СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Владимир Пяст. Когда я, гордый раб, в безвыходном двуличье... Когда я, гордый раб, в безвыходном двуличье, Благодарю тебя и падаю во прах Перед лицом Твоим, – слепит бескрылый страх Прозревшие глаза величием Величья. Владимир Пяст. АНАНКЕ (Сб. ОГРАДА) #пяст

Владимир Пяст. Когда твоя, простая как черта... Когда твоя, простая как черта, Святая мысль мой разум завоюет, Тогда моя отсветная мечта, Познав себя – белея заликует. Тогда моя ночная пустота Лишится чар и в Свете растворится; Единая познается царица, И будет Ночь, как Первая, свята. Владимир Пяст. РАСПУТЬЕ (Сб. ОГРАДА) #пяст

Владимир Пяст. Каждое сердцебиенье... Каждое сердцебиенье – Это биенье твое… Красная армия где-то Вскинула к глазу ружье. Ты возлюбила поэта, Чем он ответит тебе?.. Страшное будет мгновенье, Если угодно судьбе. Знай же, Сомнамбула, знай же: Ты ему сладостней всех. – Только при встрече с тобою Спал с него тягостный грех. Лучшая в мире, прощай же! Лучшая в мире миров. Приготовления к бою Кончены. Что ж? – Я готов. Август 1920 Владимир Пяст. КАРИАТИДА (Сб. ТРЕТИЙ СБОРНИК ЛИРИКИ) #пяст

Константин Бальмонт. Кто это молвил, что мы красоте созидаем горнило?.. Кто это молвил, что мы красоте созидаем горнило? Звезды и звери, цветы, океаны, ручей и вулкан, Все, что живет в этом мире, влекомо в мирах Красотою. Зодчим быть хочешь? Спроси земляного об этом червя. Константин Бальмонт. ДАР ЗЕМЛЕ. Часть 1 #бальмонт

Константин Бальмонт. Кто предки? Скифы, Чудь, Литва, Монголы... Кто предки? Скифы, Чудь, Литва, Монголы. Древляне. Светлоокий Славянин. Шотландия. Гора и глубь долин. С цветов свой мед везде сбирают пчелы. Цветок душист. Но это труд тяжелый Составить улей, выбрать ствол один, Разведав свойства многих древесин. И капля меда – мудрость древней школы. Кто предки? Вопрошаю снова я. Бреду в степи и вижу снова: Скифы. Там дальше? Озирис. Гиероглифы. Праматерь-Дева: Индия моя. Багдад, где спят свершители-калифы. Пред строгим Парсом – пламеней струя. Константин Бальмонт. В РАЗДВИНУТОЙ ДАЛИ. Поэма о России. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Крестовиком, свою скрутившим нить... Крестовиком, свою скрутившим нить, Была такая сплетена картина, Что в споре сражена была Афина, Всю жизнь богов сумел в узор он влить. Он радугой умеет распалить Отъединенный замок властелина, И так легко-изящна паутина, Что кружево лишь можно с ней сравнить. Все существа владеют тайным даром, Своим, хотя не все, что в мире есть, И что дробится численным пожаром, Способен человек в веках прочесть. Хоть разный лик дан соловьям и совам, Один огонь бежит по всем основам. Константин Бальмонт. ДАР ЗЕМЛЕ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Красивы блески царственного злата... Красивы блески царственного злата, Добытого в горах и руслах рек. В нем силу солнца понял человек, В нем страсть, любовь, и бой, и гуд набата. Чтоб клад достать, утроба тьмы разъята, Оплот гранита жаждущий рассек. Подземный Вий, из под тяжелых век, Признал и в краткодневном смелом – брата. Не говори о золоте слегка. Колдуют долго солнечные чары По руслам рек и там, где срывны яры. Власть перстня обручального крепка. Всесильны желто-алые пожары. Изыскан огнь осеннего листка. Константин Бальмонт. МОЕ – ЕЙ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Который час на звездном циферблате... Который час на звездном циферблате, – Узнал, в свой миг, Сиддартха, Лаотзэ, Все те, что нас ведут в ночной грозе, Через моря, пустыни, топи, гати. Владычица созвучий, Сарасвати, Сверкни в мой стих, как светит луч в лозе, Как небо задержалось в бирюзе, Как сумеречный час заснул в агате. Дозволь мне, в начертаньи золотом, Ты, мудрая на царственном павлине, Сгустить все грозы в ткущейся былине. Глядит ли Вечность в молнийный излом? Прошел ли Бог по звуковой картине? Как мне узнать? Мгновение – мой дом. Константин Бальмонт. В РАЗДВИНУТОЙ ДАЛИ. Поэма о России. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Который час на берегу морском?.. Который час на берегу морском? Когда пришла минута разлученья Огня, земли и водного теченья, И бывший друг стихийным стал врагом? Не все возьмешь считающим умом. Но есть неизъяснимое внушенье, И ряд зеркал, и повесть отраженья В провидческой душе, объятой сном. Когда еще в младенческой кровати Лежит пророк, что вымолвит слова, Которыми Вселенная жива, – Над ним существ нездешних реют рати И шепчут, как столистная листва, Который час на звездном циферблате. Константин Бальмонт. В РАЗДВИНУТОЙ ДАЛИ. Поэма о России. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Колыбелька кораблик... Колыбелька кораблик, ‎ На кораблике снасть. Улетает и зяблик, ‎ Нужно травке пропасть. Колыбельку качает ‎ Триста бешеных бурь. Кто плывет, тот не чает, ‎ Как всевластна лазурь. Полевая кобылка Не поет. Тишина. Колыбелька могилка, ‎ Захлестнула волна. Колыбелька послушна, ‎ Притаилось зерно. Ах, как страшно и душно, ‎ Как бездонно темно! Колыбелька кораблик, ‎ На кораблике снасть. Он согреется, зяблик, В ожидании власть. Константин Бальмонт. ДАР ЗЕМЛЕ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Когда чрезмерны стали в сердце муки... Когда чрезмерны стали в сердце муки, Я пал, я спал, изжален сонмом зол. И дух из тела спящего исшел, Двойник простер белеющие руки. Быстрей стрелы, побывшей в звонком луке, Я минул тьму дорог, лесов и сел. Мой дух был там, где мирный дремлет дол, Где первых милых песен млели звуки. Меня узнала вещая земля. Ведь я был бел, был легок, чист, белее, Чем в миг расцвета водная лилея. И ветер, чуть травинки шевеля, Все мороки отвеял, тихо вея. «Свершилось!» Прошептал. «Иди скорее!» Константин Бальмонт. МОЕ – ЕЙ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Когда ты будешь засыпать... Когда ты будешь засыпать, К тебе я мыслями прибуду, Как призрак сяду на кровать, И буду ласково шептать: – Люби меня! Доверься Чуду! – И ты потянешься слегка. И будет греза глубока, Огонь блеснет по изумруду, Разъятый многозвездный мир, Осеребрив, пронзит сапфир. Даст ход таинственному гуду, И синих вод качнется гладь, И, тень, я лягу на кровать, И целовать тебя я буду. Константин Бальмонт. ДАР ЗЕМЛЕ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Когда кричит сова и мчит война... Когда кричит сова и мчит война Потоки душ, одетых разным телом, Я, призраком застывши онемелым, Гляжу в колодец звезд, не видя дна. Зачем Пустыня мира создана? Зачем безгранный дух прильнул к пределам? Зачем, – возникну ль желтым или белым, – Но тень моя всегда везде черна? Я пробегаю царственные свитки, Я пролетаю сонмы всех планет, Но да, ища, всегда находит нет. Магические выдумав напитки, Я вижу сны, – но в этих безднах сна Я знаю, что легенда нам дана. Константин Бальмонт. ЯСЕНЬ. Часть 3 #бальмонт

Константин Бальмонт. Когда звенит протяжно стрекоза... Когда звенит протяжно стрекоза, Июль горит, свой лик воспламеняя. Повсюду в мире мудрость есть живая, И радугу хранит в себе слеза. Глянь, васильки. От Бога – бирюза. Лазурь средь нивы – сказка полевая. Крепчает колос, зерна наливая. Скрипят снопов тяжелые воза. Серпы сверкали силой ятагана, Но в правой битве с твердостью стеблей. Снопы – как алтари среди полей. Мой пращур, ты проснулся утром рано, И колос, полный власти талисмана, В мой герб вковал на всю безбрежность дней. Константин Бальмонт. В РАЗДВИНУТОЙ ДАЛИ. Поэма о России. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Когда еще не ведали оков... Когда еще не ведали оков, И не было живым – хлыста с уздою, Звезда перекликалась со звездою, Задолго до молчания веков. В пространствах нескончаемых лугов Кормились в числах, кони, с красотою Горячей. Словно тучи над водою, Рождали гул копыта без подков. Охотились за теми косяками Стрелки кремневых стрел. Здесь каждый юн. Застрелен, пожран тысячный табун. Но тот да будет вечно славим нами, Кем огненная схвачена волна, Кто в первый раз вскочил на скакуна. Константин Бальмонт. СОНЕТЫ СОЛНЦА, МЕДА И ЛУНЫ. Часть 3 #бальмонт

Константин Бальмонт. Когда весной, ребенком, утром, рано... Когда весной, ребенком, утром, рано, Я жаворонка слышал в первый раз, Казалось мне, что в воздухе – рассказ Весны из огнецветного тумана. Поздней я слышал в храме вспев органа, И радугой горел в душе алмаз, Ответный вспев размерно пел и гас. Но самый яркий – голос Океана. В нем слитный гул несчитанных веков, В нем плещет довременное мечтанье, Из самых первых далей мирозданья. И дух, освободившись от оков, Прияв – в ночи – безбрежного рыданья, Совьет венец из древних жемчугов. Константин Бальмонт. МОЕ – ЕЙ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Коварный ли то был полуребенок... Коварный ли то был полуребенок, Которому удел был гордый дан Забросить петлей меткою аркан, В которой, взвыв, забился жеребенок? Был юный голос зверя остр и звонок, Был юный зверь от изумленья пьян. А юноша прямил свой сильный стан, Начав тысячелетья диких гонок. А может быть, то был уж зрелый муж, Который притаился над откосом, От конских глаз укрыт седым утесом. Вдруг на коня он соскользнул как уж. И был как дух. Летел, схватясь за гриву, Стремя коня к истоме, по обрыву. Константин Бальмонт. СОНЕТЫ СОЛНЦА, МЕДА И ЛУНЫ. Часть 3 #бальмонт

Константин Бальмонт. Клянусь опять найти дорогу к раю... Клянусь опять найти дорогу к раю, И в отчий дом возврат мне будет дан, Когда сполна исчерпаю обман, В котором зерна правды я сбираю. И к нищенскому если караваю Касаюсь здесь, – к пределам новых стран Я устремлю свой смелый караван, Оазис – мой, мне зацветет он, знаю, Когда я сам себя переборю, – Какой еще возможен недруг властный. За краем снов есть голос полногласный. Идет тепло на смену декабрю. И пусть года терзаюсь в пытке страстной, – Мне бог – закон, и боль – боготворю. Константин Бальмонт. ЯСЕНЬ. Часть 3 #бальмонт

Константин Бальмонт. Качали мерный звон колокола... Качали мерный звон колокола. На колокольне крест светился златом. Дышала кашка сладким ароматом, И алая гвоздика расцвела. Всходили дымы мирного села, И таяли на небе синеватом. Молодка промелькнула желтым платом, В двух ведрах влага свежая светла. Передо мной – бесчисленные нивы. Как много вольный труд добра принес. Ячмень, пшеница, греча, рожь, овес. Приветный край, широкий и счастливый. И ластится ко мне дворовый пес. И конь заржал, потряхивая гривой. Константин Бальмонт. МОЕ – ЕЙ. Часть 2 #бальмонт

Константин Бальмонт. Как хорошо в цветах отъединенье... Как хорошо в цветах отъединенье: Что рожь, то рознь, хоть мир есть цельность сна. Мне кровь как кровь, и лишь как кровь, нужна, Не как дорога семиизмененья. Семь струн моих, и в них едино пенье, Но каждая есть вольная струна. И медный уголь, и змея-волна, И среброзлато, все есть опьяненье. Но ты, что внемлешь мне сейчас, заметь: Я гром люблю как высшую свободу, Не красочно размеченную сеть. Для арфы злато, для чекана медь. Не пей, дуга, дождей текучих воду, Мне, капле, дай, средь капель, жить и петь. Константин Бальмонт. ЯСЕНЬ. Часть 2 #бальмонт