Кепка Фрейда

Написала лонгрид про депрессивный характер и терапевтическую стратегию работы с ним. «Человек депрессивного склада ощущает себя как бы под толщей воды. Что-то всегда незримо отделяет его от внешнего мира. Через эту толщу он смутно видит солнце, горы, леса, тени от кораблей и лодок. Но все это эфемерно и недостижимо. Он не чувствует себя принадлежащим к миру, в котором есть солнечный свет и живые люди. Даже если он ненадолго вынырнет, все равно придётся спускаться обратно, как Гарри Поттеру в подвал семейства Дурслей». «Психоаналитик Стивен Джонсон пишет, что обычно говорит своим депрессивным пациентам: «Вы действительно уже никогда не сможете получить того чувства полного удовлетворения, которого вы были лишены в детстве. Но на самом деле вы все равно можете получить гораздо больше, чем вы когда-либо получали в своей жизни». Полный текст тут: https://elizaveta-zubova.ru/depressivnyj-harakter-pochemu-mne-vse-vremya-grustno/

Девушке, которая очень боится стоматологов, снится, что она сидит в стоматологическом кресле и ей хотят удалить зуб. При этом врач, который должен делать операцию, – это режиссер Богомолов. Она сомневается, соглашаться ли на удаление. Потом набирается смелости и просит сделать наркоз. Режиссер отвечает, что наркоз отменили, и засовывает пациентке в рот ватку со спиртом. Для интерпретации этого сновидения важно знать, есть ли у пациентки показания для удаления зуба в контексте сновидения. Если удаление нужно по показаниям, то сновидение указывает на неправильный выбор специалиста. Режиссер не имеет квалификации для того, чтобы удалить зуб. Он может мастерски сыграть роль врача, но доверять ему свое здоровье нельзя. Если показаний для удаления нет, то сон показывает, что сновидица не просто выбирает для ответственной работы человека без подходящей квалификации, но и в целом дает согласие на вредное, опасное и ненужное действие в свой адрес. Сновидица смешивает навязчивый страх перед стоматологическими манипуляциями и реальную опасность довериться неспециалисту. Ей кажется, что она боится самой процедуры, и поэтому медлит, но на самом деле она понимает, что нельзя полагаться на человека, который на самом деле не имеет права носить белый халат. Такое сновидение может касаться выбора специалиста в любой сфере жизни, в том числе и терапевта, если сновидец находится в терапии. Например, сновидец может бессознательно воспринимать терапевта как заигравшегося режиссера, который пытается напрямую управлять чужой жизнью и готов причинить ощутимый вред своими непрофессиональными действиями.

Прочитала недавно у хорошего психфаковского преподавателя, что терапия эффективна только когда, когда терапевт полностью присутствует в контакте с пациентом, а не размышляет во время сессии о своих проблемах, невыплаченной ипотеке и т.д. Вообще это очень древняя святая корова. Помню, нам еще на университетских семинарах предлагали представлять большой шкаф, в который запираешь все свои не относящиеся к работе затруднения, опрыскиваешь шкаф святой водой, и тогда наконец сможешь полноценно со-присутствовать и прочая изысканная порно орфография. В целом логика понятна, но именно вот такая буквальная механистичность выхолащивает и уничтожает целый пласт бессознательных смыслов, которые как раз и составляют суть терапевтической работы. Идея о терапевте как о белом экране, на который пациент проецирует свои внутренние процессы, устарела очень давно. Не бывает полной стерильности. Даже если не двигаться, дышать поверхностно, не пить воду, не открывать форточку, личность терапевта все равно так или иначе обязательно проскользнет внутрь терапевтического пространства. Но это не беда, это преимущество. Просто нужно уметь понять, почему именно на этой встрече именно с этим пациентом терапевта вдруг так забеспокоила его ипотека. Аналитики называют эти случайные мысли «rêverie», сон наяву, и анализируют любые внезапные размышления как сновидения, связывая их с материалом пациента. Иногда это очень хорошая подсказка, подсвечивающая содержания, которые пациент не высказывает напрямую. Например, тот самый аналитик с ипотекой в голове может сказать пациенту, который сыплет восторгами по поводу новой работы: «Похоже, новые карьерные перспективы не только радуют вас, но и пугают новым уровнем ответственности». И это будет вполне себе хорошая работа с вытеснением, и даже святая вода не понадобится.

Из семинара доктора Майкла Конфорти в рамках программы Dream Patterning Certification Пациенту снится, что он приходит на работу, с которой совсем недавно уволился. Пациент понимает, что не должен там быть, но продолжает оставаться в офисе и со всеми общаться, как если бы ничего не случилось. В этом сновидении мы видим комплекс пуэра (от лат. puer – мальчик). Пациент ведет себя как ребенок, а не как взрослый, игнорируя реальность, в которой он уволился с работы и должен искать новую, чтобы себя обеспечивать, а не делать вид, что он по-прежнему работает на старой работе. Аналитик, которому принесли такое сновидение, должен прежде всего задуматься, как он сам поддерживает пуэрильное поведение пациента и не интерпретирует его оторванность от реальности, предпочитая оставаться в розовых фантазиях.

Из семинара доктора Марка Уинборна «Сновидение в анализе: ключ к многоуровневому пространству» Мы часто пытаемся привязать сновидение к тому, что уже знаем о пациенте, и очень редко ищем во снах то, чего о нем еще не знаем. У Йорама Кауфмана описан случай, когда мужчине приснилось, что он мочится в лесу на ствол дерева, и к дереву со всех сторон сбегаются муравьи. «Вы знаете, что у вас сахарный диабет? – спросил аналитик. – При диабете у мочи сладкий привкус, а муравьи сбегаются на сладкое». Мужчина сдал анализы и диагноз подтвердился. Внимательность аналитика, возможно, спасла его от гипогликемической комы. Хороший пример того, что бессознательное пациента уже знало про сахарный диабет, хотя сам пациент этого даже не предполагал.

Из семинара доктора Майкла Конфорти Dream Patterning Certification Program Анализируя сновидения, важно быть очень внимательными к проекциям, которые могут присутствовать в материале. Не всегда они очевидны. Моей пациентке приснился такой сон. Она должна уехать в отпуск. Внезапно она узнаёт: пока она будет в отпуске, ее дом собирается ограбить ее сын. Поэтому она принимает решение отменить отпуск. Я мог бы интерпретировать это сновидение как запрет на удовольствие или как проявление саботирующей детской части. Однако в истории этой пациентки есть такая особенность. Когда ее сыновья были совсем маленькими, она бросила семью и уехала в кругосветное путешествие. Она не возвращалась домой много лет. Сейчас ей за 80, у нее онкология в ремиссии, и скоро она должна пойти на очередной чекап. Сыновьям пациентки уже за 50, она старается поддерживать с ними хорошие отношения. Во сне она видит, как сын планирует ограбление ее дома, однако в реальности она сама была грабителем, укравшим детство у своих сыновей. То есть сновидение представляет собой проекцию. На самом деле то, что ее терзает, – это ее собственное глубокое чувство вины, обострившееся на фоне смертельно опасной болезни. Если воспринимать сон буквально, очень легко упустить этот важный момент.

Из супервизий Анастасии Фокиной Чтобы справляться с тяжелыми эмоциями, которые активируются не пролеченной развитийной травмой, человеку приходится задействовать очень много психических сил. Развитийная травма предполагает хроническую травматизацию: человек раз за разом повторяет свой травматический опыт, снова и снова проживая невыносимую боль. Чтобы более-менее нормально функционировать (работать, общаться и т.д.), человек вынужден удерживать весь этот накал под замком – иначе он просто повернется носом к стенке и больше не встанет. Удерживание забирает очень много психической энергии. Она становится стенками саркофага, внутри которого спрятаны раненные детские части. В итоге на жизнь у человека остается 10-15% от его психического потенциала. Это очень ограниченное функционирование, больше похожее на выживание. При этом человек может внешне выглядеть успешным: хорошо зарабатывать, делать карьеру, красиво фотографировать дом и детей для соцсетей. По мере лечения травмы жизненные силы высвобождаются. Им больше не нужно удерживать стены саркофага, потому что детские части поняты, приняты и утешены. Верный признак того, что ваша травма залечивается, – это когда становится больше сил и энергии жить свою жизнь, делать вещи, которые хочется.

Из семинаров доктора Марка Уинборна У меня был пациент, который жаловался, что не получает удовольствия от общения с людьми. Я довольно быстро понял, почему: он говорил нон-стоп, как радио, и мне стоило большого труда вклиниться в непрерывный поток его речи. Тогда я сделал такую простую интервенцию. Когда пациент в очередной раз сказал, что ему не понравился разговор с другом, я предложил ему: «Попробуйте делать паузу в вашей речи через каждые три предложения. Это поможет улучшить качество вашего общения, потому что другой человек тоже сможет что-то сказать». Вроде простая и банальная рекомендация, но на самом деле она глубже, чем кажется. С помощью этой интервенции я попробовал ввести во внутренний мир пациента образ другого человека (того, к с чем он разговаривает) и предложил дать этому другому пространство для высказывания. Когда пациент вещает как радио, это означает, что другой для него на самом деле не существует. Психика не воспринимает другого человека как отдельное существо, только как радиоприемник, который принимает чужие сигналы, но сам не обладает разумом и желанием высказаться. Это связано с тем, что у пациента слаба или отсутствует психическая структура, допускающая существование другой психики.

Из супервизий доктора Марка Уинборна Одна из разновидностей зависимой структуры личности – когда человек зависим от тех, кто зависит от него. Забота о других становится фундаментом идентичности, важной частью жизни, без которой нет ощущения наполненности, реализованности, смысла. У такой структуры может быть три характерологических варианта. 1. Человек получает искреннее удовольствие от заботы о других, даже если сам имеет развитийные дефициты. 2. Человек нейтрально относится к своей потребности заботиться, понимать, что объективно нуждается в этом. 3. Человек тяготится своими характерологическими особенностями, все время ощущает себя перегруженным и раздраженным. От варианта структуры зависит стратегия терапевтической работы. Нет смысла отрезать птице крылья и пришивать жабры. Личность, которая пытается измениться, не понимая, в чем состоит её подлинная сущность, лишь способствует развитию патологических структур (Стивен Джонсон).

Из супервизий в рамках обучающей программы «Анализ архетипических паттернов» Института Ассизи Иногда спрашивают, как работать с архетипом. На самом деле не ты работаешь с архетипом, а архетип работает с тобой. Когда человек оказывается в том или ином архетипическом поле, он бессознательно начинает разыгрывать ту или иную свойственную этому полю роль. Например, если речь идет об архетипе сироты, то аналитик может обнаружить себя тем, кто бросает пациента, или наоборот, тем, кого бросает пациент. Обнаружить это обычно можно, честно анализируя бессознательную коммуникацию, которая проявляет себя в сновидениях и нарушениях терапевтической рамки. Например, пациент, отменяющий сессию, может ощущать, как ни парадоксально, что не он бросает аналитика, а аналитик его бросает, поскольку молча соглашается с отменой.

Из семинара доктора Майкла Конфорти «Психотерапевт в сновидениях пациента» «Когда 30-летний пациент приносит сон о собственной смерти, и тем более, оценивает свою смерть во сне как что-то своевременное, правильное, то первое, о чем мы должны задуматься: такое сновидение и такое восприятие неадекватно возрасту. Человек в 30 лет не должен чувствовать себя достаточно пожившим. Обычно тяга к смерти в молодом возрасте означает сильное чувство вины – это может быть своя вина или чужая. Или сам человек сделал что-то, из-за чего считает себя недостойным жить дальше, или он чувствует себя ответственным за преступления, совершенные в предыдущих поколениях, потому что бессознательно идентифицирован с преступниками».

Из семинара доктора Хансуэли Ф. Эттера «Архетипические темы в библейских снах и легендах» «Не бывает глупых снов, бывают не очень сообразительные сновидцы, которые не сразу могут расшифровать свои сновидения. Но из этого правила есть исключение. Если человек видит слишком много сновидений с очень богатыми образами, то это скорее плохо, чем хорошо. Это означает, что человека легко затапливает бессознательным, потому что его эго – в принципе или в текущем моменте – слишком слабое или нестабильное. Нет ясной и четкой границы между сознанием и бессознательным. Богатство образов – предупреждение о том, что человек стремится от чего-то избавиться, вывести что-то из зоны осознания. Это признак инфляции эго. Бессознательное всегда полагается на реальные образы».

Из семинара доктора Майкла Конфорти в рамках программы «Голос Психе» «Сегодня большинство терапий превратилось в бесконечное задавание вопросов «Что вы чувствуете?» и «Что вы думаете?». Считается, что терапевт не должен сам делать предположения и выдвигать гипотезы. Думаю, это не имеет особого смысла. Когда пациента привозят в приемный покой без сознания, врачи не спрашивают его, что он чувствует и что думает, они диагностируют и лечат. Я считаю, что психотерапия, отказавшись ассоциироваться с медицинскими науками, ушла не в ту сторону. Понимая суть архетипических паттернов, мы довольно можем сказать, на какой стадии развития находится пациент и в какую сторону он движется. И для этого не надо задавать сто тысяч вопросов – достаточно внимательно слушать истории, которые он рассказывает. Тогда мы можем архетипически корректно откликнуться на его травму и предложить ему принципиально новый опыт взаимодействия. Как-то раз я написал имейл своему юристу, хотел проконсультироваться по важному вопросу, но случайно отправил этот имейл своей бывшей пациентке. Она вежливо ответила, что удивлена, но готова со мной встретиться и обсудить этот юридический вопрос, если он для меня так важен. Я схватился за голову и долго извинялся. В итоге через пару недель она написала мне снова и попросила возобновить нашу терапию. У нее была сложная история отношений с дочерью, которая пережила в детстве сексуальное насилие и во взрослом возрасте страдала разными психиатрическими заболеваниями, в том числе алкоголизмом. Пациентка решила отправится с дочерью в круиз, но подозревала, что это будет ужасно, поскольку алкоголь будет в свободном доступе. «Вы сами себя наказываете, – сказал я. – Вы знаете, что путешествие будет ужасным, но все равно хотите в него поехать, потому что вас мучает чувство вины. Вы не смогли защитить дочь от сексуального насилия в детстве. Теперь вы бессознательно стремитесь сделать так, чтобы вам тоже стало плохо. Все мы допускаем ошибки, вы допустили насилие в адрес дочери, потому что сами были диссоциированы и игнорировали то, что делает ваш бойфренд. Но даже если мы в моменте не осознаем, что делаем, то всё равно несем ответственность за все ошибки, которые совершаем, и наше бессознательное это знает». «Но доктор Конфорти, – ответила пациентка, – если я несу ответственность за свои ошибки, то и вы несете ответственность за то письмо, которое прислали мне вместо вашего юриста». И это, конечно, чистая правда. Аналитик, который хочет работать эффективно, должен иметь мужество заглянуть на темную сторону своей души».

Есть такой старый университетский анекдот, который рассказывают студентам-лингвистам. Встречаются русский студент и студентка-американка, которая приехала учиться по обмену. Русский студент ее спрашивает: – Как дела? Она отвечает: ли – Хорошо, вот читаю «Анну Каренину», очень интересно. – О, круто, а я такие мрачные книги не люблю, я имею в виду, что она в конце под поезд бросилась и все такое. – Что? Зачем ты мне все проспойлерил? Анекдот иллюстрирует разницу культур: любой русский человек знает, что Анна Каренина бросилась под поезд, даже если не читал роман. За последнее время я услышала сразу несколько забавных историй о супервизии у иностранных специалистов, в которых происходило серьезное недопонимание из-за разных реалий. Например, пациенту снится сон, в котором психоаналитик приглашает его на сессию на заднее сидение автомобиля. Супервизор интерпретирует события сна как инцест и злоупотребление властью, поскольку в США устойчивая ассоциация с задним сидением автомобиля – подростковый секс. Американские подростки рано садятся за руль: Америка – преимущественно малоэтажная страна, где автомобиль – основное средство передвижения. Но верной ли будет эта интерпретация для российского пациента? Спросила мужа для чистоты эксперимента, что делают на заднем сидении автомобиля. «На заднем сидении автомобиля занимаются сексом американцы», – не моргнув глазом ответил муж. Русские на заднем сидении автомобиля обычно везут крупногабаритный груз на дачу. Еще пример: пациент регулярно ходит на исповедь, и это интерпретируется супервизором как острое ощущение пациентом собственной греховности. Однако в православной традиции, в отличие от католической, люди исповедуются перед каждым причастием, и это не зависит от того, насколько греховными они себя ощущают. Это традиция, в разных приходах ее соблюдают более или менее ревниво, но в целом об этой особенности знает любой воцерковленный человек. Так что иностранные супервизоры – это прекрасно, все мы их нежно любим, но для адекватной супервизии все-таки важно знать культурный контекст или хотя бы иметь к нему любопытство. Иначе получится как в другом моем любимом анекдоте. Заходит в церковь молодая девушка без платка. На нее радостно налетает местная церковная бабушка, как, мол, в церковь и непокрытая. – Бабушка, – говорит девушка, – мне батюшка разрешил без платка, как ребенку, девочке незамужней. В следующий раз от греха подальше девушка надевает платок, но на нее снова налетает та же бабушка: – Что, уже НАБЛУДИЛА? Именно так, к сожалению, периодически выглядят интернациональные супервизии даже у хороших специалистов. Так что, уважаемые коллеги, кейсы которых разнесли заезжие гастролеры, не спешите расстраиваться. Иногда это просто трудности перевода.

Из доклада доктора Майкла Конфорти на конференции Института Ассизи Images of Eternal, Images of the Self: An Archetypal Perspective on Dreams (2024) Есть два вида эмпатии: эмпатия к тому, что пациент сообщает вам сознательно, и эмпатия к тому, что пациент транслирует бессознательно, к его скрытой динамике и процессу. Аналитик Майкл Фордхэм ввел понятие архетипического переноса. Это означает стать для пациента не тем человеком, который реально был в его жизни, а тем, который должен был быть в его жизни архетипически, но кого на самом деле не было. Когда я поступал учится в юнгианскую программу, меня, как и всех кандидатов, спросили, какой последний сон мне приснился. Я честно рассказал, что видел во сне, как трое членов комиссии обнимают меня и поздравляют с зачислением в программу. Члены комиссии улыбнулись и попросили меня выйти, чтобы посовещаться. Я немного нервничал, потому что они больше не задали вопросов, и я боялся, что был слишком нахален, так откровенно рассказав этот сон. Они позвали меня обратно в комнату и сказали, что я зачислен в программу: «Интуиция у вас хорошая, теперь нужны знания». После этого все трое по очереди меня обняли. Это типичный пример того, как во сне происходит то, чего очень хочется в реальной жизни. Мне тогда сильно не хватало мужского плеча, поэтому во сне произошло утроение – появились сразу трое мужчин. Члены комиссии всё поняли и решили меня поддержать. Это было очень трогательно.

Из семинара Дэна Шоу «Травматический нарциссизм» В сильно эмоционально заряженных точках пациент и аналитик могут обнаружить себя в состоянии взаимной диссоциации. Оба оказываются не в силах вынести напор сильного аффекта и просто перестают его чувствовать. Это может серьезно тормозить работу, потому что тонут оба сразу, и аналитик оказывается не способным соприкоснуться с материалом пациента, поскольку затоплен сам. Поэтому аналитикам важно хорошо изучать, как выглядят приметы их собственной диссоциации – нужен крепкий навык заметить и проанализировать, что именно перегрузило и почему. Тогда аналитик сможет помочь и пациенту.

Из семинара доктора Майкла Конфорти в рамках программы Dream Patterning Certification Program Одной моей пациентке приснилось, что к ней на задний двор пришел Дональд Трамп и угрожает задушить ее любимую кошку. Конечно, большой соблазн назвать этот сон пророческим и приписать ему политическое значение. Но давайте посмотрим глубже и проанализируем символы, которые есть в этом сновидении. Дональд Трамп – бывший президент США, который вновь участвует в выборах. То есть это фигура руководителя, который принимал все решения раньше, потом его срок закончился, и теперь он вновь хочет стать руководителем и принимать все решения. У этой пациентки муж был алкоголиком всю их совместную жизнь, почти 20 лет. Это существенно влияло на весь их быт. Недавно он бросил пить, стал ходить в группы анонимных алкоголиков – это было большой радостью и неожиданностью для клиентки. Но вместе с радостью пришел сильный страх, что все вернется на круги своя. Сейчас она думает попробовать забеременеть. Таким образом, сновидение показывает актуальный страх пациентки – что алкоголизм мужа снова будет контролировать ее жизнь и не даст ей растить ребенка в безопасных условиях.

А еще я очень люблю вот эту цитату из «Фрэнни и Зуи» Дж. Сэлинджера, тоже про мотивацию с опорой на значимую фигуру: «Помню, как я примерно в пятый раз шел выступать в «Умном ребенке». Я несколько раз дублировал Уолта, когда он там выступал – помнишь, когда он был в этом составе? В общем, как-то вечером, накануне передачи, я стал капризничать. Симор напомнил мне, чтобы я почистил ботинки, когда я уже выходил из дому с Уэйкером. Я взбеленился. Зрители в студии были идиоты, ведущий был идиот, заказчики были идиоты, и я сказал Симору, что черта с два я буду ради них наводить блеск на свои ботинки. Я сказал, что оттуда, где они сидят, моих ботинок все равно не видать. А он сказал, что их все равно надо почистить. Он сказал, чтобы я их почистил ради Толстой Тети. Я так и не понял, о чем он говорит, но у него было очень «симоровское» выражение на лице, так что я пошел и почистил ботинки. Он так и не сказал мне, кто такая эта Толстая Тетя, но с тех пор я чистил ботинки ради Толстой Тети каждый раз, перед каждой передачей, все годы, пока мы с тобой были дикторами, – помнишь? Думаю, что я поленился раза два, не больше. Потому что в моем воображении возник отчетливый, ужасно отчетливый образ Толстой Тети. Она у меня сидела целый день на крыльце, отмахиваясь от мух, и радио у нее орало с утра до ночи. Мне представлялось, что стоит адская жара, и, может, у нее рак, и ну, не знаю, что еще. Во всяком случае, мне было совершенно ясно, почему Симор хотел, чтобы я чистил свои ботинки перед выходом в эфир. В этом был смысл. Фрэнни стояла возле кровати. Она перестала держаться за щеку и обеими руками держала трубку. – Он и мне тоже это говорил, – сказала она в трубку. – Он мне один раз сказал, чтобы я постаралась быть позабавней ради Толстой Тети. – Она на минуту освободила одну руку и очень быстро коснулась ею своей макушки, но тут же снова взялась за трубку. - Я никогда не представляла ее на крыльце, но у нее были очень – понимаешь, – очень толстые ноги, и все в узловатых венах. У меня она сидела в жутком плетеном кресле. Но рак у нее тоже был, и радио орало целый день! И у моей все это было, точь-в-точь! – Да. Да. Да. Ладно. А теперь я хочу тебе что-то сказать, дружище. Ты слушаешь? Фрэнни кивнула, слушая с крайним нервным напряжением. – Мне все равно, где играет актер. Может, в летнем театре, может, на радио, или на телевидении, или в театре на Бродвее, черт побери, перед самыми расфуфыренными, самыми откормленными, самыми загорелыми зрителями, каких только можно вообразить. Но я открою тебе страшную тайну. Ты меня слушаешь? Все они, все до одного – это Толстая Тетя, о которой говорил Симор. И твой профессор Таппер тоже, брат. И вся его чертова куча родственников. На всем белом свете нет ни одного человека, который не был бы Симоровой Толстой Тетей. Ты этого не знала? Ты не знала этой чертовой тайны? И разве ты не знаешь – слушай же, слушай, – не знаешь, кто эта Толстая Тетя на самом деле? Эх, брат. Эх, брат. Это же сам Христос. Сам Христос, дружище».

Наверное, ни одна поп-психологическая тема не вызывает во мне так мало энтузиазма, как тема мотивации. Я еще не встретила ни одного человека, кому бы реально систематически помогали хоть какие-нибудь популярные техники самораскачивания на подвиги. Имхо, если что-то навязчиво и постоянно не хочется делать, то за этим нежеланием таких размеров ледяная глыба, что любой Титаник уйдет на дно, еще даже не врезавшись – просто ее узрев на большом расстоянии. И пока эту глыбу со всех сторон не ощупаешь, шанса на успех особо нет, – это примерно как пытаться растопить айсберг феном. Если же проблема не носит системного характера и айсберга за ней нет, то в целом вообще без разницы, какой марки фен вы возьмете – Дайсон, КПТ или шаманский бубен. Сработает примерно все. Это тот кейс, когда человек пришел на пару консультаций, решил проблему, ушел довольный и удивляется, зачем люди ходят в терапию годами, ведь все так просто. Однако есть аж целый один вебинар по мотивации, который мне понравился. Его придумала Ольга Викторовна Бермант-Полякова, израильский психотерапевт, автор и модератор ру_психолог в золотые годы. Полный конспект вебинара можно почитать по ссылке, а здесь процитирую самый интересный кусочек: «1. Вам нужно будет вспомнить, был ли у вас опыт работы в подчинении у «отца-командира». Человека, кто в служебной иерархии выше вас, но заботлив, хочет помочь, защищает, прикрывает собой – и в трудную минуту имеет моральное право сказать вам: «Не дрейфь!» Ищем авторитет (реальный это человек, киногерой или воображаемый персонаж, не суть важно). Важно схватить этот момент добровольного принятия на себя роли ведомого и то, КАК поддерживает «отец-командир», авторитетный для вас человек. 2. Вам нужно будет вспомнить, был ли у вас закадычный друг или подруга, такая, с которой прошли огонь, воду и медные трубы. Такой человек, который знает ваши тайны, с кем вы вместе пускались в рискованные или сомнительные предприятия, кто не выдаст. Ищем закадычного друга (снова, реальный это человек, киногерой или воображаемый персонаж, не суть важно). Важно схватить этот момент стопроцентного доверия и то, КАК поддерживает закадычный друг или подруга, кто знает вас как облупленного. 3. Вам нужно будет вспомнить, была ли у вас компания, аудитория, группа фанатов, то, что в литературном языке называется «любящая вас публика». Такая группа людей, которую легко представить сидящими в зале и предвкушающими встречу с вами-выступающим на сцене, или сидящими за юбилейным столом и радостно приветствующими ваше появление на празднике. Важно схватить этот момент знания, что вас ждёт тёплый приём, что вам все рады, что любое ваше слово и действие будет одобрено. 4. Вам нужно будет вспомнить, был ли у вас напарник или напарница. Человек, с которым вы вместе были командой, работающей на результат, кто умеет отставить в сторону чувства и работать на общее дело без эмоций, с кем можно устроить разбор полётов и работу над ошибками – и не бояться, что напарник встанет в позу или начнёт предъявлять обидки. Важно схватить этот момент сотрудничества двух умов, умения обоих отринуть чувства в интересах дела, трезво подойти к решению задачи как одна команда. Секрет того, чтобы всегда добиваться поставленных целей, – это знать, какая поддержка (кто из четырёх нужен сейчас) необходима в данной конкретной ситуации. Чувствовать себя, представлять поддержку именно такого плана (из четырёх возможных) и именно на этой энергии вдохновения решать задачи, которые ведут к цели. Выполняя это задание, вы можете обнаружить, что какую-то из четырёх фигур (отца-командира, закадычного друга, публики или напарника) вам было легко представить, а какую-то вымучивали из себя. Это и будет корень проблемы, что «молчит» во внутреннем мире». По-моему, гениальное изложение теории объектных отношений простыми словами. И кстати, прекрасно объясняет, почему голые техники мотивации не работают: если в психике нет опорного объекта, мотивироваться будет не обо что. Сначала придётся вырастить этот объект – интроецировать образ терапевта как поддерживающей фигуры.

Из семинара доктора Майкла Конфорти в рамках программы Dream Patterning Certification Program – Как вы считаете, можно ли сказать, что самость посылает те или иные сновидения, когда чувствует, что человек уже готов к изменениям? – Йорам Кауфман на такое всегда отвечал, что самости не важно, готов человек или нет, она просто показывает рыбов перспективу, а дальше уже сам человек решает, что с этим делать. Из семинара доктора Марка Уинборна «Сновидения как ключ к многоуровнему пространству» Есть такой профессиональный анекдот: пациенты кляйнианцев видят сны про нападение на материнскую грудь, пациенты фрейдистов – про фаллосы, пациенты юнгианских аналитиков – про древнегреческих героев и т.д. Это, конечно, шутка: на самом деле, сновидение не в курсе, к аналитику какой школы ходит сновидец – оно просто показывает кусочек бессознательного. А вот что аналитик и анализант смогут извлечь из этого сновидения – это уже вопрос техники.