову и несколько раз моргает, загоняя Гермиону в тупик. — Эм, — слетает с её губ и Лира хихикает. Сначала тихо, в потом гораздо звонче. — Что такое? — Вы даже реагируете одинаково, — ей так потешно, что она заваливается Грейнджер на живот и крепко обнимает. — Он тоже промычал и растерялся. А почему? — Ну, может, ты его смутила? Он вряд ли раньше общался с такой сладкой милой девочкой, — Гермиона ласково щекочет её и гладит по волосам. — Наши пути разошлись, но… — Мерлин, как же она не хочет врать или утаивать. Ведь правда рано или поздно вскроется, тем более сейчас… — я кое-что тебе расскажу… обещаю. Но позже. — Сюрприз? — мигом расцветает Лира. — Надеюсь, — немного растерянно кивает Грейнджер, чувствуя на удивление приятный трепет в груди. — Просто… милая, есть вещи, на которые мы не можем повлиять. Устои и правила… кто-то бросает им вызов. А кто-то понимает, что это бесполезно. Вот… — она прочищает горло и слышит, как её звук смешивается с чужим. — А кто-то даже не пробует бороться, — чуть хриплый голос доносится от дверей, и Гермиона встречается взглядом со всё ещё воспалёнными глазами Драко. Только не сейчас, Мерлин. Но Малфой входит в её палату, точно отсекает пути к отступлению.

🦋 #lenivec_art #art

#foreignsecret #video_aesthetics: «Лира, милая. Не своди своего… мистера Малфоя… с ума» 🥰 Всем хорошего настроения🩷

❤️❤️❤️❤️ Часть 66 [1-8] — переписка Драко и Гермионы [9-10] — архивные фото для эстетики 😍 *Драко и Герм сводные брат и сестра* #переписки

— Плевать, — хмыкает Драко, и слегка задирает подбородок, когда замечает, как Гермиона открывает глаза; ресницы дрожат, — детство, Хогвартс, война, эти пять лет — ходить по струнке надоело. — Чт… я, — Грейнджер хмурится и пытается забраться повыше на подушке. Конечно, было гораздо удобнее, когда вместо пуха под лопатками была тёплая грудь и плечо Малфоя. — Голова кружится, — говорит она, но руки не одёргивает. Забини подходит ближе; Гермиона сглатывает ком в горле, чувствует, как не унимается сердце и тревога, бьющая по рёбрам. Она рефлекторно сминает губы, скользя меж ними кончиком языка. И поднимает взгляд к Драко. Она злится. И напугана. И… сморгнув, Грейнджер резко вырывает ладонь, стряхивая пальцы, и тут же замирает. Блейз касается её виска кончиком палочки. Тёплая энергия с приятным золотым мерцанием окутывает её снова, и Забини скептически косится на Малфоя. — Я могу проверить её голову без твоего сопровождения? — Я ничего не делал, — кивает Драко, и с его губ слетает усмешка, — но, полагаю, больше не кружится? — он вглядывается в лицо Гермионы, намереваясь поймать её взгляд. Но она лишь отводит глаза, прикрывает веки и делает глубокий вдох. Такое ощущение, что судьба жестоко над ней шутит и издевается. Теперь Грейнджер точно уверена: всё, что она чувствует — вскрывает его энергия. Всё, что она с таким трудом запихивает на самое дно, в самый тёмный уголок души — вырывается наружу. И ей страшно. Мерлин. — Нет, — подтверждает Гермиона. — Но я не хочу, чтобы теперь это было со мной постоянно. Это к вопросу о том, что… — Нужно было дать тебе умереть? — грубо перебивает Малфой, и она зло на него смотрит. — Так, успокоились, — сразу вмешивается Блейз, выравнивая спину. — А ты теперь будешь об этом напоминать мне всю оставшуюся жизнь? — почти сквозь зубы цедит Грейнджер. — Прям на всю оставшуюся? — подмечает Драко с хитрой ухмылкой. Забини закатывает глаза, обратив внимание, что в палате снова витают блики. — У нас явно есть, о чём поговорить, Грейнджер. И она осекается, хотя до этого думает, что порвёт его на куски. Гермиона смотрит на Малфоя слишком долго. Она ненавидит это состояние. Когда не получается ненавидеть его достаточно, чтобы забыть. Стереть из памяти. Чёрт. #foreignsecret

#foreignsecret #Dramione_зарисовка Блейз закатывает глаза. Показатели Гермионы скачут, как бешеные. Она часто дышит, веки прикрыты, а тонкие пальцы подрагивают; Грейнджер ворочается, пока Забини взмахивает палочкой, и яркая диаграмма пропадает. — Я просил тебя не спешить, — вздыхает он. — А я всегда был нетерпеливым, — Драко стоит за его плечом, взгляд направлен к Гермионе, а губы до сих пор покалывает от ощущения её укуса. — Или нужно было постоять рядом, когда она падала? — Не нужно было доводить до того, чтобы она падала, — повторяет с сарказмом Блейз. — Она только начала приходить в себя. Ей нельзя делать резких движений. Ты, мать твою, уникум. Сперва вытащить с того света, а потом… — Я ничего не делал, — перебивает Малфой, — но судя по тому, что происходило — магия всё ещё лечит её. Забини трёт переносицу. — Я долго не мог понять, почему показатели постоянно разные. Магический фон нестабилен. Если физически она практически полностью окрепла, то внутренняя энергия Грейнджер, что является ключевым для волшебника, не приходит в норму. А это именно проблематика магического влияния. Твоего, — он смотрит на Драко с ярко выраженным вопросом в глазах. — Что ты хочешь от меня услышать? — вскидывает брови он, держа руки по карманам. — Я мог ей помочь только через Лиру, потому что она — часть нас. Родовая магия не работает так, как мы того хотим, и если Грейнджер напиталась моей магии вперемешку, то, блядь, что мне сделать? — Ну явно не пытаться отсосать её через рот, — прочищает горло Забини, — вы поговорили? Малфой стискивает зубы. Может, Блейз в чём-то и прав, но почему тогда его издёвка так злит? Он шумно выдыхает, точно с мнимой обидой, и снова смотрит на Гермиону. — Вряд ли это можно назвать разговором. Но уже неплохо, что наорала на меня, — он сжимает кулаки и подходит ближе к койке. Слышится шорох ткани, а после Драко касается её ладони чуть приподнимая, — хуже, если бы эмоций не было бы вообще. И она… может и не совсем в себе, но… — Любит тебя? — говорит за него Блейз, — а тебе нужно было доказательство? Её пальцы вздрагивают в его руке. — Ты урод, Забини, — выдыхает Малфой, — ты знал всё это и молчал. — А что бы изменилось? — повторяет свой ставший почти извечным вопрос, — да и сейчас... боюсь представить, что сделают твои родители. Для них Лира — бастард. Я молчу об остальном.

#foreignsecret #video_aesthetics ✨ Она целует его до помутнения рассудка. Их окутывает теплом. Хотя Грейнджер уверена — магия Малфоя — чистейший лёд. Но он жжётся. Лёгкие горят. Губы покалывает от ласки — Драко отвечает неуверенно, не перехватывает инициативу, и Гермиона, точно пьяная, кусает его чуть ли не до крови. Он шикает, переносица дёргается. Малфой смотрит в её помутневшие глаза и с усмешкой шепчет: — Уже не злишься, Грейнджер? Она вздрагивает. Неправильно. Сбой системы. Сбой организма. — Это всё… твоя магия, — шепчет Гермиона, едва не потянувшись к Драко снова. В этот момент дверь в палату резко открывается. Забини застывает на пороге, лишённый дара речи. Малфой реагирует резче, косится на Блейза — Грейнджер откидывает голову ему на плечо, её глаза закатываются, а блики магии гаснут во мраке палаты. — Я тебя убью сам, Драко, — цедит сквозь зубы Забини, — слезь, твою мать, с её койки!