words of architecture

Мало что из этого сбылось (я не говорю про архитектуру, а хотя бы из программы), но вот образование там появилось, даже международное, хоть и совсем другое. А в этом проекте хотели так: В целях развития финансового рынка труда потребуется разработка государственных стандартов образовательных программ в области финансов, а также стимулирование развития программ обучения корпоративному управлению. Необходимо дать будущим специалистам возможность получить адекватную подготовку и повышение уровня знаний. Секция Академической деревни, которую предлагается создать на территории стрелки Болотного Острова, призвана объединить в своей деятельности университет, бизнес-школу, финансовую школу и другие образовательные учреждения, которые готовят специалистов для международных финансовых рынков и занимаются международными финансовыми исследованиями. Академическая деревня станет своего рода лабораторией научно-исследовательского, финансово-правового толка. В ней найдется место для школы и даже детского сада. Предполагается, что обучение будет вестись на английском языке, а полученные дипломы - приниматься в мировом финансовом сообществе.

Умели люди мечтать в старину! Встретился проект 2010 года «Кремлин-сити» на территории от Балчуга до Стрелки. Функциональное зонирование Секция 1. Центральный Банк РФ по г.Москве Секция 2. Центр Глобальных Деловых Услуг (Centre Global Business Service (CGBS) Секция 3. Квартал Национальных Бирж Секция 4. Квартал банковских и страховых компаний «БЭНК ВИЛЛАДЖ» Секция 5. Экспоцентр Секция 6. Международный финансовый клуб «Негоциант» Секция 7. Жилой квартал Секция 8. Академическая деревня (Университет, Бизнес-школа, Финансовая школа, детский сад) Секция 9. Рекреационно-торговая зона «Репинский Парк» 9.1. Жилой комплекс «ЭОЛИС» 9.2. Комплекс резиденций 9.3. Торговый центр «Бридж Стоун» 9.4. Зона отдыха и развлечений (Сквер «Репина») 9.5. Гостиничный комплекс Транспортная инфраструктура I. Автотранспортный тоннель под Софийской набережной II. Автотранспортный тоннель под набережной Болотной пл. III. Автотранспортный тоннель под Водоотводным каналом IV. Пешеходный мост через Водоотводной канал V. Вертодром Выходы проектируемой станции метро «Кадашевская» Кольцевая ветка легкого метро

Интересное развитие темы в другой лекции — об архитектурной практике в пандемию. https://www.youtube.com/watch?v=RRBEROLbbXM

Семинар в Европейском университете, где очень подробно рассказывается об исследовании, а также о попытке перенести его на новую ситуацию — объекты лондонской олимпиады https://youtu.be/bS2s6AcVFrE

Лекция и интересное обсуждение https://www.youtube.com/watch?v=UxZq7hA4J5k

Книга выложена целиком на сайте университета: https://www.research.manchester.ac.uk/portal/files/32380397/FULL_TEXT.PDF

Читаю книгу Альбены Яневой, исследовательницы архитектурной практики из университета Манчестера (и директора Manchester Architecture Research Group — одного из самых сильных, мне кажется, исследовательских центров) — The Making of a Building. Она использует некоторые идеи из акторно-сетевой теории Латура, чтобы показать, как сооружение, в данном случае — проект расширения музея Уитни OMA, — вырастает из взаимодействий живых и неживых агентов, архитекторов, истории, регулирования, качеств зданий и пр. Часть текста посвящена этим интеракциям, а другая — процедурам, в которых они фиксируются — например, производство макетов. Там много интересного, включая и заимствование из STS (Science, Technology and Society — сфера исследований, в которой возникла теория Латура) метода внимательного наблюдения за действиями архитекторов «в естественной среде обитания». Она провела в бюро много времени, отмечая, например, такие вещи: архитекторы работают за своими столами, за общим столом, на котором стоят модели, и за которым идут совещания, а также у полок, на которых стоит собранный в OMA «архив» истории проекта (то есть, история музея, истоория здания Марселя Брейера, история неудачного проекта расширения музея Майкла Грейвса). Перемещение между этими локациями в офисе — своего рода эмбодимент взаимодействия между акторами в сети, процесса социального конструирования архитектурного проекта. Наблюдение, аналогичное расхожему «вижу как крутятся шестеренки». Среди прочего, интересно и вот что: действительно, процесс проектирования, который она описывает, очень характерен — для OMA. Во всяком случае, это одно из тех бюро, в котором он отрефлексирован и даже стал своего рода фирменным. Но, во-первых, насколько это свойственно всем архитекторам? Кажется, что да, но связь наблюдений и наблюдаемого в этом исследовании слишком сильная, чтобы ее игнорировать, как мне кажется. Во-вторых, всегда ли было так? Или это свойство определенной эпохи, в которой как раз эта включенность архитектуры во всяческие взаимодействия была заявлена как одно из важнейших ее качеств (как и в ответ было предъявлено требование освободить архитектуру от них).

Я далек от мысли, что этот эпизод что-то радикально изменит или же что он признак радикальных перемен. И все-таки, есть что-то в нем эпическое: лорд Фостер продал бóльшую часть компании частному инвестфонду. Фонд небольшой, семейный, но связанный с недвижимостью, то есть, вряд ли это форма благотворительности и меценатства. Интригует это как комментарий к архитектурной практике современности. Возможно, есть архитектурные бюро, которые работают с 19 века, или дольше, но мы их не очень знаем. Кстати, самая (предположительно) старая архитектурная практика в мире, английская Brierley Groom была основана в 1750-х. Как и я, большинство читателей этого канала слышит о них впервые (тешу себя надеждой, конечно). Из известных архитекторов первой половины 20 века никто не оставил после себя компании, которая сохраняла бы энергию основателей. Большинство прекращает существование. Некоторые превращаются в крупные бизнесы. Тут много американских примеров: SOM, Gensler, Perkins and Will — верхние строчки в списках крупнейших по размеру и оборотам проектировщиков. Есть Arup, тоже славная история и настоящее интересное. Бюро голландских классиков модернизма Broek en Bakema прекрасно себя чувствует, но, конечно, сейчас уже не то. А где бюро Гропиуса, Миса, Ле Корбюзье? Но это же нормально, что с уходом мастера компания либо исчезает, либо мутирует из мастерской — в фабрику. Интересно же вот что: в эпоху (в поколении, в группе) архитекторов-звезд быть мастером — это и был бизнес. Фостер, Гери, Заха — бренды. Или, по крайней мере, эту сделку можно так понимать. Никто не помнит ни про Генслера, ни про Уилла с Перкинсом. Но ценность компании Фостера (при сотнях прекраснейших профессионалов, которые там работают) — в его имени, харизме, творческой позиции, памятниках (уже) архитектуры. Посмотрим, что будет дальше, ведь мы должны будем увидеть момент перехода нескольких десятков архитектурных компаний, которые сделали современную архитектуру такой, какой мы ее знаем — их перехода в историю или в новые качества. https://www.archpaper.com/2021/10/foster-partners-sold-canadian-private-investment-firm/

Фильм о Якиманке https://www.youtube.com/watch?v=x90PGucfrTY

Ирина Коробьина, которая открыла там «Архитектурную галерею», в 2012 году вспоминала: - Якиманка создала ключевых персон современной культуры. Оказалось, что Центр современного искусства – это, прежде всего, люди, одержимыe идеей его продвижения. Oни всегда образуют вокруг себя поля напряжения, формирующие пространствo современного искусства, масштаб которого напрямую связан с их страстью и талантом. Это и Ирина Пиганова, и Владимир Левашов, и Марат Гельман, и Виктор Мизиано, и Олег Кулик, и Александр Понамарев, и Николай Палажченко, и многие другие. И, конечно, сам Леонид Бажанов… - Целый ряд проектов Якиманки стал зародышем многих культурных институций. Так, школа кураторов, возможно, дала толчок появлению Института современного искусства, Архитектурная галерея трансформировалась в одноименную телевизионную программу, а потом - в Центр современной архитектуры. Сегодня все наработки – и проекты, и уникальные архивные материалы, и дружба с выдающимися архитекторами современности, и опыт продвижения профессии в социум, а российской архитектуры в международное пространство - вместе со мной вошли в жизнь Государственного музея архитектуры им. Щусева. - Идея Центра, как институции, не смотря на недолгий век Якиманки, не была утопией! Она реализовалась в формате ГосЦСИ на Зоологической улице, Арсенала в Нижнем Новгороде, Башни Крон-Принц в Калининграде и др. Для меня очевидно одно – все арт-пространства, изменившие наш культурный ландшафт, государственные и частные, такие как Дом фотографии, Гараж, Винзавод, Ц:СА, Арт-Стрелка и многие другие, в известном смысле, порождены Якиманкой. Она никогда не являлась путеводной звездой, она, скорее - вирус, который заразил и вдохновил всех нас, и спровоцировал победное движение создания арт-пространств в России. https://arch-museum.livejournal.com/67055.html

Макет реконструкции зданий ЦСИ, арх. Михаил Хазанов (позднее — архитектор ГЦСИ на Зоологической). Фотография. Около 1991 года

С открытием ГЭС-2 можно вспомнить, что этот район (наверное, и благодаря ЦДХ) всегда был как-то связан с искусством. В 1990-х тут открылось целое семейство галерей современного искусства — первых в своем роде в постсоветской Москве. https://www.colta.ru/articles/art/26526-istoriya-tssi-na-yakimanke-10-dokumentov?part=1

После долгого перерыва возвращаемся с новыми материалами и новой рубрикой под названием «архивный день». Большая часть работы нашего проекта посвящена собиранию архива московских выставок, но это долгий и не всегда быстрый процесс, который редко оказывается публичным. Поэтому каждый месяц 27 числа мы будем выкладывать на сайт новый архивный материал и знакомить вас с ним. Начинаем мы, конечно, с материала, посвященного 17-й Молодежной выставке 1986 года. А именно со статьи искусствоведа и куратора Георгия Никича «Можно» из книги «Даниил Дондурей. Навстречу». Этот текст вместе с фотографиями Александра Забрина, короткими репликами и воспоминаниями дает возможность увидеть, как выставка создавалась, как были устроены отношения между участниками и внешними институтами, и понять, почему это событие сейчас вдруг для нас так важно. Следите за нашей архивной рубрикой, каждый месяц будем публиковать новые материалы! https://placeofart.ru/g-nikich-o-xvii-molodezhnoj-vystavke-statja-mozhno

(Все материалы — с сайта проекта «Место искусства»: https://t.me/mestoiskusstva)

Неожиданное: Александр Скокан был одним из дизайнеров экспозиции 17-й молодежной выставки МОСХа, которая прошла в 1986 году. (Вторым дизайнером был Иван Лубенников, больше известный публике по работам в метро — он умер буквально пару дней назад, увы). Выставка была по-своему революционной, экспозиция тоже: https://placeofart.ru/tep

Я зову всех в новый канал. Все вокруг учатся или учат, в России и за рубежом. Мне показалось, что здорово обмениваться опытом и впечатлениями. Подключайтесь! https://t.me/archobuch

Новости проекта в вк: https://vk.com/rajcentry

Подробности про состояние проекта сейчас: https://www.retail.ru/interviews/evgeniya-osipova-adg-group-trend-vremeni-vse-neobkhodimoe-dlya-komfortnoy-zhizni-dolzhno-nakhoditsya/

Тот конкурс, 2015 год: https://www.cinemarenovation.com/