Странный музей

Пришла в Музей Города после бессонной ночи и болтливого дня. Все люблю в этом месте: балкончики в залах на втором этаже, парк, в котором комары подстерегают за прекрасными беседами, мрачный стиль выставок. С порога влюбилась в перевод карты (это ещё здесь не видно мощные шпагаты).

Что я думаю по поводу замены архитектурного проекта Asymptote? (Это все наш многострадальный «центр всего» на Фуникулёре). Ничего хорошего не думаю и вслед за автором считаю все это политиканством. Как-то же Хани Рашид строил все эти годы театры, музеи и биржи, строил на земле и на воде — и тут бы справился. Но информацию о победе в конкурсе проектов он удалил из соцсетей чуть ли не весной, и все примерно тогда стало ясно. Строим очередной парусник. И три здания — разъединены. https://www.newsvl.ru/vlad/2019/09/10/183770/

У меня был период интереса к столешницам, эти сняты в Красноярске. Первая осталась на память в музейном центре после мастерской группы ЗИП, а вторая была зафиксирована в баре «Вписка» (где натурально пахнет, как на вписке по утрам, и это потрясающе)

Что ещё делает Р. Малой? Фотографирует столы студентов в художественных училищах и переводит из горизонтали в вертикаль. Ещё иногда глиной весь измажется или подерётся с большим куском масла.

Автор работы в Артэтаже — Ричард Малой. Моего кота тоже зовут Малой, из них двоих домики из картона строит Ричард.

Дорогой друг посмотрел итоговый фильм о проекте NEMOSKVA, приняв наши мучения на себя, и пересказал его примерно так: «Философский корабль покидает пределы белокаменной, чтобы нести свет. Люди, которых они встречают внутри Золотого кольца, ещё хотя бы умеют разговаривать, далее поезд неумолимо скатывается в Тюмень, где мужчина страшным голосом кричит: "Рекомендую Сибирь!". Дальше страшно, в Иркутске тьма, никакого портфолио-ревю, только бежать, в Улан-Удэ есть только бабушки, которые поют бурятские песни. Что происходит в Хабаровске, не показывают вообще. Владивосток — идеальный финал. Кроме Миллионки, нет ничего. В кадре Лёня Мелкий монотонно повторяет: "Я вообще не знаю, зачем я сюда пришёл, я не художник, я вообще всё это на помойке нахожу, вот на мне шорты с помойки, я не знаю, зачем я здесь, зачем всё это нужно"» Напомню, что в блоге NEMOSKVA так и не появилось ни одной буквы о Хабаровске и Владивостоке. (Меня поправляют: вот здесь http://nemoskva.art/research кое-что есть, но в блоге, повторюсь, пусто)

Двенадцатый по счёту дайджест выставок мы пропустим, август был не густ — и больше богат перформансами. Разве что 30-го в «Артэтаже» открывается выставка Ричарда Малоя, резидента из Новой Зеландии. Один из любимых материалов — картон, Малой строит из него жёлтые и синие серии в таком примерно духе.

Крошка опавших листьев, прилипшая к голым ягодицам — это очень красиво. Такой репортаж с концерта Дальневосточных разлучниц.

Чуть не забыла! Группа ДВР попыталась распасться нарочно, но у них не вышло — а вышло так, что в конце августа они улетают и часть спор ДВР останется за Уралом. Что это значит? Что этот концерт Разлучниц и Собачьего Кайфа в «Пространстве» в одном из заводских цехов на Варяге будет последним в том формате, который мы знали. В Пространстве очень хорошо, приходите.

На той неделе закрыла для себя историю с пельменями, поболтав с автором. Приехал из Новосибирска, работает в DNS, любит девушек, скептично относится к дальневосточному образованию и обладает здоровым чувством юмора. Поскольку это, страшно сказать, мой первый подкаст, буду рада обратной связи. https://soundcloud.com/christina-alexandrov/pelmeshki-in-residence

В июле не было таких выставок, на которые хочется бежать, чтоб волосы назад. Да и вообще бежать не хочется, на улице такой хамам. Но если у вас нет планов на выходные, то давайте посмотрим: Уже завтра закнчивается выставка Ирины Мекумяновой в Артэтаже, которая вдохновляется наскальными рисунками Якутии. Во втором зале Артэтажа — фотографы смотрят на Владивосток. В Картинной галерее — запредельной красоты куклы из Бурятии, а в зале-сейфе выставлена античная ювелирка и пускают туда только с экскурсоводом. В картинке на Партизанском — выставка хабаровских художников Надежды и Владимира Хрустовых, батик и пейзажи. В «Арке» — фотовыставка о Корее, в Союзе художников заканчивается выставка ко дню города (ей на смену придут работы Церетели и Лукки). ⠀ На Заре до конца лета — выставки о Владивостоке и его окрестностях и просто потрясающие новые резиденты приехали, сходите на их приветственные лекции в воскресенье. Евгений Бирман написал твиттер-оперу, а Ню Симакина и Женя Фомина изучают акустику пространств около воды.

А ещё можно узнать, продравшись через стену подробностей о музеефикации и регистрации юридического лица, что в августе нас ждёт «музыкальный пикник». Десять лет назад где-то там же проводился ленд-арт фестиваль «Владивостокская крепость», с которым у меня связаны самые сентиментальные воспоминания, поэтому подождём)

Из этого интервью о музее-заповеднике я узнала, например, что заместителем директора стал бывший директор океанариума: http://arseniev.org/press/12416/

На 20 человек, которые скучно шутят «а если я положу на выставке ___что-нибудь___, люди тоже примут это за искусство?» находится один человек, который отринул сомнения. Все, что вы видите на фотографии, вдумчивый посетитель выставки In Residence на «Заре» подготовил заранее, принёс с собой и разместил на тумбе рядом с одной из работ.

Выставка советского фоторепортёра Николая Назарова начинается с зала, где много про науку и научные станции, и я вспоминаю, что для меня плёночная фотография — это тру саенс-арт (не то что эта вот ваша нонешняя канитель с нейросетями и сенсорами!), а тут ещё и оборудование показывают. Фотографии распечатаны и на фотобумаге и на фомиксе, поэтому череда снимков не выглядит уныло-однородно и не бликует, как скотина. Ура музею Арсеньева, который всегда делает крутой продакшн

А это уже «Морская» на Заре, совершенно сборная солянка. В основном молодые художники, в основном Приморье. К этой работе у меня особая нежность — во-первых, можно прихвастнуть и сказать, что я застала первые опыты Виктории Шарманкиной с медиаинсталляциями, во-вторых, я смотрю на эту раковину и думаю почему-то про то, как на море суёшь голову под носик умывальника, чтобы опреснить волосы. Но вообще это раковина, которую надо слушать, там шум моря в кране.

В честь дня рождения Владивостока покажу вам несколько картинок. Постоянная экспозиция Артэтажа ну очень много говорит про город и все его травмы и надежды, перечитывать её можно как минимум раз в год. С прошлого года как влитые встали работы Петера Панёцки: дверь в мурашках (мелкие капли краски) и брайлевский текст, выложенный морским стеклом. Это очень generic art в том смысле, что в основном это искусство мимикрии, работы почти сливаются с окружением. Так и Панёцки за месяц врос в эти кривые ландшафты и наиграться не мог с намытыми бутылочными осколками

Забыла вам рассказать о том, почему vl.ru — моё любимое городское сми сейчас. Кто вам ещё так расскажет про владивостокский жэк-арт. https://www.newsvl.ru/vlad/2019/05/12/180573/

Я осталась сильно недовольна дворовой икебаной на «Заре», но в субботу они попробуют зайти поинтереснее и подключат звук. Денис Клейменов и Кирилл К. шумом клавишных и других инструментов планируют создать текстуру, которой этой выставке так не хватает. Приходите в 19:00