Стихи и книги Дмитрия Мельникова

Савой. Это стихотворение тоже никуда не вошло. И нигде его нет. Пусть будет на Бусти. https://boosty.to/dmelnikoff/posts/d6f196e1-d40b-4786-be0a-d54f6094acbe?share=post_link

Из книги "Белее снега" Старик умер. А стихи остались. Один старик девяноста лет болеет который год, он сына любимого ждет на обед, а сын никак не идет. Опять и опять не проходит звонок, включи телефон, Сергей! Старик держит грыжу в руке, как кулек, и ходит по комнате с ней. На лестничной клетке соседка шумит, а пес, оборвав поводок, скулит у двери, за которой стоит старик и смотрит в глазок. Какой это город, неважно уже, плевать, какая страна. Ты вечно будешь в моей душе, пока не умрет она. А если душа бессмертна, то вот здоровым и молодым тебя я увижу, и сын твой придет, и ты обнимешься с ним. 29 сентября 2016 года

Мариуполь. Дом, известный как местный "Дом Павлова". Место доблести, скорби и памяти российских воинов. ⭐️ Рисунок Кристины Дружковой, вдовы кавалера ордена Мужества Константина Дружкова, воевавшего плечом к плечу с Героем России Струной и Рокотом. @RifmaskVOZpricel

❗️❗️❗️Дорогие друзья! Сегодня приехал тираж новой книги "Новая планета" и доптираж "Белее снега". Небольшая задержка была связана с тем, что в типографии печатали школьные учебники для новых территорий. Книжка новая получилась очень красивой. Впрочем, как и "Белее снега", и "Легкий характер". В этих трех книгах собраны процентов 70 стихотворений, которые я написал за свою жизнь. Можно сказать, это собрание сочинений в сокращенном варианте. Но лучшие, на мой взгляд, стихи - в эти три книги вошли. Рассылку начнем в понедельник. Заказов на книги с лета скопилось очень много, но мы будем методично, с начала списка, их обрабатывать и рассылать. Книг хватит всем, и еще останется. Таким образом, у меня есть в наличии все три книги: "Легкий характер", "Белее снега" и "Новая планета". Заказывайте, кому еще какая книга нужна. По вопросам заказа обращаться в Ватсап по тел. +7 985 958‑24‑25 или сюда, в личку Телеграма. Отвечаю я сам, лично.

Прочитал о себе - никому не известный какой-то поэт Мельников. Даже если это так, то что в этом плохого? Это же не грех - быть никому не известным. У каждого своя судьба.

Да, и еще. RT, и лично госпожа Симоньян. Хорош пиарить графомана Пегова за народные деньги. Может, он и военкор, и человек хороший, но стихи у него - безумные. И эту дичь народ никогда не полюбит. Только злите своих читателей.

«Папа, за нас не волнуйся, никого не слушай, к немцам не иди. Если тебя убьют, то мы бессильны и за тебя не отомстим. А если нас убьют, папа, то ты за нас отомстишь» Это четырнадцатилетняя Лиза отцу написала. Ноябрь 1941-го года. И Минай не пошел к немцам, не сдался, чтобы поменять свою жизнь на жизнь своих детей. Что он пережил тогда, знают только двое: Бог и сам Минай Филиппович Шмырев. Детей каратели расстреляли, ничего не добившись ни от них, ни от Шмырева. Минай отомстил. Партизанская бригада его сражалась и била врага. Сурожскую область называли Минаевской. Не было там власти фашистов. Там, в самом тылу врага, была советская власть. Чтобы помнили.

Темы из группы помощи маленького подмосковного городка. 1. Майя с дочкой - там онко и всё печально. На контакт идут, когда припрёт. Изначально они не сами пришли - их гинеколог мне притащила, больше пациентов понимая, что теперь они сами не справятся. Деньги по большому счету ничего не решат, но облегчат быт. Еду им завтра привезут, не волнуйтесь - нашли волонтёров в городе, куда положили Катю. Карта привязана к телефону, который не буду тут дублировать, чтоб не прибежала толпа троллей, лечащих терминальный рак свёклой с водкой. 2. Семья с 2 детьми, которым мы примерно год помогаем едой. Там деньги много чего решат - ребята живут совсем впритык, а тут ещё велосипед украли. Это их карточки даны.

Насчет как мне в церковь идти, это хороший вопрос. Я один раз так сходил в ранней молодости, прости, говорю, Господи, я еще погуляю. И получил шпалой по голове. Кубарем полетел. Еле в себя пришел. Не пытайтесь вступить с Господом во взаимовыгодные отношения. Получите от души.

Моя читательница пишет. Вытащу из лички, Бог простит. Ай молодец! Царство Божие - это ты. Мы и есть царство Божие здесь. А дальше - Господь управит. Но не расслабляемся. СВО - это когда ты не 12 часов на заводе за кусок хлеба, да раз в неделю домой помыться, а сначала сходила в магазин, навертела долмы, сварила курочку, а потом пошла шить столько, сколько сможешь, а не по нормативам военного времени 🙈🙈🙈 Это когда можешь делиться с беженцами не последним. Это когда есть ресурсы купить сыну велосипед на ДР. Но у нас СВО, а у Донбасса война - и фигушки новый велик, фигушки своя квартира - привет, раздолбанный фундамент. И как мне в церковь завтра идти, если я ничего не сделала ради царства Божия на земли якоже на небеси? Но да, у меня СВО, не война. Лайт-вариант.

В жизни не разберешься с этими женщинами, что они хотят. Говорят столько, что суть теряется. Короче. Кто хочет помочь и помогать в еще одном реально тяжелом случае - идите вот сюда: https://t.me/helpchg/552 Прочтете - сами все поймете. Даже писать ничего не буду. Карты Алены: 2200700498997294 Тиньков 2202203280110406 Сбер

Кстати, Васюра под конец жизни совсем с ума рехнулся. То есть человек, лично убивший 360 женщин, стариков и детей (это доказанных следствием), пишет властям жалобу! с требованием! наградить его орденом Великой Отечественной Войны в честь 40-летия Победы в 1985 году. И какой-то сотрудник военкомата выясняет в архиве, что Васюра до сих пор числится пропавшим без вести. Начинают копать и оба-на - эту тварь сорок лет искали. Это же тот самый голубоглазый высокий командир карательного отряда, который стариков и детей в сараях сжигал, и не только в Хатыни. В 1986 году Васюру расстреляли. Уверен, что ты в аду, гад. И одежды твои скроены из огня.

На фото слева - Васюра, который сжег Хатынь и потом 40 лет прятался, выдавая себя за фронтовика, справа - Минай Шмырев, командир партизанского отряда. Его четверых малолетних детей немцы взяли в заложники, а потом и расстреляли, в том числе сына четырех лет. А батька Минай продолжал сражаться. В глазах Васюры - страх и злоба, в глазах Миная - боль и свет. И нет середины между этими полюсами. И тогда, и сейчас. Или ты за Шмырева, а если нет, то ты в конечном счете - за Васюру. Нет здесь третьей стороны и позиция нейтралитета принципиально невозможна. Каждый делает выбор сам.

Мне кажется, я помню, как родился. Я помню молочно-серый свет и чье-то лицо, склонившееся надо мною. Или я ошибаюсь, и это было потом. Однако свет, туманный, идущий из большого окна в большом помещении - это самое раннее, самое первое воспоминание детства. А теперь о лете 1973-го года. Вишенный сад https://boosty.to/dmelnikoff/posts/30c18505-1be9-4dc8-a19b-443a88e66afe?share=post_link

Прилепин, кончай блох выискивать в подшерстке у либерды, всех этих гребенщиковых-быковых. Ничего, кроме усмешки, причем по обеим сторонам, это не вызовет, и это не тема для русского писателя. Такие разборки "промеж себя" - характерная черта эмигрантской среды, особенно первой волны эмиграции. Ты же не в Берлине сидишь на чердаке в 1920-каком-то году, ну что ты ы бывших русских ковыряешься? В России для писателя найдутся темы и покрупнее. И герои - куда более достойные.

Четыре года назад. "Если человек живёт с такой силой внутри себя, что не оставляет незаселёнными места, куда может дотянуться его драма и в которые другие люди не рискуют лететь, если он танцует на площадках, где некому сплясать, то, пожалуй, он поэт. Для поэта Дмитрия Мельникова в России и в русских есть то, что он никому никогда не отдаст." *** Мне приснился тихий Дон, синий Дон небесный, то, что раньше было дном, оказалось бездной. Снилось мне, что в том нигде между облаками ходят кони по воде вместе с казаками. Тем, кто был убит огнем, кто бедою черной там теперь последний дом, чистый и просторный. Там теперь всегда вдвоем Гришка и Аксинья, и несет их души Дон синий, синий, синий. Дмитрий Мельников «Этот холод, этот лес голый, эти болота с черной водой, на которую падает первый снег, вереск и ель, пространство, журавлей, которые учат молодняк, нарезая в небе круги, этот воздух пьяный, эту тяжелую, влажную землю - я не отдам никому. Возможно, все то же самое есть еще где-нибудь. Но от добра добра не ищут.» Дмитрий Мельников Предисловие - Владимир Вольфсон

Погиб при неудачном штурме. Его похоронили в урне, его остывшая зола на русском кладбище лежала и чайка белая летала у запорожского села, и так пронзительно кричала, как будто ранена была. Издалека, издалека среди лесов и в чистом поле течет широкая река, как будто красная от крови. Течет река – душа народа по руслу каменному дней, и чайки, словно в непогоду, все ниже кружатся над ней.