es
Feedback
Чувство собственности

Чувство собственности

Ir al canal en Telegram

О креативной экономике, IP и legal design (юридическом дизайне и праве) — проект команды Марии Дорошенко Материалы проекта https://taplink.cc/ip_sense

Mostrar más
9 672
Suscriptores
+124 horas
+37 días
+1630 días
Atraer Suscriptores
julio '26
julio '26
+22
en 1 canales
junio '26
+22
en 3 canales
Get PRO
mayo '26
+17
en 2 canales
Get PRO
abril '26
+46
en 2 canales
Get PRO
marzo '26
+34
en 2 canales
Get PRO
febrero '26
+14
en 1 canales
Get PRO
enero '26
+16
en 1 canales
Get PRO
diciembre '25
+12
en 1 canales
Get PRO
noviembre '25
+24
en 5 canales
Get PRO
octubre '25
+94
en 4 canales
Get PRO
septiembre '25
+55
en 8 canales
Get PRO
agosto '25
+17
en 1 canales
Get PRO
julio '25
+33
en 2 canales
Get PRO
junio '25
+953
en 6 canales
Get PRO
mayo '25
+23
en 4 canales
Get PRO
abril '25
+9
en 2 canales
Get PRO
marzo '25
+23
en 4 canales
Get PRO
febrero '25
+21
en 5 canales
Get PRO
enero '25
+37
en 1 canales
Get PRO
diciembre '24
+238
en 1 canales
Get PRO
noviembre '24
+58
en 3 canales
Get PRO
octubre '24
+98
en 9 canales
Get PRO
septiembre '24
+255
en 2 canales
Get PRO
agosto '24
+260
en 4 canales
Get PRO
julio '24
+195
en 1 canales
Get PRO
junio '24
+292
en 1 canales
Get PRO
mayo '24
+378
en 4 canales
Get PRO
abril '24
+601
en 1 canales
Get PRO
marzo '24
+776
en 1 canales
Get PRO
febrero '24
+876
en 0 canales
Get PRO
enero '24
+82
en 0 canales
Get PRO
diciembre '23
+135
en 2 canales
Get PRO
noviembre '23
+323
en 0 canales
Get PRO
octubre '23
+362
en 1 canales
Get PRO
septiembre '23
+167
en 0 canales
Get PRO
agosto '23
+2 213
en 0 canales
Get PRO
julio '23
+2 393
en 0 canales
Get PRO
junio '23
+10
en 0 canales
Get PRO
mayo '23
+58
en 0 canales
Get PRO
abril '23
+132
en 0 canales
Get PRO
marzo '23
+335
en 0 canales
Get PRO
febrero '23
+127
en 0 canales
Get PRO
enero '23
+627
en 0 canales
Get PRO
diciembre '22
+1 187
en 0 canales
Get PRO
noviembre '22
+21
en 0 canales
Get PRO
octubre '22
+11
en 0 canales
Get PRO
septiembre '22
+3
en 0 canales
Get PRO
agosto '22
+1 218
en 0 canales
Get PRO
julio '22
+1 326
en 0 canales
Get PRO
junio '22
+2 024
en 0 canales
Get PRO
mayo '22
+3 067
en 0 canales
Get PRO
abril '22
+1 298
en 0 canales
Get PRO
marzo '22
+46
en 0 canales
Get PRO
febrero '22
+8
en 0 canales
Get PRO
enero '22
+7
en 0 canales
Get PRO
diciembre '21
+1 016
en 0 canales
Get PRO
noviembre '21
+662
en 0 canales
Get PRO
octubre '21
+6
en 0 canales
Get PRO
septiembre '21
+239
en 0 canales
Get PRO
agosto '21
+5
en 0 canales
Get PRO
julio '21
+4
en 0 canales
Get PRO
junio '21
+86
en 0 canales
Get PRO
mayo '21
+458
en 0 canales
Get PRO
abril '21
+7
en 0 canales
Get PRO
marzo '21
+5
en 0 canales
Get PRO
febrero '21
+46
en 0 canales
Get PRO
enero '21
+29
en 0 canales
Get PRO
diciembre '20
+534
en 0 canales
Fecha
Crecimiento de Suscriptores
Menciones
Canales
22 julio+1
21 julio+1
20 julio0
19 julio+1
18 julio0
17 julio+1
16 julio+1
15 julio+1
14 julio+2
13 julio+2
12 julio+1
11 julio0
10 julio+1
09 julio0
08 julio+3
07 julio+2
06 julio0
05 julio+1
04 julio+1
03 julio0
02 julio+1
01 julio+2
Publicaciones del Canal
Федеральный суд утвердил мировое соглашение Anthropic с авторами и издателями на $1,5 млрд — крупнейшее в истории американско
Федеральный суд утвердил мировое соглашение Anthropic с авторами и издателями на $1,5 млрд — крупнейшее в истории американского копирайтного права. Но авторы не торжествуют. Суд фактически разделил два вопроса. Обучать AI на защищённых текстах — fair use, то есть законно. А вот скачивать книги с пиратских сайтов вроде Library Genesis — уже нет. Anthropic заплатил не за то, что обучал модель на чужих текстах, а за то, как именно добыл эти тексты. Авторы получат по $3 000 за каждое из примерно 500 тысяч произведений — смешная сумма для серьёзных работ. Сама мировая понадобилась Anthropic, чтобы не доводить дело до суда присяжных и непредсказуемых убытков. И главное следствие: решение окружного суда о fair use никогда не пройдёт апелляцию — а значит, так и не станет обязательным прецедентом для всей отрасли. Пока Google, OpenAI и Midjourney судятся по тем же вопросам, каждый судья вправе прийти к собственным выводам. Битва за то, чем можно кормить нейросети, продолжается.

2
США тормозят создание глобальной защиты фольклора и традиционных знаний — и делают это осознанно. В свежем бюллетене Ведомство по патентам и товарным знакам США (USPTO) объясняет, почему считает опасной идею дать народам бессрочные исключительные права на их культурное наследие. Спор идёт в профильном комитете Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), который больше двадцати лет пытается вписать в мировую систему три вещи. Первая — генетические ресурсы, то есть ценный биоматериал: растения, животные, микроорганизмы, за которыми часто стоит знание местного сообщества (какая трава лечит, какой сорт устойчив). Вторая — традиционные знания, накопленный поколениями коллективный опыт: рецепты народной медицины, приёмы земледелия. Третья — традиционные формы культурного самовыражения: музыка, орнаменты, танцы, ремёсла, устные сюжеты. По генетическим ресурсам договор в 2024 году уже приняли. По двум остальным идут переговоры, и там столкнулись две логики. Страны, которые требуют новых правил, хотят закрепить за носителями традиций вечные исключительные права — с обязательным указанием происхождения и платой за использование того, что веками лежало в открытом доступе. Дальше начинается разлад с самой конструкцией авторского права и патента. Эти права намеренно сделаны срочными: они дают автору фору, а потом отпускают созданное в общее пользование. Бессрочная монополия на культурный слой ломает этот механизм. Аргумент США сводится к простому вопросу — а как это вообще будет работать. Никто не может внятно определить, где заканчивается «традиционное знание» и начинается общечеловеческое достояние; непонятно, кому принадлежат права, если один и тот же орнамент есть у нескольких народов; неясно, не начнут ли новые запреты действовать задним числом, обрушивая уже выданные права по всему миру. Поэтому Вашингтон предложил не спешить с единым режимом, а сперва посмотреть на тех, кто такие законы уже принял — Панама защищает традиционную одежду, музыку и ремёсла коренных народов с 2000 года, отдельный закон есть в Кении, на Филиппинах. Вопрос в том, как эти нормы реально показывают себя на практике, а не на бумаге. Следующая сессия — в сентябре в Женеве. За сухой процедурой скрывается вопрос, который рано или поздно догонит и креативные индустрии, работающие с наследием: можно ли вообще приватизировать культуру, не разрушив право, которое как раз и построено на том, что рано или поздно всё становится общим. Кто, по-вашему, прав в этом споре? 👍 США — вечная монополия на культуру сломает всю систему 🔥 Их оппоненты — у народов должно быть право на своё наследие
3 108
3
🎵 Американская ассоциация звукозаписывающих компаний (RIAA) предложила систему маркировки AI-музыки: два тега — для полностью сгенерированных треков и для «AI-assisted» записей, где нейросеть помогала, но человек всё равно участвовал. Трек, где AI написал мелодию и текст — это одно. Трек, где продюсер использовал AI для мастеринга или генерации фоновых партий — совсем другое. Коалиция настаивает: слушатели вправе знать, что именно они слушают, и индустрия не должна ждать, пока это решат за неё регуляторы. Инициатива исходит от самой отрасли — лейблов и артистов, которые ещё вчера засыпали AI-компании исками. Теперь та же RIAA предлагает стандарт прозрачности вместо запретов. Это прагматичный сдвиг: если AI-музыку не остановить, лучше выстроить правила раскрытия информации, чем получить регуляцию сверху. Для авторов здесь скрыт и практический вопрос: попадёт ли твой трек в категорию «AI-assisted», если ты использовал нейросеть для одного элемента? Где граница? Ответа пока нет — но сам факт, что индустрия начала его формулировать, уже кое-что значит. @ip_sense
3 352
4
Продюсер Николай Картозия обнаружил свои треки в обучающих базах нейросетей — шестнадцать симфонических композиций, которые он писал пять лет и записывал с оркестром на Abbey Road. В посте он называет это кражей и объявляет, что присоединяется к коллективному иску против Suno. «Я всегда говорил, что музыкальные нейросети — это аудиоглисты, паразитирующие в кишечнике мировой культуры. Но раньше я это говорил любя». Повод для реакции — расследование The Atlantic. Издание выложило четыре базы данных, которыми обмениваются разработчики музыкальных ИИ вроде Suno, Udio и Google, — вместе больше двадцати одного миллиона записей. Крупнейшую, свыше двенадцати миллионов треков, собрал немецкий исследовательский проект LAION из ссылок на YouTube. В выборках нашлись Тейлор Свифт, Нирвана, «Битлз» и десятки тысяч независимых авторов, которые о своём участии не знали. Раньше про эти архивы можно было только догадываться. Компании отказывались раскрывать, на чём учили модели, и чтобы установить объём в иске к Suno, экспертам лейблов пришлось две недели снимать цифровые отпечатки с файлов в защищённой комнате у адвокатов ответчика. Теперь автор вводит своё имя в открытый поиск — и вопрос, попала ли его музыка в обучение, из области догадок становится проверяемым. Само по себе попадание трека в базу — ещё не доказательство, что на нём учили модель: издание оговаривает, что запись могли внести в архив, но не использовать. Ближайшее слушание по иску Sony к Suno назначено на это лето — и решать его будут уже на конкретных списках, а не на догадках.
3 245
5
И немного личного. Мы — те самые энтузиасты, которые годами тащили legal design в консервативную среду. Меняли мышление там, где его особенно не хотели менять, продавливали прогрессивный подход через сопротивление, пассивную агрессию и откровенный хейт (привет некоторым соседним каналам 👋). Работа была проделана огромная — и то, что сегодня понятный договор перестаёт быть экзотикой, отчасти результат этого упрямства. Глобальная технологизация юридической функции только начинается. Но вот что не берётся никаким ИИ: эмпатия либо есть, либо её нет. Промпты тоже надо писать с душой ❤️
3 232
6
Одна из самых известных в мире студий legal design закрывается — и причина не в деньгах, а в том, что её ремесло больше не масштабируется. Dot. девять лет делала юридические документы понятными для людей: договоры, политики, интерфейсы. Среди клиентов — Estée Lauder, Novo Nordisk, Hitachi, Fujitsu. Работа всегда была штучной — семинары, разговоры, десятки правок вручную. И слабое место было заложено с самого начала: блестящий результат для одного клиента, а для следующего всё заново, с нуля. Наработки не складывались одна на другую. Именно это и ломает ИИ. Идеи legal design — упрощать сложное, проектировать право под человека — впервые можно тиражировать без ручной работы над каждым проектом. Студию закрывают, а команда целиком переходит в ИИ-консалтинг того же основателя — помогать компаниям внедрять генеративные модели и строить на них инструменты для юристов. Ту же заботу о пользователе, но уже не руками, а через ИИ. Только это скорее не смерть legal design, а его перерождение. Как отдельная услуга, которую разово заказывают на стороне у бутиковой студии, он сжимается. Но сама функция никуда не девается — она переезжает внутрь. Legal design перестаёт быть надстройкой, которую компания докупает у мастеров-подрядчиков, и становится рутинной работой юротдела — тем, что инхаус-юрист делает сам, каждый день, с генеративными моделями под рукой. Открытым остаётся одно. Ценность студий была в том, что они держали в голове живого пользователя, который будет это читать — вся их работа строилась вокруг него. Переживёт ли это внимание переезд внутрь, когда за него больше не выставляют отдельный счёт — пока непонятно.
3 229
7
Эминем потерял австралийские права на «Shady» в категории одежды, хотя владел ими с 2002 года. Австралийский регистратор това
Эминем потерял австралийские права на «Shady» в категории одежды, хотя владел ими с 2002 года. Австралийский регистратор товарных знаков решил, что рэпер их фактически не использовал — и это открыло дорогу маленькому бренду пляжных зонтов и полотенец Swim Shady из Сиднея. Логика та же, что и в российском праве: товарный знак нужно использовать, иначе его можно аннулировать за неиспользование. Формальная регистрация сама по себе не защищает — закон охраняет знак, который реально работает на рынке, а не лежит в реестре про запас. Юристы Эминема принесли гастрольный мерч, статистику продаж с сайта и посты в соцсетях. Но ведомство сочло, что почти всё «Shady» на этих доказательствах — отсылка к сценическому образу Slim Shady, а не самостоятельный бренд одежды. Задокументированных продаж в Австралии нашлось всего несколько — и все прошли уже после окончания оценочного периода. Сильная звезда и слабое использование дали слабую защиту — суд снял охрану знака в категориях одежды, обуви и сумок с 1 августа. Права на музыку и электронику Эминем сохранил. Тайминг добил позицию рэпера. Отдельную заявку именно на «Slim Shady» его команда подала в Австралии только в январе 2025-го — через месяц после того, как Swim Shady уже вышел на рынок.
3 215
8
👟 Обувь без единого логотипа теперь защищена так же, как товарный знак — суд Турина запретил парижской Parijan продавать коп
👟 Обувь без единого логотипа теперь защищена так же, как товарный знак — суд Турина запретил парижской Parijan продавать копии мокасин Loro Piana White Sole. Марка почти не ставит на свои вещи различимые надписи. Узнают их иначе — по светлой резиновой подошве и замшевому верху. Именно это сочетание суд и признал охраняемым: вещь опознаётся не по бирке, а по общему зрительному впечатлению, которое складывается из конкретных стилевых деталей. Судья решил, что средний покупатель легко примет обувь Parijan за модель Loro Piana подешевле — а раз так, копия паразитирует на чужой репутации. Отдельно отметили, что продажи идут онлайн, где мелкие отличия материалов и качества вообще не считываются: на экране остаётся только форма. Аргумент «рынок и так переполнен похожей обувью» суд отклонил. Штраф — 1000 евро за каждый день промедления и 500 евро за каждую проданную пару. Плюс Parijan обязали три месяца держать текст решения на главной странице своего сайта, на итальянском и английском, без спасительной ссылки-заглушки.
3 257
9
Министр юстиции Константин Чуйченко допустил изменение закона, которое ограничит право наследников запрещать использование произведений в России. Об этом он рассказал на сессии ПМЮФ о границах прав правообладателей. Повод обозначил худрук Театра Олега Табакова Владимир Машков. По его словам, театр не первый год не может получить у живущего в США наследника драматурга Александра Володина разрешение на постановку «С любимыми не расставайтесь» — театр готов платить отчисления, но получает отказ или молчание. Похожая коллизия — с наследником Александра Галича, включённым в реестр иностранных агентов. В течение срока охраны — это жизнь автора плюс 70 лет — наследник вправе отказать в использовании произведения, не объясняя причин, и закон не делает из этого исключений. Спор шёл о том, можно ли такой отказ ограничить в интересах общества. Конкретный механизм Чуйченко обсуждать пока не стал — это может быть судебный или административный порядок, принудительная лицензия либо сужение прав наследников до одних имущественных, дающих только отчисления. Принудительную лицензию давно знает патентное право, а вот к авторскому, как отметил глава РЦИС Андрей Кричевский, её не применяли нигде, кроме Беларуси. Белорусский образец и показали на сессии — с 2023 года там разрешено использовать без согласия, но с выплатой вознаграждения произведения правообладателей из государств, совершающих недружественные действия, если те отказали в правах; исков по этому закону, по данным Верховного суда республики, пока не возникло. Развёрнуто возразила секретарь Общественной палаты Лидия Михеева. По её доводам, авторское право — зона личных прав, а наследник в пределах срока охраны выступает продолжением личности автора, и принудительной лицензии, в отличие от патентного права, здесь быть не должно. Чуйченко привёл встречный аргумент — исключительное право в нынешнем, абсолютном виде советский автор не имел: оно появилось с четвёртой частью Гражданского кодекса, и у наследников прав в итоге оказалось больше, чем было у самих авторов. Кричевский рассказал, что несколько лет назад уже приходили с идеей принудительной лицензии в Администрацию Президента — тогда её сочли опасной. Где пройдёт граница между доступом общества и волей правообладателя — пока не определено. Что ближе вам? 👍 — наследник не должен запрещать то, что хочет видеть общество 🔥 — воля автора и его семьи важнее 🤔 — нужен баланс, но не через принуждение
3 312
10
✨ Пока разбираем итоги ПМЮФ, не можем пройти мимо праздника. Сегодня День молодёжи, а вместе с ним — День изобретателя и рационализатора. Оба — про тех, кто создаёт новое. А наша тема начинается чуть дальше, там, где придуманное нужно закрепить за автором. Поэтому и пожелание профильное — учитесь не только придумывать новое, но и закреплять права на придуманное. Слишком часто первое без второго достаётся тем, кто оказался расторопнее с документами. За вами будущее креативных индустрий. А значит, и наше с вами тоже ❤️
3 277
11
Фрилансер взыскала через суд 7 000 фунтов долга, потратив на подготовку дела около 400, — а всю досудебную работу выполнил искусственный интеллект. Это сделала британская Garfield AI — первая юридическая фирма на основе ИИ, получившая лицензию регулятора; победу сама фирма называет первой в мире для ИИ-юриста. Но в суде по-прежнему выступал человек — нанятый адвокат. А самое «юридическое» машине прямо запретили — по условиям регулятора она не вправе ни подбирать судебную практику, ни оценивать перспективы дела. ИИ собрал документы, но юристом он так и не стал. Пока.
3 482
12
Кто-то засыпал Google десятками жалоб от имени «FIFA World Cup» с требованием стереть пиратские сайты из поиска — и, судя по всему, за ними стоит не FIFA, а конкурирующий пират, который с помощью ИИ расчищает себе место в выдаче на время турнира. Жалобы нашлись в архиве Lumen, который ведёт Гарвард. Формально это претензии о нарушении авторских прав (DMCA), но написаны они на раздутом псевдоюридическом новоязе. Сайты обвиняют в копировании фирменного стиля и оформления официальных площадок FIFA — а как замечают в TorrentFreak, это понятия из права на товарные знаки, которым в жалобах по DMCA не место. Сами пиратские технологии описаны не лучше — «программные матрицы индексации» и «замаскированные ссылочные структуры, созданные, чтобы перехватить наш органический поисковый след». Проверка на ИИ-детекторе показала 100% машинного текста — жалобы штампует не юрист, а нейросеть. Подделку выдаёт и список целей. Кроме футбола, там NBA, «Формула-1», NFL и WWE — виды спорта, к чемпионату мира отношения не имеющие. И требование нестандартное — убрать из индекса не отдельные ссылки, а домены целиком, чего DMCA в принципе не предполагает. Похоже на попытку под чужим именем и чужими руками выбить из выдачи конкурентов, что стоят выше.
3 500
13
Конституционный суд 16 июня уточнил, когда маркетплейс теряет защиту «информационного посредника» за чужой контрафакт. Переслать претензию продавцу и ждать суда теперь мало — при обоснованной жалобе площадка обязана сама приостановить продажу, иначе иммунитета лишается. Сами нормы ст. 1253.1 ГК суд оставил в силе. Маркетплейс остаётся посредником, даже если хранит товар, рекламирует его и принимает оплату, и заранее проверять каждый товар не обязан — отвечает только при наличии вины. Но вина появляется там, где площадка закрывает глаза, — при повторных нарушениях одного и того же продавца от неё ждут повышенной осмотрительности. Повод — спор «Мира хобби» с Wildberries. Издатель настольных игр нашёл на площадке контрафактные копии своей «Мафии» с его иллюстрациями и дизайном коробки, направил претензию — ответа не было. Карточки убрали лишь спустя месяцы, когда дело уже шло в суде, и именно это КС счёл запоздалым. Во взыскании 9 млн рублей суды отказали на всех инстанциях; теперь дело пересмотрят заново. Споров с маркетплейсами за три года, по данным РСПП, накопилось не меньше 150.
3 455
14
Чем больше кода в программе написал ИИ, тем меньше у неё правовой охраны — а если код целиком машинный, охраны может не остаться вовсе. К этому выводу приходит профессор права Эдвард Ли в эссе для UCLA Law Review и называет это «сжатием авторского права». Американское авторское право защищает только то, что создал человек, и Бюро по авторским правам США держится строгой линии — одни запросы к ИИ автором не делают, это «инструкции, передающие неохраняемые идеи». Чем больше кода пишет ИИ, тем уже охрана; целиком машинная программа рискует остаться без копирайта совсем. Ли считает эту линию слишком жёсткой и предлагает другой ход. Даже когда весь код написал ИИ, человек остаётся автором, если сам отобрал и выстроил содержание — архитектуру, модули, то, как программа выглядит и работает на экране. Защита тогда тонкая, только против почти дословных копий. Авторство держится, пока человек делает творческий выбор, и пропадает там, где он уходит из работы целиком — как у главы Claude Code Бориса Черни, запустившего циклы, где ИИ сам решает, что писать дальше. Если и тонкой защиты мало, Ли зовёт Конгресс ввести для ИИ-кода отдельное короткое право вне копирайта — по образцу того, как охраняют топологии микросхем. И это не только американский спор. У нас такой особый режим для топологий уже работает, и распространить похожую логику на машинный результат предлагают не первый год — дать ему право, которое защищает вложения, а не творчество. Но свежий законопроект Минцифры об ИИ пока идёт не в эту сторону — машинный результат он оставляет в обычном авторском праве.
4 167
15
Мюнхенский суд запретил Google распространять ложь, которую сочинил его собственный ИИ. Сервис AI Overviews уверенно связал двух немецких издателей с мошенничеством и «сомнительными деловыми практиками» — хотя ни в одном источнике, на который он ссылался, этого не было. Обычный поисковик в Германии почти не отвечает за чужой контент — он лишь показывает ссылки, а за сказанное на странице спрос с самого сайта. AI Overviews, по мнению суда, устроен иначе — он переписывает и оценивает найденное «своими словами и по своей структуре». Одно дело — дать ссылку на сайт, где компанию ругают. Совсем другое — от своего имени заявить, что с ней лучше не связываться. ИИ, который говорит от себя, а не пересказывает чужое, отвечает за сказанное как автор, а не посредник. Довод Google, что пользователи и сами понимают ненадёжность ИИ и обязаны всё перепроверять, суд отклонил — иначе у функции вообще нет смысла. Спрос теперь не только с Google. Любой чат-бот, который выдаёт сгенерированный ответ за готовый факт, упирается в тот же вопрос — кто виноват, когда ИИ ошибается. По майскому разбору The New York Times, AI Overviews ошибается примерно в 9% случаев, а в 56% ведёт на неверный источник — который почти никто и не открывает. Решение предварительное, и Google почти наверняка будет его оспаривать. Но логика мюнхенского суда совпадает с курсом европейского AI Act — отвечать должен тот, кто внедрил ИИ, а не сам алгоритм. Если её подхватят другие суды, индустрию ИИ-поиска ждёт полоса исков.
3 630
16
Патент без единой конкретной цифры сегодня угрожает 60% российского рынка тонких подгузников. Немецкая L&R Vertriebs требует убрать продукцию отечественных производителей с полок и маркетплейсов, ссылаясь на права, зарегистрированные в России ещё в 2018 году. Спорный патент № 224002 описывает трёхслойную конструкцию с нетканым промежуточным слоем. Но сами производители возражают — это не уникальное изобретение, а общемировой стандарт тонкого подгузника. А формулировки составлены так широко, что под них подпадает почти любой современный товар. Волокна должны распределять жидкость «в плоскостном направлении» — а какой они толщины, длины и плотности, патент умалчивает. Чем расплывчатее формула изобретения, тем шире её охват. Патент без конкретных параметров защищает не устройство, а результат — а результата можно добиться десятком разных способов. Получается монополия не на технологию, а на саму идею тонкого подгузника. Ассоциация предприятий индустрии детских товаров уже попросила Минпромторг, ФАС и Роспатент оценить ситуацию. Глава АИДТ Антонина Цицулина отметила, что «прописанные в патенте формулы и риски его толкования создают сложности для рынка». Всё решит проверка Роспатента — устоит ли патент при оценке новизны или окажется слишком широким, чтобы вообще действовать.
3 955
17
Послушали на Форуме креативных индустрий сессию с обещающим названием «Код креатива: авторское право, технологии, кадры» на ПМЭФ. Честно — по самому авторскому праву говорили мало, нового и того меньше. Половину времени заняли разговоры про кадры и регионы и презентации собственных проектов, от модного бренда до цифровых платформ. Но что было по делу — собрали. Показательнее всего, что на сессии про авторское право и технологии почти не говорили о главном живом документе — мартовском проекте Минцифры о регулировании ИИ; спикеры охотнее ссылались на зарубежный опыт, чем разбирали свой. Зато глава НФМИ Никита Данилов поделился занятной статистикой. Около половины новых загрузок в российские стриминги — уже полностью синтезированные треки, а в топ-100 «Яндекс Музыки» с января генеративной музыки примерно каждый пятый. В неделю заливается 20–70 тысяч треков, половина целиком сгенерирована в Suno и Udio; Spotify за последнее время удалил порядка 75 миллионов таких записей. Стриминг в России — это 46 млрд рублей и больше 205 тысяч занятых. Зампред РЦИС Ирина Яковлева рассказала, что из регионов пришло около 500 запросов на обучение тому, как защищать права в моде, музыке и IT, — она назвала это «голодом на знания» об интеллектуальной собственности (при 36 млн транзакций в их системе депонирования прав). Данилов еще указал на дыру в Гражданском кодексе — фотография человека охраняется, а голос и цифровой образ нет, и суды не берутся за них, пока те прямо не названы в законе; отсюда отдельный сенаторский законопроект о защите голоса, включая синтезированный. А в московской программе кредитов под залог интеллектуальных прав среди заёмщиков появились кинопроизводство и народные художественные промыслы. Грустноватый итог — сессию с правовым названием наполовину заняли промо и кадры, а самые острые вопросы остались репликами на полях. И решаются они явно не на форумных панелях.
3 736
18
Патентуйте ИИ-разработки сейчас — иначе потом придётся отбивать их в судах у тех, кто успел первым. Так глава Роспатента напутствовал бизнес на сессии ПМЭФ об интеллектуальной собственности и ИИ. Цифры для оптимизма есть — за полтора года ИИ-решения стали патентовать на 50% чаще, а законопроект о патентной охране ИТ-решений идёт ко второму чтению. Но прозвучавшая там же статистика ВОИС ставит рост в контекст — из 68 тысяч мировых ИИ-патентов за 2024 год у Китая 25 тысяч, у США 15 с лишним, у России 1,6 тысячи и шестнадцатое место. Минэкономразвития сравнило происходящее со строительством патентных стен — корпорации патентуют всё без разбора, а кто стен не строит, рискует остаться «вечным лицензиатом». Там, где западные регуляторы видят проблему патентных зарослей, наш регулятор советует запасаться кирпичами. Контрапунктом — интервью главы РЦИС, вышедшее в первый день форума. Пока государство считает патенты, правообладатели считают потери — к 2030 году авторы недосчитаются более 1 трлн рублей из-за генеративных нейросетей, по оценке исследования ВШЭ. «Генеративный мусор» вытесняет настоящие произведения из стримингов и соцсетей, а творческие профессии рискуют свестись к обслуживанию машинной генерации. Рядом — два смежных сюжета. На сессии об агентной экономике обсуждали, кто отвечает за сделку, которую заключил алгоритм, — вопрос, знакомый нам по делу Amazon против Perplexity. А Сбер отчитался о десятикратном росте атак с дипфейками — право на лицо и голос дорожает на глазах. Впереди Форум креативных индустрий 6 июня — там авторское право вынесено прямо в название сессии. Продолжение следует.
3 977
19
Конституционный кризис вокруг Бюро авторских прав США предложили закрыть одним движением — и это движение перечёркивает всё, за что боролась Шира Перлмуттер. Напомним, что Трамп уволил главу Бюро через день после её отчёта об ИИ, суд вернул её на пост, а спор о том, вправе ли президент снимать чиновницу законодательной ветви, дошёл до Верховного суда. Пока суд тянет с решением, в Конгресс внесли законопроект, обещающий «решить» кризис раз и навсегда. Решает он его обезоруживающе прямо. H.R. 6028 разрывает вековую связь Бюро с Библиотекой Конгресса и переводит его напрямую под президента: регистратора назначает Белый дом, Библиотека теряет над Бюро всякую власть. Вопрос о том, может ли президент дотянуться до Бюро, снимают тем, что отдают Бюро президенту — спорить о покушении на независимость больше не нужно, самой независимости не остаётся. Конфликт о контроле над авторским правом гасят, передав этот контроль одной из сторон. И именно той, против чьих взглядов на ИИ Перлмуттер и выступала: её отчёт, где обучение нейросетей на чужих текстах названо угрозой рынку, президентское Бюро сможет переписать как угодно. За кулисами решается не судьба одной чиновницы, а то, кто в эпоху ИИ будет отвечать на главный вопрос индустрии — можно ли учить нейросети на чужих произведениях и на каких условиях. Законопроект отвечает заранее: тот, кто сидит в Белом доме.
3 671
20
Google показал операционную систему, которую ИИ написал целиком — с одного общего промпта, без единой правки человека. Так это подаёт сама Google. Звучит как триумф автоматизации, но бьёт по самой Google. Копирайт защищает выражение, а не идею — и, по разъяснениям Бюро авторских прав США, написать промпт ещё не значит стать автором. Промпт — это заказ: «сделай мне ОС». А как именно он будет написан — архитектура, каждая строка — решает уже ИИ, додумывая всё, что человек не уточнил. Это как сказать художнику «нарисуй закат над морем» — замысел твой, но кисть и все решения его, и права на картину тоже его. Общий промпт ровно такой заказ: человек сказал что, а как — придумала машина. Пропиши Google в задании саму архитектуру и компоновку системы, авторство ещё можно было бы отстоять — но она сама подчёркивает, что инструкция была общей, а не чертежом. Чем громче компания хвалится, что «всё сделал ИИ, а человек ничего», тем убедительнее доказывает, что её продукт никому не принадлежит. Маркетинг и собственность тянут в разные стороны.
3 069