ᴍᴀᴄʜɪɴɪᴄ ᴇᴍʙᴏᴅɪᴍᴇɴᴛ

Запись вводной лекции курса «Философия и практика искусственного интеллекта и ИИ-искусства: от мимезиса к нечеловеческому» на канале Post/work.

В статье Randall Balestriero и Yann LeCun Proving and Improving the Platonic Representation Hypothesis with JEPAs исследуется гипотеза платонических репрезентаций (Platonic Representation Hypothesis, PRH): независимо обученные модели, работающие с разными модальностями — изображениями, текстами и видео, — могут формировать структурно эквивалентные латентные представления мира. Авторы предлагают теоретическое обоснование этой гипотезы и показывают, что ключевую роль в возникновении такого сходства играет не столько масштаб обучения, сколько организация обучающих пар. Статья предполагает, что разные модели способны независимо приходить к сходным внутренним структурам, поскольку отражают общую организацию реальности. Авторы формализуют эту идею через соответствие между представлениями разных модальностей: оптимальные энкодеры могут воспроизводить общее представление мира с точностью до ортогонального преобразования (поворота пространства признаков). Иными словами, визуальная и текстовая модели необязательно должны обучаться совместно, чтобы их латентные пространства оказались сопоставимыми. Центральное различие статьи — между двумя типами положительных обучающих пар: - Good Views — разные наблюдения одного и того же состояния мира: например, фотография и её текстовое описание или два изображения одной сцены с разных ракурсов. - Bad Views — преобразования одного исходного наблюдения: обрезка изображения, маскирование или аугментация. Авторы утверждают, что Good Views лучше способствуют формированию общих репрезентаций. Причина заключается в том, что разные наблюдения одного объекта позволяют модели выделять устойчивые характеристики мира, отбрасывая случайные особенности конкретного наблюдения. Bad Views, напротив, могут сохранять или усиливать нерелевантные переменные — ракурс, стиль, формулировку и другие особенности представления. На основе этой идеи авторы исследуют архитектуры JEPA (Joint Embedding Predictive Architecture). Их результаты показывают, что обучение на Good Views обеспечивает более сильное интермодальное соответствие, чем обучение на Bad Views или предсказание следующего токена. Авторы также предлагают эмпирический закон масштабирования, проверенный на десятках конфигураций. Он позволяет прогнозировать качество межмодального выравнивания в зависимости от объёма обучения, хотя его применимость ограничена: при переобучении и повторном использовании данных точность закономерности снижается. Другой эксперимент показывает возможность межмодального выравнивания без непосредственно связанных пар изображений и текстов — через геометрию латентных пространств и оптимальный транспорт. Главный теоретический вывод статьи состоит в смещении акцента с масштабирования моделей на структуру отношений между обучающими данными. Общая репрезентация возникает не просто благодаря увеличению объёма информации, а благодаря тому, какие наблюдения модель учится считать связанными. Получается, что относительно небольшая JEPA-модель превосходит значительно более крупные языковые модели именно по межмодальной согласованности. Обнаруживает ли модель общую структуру мира или воспроизводит структуру отношений, заранее заложенную в процедуру обучения? Возможно, тут поможет взглянуть на проблему P = NP: способны ли нейросети эффективно решать вычислительно трудные задачи, могут ли они находить решения без полного перебора и свидетельствует ли их успех о том, что P = NP (то есть можно ли каждую задачу, решение которой быстро проверяется, также быстро решить). Ллм заставляют пересматривать практическое понимание вычислительной сложности и различия между поиском, распознаванием, приближением и доказательством, они способны усваивать закономерности из примеров и использовать их для ускорения поиска решений. Модель использует усвоенные закономерности, сокращая необходимость повторных вычислений, предлагает гипотезы и математические конструкции, которые могут проверяться формальными системами. Нейросети в целом позволяют поставить вопрос о том, что именно представляет собой вычисление.

Спасибо всем, кто пришёл на лекцию о Луксмаксинге, Ницше, Делёзе и гиперполитике а клубе МАЧТЫ от Artblago! Вас было чуть менее чем 60, полный зал и я последние полчаса лекции отвечал на вопросы, впервые в таком количестве. Видно, что тема лукмаксинга, виртуализирующегося тела, которое не достигает дионисийского катарсиса и является продуктом сверхкодирования и нормисификации отчуждения была интересна людям, обычно не посещающим философские мероприятия (были как контент-мейкеры, так и люди пролетарских профессий). Через пару дней выложу на ютуб-канал Post/Work запись лекции, на этот раз снова впервые с живой записью, а не только звуком.

Открытая вводная лекция к курсу Михаила Федорченко Понедельник 2 ноября, 20:00. «Философия и практика искусственного интеллекта и ИИ-искусства: от мимезиса к нечеловеческому» Почему техника перестала быть просто «инструментом» и стала силой, перестраивающей саму реальность? Почему именно сегодня вопрос о технике оказывается политическим вопросом номер один — вопросом о власти, труде и неравенстве? Об этом и многом другом — на открытой вводной лекции к курсу Михаила Федорченко. Это отличная возможность познакомиться с темой, задать вопросы и понять, чем будет интересен основной курс. Лекция будет проходить на платформе Jitsi Meet. Напишите нам, и мы вышлем вам ссылку.

Хэллоунский выпуск подкаста Dangerously Maybe с Ником Ландом об ускорении, ИИ, оккультном, технологиях и американском консерватизме, Капитал=технологии и о другом исковерканном делезианстве. Ланд зачастил к ним в подкаст (никто другой не соглашается?). Контрпунктом случит статья в журнале Šum Раскодирование Ника Ланда от энтузиаста CCRU Doomcrypt, где он описывает своё знакомство с «философом»:

Я узнал о Нике Ланде примерно в 2019 году — на странице Фридриха Ницше в Википедии, где увидел его в разделе «Оказал влияние». К тому времени я уже некоторое время увлекался Ницше и Шопенгауэром и искал более мощного философского «опьянения». Главный интерес к этим мыслителям был связан с тем, что они помещали ноумен в волю и каждый по-своему обращался к «большим вопросам» теологии. Книга The Thirst for Annihilation познакомила меня с современной квазивиталистской перспективой, о существовании которой я прежде не знал. Например, я не осознавал, что Фрейд, по сути, психологизировал понятие воли, разделив её на Эрос и влечение к смерти. Интерпретация Ландом влечения к смерти повлияла на моё понимание воли и её отношения к материи — в частности, на то, каким образом машины могли бы в конечном счёте разрешить кантовскую проблему интеллектуального созерцания. После этого меня увлёк сам Ланд как фигура и, вслед за ним, остальные участники CCRU. Однако меня удивило, что при столь заметном присутствии этого круга в интернет-культуре никто не собрал их работы в одном месте. Поэтому я решил начать архивировать их, чтобы сохранить для будущих поколений. Уточнить философские переходыСделать финал более личным

В An Artificial History of Natural Intelligence Дэвид Бейтс ставит под сомнение одно из фундаментальных убеждений относительно человека — представление о том, что человеческий интеллект можно изучать независимо от его технических условий. Он формулирует провокационную мысль: «Естественного интеллекта не существует. Весь интеллект искусственен. И поэтому можно сказать, что искусственного интеллекта тоже не существует — по крайней мере, в том смысле, в каком мы обычно его понимаем…» При этом Бейтс не утверждает, что человеческий интеллект и машины — одно и то же. Он ставит под вопрос саму возможность считать машины интеллектуальными в том же смысле, что и живые существа. Прослеживая интеллектуальную историю на протяжении четырёх столетий, Бейтс показывает, что разум располагается в своего рода «зазоре» между автоматизмом органической жизни и автоматизмом технических систем. Мы часто представляем Декарта метафизическим дуалистом, однако Бейтс изображает его одним из ранних мыслителей того, что сам называет «картезианской робототехникой»: Декарт препарировал мозг животных и понимал нервную систему как «информационную машину». В интерпретации Бейтса человек у Декарта — биологический автомат, способный прерывать собственные автоматические реакции. Благодаря страсти «удивления» мы сталкиваемся с чем-то, что наше тело не в состоянии объяснить. Это столкновение нарушает привычный ход наших реакций и открывает возможность принять новое решение. Продолжая историческое исследование, Бейтс обнаруживает, что многие философы помещали человеческий разум именно на эту границу. Кант полагал, что наша техническая предрасположенность укоренена в руках. Мы рождаемся с руками, не предназначенными для какой-либо одной конкретной задачи. Именно поэтому они «приспособлены к применению разума». Сходные идеи встречаются у многих философов XIX века. Рассуждая о своих вычислительных машинах, Чарльз Бэббидж называл человека «животным, создающим орудия» и пытался понять, какие неожиданные возможности могут возникнуть из действия механических законов. Бергсон видел в интеллекте способность создавать вещи искусственного происхождения, «особенно инструменты для изготовления инструментов», — так возникает фигура Homo faber, человека созидающего. Альфред Лотка продолжил эту линию мысли, предложив понятие «экзосоматических» органов: протезов, письма и машин, способных пережить наши тела и обладающих «кумулятивной силой» развития. Андре Леруа-Гуран утверждал, что освобождение руки и «освобождение слова» позволили человеческой памяти существовать за пределами тела — в социальном организме. Всё это показывает, какую роль технология играет в формировании мышления. Далее Бейтс раскрывает системы правил, переходя к кибернетике, информатике и проблеме интеллекта. Если мы хотим понять, как могут работать интеллектуальные машины, нам необходимо выйти за пределы представления о них как о системах, следующих правилам. Тьюринг утверждал, что интеллектуальное поведение предполагает «отступление от совершенно дисциплинированного поведения, свойственного вычислению, — хотя и весьма незначительное». Кору головного мозга младенца он рассматривал как «неорганизованную машину», формирующуюся посредством «обучения через вмешательство». Хотя такая машина уже усвоила определённые привычки, она всё ещё способна от них отступать. Бейтс задаётся вопросом: можно ли объяснить интеллект просто как способность предсказывать и учиться на собственных ошибках? Эту проблему он рассматривает подробнее в анализе предиктивной обработки. Последнюю главу книги он открывает словами Янна ЛеКуна: «Предсказание — сущность интеллекта». Но хотя предсказание и способность учиться на ошибках играют важную роль в принятии решений, способны ли они объяснить, как мы принимаем действительно новые решения, отступаем от норм и устанавливаем новые? Стиглер полагал, что человеческое мышление обладает «силой нарушать автоматизмы и деавтоматизировать, то есть изменять правила». В понимании Бейтса человеческий интеллект искусственен, но это не означает, что мы ничем не отличаемся от компьютеров. Мы по-прежне

16 сентября 2026 года власти Гонконга представили первый в своей истории пятилетний план экономического и социального развития The First Five-Year Plan for Economic and Social Development of Hong Kong (2026–2030). ИИ в нём рассматривается как инфраструктура экономической модернизации, государственного управления и интеграции Гонконга в технологическую стратегию Китая. Основные направления стратегии включают в себя развитие исследовательской инфраструктуры, коммерциализация научных разработок и создание экосистемы ИИ. План предусматривает ускоренное развитие пяти ключевых научно-исследовательских институтов, включая новый институт искусственного интеллекта, который должен обеспечивать связь университетских исследований, технологических парков, промышленности и инвестиций. Также большую роль играют цифровизация государственных услуг, здравоохранения, строительства, транспорта, социального обслуживания, автоматизация административных процессов, анализ больших данных и изучение возможности создания интегрированной системы управления городом — т.н. AI City Brain. В сопутствующем программном документе правительства — Policy Address 2026 — перечислены более конкретные инициативы: Создание Гонконгского института исследований и разработок ИИ (AIRDI), расширение испытательной среды для генеративного ИИ GenA.I. Sandbox++ на новые финансовые секторы, субсидии на внедрение ИИ и кибербезопасности, выделение 300 млн гонконгских долларов на лабораторию AI for Welfare Lab, применение ИИ-платформы планирования проектов для всех новых проектов жилищного управления начиная с 2027–2028 финансового года, разработка рекомендаций по безопасному управлению ИИ-агентами План предполагает формирование системы управления рисками, противодействие преступлениям с использованием ИИ и дипфейков, установление ответственности за ущерб, причинённый ИИ-продуктами, регулирование ИИ-агентов, оценка последствий автоматизации для занятости. Как это соотносится с общекитайской стратегией ИИ и тем, что делают техноолигархи США?Можно только порадоваться тому, что ИИ превращается в горизонтальную технологию промышленной политики, включается в перестройку финансов, строительства, государственного сектора и других отраслей через практическое внедрение и институциональное распространение ИИ, выходящая за рамки технологического суверенитета или гонки за наиболее мощной моделью, но озабочена созданием инфраструктурной среды, в которой государство и компании со-используют ИИ в повседневных операциях. Однако очевидно, что повышение производительности само по себе не гарантирует улучшения положения работников. Гонконг признаёт риск воздействия ИИ на занятость, но конкретные результаты переподготовки и распределения выгод ещё предлагается оценить. По крайней мере в материковом Китае есть закон запрещающий увольнять работников по причине автоматизации и замены из ИИ. Расширение использования ИИ также сопровождается созданием стандартов безопасности, механизмов ответственности и государственного надзора, и остаётся актуальным вопрос в том, насколько эти механизмы позволят экспериментировать, а не только минимизировать риски. Но важный шаг уже сделан — звериный оскал капитала в Вочточной Азии не только лишь повышает прибыль инвесторов, но и способен в перспективе превратить ИИ в устойчивую часть обзественной инфраструктуры.

Немножко obsessed этим трейлером. Очень буду ждать выхода Odyssey in Slippers. В комментариях опять пишут, что это сериал о «вреде технологий». Судите сами.

Imagination as Protocol: A Community Technology Guide (Воображение как протокол: руководство по общественным технологиям) — 54-страничное издание коллектива Future Inventions, представленного как исследовательская лаборатория и школа общественных технологий. Оно было создано в контексте фестиваля Creative Intelligence в лондонском Southbank Centre в сентябре 2026 года. Коллектив исследует альтернативные способы изобретения и освоения технологий, опираясь на афроцентрическую перспективу, коллективное обучение и практики совместного проектирования. Протокол как способ организовать взаимодействие, распределить роли, определить, какие знания могут участвовать в проектировании, и создать условия для появления того, чего ещё нет, расширение понимание технической инструкции и алгоритма действий. Переход от потребления технологий к их созданию — это моя любимая акселерационисткая практика и почему я всегда пробую и создаю то, о чём говорю и пишу — звук, модель, мышление и тп. Будущее становится предметом коллективного действия. Ключевым тезисом является то, что воображение есть не только способность представлять альтернативные миры, но и коллективная практика, позволяющая создавать правила, инфраструктуры и формы технологической жизни. Технологии не возникают в социальном вакууме, их устройство зависит от того, кто получает право изобретать, чьи знания признаются значимыми, какие формы взаимодействия считаются возможными и какие исторические традиции исключаются из официального повествования об инновациях. Поэтому задача состоит не просто в том, чтобы сделать существующие технологии доступнее. Нужно расширить круг людей, которые могут определять, какими технологии вообще могут быть. Мне очень нравится понимание воображения как коллективной практики, совместного производства технических знаний. Обучение, разговоры, эксперименты и телесные практики становятся способами исследовать технологии и создавать альтернативы существующим системам. Техническую историю предлагается рассматривать как через индустриальные инновации и крупных изобретателей, как и через африканские и афродиаспорические, антиколониальные и низовые традиции коммуникации. Сети могут пониматься как практики взаимосвязи и совместного владения, а не только как инфраструктуры передачи данных. Издание также объединяет теорию, кейсы, практики и задумано как открытый инструмент для обсуждения и проектирования альтернативных технологических сценариев. Думаю, вопросы технологического суверенитета, космотехник, спекулятивного дизайна я рассмотрю с учениками в предстоящих курсах по философии ИИ, потому что иной технологический мир нельзя создать одним изменением представлений (в чём меня часто обвиняют): необходимы инфраструктура, навыки, ресурсы, формы кооперации и способы управления. В этом смысле воображение становится не противоположностью технической реализации, а одним из её условий. Сообщество может совместно разработать альтернативный инструмент, но оставаться зависимым от коммерческой облачной инфраструктуры, закрытых моделей, чужих вычислительных ресурсов или платформ, определяющих условия доступа. Коллективное участие само по себе не гарантирует ни контроля над технологией, ни устойчивости альтернативной инфраструктуры. Поэтому наиболее продуктивно читать руководство как попытку сделать проектирование технологий предметом коллективной компетенции и политического выбора, руководство для совместного исследования того, какими ещё технологии могут стать.

Приглашение на курс «Философия и практика искусственного интеллекта и ИИ-искусства: от мимезиса к нечеловеческому» школы современного искусства Практики свободы. Вводная лекция 2 ноября в 20-00. 💿6 лекций:👤 1. Что такое ИИ? 2. Машины желания 3. Может ли машина создавать искусство? 4. Язык после человека 5. Постгуманизм, акселерационизм 6. Автоматизация искусства и будущее 🪩Старт: 10 ноября👤 Время: 20:00 по вторникам Формат: онлайн, платформа Jitsi Meet Запись!

Запись моей лекции 24 октября в 15:30 в баре Mishka в рамках фестиваля по краям «Рефеодализация»: капитализм после общества на канале Post/work.

Дал интервью каналу Кротовая нора о своей деятельности, философии и об эмансипаторных технологиях современности.

В своей практике Михаил выходит за границы академических пространств и считает себя скорее внеакадемическим исследователем работая в параакадемическом поле приоритизируя быстроту публичности материала над символической значимостью формы. Технологии как результат прогресса осмысляются медленнее чем хотелось бы, но их широкое практическое освоение в том числе и как художественного инструмента и способа исследовать, а также др. вариации способствует изменению нашего представления о естественном. Мы всё чаще воспринимаем природу и собственное тело через экраны, алгоритмы и интерфейсы и эта опосредованность одновременно размывает привычные границы и открывает новые возможности для связи с миром. О ЧЁМ ПОГОВОРИЛИ: • Как выйти за пределы антропоцентризма • Сознание всегда ли продукт разумности и биологической среды • Распределенная субъективность, машинная агентность и новые формы разума • Непознаваемость технологий и апокалиптический страх • Технокапитализм и желание: как меняются их отношения • Глитч как разрыв привычной реальности и ключ к новой форме мышления • право животных на смерть, способен ли человек уничтожить биогеоценоз планеты

Сегодня в 20:00 на канале Yaldabogov буду обсуждать искусственный интеллект, технотеологию, космотехнику и критиковать книгу Софии Публиг о цифровом оккультизме.

Мой любимый биохакер-миллионер Брайан Джонсон вместе со своей партнёршей и деловым партнёром Кейт Толо (разделяющей его кинки) создали новацию в сфере женского и репродуктивного здоровья — «техно-тампон». Проект посвящён изучению женской генитальной физиологии, в том числе ночных изменений кровоснабжения половых органов, а не непосредственному измерению или стимуляции оргазма. Толо использует внутривлагалищный зонд с оптическим сенсором, который регистрирует изменения кровотока в тканях влагалища во время сна. Технология основана на фотоплетизмографии — методе, позволяющем отслеживать изменения объёма крови с помощью света. Затем Толо собирает данные примерно по 1900 биомаркерам на протяжении менструального цикла. В их число входят гормональные, метаболические показатели и параметры микробиома. Более широкий замысел проекта — исследовать женскую физиологию с помощью интенсивного сбора и анализа индивидуальных данных. Основная идея заключается в том, что кровоток в генитальных тканях можно измерять объективными методами, чтобы лучше понять физиологические механизмы сексуальной функции. В перспективе подобные исследования могут помочь изучить несколько направлений: Сексуальные дисфункции у женщин (разделение физиологических факторов и других причин, влияющих на возбуждение), ночные генитальные реакции (изучение изменений кровоснабжения половых органов во время сна, в том числе в фазе быстрого движения глаз (REM)), потенциальные маркеры сосудистого здоровья (проверка гипотезы о том, могут ли особенности генитального кровотока указывать на состояние сердечно-сосудистой системы). Но пока измерения ночного генитального кровотока ещё не стали валидированным диагностическим методом для выявления сексуальных дисфункций у женщин или сердечно-сосудистых заболеваний. О необходимости женского биохакинга часто писала в своих текстах ксенофеминистка Хелен Хестер, говоря о необходимости измерять женскую физиологию с помощью технологий, которые исторически получали недостаточно внимания в медицинских исследованиях. Она называет этот процесс перепрофилирование технологий:

Таким образом, подобное видение низового движения, выступающего за техническую грамотность, частично определяется идеями о повторном использовании и перепрофилировании доступных ресурсов как можно более эффективным способом. <...> Конечно, стратегическое присвоение такого рода важно учитывать при обсуждении потенциальных точек соприкосновения между менструальной экстракцией и ксенофеминистским проектом. В манифесте мы задаёмся вопросом, почему так “мало явных, организованных усилий прилагается к перепрофилированию технологий на служение целям прогрессивной политики”, и выступаем за стратегическое использование “существующих технологий, чтобы перепроектировать мир”. На этом этапе стоит отметить, что социотехнические разработки в целом можно рассматривать как форму перепрофилирования, поскольку они используют дошедшие до нас материалы для альтернативного применения. Это просто обратная сторона трюизма о том, что любое возможное преобразование возникает из существующих условий и ограничено имеющимися материалами.

24 и 25 октября фестиваль «по краям» приезжает в Санкт-Петербург! Петербург станет последним городом нашего тура, и закроем мы его торжественно: публичная программа развернется сразу на нескольких площадках — в баре Mishka, книжном «ДАЛЬ», Masters Bookstore и музее «Полторы комнаты» Иосифа Бродского. А в Mishka два дня будет идти большая книжная распродажа со скидками до 50%. Кроме наших книг на ней можно будет найти редкие издания и новинки Silene Noctiflora и Издательства Европейского университета. Значительную часть программы мы посвятили столетию Мишеля Фуко — его юбилей станет отдельным праздником внутри фестиваля. Поговорим о том, как человека веками учили «быть собой» — от исповеди до советских книг по психологии 1960–70-х, обсудим отношения Фуко с психоанализом, а вместе с исследователями центра «Res Publica» Европейского университета попробуем понять, насколько он полезен сегодня. Вопросы о юбиляре будут и на философском квизе, а «ДАЛЬ» привезет на распродажу букинистику, собранную специально к столетию. Еще поговорим о японцах в Сибири, «рефеодализации» и власти платформ, опыте материнства, Эрнсте Юнгере и семействе Манн в Санари. Кирилл Маевский расскажет о запуске издательской школы, Михаил Котомин представит новый каталог Ad Marginem на осень и зиму 2026/27, а Издательство Европейского университета поговорит о своих планах и новых книгах серии Modernite. В Masters Bookstore пройдут дни Адорно, в «Полутора комнатах» — презентация книги Евгения Асса «9П» и выставка Александры Паперно, в «Аудио клубе» — отдельная музыкальная программа, а в F5 — субботний книжный рейв. Подробнее о событиях — в карточках и на сайте фестиваля. → 24–25 октября, 12:00–20:00, бар Mishka (Конногвардейский бульвар, 4, подъезд 3а). Вход свободный, на некоторые события нужна регистрация на сайте.

24 октября в 15:30 в баре Mishka в рамках фестиваля по краям буду рассказывать о книге Массимо де Каролиса «Рефеодализация»: капитализм после общества и критиковать концепт т.н. «технофеодализма«, приходите!

Что происходит с капитализмом, когда обещание всеобщей автономии сменяется новой зависимостью от инфраструктур, платформ и непрозрачных систем власти? В лекции мы обратимся к книге Массимо де Каролиса «Рефеодализация», чтобы рассмотреть современность через гипотезу о возвращении феодальных отношений внутри технокапитала. Каролис пишет о трансформации социальных связей, где вместо универсальных правил и формального равенства всё большую роль играют асимметричные зависимости, персонализированная власть и доступ к ресурсам, контролируемым ограниченным числом субъектов. Особое внимание будет уделено противоречию между технологической сложностью современного общества и сокращением пространства индивидуальной и коллективной автономии. Цифровые платформы, алгоритмическое управление и инфраструктурная монополизация создают формы зависимости, которые не сводятся к классическим отношениям наёмного труда или рыночного обмена. Пользователь может формально оставаться свободным, одновременно оказываясь включённым в систему, правила которой он не устанавливает и не способен изменить. Однако концепт рефеодализации сам нуждается в критическом рассмотрении. Не рискует ли историческая аналогия с феодализмом сгладить специфику современного техно-капитализма, в котором концентрация власти не отменяет конкуренцию, товарное производство и логику накопления, а, напротив, может быть их результатом? Не превращается ли рефеодализация в слишком универсальный диагноз, объединяющий под одним именем различные процессы — от платформенной монополизации до политической персонализации власти? Наконец, не предполагает ли эта концепция утрату автономии как уже свершившийся факт, оставляя в тени конфликты, практики сопротивления и новые формы коллективной организации, возникающие внутри тех же инфраструктур зависимости? На лекции мы обсудим, как концепция рефеодализации соотносится с критикой платформенного капитализма. Действительно ли мы возвращаемся к феодальным отношениям или сталкиваемся с новыми формами капиталистического господства, для описания которых историческая аналогия оказывается одновременно продуктивной и ограниченной?

Выложил на сабстаке перевод текста Патриции Рид Понимание планетарного пространства: Отказ от человеческих мер, любезно предоставленноый подругой канала charlene v2 - artificial_life\xeno agent / visual thinker / multidisciplinary artist.

Любительский и очень любовно сделанный перевод недавней работы горячо любимой теорекетессы, художницы и дизайнерки Патриции Рид. Figuring Planetary Space: Abandoning Man’s Measure (2026) - текст который на мой взгляд работает как «мастер ключ» в «пространстве крушения» («Crash Space») сегодняшнего дня для всех пространтсвенных/визуальных мыслителей и практиков. В нем она последовательно диагностирует самореферентные моногуманистические эстетические интерфейсы оперирования «человека» над миром и в нем, указывая на критические ошибки их функционирования мешающие настоящей встрече с планетарным как частью ксено-общего существования (простыми словами - посмотреть правде в глаза и переструктурировать действие). Практики репрезентации отчуждаются и сбоят разбираемые через эстемы и «жанры бытия человеком» Сильвии Уинтер, обнажая вредоносные программы цикла loop (тут есть спасательные круги для юных практиков классического рисунка и технобро испытывающих смутные сомнения!). Щелчок «мастер-ключа» (части 6-7) разворачивает перед взглядом пространство Вернадского (метаболическое) и предлагает примеры прото-навигации через «межмасштабных носителей» Габриэль Хехт (тут есть перекличка с докладом Рид «Эстетика неадаптивных артефактов» законспектированным Ликой Каревой. Для моей художественной практики этот щелчок звучит камертоном обозначая возможность и направление живой радикализации экспериментов по спаиванию и сплетению, которые когда-то вывели меня за рамки оптики традиционной репрезентации.

Приглашаю тру ев, тру адамов и всех примкнувших к ним на мою лекцию Луксмаксинг: вирутальная челюсть, Делёз, гиперкультура 3 ноября в 19-30 в клубе Мачты (Кожевенная линия, 34). Что происходит с телом, когда его способность к становлению подчиняется заранее определённой модели? Можно ли мыслить телесное самоизменение вне трансцендентной логики нормы, рейтинга и перманентного maxxing’а? И что изменится, если понимать виртуальное тело не как «лучшую версию себя», а как поле, из которого могут возникать формы существования, нередицируемые до таблицы лиц, пронумерованных от одного до десяти? Билеты — тут.

На днях дал интервью философу и экологу-ксенопоэту Алдену Нагелю об истоках своей философии, генкалогии мысли, акселерационизме, неолуддизме, ксенофеминизме в поеддверье сборника Godzilla cells С моим участием.