Анонимные книгоманы

Сомерсет Моэм "Театр" Перечитывать книгу взялась потому, что поняла: я не помню героев такими, какие они в книге, помню только персонажей прекрасного советского фильма. Конечно, я любитель помитинговать в стиле "в книге он блондин!", но если образы, воплощённые создателями фильма хороши, этот аспект обычно уходит на даже не второй, а какой-нибудь одиннадцатый план. Поэтому эпического сражения Виа Артмане - Джулия Лэмберт не случилось)) Интересно рассказанная история успешной театральной актрисы и её близкого окружения - чем не рецепт успеха книги? Хамелеон и манипулятор, применяющий свои таланты исключительно в быту и на сцене - чем не положительная героиня, к тому же, своим умом дошедшая "до платоновской теории "идей", т.е., она ещё умна, наблюдательна и аналитична. Воображаю, каких героев, а скорее всего антигероев, насочиняли бы современные авторы на таком материале! А Моэм молодец, не впал в грех банальности))

Виктор Дашкевич "Колдун Российской империи". Нет, ну, так же нельзя, это негуманно, так издеваться над читателями! 🙃Никакой жизни и работы нет, пока ты читаешь эту книгу. А если не читаешь, то думаешь о ней и предвкушаешь, что дальше будет. Оторвался, к примеру, посуду помыть, а в голове прокручивается прочитанное, причем все с восклицательными знаками, и гори она огнем та посуда - нужно жить в книге дальше. Последними книгами в жанре фэнтези, произведшими на меня подобное впечатление, были циклы Робин Хобб и Милены Завойчинской. И, как всегда, самое лучшее выбирается тыком пальца наобум по строке в читалке.😁 Хотя, если бы выбирала, скорее всего отложила бы на потом, ибо книга о Российской империи с царствующим Александром V, колдунами, состоящими на государственной службе, дивами, помогающими расследовать преступления, демонами, русалками и прочим колдовством, вряд-ли подвигла бы меня срочно начать читать. Не особо люблю фантазии на тему, а что бы было, не случись революция 1917 года. А теперь вот читаю и переживаю, что скоро закончится, хотя впереди ещё два тома, но этого же мало!😜🥺. Так что, мои самые горячие рекомендации любителя и не любителям жанра. #моикнижныевосторги #фэнтези

Мидас Деккерс "Кошка. История любви" "Там, где раньше царил естественный отбор, теперь царят человеческие бредовые идеи". Ясно, что автор не профессиональный писатель, а напротив учёный - никакого антропоморфизма)) От этого его любовь к усатым-полосатым меньше или объективнее не становится, впрочем, как любая настоящая любовь)) Думаю, фанаты котиков книжку оценят, автора признают за своего, попутно узнают массу интересных фактов о своих любимцах и однозначно смогут дополнить книжку, поделившись опытом по совместному проживанию с шерстяными ангелами. Будет всё: носы, уши, хвосты, шерсть, какашки (куда без какашек? биология жеж), глаза, попы и много-много любви. Последняя глава "Ари" о смерти кошки, это я просто предупреждаю тех, кто недавно похоронил любимое животное... Всколыхивает(( "Господь милостив. Он создал солнце и море, золотые восходы, чудесное волнение в животе, когда что-то натворишь в детстве, удовольствие от сплетен, ландыши и превыше всего этого — кошку. Не человек, а именно кошка — венец творенья Создателя. Сложнейшие соединения, великолепная филигранная работа, революционная система амортизаторов. Как у всех старых Мастеров, этот шедевр имел лишь одну цель — быть шедевром. Для чего он нужен еще — дело десятое. Бесценная безделица. Драгоценное сокровище. Кошке не надо уметь стирать или гладить. Кошка не ваша жена, она — ваша госпожа. Если у вас есть кошка, вы живете в раю. Хотя возможно ли такое? Ведь на небесах не держат животных. Если верить Евангелию от Иоанна, Господь терпит у своего трона лишь агнцев. Другим животным вход сюда запрещен. Никаких декоративных кроликов, крокодилов, бабочек или пресноводных диковинных рыбок из Юго-Восточной Азии. Сюда не приняли даже ослика, который вез Иисуса и Его Мать через пустыню. Церковь считает, что животные и растения были созданы исключительно как декорации в человеческом театре. Как только спектакль будет завершен с приходом Страшного Суда, декорации и реквизит можно будет навечно убрать в чулан. Благодаря этому в раю никому не досаждают блохи, клещи, мебельные жучки, малярийные комары, тараканы и собаки. Собаки и рай — две вещи несовместные. Но без кошки — разве это будет рай? Что вам делать на небесах без вашей любимицы? Как и на земле. В Библии кошка тоже не упоминается. Там полно самых странных животных, от говорящих змей до китов-людоедов, но нет ни одной кошки! Ничего удивительного, что атеистов становится все больше. Ну кто, скажите, станет читать книгу, в которой нет кошки? Не иначе как тут какая-то ошибка. Не перепутали ли кошку, которая живет на земле, а не на небе, с другим существом, живущим на небе, а не на земле. Ведь нигде не сказано, что ангелы носят платьица с оборками и летают на картонных крыльях. Так, может быть, у ангелов мягкая шерсть и длинные хвосты, может, они мурлычат, а вовсе не играют на арфах, и кроме белых и черных ангелов, есть еще и полосатые? Может, в раю все-таки есть кошки? Всю мою жизнь меня терзает этот вопрос, и я никак не могу дождаться собственной смерти. Мой последний вздох станет вздохом облегчения. Ведь я наконец смогу разгадать самую охраняемую тайну рая. Путь на небеса неблизок, но через некоторое время я почувствую райский запах, как в детстве, когда мы с мамой гуляли по дюнам и вдыхали запах моря. Последнее облачко, последний клочок тумана, и вот, наконец, они — врата рая! Огромные и все в золотых завитушках, как я себе и представлял. Взволнованно я осматриваю их сверху донизу. И что вы думаете, все так и есть! В самом низу, справа, на райских вратах — маленькая дверца для кошки. Господь милостив. И он очень разумный. Вы же не думаете, что он каждый раз будет вскакивать, чтобы открыть своей кошке дверь?"

Объявлен лонг-лист Международной Букеровской премии 2024 года #списки Жюри Международной Букеровской премии объявило лонг-лист 2024 года за лучшее художественное произведение, переведенное на английский язык и опубликованное в Великобритании или Ирландии. В него вошли 13 книг, переведенных на английский с 10 языков оригинала: албанского, голландского, немецкого, итальянского, корейского, польского, португальского, русского, испанского и шведского. Четверть книг из этого списка написана южноамериканскими авторами, которые представляют Бразилию, Аргентину, Перу и Венесуэлу. В этом сезоне девять авторов и девять переводчиков впервые вошли в лонг-лист премии. 1. «Симпатия» Родриго Бланко Каотдерон (Simpatía by Rodrigo Blanco Calderón) Захватывающий роман с неожиданными поворотами об агонии Венесуэлы и крахе чавесизма. 2. «Ни одна река» Сельва Алмада (Not a River by Selva Almada) Роман Сельвы Алмады — лучшее выражение ее неотразимого стиля и уникального видения сельской Аргентины. 3. «Неоткрытый» Габриэла Винер (Undiscovered by Gabriela Wiener) Провокационный автобиографический роман, в котором рассматривается наследие колониализма через семейные связи одной перуанской женщины как с колонизируемыми, так и с колонизатором. 4. «Серебряная кость» Андрей Курков (The Silver Bone by Andrey Kurkov) Отмеченная фирменным юмором Куркова и магическим реализмом, «Серебряная кость» — увлекательное повествование, которое оживает благодаря богатым историческим деталям. 5. «Белые ночи» Урсула Хонек (White Nights by Urszula Honek) «Белые ночи» — это серия из тринадцати взаимосвязанных историй, посвященных различным трагедиям и ошибкам группы людей, которые живут в одной деревне, в Бескидском регионе, в Южной Польше. 6. «Кривой плуг» Итамар Вийера Джуниор (Crooked Plow by Itamar Vieira Junior) Захватывающая история о жизни фермеров в беднейшем регионе Бразилии. 7. «Материал 2-10» Хван Сок-Ён (Mater 2-10 by Hwang Sok-yong) Эпическая повесть, которая охватывает столетнюю историю Кореи. 8. «О чём я предпочла бы не думать» Дженте Постхума (What I'd Rather Not Think About by Jente Posthuma) Глубоко трогательное исследование горя в кратких эпизодах, исполненное нежной меланхолии и парадоксального юмора. 9. «Дом на Виа Гемито» Доменико Старноне (The House on Via Gemito by Domenico Starnone) «Дом на Виа Гемито» — шедевр современной итальянской литературы на ярком фоне Неаполя 1960-х годов. 10. «Затерянный во мне» Вероника Раймо (Lost on Me by Veronica Raimo) Рассказанный иронично и тепло, «Затерянный во мне» исследует взаимосвязь между лживостью и креативностью. 11. «Звонит диктатор» Исмаил Кадар (A Dictator Calls by Ismail Kadare) Размышление об авторитаризме, власти и гениальных писателях. Основанная на апокрифической истории о звонке Сталина в июне 1934 Борису Пастернаку, чтобы обсудить Осипа Мандельштама. 12. «Кайрос» Дженни Эрпенбек (Kairos by Jenny Erpenbeck) Интимная и разрушительная история о пути двух влюбленных через руины отношений, разворачивающаяся на фоне сейсмического периода в истории Европы. 13. «Подробности» Иа Генберг (The Details by Ia Genberg) В волнующей провокационной прозе Иа Генберг сокровенное и мощное понимание человечности. В 2023 году лауреатом Международной Букеровской премии стал болгарский писатель Георги Господинов с романом «Времеубежище» (Time Shelter).

Джон Уильямс "Стоунер" #современнаяпроза Тягостно, жёстко, прекрасно "Они жили в своём собственном сумеречном мире и принесли туда лучшее, что в них было, так что с некоторых пор внешний мир, где люди ходили и разговаривали, мир перемен и беспрерывного движения стал для них фальшивым и иллюзорным. Их бытие резко разделилось между этими двумя мирами, и разделение казалось им естественным". Замечательно, скупо, классически написанная замечательная книга с замечательным героем. Трагичная история без явной трагедии. Читала много отзывов, в которых говорилось: "хотелось растормошить героя, крикнуть ему, что ты делаешь, жизнь утекает сквозь пальцы, а ты всё жуёшь свою литературу". Поразительно, да? Я не согласна в корне, я Стоунеру завидовала, люто. С моей точки зрения, он счастливый человек, не в тупо бытовом смысле этого выражения, он - избранный. "...он предвидел, что это будущее его изменит, притом само будущее в его воображении представало инструментом перемен, а не их объектом". Ну да, читая о том, как Стоунер осознал своё призвание, мозг мгновенно подобрал мне иллюстрацию: "Обращение Савла" Питера Брейгеля. Как всегда у Брейгеля, событие, которому посвящена картина, располагается отнюдь не на переднем плане. Всё верно, такие вещи незаметны окружающим, разве что тем, кто стоит очень близко. Кстати, брейгелевский сюжет мне нравится больше, чем библейский. Он бескомпромиссный, Савл лежит, опираясь на локоть, на вопрос подоспевшего человека отвечает - лошадь споткнулась, всего-то! И пусть картина - не текст, не продлена во времени, по ужасу глядящих в небо, по позе, по ошеломлённому выражению лица Савла (его почти не видно) понятно, что ни он, ни его мир прежними уже не будут, открывшееся ему изменило всё. Изменит буквально вот-вот. И со Стоунером произошло то же самое - обращение. Он понял кто он и для чего он. Его стойкость (даже стоицизм) на избранном пути достойны всякого восхищения. У него нет цели, есть только путь, и этот путь - служение. Хочется говорить и говорить о Стоунере, об учителе Слоуне, о погибшем друге Мастерсе, о выжившем друге Финче, о жене Эдит, об их несчастливом браке, о дочери, об обретённой любви Кэтрин (вот где пригодился Экзюпери с его сентенцией о том, что любящие смотрят в одну сторону, а не друг на друга), о происках двух уродов - Ломака и Уокера (блин, а фамилии-то в романе говорящие! По крайней мере, для русского уха), о том что есть что-то поважнее банального довольства жизнью, но не буду. Книга написана, зачем её трактовать? Каждый читает по-своему. "...человек, каким ты его полюбил, не равняется человеку, каким ты его будешь любить в итоге, ... любовь - не цель, а процесс, посредством которого человек пытается познать человека". Одно хочется добавить: если вдруг вам захочется кого-то встряхнуть или кому-то крикнуть - эй, жизнь-то проходит! не торопитесь, вдруг это святой, апостол или учитель? "Странным образом он наполнял этой страстью каждую секунду своей жизни и, пожалуй, расточал её всего щедрей, когда делал это бессознательно. Это была страсть не умственная и не телесная; это была сила, включающая в себя и сознание и плоть, которые вместе образуют некую особую субстанцию любви. Эта страсть могла быть обращена на женщину, могла на стихотворение, и всякий раз она говорила от его имени: "Смотри! Я здесь, я живой".

27 главных зарубежных романов 2024 года: лонг-лист литературной премии «Ясная поляна» #списки На прошедшей неделе объявлен длинный список премии «Ясная поляна» зарубежной литературы. Напомню, что это литературное событие формирует два основных списка: русский и зарубежный. В длинный список нынешнего года вошли двадцать семь переводов с десяти иностранных языков от авторов из четырнадцати стран, включая Аргентину, Голландию, Ирландию, Испанию, Италию, Китай, Мексику, Норвегию, Южную Корею и другие. Большинство книг списка изданы на русском языке в последние два года, но есть и абсолютные новинки, которые увидели свет в нынешнем году. Вот книги списка: 1.Клаудиа Пиньейро «Элена знает» 2. Мэгги О`Фаррелл «Портрет Лукреции. Трагическая история Медичи» 3. Иэн Макьюэн «Упражнения» 4. Чухе Ким «Звери малой земли» 5. Шехан Карунатилака «Семь лун Маали Алмейды» 6. Шан Хьюз «Перл» 7. Штефани фор Шульте «Мальчик с черным петухом» 8. Даниэль Шпек «Улица Яффо» 9. Илья Пфейффер «Гранд-отель “Европа”» 10. Пол Линч «Песнь пророка» 11. Хуан Габриэль Васкес «Тайная история Костагуаны» 12. Джулия Каминито «Вода в озере никогда не бывает сладкой» 13. Ма Боюн «Зоопарк на краю света» 14. Янь Лянькэ «Когда солнце погасло» 15. Чи Ли «Ее город» 16. Гильермо Арриаги «Спасти огонь» 17. Вигдис Йорт «Жива ли мать» 18. Юн Фоссе «Другое имя (Септология I-II)» 19. Ольга Токарчук «Книги Якова 20. Дэниел Мейсон «Настройщик» 21. Эрнан Диаз «Доверие» 22. Абрахам Вергезе «Завет воды» 23. Джули Оцука «Пловцы» 24. Сорж Шаландон «Сын негодяя» 25. Мохамед Мбугар Сарр «В тайниках памяти» 26. Мишель Уэльбек «Уничтожить» 27. Ким Тоён «Как путешествовать с коровой»

#антистресс Мой друг Коля Истомин выиграл в казино пятьсот тысяч рублей. Они вдвоем с Димой Кирогазом играли и так обрадовались, что пили три дня. А потом Коля зашел домой, пока жена была на работе, и написал ей записку: «Ушел в монастырь. Не ищи меня. Прощай, Люда. Твой Коля». А сам уехал с Кирогазом в Крым, где провел отличное лето. Другой мой друг Миша Абрикосов в тридцать семь лет решил, что он не очень свободный человек. Этим летом пошел загорать на нудистский пляж. Позагорал. Сжег член. Ни трусы надеть не может, ничего надеть не может. Сметаной мажет. А ведь работа, на больничный надо идти. А как идти? Как аргументировать ситуацию начальству и медицинским работникам? Пришлось заболеть ангиной. Третий мой друг писатель Женя Груздев зашел в экзистенциальный тупик и поехал автостопом на Памирский тракт. Через Челябинск, Алма-Ату, Киргизию и Таджикистан. В Таджикистане его взяли в плен и продали талибам. Через полгода Женя так задрал талибов своей депрессией и разговорами про роман, который у него не пишется, что талибы отпустили его домой. Буквально - вывели из аула, дали рюкзак и сказали хором: «Россия в той стороне. Уйди, пожалуйста! Очень тебя просим». Ну, Женя пожал плечами и ушел. Не любят в Афганистане русскую литературу. Четвертый мой друг Тихомир Вяткин был изгнан из школы, будучи там учителем. Тихомир любил виски и эксперименты с наркотиками разной тяжести. Читал Буковского. Развелся с женой из-за беременности тещи. В школе Тихомир излагал историю старшеклассникам. Только его любовь к опытным женщинам сберегла девственные плевы старшеклассниц. Зато директор пострадала. Ей было пятьдесят, а на вид сорок пять, что полностью соответствовало вкусам тридцатилетнего Тихомира. Конечно, молодой длинноногий учитель быстро охмурил почти советскую закрепощенную женщину. Во время первого секса директор умерла. Проблема была в том, что она умерла голой на своем рабочем столе.Тихомир три раза щупал пульс, всякий раз приговаривая: «Что ж вы меня так подводите, Валентина Михайловна!» Потом он попытался её одеть. Уронил со стола. Испугался, что его могут обвинить в убийстве. Выбежал к секретарше. Секретарша завизжала. Тихомир выбежал к ней голым, слегка побалтывая поскучневшим членом. Знакомый паталогоанатом сказал, что «смерть директрисы наступила вследствие первого оргазма за всю историю тела». Из школы Тихомира турнули. Потому что непедагогично выбегать голым к секретарше. Собственно, к чему я это всё рассказал. Седьмого августа у меня День рождения. Эти четверо всадников апокалипсиса на него тоже придут. Друзей, как известно, не выбирают, поэтому отвертеться я не смогу. Так вот — не поздравляйте меня с Днем рождения. Мне его надо сначала пережить. Пережил или нет, будет ясно пятнадцатого августа. Если пережил, тогда поздравляйте. Если не пережил — приберегите поздравления, на поминках скажете. © Павел Селуков

«Я обожаю книги. Я делю их на четыре категории. Первая категория книг — это легкодоступные моему пониманию. Вторая категория — придётся пораскинуть мозгами, чтобы освоить книгу. Третья категория — обложка хорошая, но чем она меня удивит? Четвертая категория — хочется попробовать, но, увы, книга не доступна для меня: дорогая или слишком заумная. Но среди огромного количества книг всегда находится одна единственная книга, которая сильно отличается от остальных, и каждый раз с большим удовольствием перечитывая её, я нахожу среди страниц её души всё новые и новые смыслы» (Аристарх Ромашин «Я не могу любить»)

Фридрих Горенштейн "Место" #современнаяпроза "Без либерала фашист в Европе бессилен". Мне очень понравилось. Прям очень. Но далеко не сразу. Книгу прочитала в апреле, сегодня заканчивается июнь, чувствую, что возможно, я её даже перечитывать буду)) Пока читала первую часть "Койко-место" желание раззнакомиться с бесконечным, очень подробным и самозабвенным нытьём Гоши Цвибышева было очень сильным, сложнопреодолимым, я бы сказала. Почему не бросила? Вообще не знаю! Возможно, благодаря автору, который иногда выглядывал из-за графоманских излияний Гоши, успокаивая - это ещё не сказка, сказка впереди. И автору стоило поверить, он не обману ни в чём - ни в интересной, захватывающей, невероятной истории взросления (ага, некоторые солипсисты взрослеют после тридцати), ни в антураже 50-х годов прошлого века, ни в отсутствии конъюнктурных заявлений. Отдельное браво автору за меткое словцо "застольная оппозиция". "...как легко и с каким самозабвением современный человек, попавший в условия чрезвычайные и ища выхода, жертвует разумом и возвращается к святому бездумью. В такие чрезвычайные тёмные периоды только скепсис, нелюбимое побочное дитя разума, способен по-настоящему противостоять мракобесию и фанатизму. В такие тёмные периоды скептик, эстет или сатирик более преуспеет в борьбе с фанатизмом и мракобесием, чем лирик или мыслитель. Но скепсис, как правило, свойствен людям, не испытавшим глубоких личных страданий, либо умеющим быть не предельно чувствительными к этим страданиям и потому получившим возможность быть беспристрастными и подняться над светом и тьмой".

Объявлен лонг-лист Международной Букеровской премии 2024 года #статьи Автор текста Майя Ставитская Жюри Международной Букеровской премии объявило лонг-лист 2024 года за лучшее художественное произведение, переведенное на английский язык и опубликованное в Великобритании или Ирландии. В него вошли 13 книг, переведенных на английский с 10 языков оригинала: албанского, голландского, немецкого, итальянского, корейского, польского, португальского, русского, испанского и шведского. Четверть книг из этого списка написана южноамериканскими авторами, которые представляют Бразилию, Аргентину, Перу и Венесуэлу. «Симпатия» Родриго Бланко Каотдерон (Simpatía by Rodrigo Blanco Calderón ) Захватывающий роман с неожиданными поворотами об агонии Венесуэлы и крахе чавесизма. Действие происходит в Венесуэле при Николасе Мадуро на фоне массового отъезда представителей интеллектуального класса, которые бросают своих домашних животных. Улисес Кан, главный герой, получает сообщение от жены Паулины, в котором говорится, что она покидает страну (и его). Улисес не убит горем, скорее чувствует себя освобожденным. К тому же, обнаруживает, что на него возложена миссия — превратить Лос Аргонавтас, большой семейный дом, в приют для брошенных собак. Если ему удастся сделать это вовремя, он унаследует роскошную квартиру, которую делил с Паулиной. Родриго Бланко Кальдерон — писатель, редактор и университетский преподаватель. За свой первый роман «Ночь» он получил парижскую премию «Рив Гош» в 2016 году, премию критиков Венесуэлы и премию Марио Варгаса Льосы в 2019. «Ни одна река» Сельва Алмада (Not a River by Selva Almada ) Роман Сельвы Алмады — лучшее выражение ее неотразимого стиля и уникального видения сельской Аргентины. Трое мужчин отправляются на рыбалку, возвращаясь к любимому месту на реке, несмотря на болезненное воспоминания об ужасном происшествии здесь много лет назад. Проходит долгий, знойный день, они пьют, готовят, разговаривают, танцуют и пытаются преодолеть призраки своего прошлого. Но они чужаки, и это ставит их в противоречие с обитателями водной вселенной, людьми и не только. Лес подступает всё ближе. Можно ли избежать еще одной трагедии? Сельва Алмада считается одной из самых видных представительниц современной аргентинской литературы и одной из самых влиятельных интеллектуалок-феминисток латиноамериканского региона. «Неоткрытый» Габриэла Винер (Undiscovered by Gabriela Wiener ) Провокационный автобиографический роман, в котором рассматривается наследие колониализма через семейные связи одной перуанской женщины как с колонизируемыми, так и с колонизатором. В этнографическом музее в Париже Габриэла Винер посещает выставку доколумбовых артефактов, трофеев европейского колониального грабежа, многие из которых из ее родной страны Перу. Человеком, ответственным за разграбление, был ее собственный прапрадед, австрийский колониальный исследователь Чарльз Винер. После смерти отца Габриэла начинает расследование всего, что она унаследовала: от жестоких проявлений расизма, до разоблачений отцовских адюльтеров. Габриэла Винер — перуанская писательница и журналистка, получившая Национальную премию Перу в области журналистики за свое расследование о насилии в отношении женщин. Полный текст статьи здесь

Яна Вагнер "Тоннель". Ну, что сказать, отлично написано! Захватывающе и с отменным знанием человеческой натуры и психологии катастроф. Оторваться невозможно, постоянно хочется вмешаться в ситуации и события, подсказать, предостеречь, помочь или пришибить, чтобы не мучились и не бесили эти люди-человеки, оказавшиеся запертыми в пятикилометровом туннеле. Двое суток, около 500 людей, для которых вопрос жизни или смерти станет настоящей страшной проверкой на вшивость, на умение сострадать, любить, ненавидеть, жертвовать, убивать, делать выбор. После предыдущих книг автора "Вонгозеро" и "Живые люди" я стала таскать в сумке большую косметичку с разными лекарствами, нож, спички, ещё кое-что, на случай, если завтра война, если завтра в поход 😁 или эпидемия. После этой книги, чувствую, что сумка у меня определенно маленькая, ибо "на всякий случай", вдруг случится апокалипсис, когда я буду ехать с дачи, нужно срочно добавить ещё кое-каких вещей, и в багажник тоже, во, как меня проняло😜. Так что, всячески рекомендую книгу. #триллер

Джонатан Кэрролл "Страна смеха" #современнаяпроза Честно? Разочарована. Тому две причины: во-первых, это никакой не магический реализм (надеялась изо всех сил, хотя понятно было с самого начала), во-вторых, (из него вытекает во-первых) сюжет и развязка просматриваются очень ясно сразу после завязки. Это грустно. Ах, зачем вы так предсказуемы, автор? Незамысловатые намёки в виде масок и марионеток выбесили, ничего не добавив истории. Финал, конкретно последний абзац, порадовал, конечно, хоть какая-то компенсация больших ожиданий, но этого мало! Для меня это недостаточная причина, чтобы читать целую книгу. Коротко: бывший учитель литературы, сын наизнаметитейшего актёра (с ним и его славой отношения у главного героя, Томаса, не очень сложились, даже после смерти отца Томас максимально отстраняется от него, избрав себе в кумиры другого человека), фанат (в полном смысле этого слова) творчества загадочного писателя встречает на жизненном пути единомышленницу, такую же как он фанатку писателя. В некотором смысле, с её подачи решает стать биографом своего кумира (у меня тоже голос! Я тоже петь хочу!), ибо что может быть интереснее, чем выяснить истоки дарования? Ну вот, осталось получить разрешение и одобрение дочери писателя, что живёт в маленьком городке... Всё, дальше, по мнению читателей и критиков, начинается магический реализм. Намечалась, как я полагаю, книга о волшебной силе искусства, а получилось вот это.

Ничего не бойся: прекрасные подростковые хорроры, чтобы пощекотать нервы #сатьи Автор статьи Лина Синявская Я убеждена, что в нас есть прямо-таки потребность бояться. Но не по-настоящему, когда существует угроза жизни. А понарошку, чтобы было уютно, хорошо, но всё же жутенько. Для этого и существуют хорроры в любом проявлении. Сойдут и книги, и фильмы, и комиксы, и квесты в реальной жизни, и компьютерные игры тоже. Я с детства пошла по хардкору: смотрела, как мама играет в Silent Hill, с ней же мы за день пересмотрели все части всех версий «Звонка», а став чуть старше, открыла для себя Кинга и Кунца. В моей жизни как-то не случилось ни очаровательного Скуби-Ду (только спецвыпуск в «Сверхъестественном»), ни серии детских страшилок, ничего из того, что свойственно детям и подросткам. Я сразу включилась во взрослые ужасы и всё не могу из них выключиться. Но жанр подростковых хорроров существует, пусть рамки его и расплывчаты. И никогда не поздно с ним познакомиться. Вот мой скромный список хорроров и триллеров для подростков, которые смогут вернуть вас в беззаботные времена, когда самым страшным в жизни была двойка. 1. Татьяна Мастрюкова «Болотница» В эту небольшую подборку можно смело добавлять любую книгу Татьяны Мастрюковой , которая зарекомендовала себя как мастера в выбранном нами сегодня жанре. Она умело играет на фольклоре, быличках, поверьях. Она интересно связывает свои произведения в единую вселенную. Она просто хороша настолько, что после первой книги будет тяжеловато остановить себя от скупки всех остальных. Но начать знакомство я советую именно с «Болотницы» . Возможно, тут немного (или много) играет роль мой личный страх воды, глубины, болота и водных жителей реальных и мифических. Возможно, всё из-за того, что у меня именно эта книга первой и была. Очень интересная проза, от которой мурашки бегают по коже, даже если вам немного за 18. Особенно, если сопровождать чтение правильной атмосферой: ночью на даче, с воющим ветром за окном или в детском лагере. Чем ближе природа, тем атмосферней «Болотница». 2. Амелия Грэмм «Морфо» Довольно интересный, красочный роман, который западает в душу атмосферой. Многие читатели отмечают красочность и кинематографичность. Кому-то это минус, мол, хочется больше литературы в литературе. А кому-то наоборот — помогает погрузиться в историю с головой, ярко всё представить, прочувствовать. Флинн Морфо умер, и теперь ему предстоит сразиться с демонами своего прошлого. Звучит не так страшно, как есть на самом деле. Это довольно глубокое произведение для жанра — авторы нередко говорят с подростками о важных истинах. Но «Морфо» в моем сердце благодаря атмосфере и прописанности, которые западают и цепляют. Полный текст статьи здесь

Альберто Мангель "История чтения" #нонфикшн "Если в чтении не существует такой вещи, как "последнее слово", никакой авторитет не сможет настоять на "правильном" прочтении". Даже если автор не блещет глубиной и обилием мысли, неординарностью образов и увлекательностью сюжета, это не значит, что ему нечего сказать. Таково моё личное впечатление о книге Альберто Мангеля. Возможно, я и заснула пару раз на слишком подробных и обстоятельных экскурсах в античную историю или библейские сюжеты, но в целом было интересно, а порой даже увлекательно. Главную же мысль автора о том, что читать человеку жизненно необходимо я разделяю полностью, очень рада, что этот постулат выражен не в виде памфлета, назидания, лозунга, не преподносится в виде прописной истины с позиции морального превосходства автора. Удобоваримая форма сборника эссе позволяет в любой момент остановиться и продолжить через какое-то время без потерь. "Народным режимам нужно, чтобы мы потеряли память, и потому они называют книги бесполезной роскошью; тоталитарным режимам нужно, чтобы мы не думали, и потому они запрещают, уничтожают книги и вводят цензуру; и тем и другим нужно превратить нас в глупцов, которые будут спокойно воспринимать свою деградацию, и потому они предпочитают поощрять потребление бессмыслицы".

#антистресс «Блины были поджаристые, пористые, пухлые, как плечо купеческой дочки… Подтыкин приятно улыбнулся, икнул от восторга и облил их горячим маслом. Засим, как бы разжигая свой аппетит и наслаждаясь предвкушением, он медленно, с расстановкой обмазал их икрой. Места, на которые не попала икра, он облил сметаной… Оставалось теперь только есть, не правда ли? Но нет!.. Подтыкин взглянул на дела рук своих и не удовлетворился… Подумав немного, он положил на блины самый жирный кусок семги, кильку и сардинку, потом уж, млея и задыхаясь, свернул оба блина в трубку, с чувством выпил рюмку водки, крякнул, раскрыл рот…»

А есть у кого-нибудь интересные детективы, которые не триллеры? Напишите мне, я тоже хочу! Всех с праздником))

В стиле Гюго: 5 больших романов разных жанров и эпох #статьи Автор статьи: Лина Синявская Далеко не все романы, дающие исторические справки, оказываются интересными. Но я решила повспоминать те, которые сосредотачивались не только на своих персонажах и сюжете, но и на истории. У этих больших романов разные жанры и эпохи, но есть общий признак — реальная история между строк, а иногда и отдельными главами. 1. Эдвард Резерфорд «Ирландия» В этот список можно включить любой роман Резерфорда. Эти пухляши отличаются тем, что являются почти учебниками для тех, кто никогда не любил историю. Динамично, интересно, не занудно. Романы есть на любой вкус и любой интерес. Для статьи я выбрала именно «Ирландию» , потому что есть в этом романе что-то. Короткие истории, поверия, скачки во времени. Это хороший вариант для знакомства с автором, его стилем, а еще с историей Ирландии. Прекрасный пример исторического романа, который станет вашим мостиком к другим эпохам, другим местам и новым эмоциям. 2. Филиппа Грегори «Белая королева» С Филиппой Грегори я познакомилась благодаря экранизации ее романов. Сериал «Белая королева» захватил меня с первых минут, я была увлечена красотой кадров. И именно при просмотре этого сериала я задумалась о том, как мало знаю об Англии, ее истории. И как же это интересно. «Белая королева» — фактически, любовная проза. В центре сюжета — Елизавета Вудвилл и король Эдуард IV. В первую очередь, это история их любви, их борьбы за свое счастье, а позже — за трон и благополучие всей страны. Грегори получила известность благодаря романам о королях и королевах, делая их ближе к людям. На страницах ее произведений они оживали, любили, мстили, горевали, побеждали и проигрывали. 3. Маргарет Митчелл «Унесенные ветром» «Унесенные ветром» — великий роман, о котором знает, кажется, каждый человек на земле. Здесь снова не обошлось без любви, но в центре сюжета — сильная героиня Скарлетт. Она становится примером для читателей. Она показывает, как найти себя в нечеловеческих условиях, в которых ты только и можешь, что хранить крупицы своих убеждений. Она держится за семью, родную землю, за желание жить, а не выживать. Во все времена Митчелл критиковали за романтизацию южан, но нельзя отрицать, что роман стал по-настоящему культовым. Так или иначе, но он погружает читателя в свой сюжет, знакомит с объемными и живыми персонажами, а также дает хотя бы базовое представление о гражданской войне в США и том, как она отразилась на людях. 4. Стефания Аучи «Львы Сицилии» На роман «Львы Сицилии» я наткнулась случайно и не ждала от него чего-то невероятного. Так получилось, что попала она ко мне вместе с другими произведениями о Сицилии, Италии, Испании, Франции. Но Стефания Аучи , безусловно, зацепила меня тем, что нашлось в ее романе место не только семейной саге, но и истории Сицилии, а также справкам о специях, тканях, торговле, производстве. Это погружает читателя в атмосферу описываемого времени, сажает рядышком с персонажами. Герои не оторваны от реалий эпохи, они живут этими событиями, находятся в их эпицентре, ведь каждый человек — центр собственной жизни, а значит и все масштабные события всё равно зациклены на нем. 5. Анна Матвеева «Каждые сто лет» Мой фаворит, моя любовь, роман, который запал мне глубоко в душу. Но почему же он оказался в этом списке? Дело не только в гюговском объеме, но и в общем настроении и впечатлении, которые оставил роман после себя. Читателю представляют двух героинь из двух разных времен. Каждая находит в себе силы описывать собственную жизнь и происходящее вокруг в личном дневнике. Каждая взглядом современника описывает те события, которые впоследствии станут ужасающими, потрясающими, великими, переломными. Не устану повторять, что это взгляд обычного человека на ужасы, на которые он один повлиять не способен. Революция, война, перестройка, распад страны, ужасы меньше в масштабе маньяков — способен ли человек бесстрастно наблюдать за этим? Способен ли человек просто жить в такие времена? А закончатся ли в принципе «такие» времена? Атмосфера, история и сюжет —всё незабываемо в этом великолепном романе.

Фёдор Достоевский "Белые ночи" #русскаяклассика Какая нежная и лиричная книга о любви. Вернее, так: о мечте о любви. Рассказчик сам рекомендует себя мечтателем, и любовь свою он себе намечтал... Конечно, интересно, что было бы, если бы всё исполнилось и в жизнь воплотилось, но это другая история, которую рассказывал бы реалист, а не мечтатель, и не растаяла бы она в полумраке белых ночей. Поэтому пусть остаётся эта, придуманная и отыгранная писателем, которого недалёкие читатели считают нудным, мрачным, тяжеловесным. Пусть их. Им невдомёк, что он - мечтатель.

Питер Клайнс "Преломление". Лёгкая фантастика с отсылками к "Звёздному пути". Преподаватель Лиланд Эриксон по кличке Майк, обладающий эйдетической памятью, соглашается на предложение своего друга понаблюдать за секретным экспериментом  "дверь Альбукерке". Ну и пошло-поехало: смешались в кучу кони, люди, ой, простите, тараканы, монстры, множественные реальности, порталы в иные реальности, люди, коты и собаки, ну и любофф в терапевтической дозе. Мне эти фантастические приключения показались  увлекательными и захватывающими. Прочла с удовольствием. Присутствуют кровавые сцены, немного, но слабонервных предупреждаю. #можно_почитать #фантастика

Джулиан Феллоуз "Снобы" #современнаяпроза "Англичане, причём представители самых разных классов, жить не могут без ощущения исключительности. Заприте в комнате троих англичан - и они тут же придумают правило, согласно которому четвёртый не будет иметь права к ним присоединиться". Тема, хорошо известная по Уильям Теккерей "Ярмарка тщеславия", Генри Джеймс "Осада Лондона". Сюжет прост и незамысловат: девушка-парвеню Эдит таки попала в английское высшее общество, таки вышла замуж за титул. И заскучала. А что делать? Она же рассчитывала на другое - балы, приёмы, выезды, а тут всё как у людей - быт. "...не вижу особой логики в поведении людей, жизнерадостно поедающих продукцию ближайших скотобоен и возражающих против деятельности бдительных егерей, но принимаю, что некоторые, а может и любые чувства человека не обязательно имеют под собой логическое обоснование". Ещё муж в постели никак не герой немецкого порно: "Его внушительный нос и волнистые волосы смотрелись как-то странно в сочетании с обнажённым телом. Казалось, он родился сразу в двубортном костюме и быть голым для него - противоестественно. Он выглядел не столько раздетым, сколько очищенным, как овощ, как будто с него сняли кожуру". В общем, со всех сторон засада. Как бы так бы, что бы и рыбку съесть и на хрен сесть (прошу прощения за мой французский! Кстати, о французском: я так и не поняла необходимости столь частого употребления французского в авторском тексте. Проявление снобизма? Выглядит так), на ёлку влезть и косточкой не подавиться? И, по большому счёту, Эдит этот акробатический этюд удался, во многом благодаря мужу, который оказался поистине благородным человеком. Чисто свезло. "Что ей больше нравится - шум без блеска или блеск без шума? Она вышла из суетного светского мира, капризно надув губки от скуки, и за одну ночь из козырной карты на зелёном сукне Общества превратилась в недочеловека, с которым люди стыдятся показаться на улице". Книга скорее понравилась, чем не понравилась, но всё-таки больше привлекли авторские наблюдения и обобщения, чем сюжет. Читается легко, несмотря на частые пробуквсовки и провисания. Гармонично совместить Тэккерея и "создателя сериала "Аббатства Даунтон" автору, на мой взгляд, всё-таки не удалось. Компромисс во всей красе))