ПОСЛЕДНЕЕ СРАЖЕНИЕ ТАЙМАЗА из Губдена. Губдалан Таймас - из селения Губден (общество Акуша-Дарго). По преданию, за некое совершенное им преступление сельские старшина и кадий в наказание отрезали ему кончик носа; оскорбленный Таймас ушёл к Шамилю, позже он отомстил обидчикам. По другой версии, Таймаса наказали по приказу шамхала Тарковского. По Абдурахману, он упоминается как участник набега на с. Охли –«мухаджир из Акуши Таймаз по прозвищу «серебряный нос» (по ринопротезу из серебра). В. Потто называет его «губденовским абреком по имени Гумуш-Бурун – «серебряный нос» и пояснял, что он получил «такое заглавие потому, что собственного носа он лишился в каком-то бою». О нем как об «известном абреке Гобдане, именуемом Таймас Гумыш-Бурун» упоминал в 1858 г. в своих путевых очерках «По Кавказу» французский романист А. Дюма.
Погиб на Гунибе 25 августа 1859 г. В тот день на Гунибе почти одновременно с разных сторон показались: с южной стороны (ругуджинской) – апшеронцы, батальон самурцев и 21-й стрелковый батальон, с северной (хиндах-хоточинской) – один батальон Грузинского, один Ширванского и один Самурского полков с частями Дагестанского конно-иррегулярного полка и милиции, позже Дагестанский пехотный полк – с западной (куядинской), а остальные три батальона Ширванского полка – с восточной стороны.
Когда командир Ширванского полка с 1-м и 2-м батальонами приступил к штурму восточных завалов, здесь находилось до 40 мюридов при двух орудиях, «бывших под командой известного тогда абрека Таймаза из Губдена». Его гарнизон принял удар ширванцев и держался до тех пор, пока поднявшиеся со стороны с. Хоточ и с. Хиндах войска не ударили им в тыл.
Гарнизон Таймаза оказался в сложном положении - появление русских «со всех четырех» сторон стало для них неожиданностью, и как только русские ударили им в тыл, мюриды после короткого, но кровопролитного сражения были вынуждены покинуть свои позиции, пытаясь успеть прорваться в с. Гуниб. Но они не успели: «… не имея возможности пройти в аул, бросились в лес, откуда завязали перестрелку с поднимавшимися поодиночке батальонами Ширванского полка».
К отряду Таймаза из Губдена примкнули другие отступающие мюриды.
Отряду Таймаза, числом до двухсот человек,удалось прорваться из леса сквозь цепь 8-й роты ширванцев, когда лицом к лицу столкнулись с 1-м батальоном ширванцев, спешившим на помощь ко 2-му. Мюриды больше не пытались скрыться. Они поняли свое безвыходное положение и вступили с ширванцами в ожесточенный бой.
Инквачилав вспоминал: «Таймаз и его люди выхватили тогда кинжалы и шашки и кинулись на русских.Завязалась почти минутная, но отчаянная рукопашная схватка, в которой пали все мухаджиры без исключения и не меньшее число русских. Это был единственный жаркий, кровавый эпизод в день падения Гуниба».
О гибели Таймаза писал командир 2-го батальона ширванцев майор Штанге: «Горцы, окончательно выбитые из леса, ринулись в долину... Вся эта партия состояла из отчаянных мюридов, которыми предводительствовал беглый абрек Таймас, известный удалец, бывший прежде нукером покойного шамхала Тарковского. Таймас наткнулся на прапорщика Корганова, который убил его из револьвера (три знака отличия, данные Таймазу Шамилем и снятые с него Коргановым, находятся у меня. – прим. Штанге)».
Участник штурма Гуниба полк. В.Я. Доливо-Добровольский писал: «Они ринулись со скал на растянувшихся ширванцев, сделали по выстрелу из всего наличного оружия и пошли в рукопашную, в этой отчаянной и смертной схватке они били наших прикладами ружей, переломали их, принялись за шашки и кинжалы и погибли до последнего на штыках озлобленных солдат…».
Гаджи-Али позже напишет: «Если бы эти мюриды успели достигнуть селения, то дня три продолжалась бы осада селения Гуниб».
Илл.: Т.Горшельт, «Последнее сражение на Гунибе»
(П. Тахнаева)