Rêves de Borée

О прообразе души учителя говорят, как о деле божественного самопознания. Но божественное самопознание в лице есть Сын. Поэтому Сын есть образец всех творений и в тоже время есть образ Отца и в этом подобии находятся сущности всех творений. Но когда душа совлекает с себя свою сотворенную сущность, открывается ей сияющий несотворенный прообраз, в нем же она находит и себя как несотворенное. Ибо все заключенное в этом прообразе обладает его свойствами. Из него должна выйти душа и это должна она сделать чрез божественную смерть. Это именно и чует душа: ни этот прообраз, ни эта сущность не суть то, чего она ищет; ибо сознает она себя в нем не свободной от различия и многообразия. Те низшие определения, которые мы установили в Божестве, уже многообразие. Но так как и эта ее вечная сущность, в которой отныне пребывает душа, согласно природе вечного прообраза принадлежит к многообразному (ибо Лица относятся к области разделения), то душа прорывается сквозь свой вечный прообраз, чтобы достигнуть Бога там, где Он является как царство чистого единства! Поэтому, утверждает один учитель, прорыв души есть нечто высшее, чем ее первый исход. Так говорит и Христос: никто не приходит к Отцу, как только через Меня! Христос есть прообраз.От того пристань души не в Нем, но она должна, как Он Сам говорит, пройти через Него. Этот прорыв есть вторая смерть духа. Она гораздо важнее первой; о ней говорит святой Иоанн; блаженны мертвые, которые в Господе умирают. Майстер Экхарт

Все теряет теперь душа: и Бога, и все творения. Странно звучит то, что душа должна также потерять и Бога. Я утверждаю: чтобы стать совершенной, ей даже более необходимо в некотором отношении лишиться Бога, чем творения. Пусть все будет потеряно, душа должна утвердиться на полном Ничто. И это также есть единственное намерение Бога, чтоб душа потеряла своего Бога. Ибо покуда она имеет Бога, познает Бога, знает о Боге, до тех пор она отлученаот Бога. Цель у Бога - уничтожиться в душе, чтоб и душа также потеряласебя. Ибо то, что Бог называется "Богом", этим Он обязан творениям. Когда душа стала творением, тогда впервые получила она Бога. Когда вновь совлекает она с себя бытие твари, тогда остается Бог перед Самим Собою тем,чем Он есть. И это есть высшая слава, которую может душа воздать Богу, предоставив Его Самому Себе и став сама свободной от Него. Таков смысл этой смерти души, через которую должно ей стать божественной. Майстер Экхарт

У учителей встречается одна такая мысль: все вещи, созданные Богом, устроены так превосходно, что ни одна не может желать, чтоб ее не было. Амежду тем душа должна уйти от того, что она есть: этим требует она у духа смерти его. Но чтобы достичь в себе этой смерти, душа должна отречься отсебя и всех вещей: она должна так же мало сохранить от мира и от себя самой, как тогда, когда она не была.<...> Если б даже человек и умер для всего: для Бога, для творений, пока Бог найдет какое-нибудь место в душе, где Он мог бы жить, душа еще не мертва, не изошла еще в Ничто своей сотворенной сущности. Ибо умирание есть не что другое, как прекращение всякого "что". Этим я не хочу сказать, что этот вид бытия души обращается в такое же Ничто, каким она была раньше своего сотворения; это обращение в Ничто относится только к сохранению и обладанию. Майстер Экхарт

...Наоборот, в действии внутреннего человека, в так называемом созерцании Бога, различаем мы познание и любовь. В них начало святой жизни. Этой двоякой деятельностью выражена сущность души. Учителя говорят, что каждое существо живет ради собственного дела. Так как мы не можем постичь сущности иным путем, как через две эти силы, они суть наиблагороднейшее выражение того, что есть в человеке. Раньше я говорил: добродетель есть только среднее между пороком и совершенством. Любовь же есть основное проявление всех добродетелей, без которой никакая способность не может быть добродетелью. Где бы только человек ни обнаруживал добродетель, там дела добродетели должны быть делами любви, а не человека. Любовь даст всякому хорошему делу силу привести человека к Богу. Ибо любовь, говорит святой Дионисий, такова по природесвоей, что превращает человека в то, что он любит. Поэтому человек должен быть таким, чтобы вся жизнь его была любовью. В этом смысле все подвиги похвальны, как внешние, так и внутренние. Майстер Экхарт

Я не хочу, собственно, сказать, что тот погиб, кто видит спасение во внешнем подвиге; но без щедрого очистительного огня не придет он к Богу! Ибо кто не отвергнул себя, тот не идет за Богом, а следует мечтаниям своим, сохраняя себя самого. Во телесном подвиге так же не найти им Бога, как и в грехе. Между тем люди, всецело преданные внешнему деланию, очень почитаются в глазах света! И происходит это по сродству. Ибо люди, не понимающие ничего, кроме вещей чувственного мира, высоко ценят жизнь,которую могут понять внешними чувствами. Осел знает цену ослу. Мейстер Экхарт

Заметьте себе хорошенько! Я утверждал раньше и опять утверждаю: всякий внешний подвиг мало подвигает дело вперед. Он годен только, чтобы преодолевать природу еще непривычную. Но при этом вы должны проникнуться мыслью, что все внешние дела, которые может совершать человек, хоть и преодолевают природу, но действительно умертвить ее не могут. Чтоб умертвить ее, нужны дела духовные. А между тем есть много людей, которые,имея добрые намерения, только крепче держатся за себя, вместо того, чтоб от себя отречься. Истинно говорю я: все эти люди обманываются! Ибо это против человеческого разума, против соискания благодати и против свидетельства Святого Духа. Мейстер Экхарт

Теперь послушайте о первом исходе, о том, как выходит она из своей первой сотворенной сущности. Христос говорит: "Кто хочет следовать за Мной, тот да возьмет крест свой и отречется от себя!" В этом будьте так же уверены, какв том, что Бог жив: покуда человек не станет так свободен от себя, как был, когда не был, до тех пор не пройти ему никогда путем истинного самоотречения. Двояко, как уверяют учителя, надо понимать человека: с одной стороны, как внешнего, с другой - как внутреннего. Внутреннего, чьи дела духовны, внешнего, чьи дела телесны. Внутренний человек ищет Бога в жизни созерцательной, внешний же человек ищет Его в жизни деятельной. Мейстер Экхарт

В Песне Песней написано: "Разве не знаешь ты себя, ты, прекраснейшая из женщин? Тогда выходи и следуй за пастырем твоим!" О душе эти слова, ибо она прекраснейшая из всех творений; постигнув свою собственную красоту, она должна выйти. Но обрати внимание на троякий исход души из троякой сущности, присущей душе. Прежде всего сущность, которой: она обладает как творение. Во-вторых, сущность присущая ей в Сыне как в личном слове Троицы. В-третьих, сущность присущая ей в рождающей силе божественной природы, которая как действие заключена в Отце, Он же есть родник всех творений. Мейстер Экхарт

Но, спросят, нет ли между Богом и творениями взаимного стремления друг кдругу? Мы ответим следующее. Бог не томится по творению, ибо Бог смотрит всегда лишь в Самого Себя! Но творение томится по Богу. Ибо все, что когда-либо излилось, взирает в оцепенении на Него. Применим это к прообразу. Втот миг, что он впервые бросает взор из Бога наружу, устремляет он его опять внутрь, чтобы с "непокрытым лицом" (без посредства) постичь божественную сущность. Благодаря этому действию получает он всю свою сущность: прообраз есть Бог в этом своем действии и потому зовется подобием Божиим; в своем же проявлении он есть творение и потому зовется прообразом души. Итак, подумай о себе самой, благородная душа, подумай, какое великолепие ты носишь в себе! Ибо возвеличена ты в твоем Богоподобии превыше славы всех творений! Пренебреги малым, ибо для великого ты сотворена! Вот как надо понимать, что душа есть Царство Божие. Майстер Экхарт

Теперь можно спросить: если таким образом это Царство есть в нас, почему оно нам неизвестно?На это мы отвечаем так: при той природной склонности, которую душа питает к творениям, все ее действие должно брать свое начало в образах конечных вещей. (И многие думают, что и прообраз этот также относится к этой области. Никогда! Такие люди до отчаяния мало понимают благородную природу души.) Это действие в конечном есть дело обыденного рассудка. Хотя деятельность его и берет свое начало в высшей области мысли, она начинается с образа разума, который по содержанию определяется образом воображения, но по существу тем наивысшим, Бог осозерцающим прообразом; им же душа так обогащается, что становится способной постичь правду всех вещей. К этой деятельности ума устремляется тотчас воля, которая есть не что иное, как свечение чувств. И таким образом обыкновенный рассудок принимает вещи за нечто действительное; а воля принимает их за добро! Следовательно, вещи всегда имеют предметом своей деятельности самих себя. Поэтому они далеко не постигают Бога. Ибо Бог и не добр, и не действителен. И в той же мере, как Бог отрешен и отделен от всего, что может понимать творение, так же точно относится к этому и высшее подобие Божества. Майстер Экхарт

Знайте, как Бог жив, что тут, в прообразе своем, душа никогда не познала ничего конечного как конечное, а также не было для нее в этом ни пространства, ни времени! Ибо прообраз души - все вещи - все едино в этом прообразе. Как мало изменяется божественная природа от всего, что принадлежит конечному, так же мало и этот прообраз изменяется от всего, что вступило во время. Ибо он постигает все вещи и поступает с ними по закону жизни Божества. Майстер Экхарт

Мораль можно оживить только видом останков, танцующих на ветру. Луи Фердинанд Селин "Школа трупов"

Ревущие толпы рабочих идиотов, одуревших от пьянства, прогнивших от марксистских слоганов, превращённых нескончаемыми стенаниями в абсолютных дебилов, холуев и свиней, ни сегодня, ни завтра не станут офицерами, сменив мелких буржуа. Чёрта с два ! У пролетария нет чувства долга, его нужно заставлять, без хозяина он - ноль. Без мелкобуржуазного офицерья, без пинка под зад, сам по себе, он - робот, проходимец, паршивый анархист. Во Франции только класс мелких буржуа представляет собой нечто серьёзное, сознательное, не мистическое. Простой народ состоит из ничтожеств, горлодёров и лодырей. Луи Фердинанд Селин "Школа трупов"

Мелкий буржуа, такой сальный, такой гнусный, такой омерзительный, такой приземлённый в мирное время, на войне в мгновение ока превращается в уморительно грозного героя и невероятно восприимчивого мученика, который ничего ни у кого не требует и отдаёт концы, как и жил - в презрении к чужому вниманию и лести. Само собой, евреям прекрасно известно об этих боевых качествах и воинских достоинствах мелкого буржуа. Нет такой низости, на которую бы они не пошли ради того, чтобы одурачить мелкого буржуа, чтобы не дать ему откреститься от своих нашивок и улизнуть от крестового похода. Луи Фердинанд Селин "Школа трупов"

Любые теоретические уступки, только бы мелкий буржуа не отрёкся от французской армии, только бы он занял своё место в строю, только бы он по первому сигналу бросился на Восточный вокзал и вскочил в вагон, только бы он в очередной раз обеспечил кадрами новую бойню ! Вот главное ! Кадры ! Непременное условие следующей заварушки ! Кадры ! К чему ходить вокруг да около ! К чему сюсюкаться ! Проще простого ! Без мелкобуржуазных кадров мобилизация невозможна ! Дудки ! Ему готовы дать хоть русский заём, только бы вернуть ему отвагу, лихость, мораль со всеми её купонами, ура-патриотизм, боеспособность и весь его задор 14-го года. Луи Фердинанд Селин "Школа трупов"

Если народ и устраивает революции, то не затем, чтобы стать свободным, а затем, чтобы установить ещё более прочную тиранию. Если народ что-то и ненавидит, так это свободу. Она вселяет в него ужас. Народ - это музей глупостей всех веков, он проглатывает всё, он обожает всё, он сберегает всё, он защищает всё, он не понимает ничего. Луи Фердинанд Селин "Школа трупов"

Было бы интересно узнать, сколько солдат покончило с собой во время последней мобилизации. Французская демократическая армия - это основная забота у евреев, их самая главная мысль, их бзик. Они вбухивают огромные суммы во французскую армию. Ничто не должно сорваться, всё должно идти как по маслу, чин чином, без помех, без осечек, без сучка и задоринки, с полоумным энтузиазмом, своевременно, во имя интересов величайшего КАГАЛА, с самыми патриотическими слоганами, безукоризненными, безупречными, ведь крестовый поход против нацизма не может начаться с неразберихи, с позорного бегства, с отвратительной гражданской войны. Нет. Этоне возможно. Луи Фердинанд "Селин Школа трупов"