sororitas

эрик боттчер: если бы мужчины могли беременеть, препараты для прерывания беременности стояли бы в автоматах повсюду. мы знаем, что это правда. я здесь как мужчина, у которого есть автономия в отношении собственного тела, право распоряжаться собственным телом, контроль над собственным телом. женщины заслуживают автономии в отношении своего тела, контроля над своим телом, права распоряжаться своим телом. и если у вас есть религиозные возражения против этого — хорошо. но не навязывайте своё мнение женщинам по всей америке. это неправильно. нам нужно как можно скорее отменить эти решения верховного суда. нужно сделать всё возможное, чтобы эти решения были отменены. а на уровне штатов нужно сделать всё возможное для защиты прав женщин, в том числе прав на собственное тело и на медицинскую помощь в сфере репродуктивного здоровья. вот почему я так горжусь тем, что поддерживаю этот законопроект здесь, в штате нью‑йорк. если мы хотим соответствовать идеалам нашей страны, женщины должны иметь равные права. а это значит — иметь контроль над собственным телом, точно так же, как его имеют все мужчины. интересно наблюдать, как феминистский дискурс кочует из текстов второй волны прямо на государственный уровень. высказывания в духе «если бы мужчины могли беременеть, препараты для прерывания беременности стояли бы в автоматах повсюду» и «аборты стали бы священным правом» широко распространены в феминистском дискурсе. чаще всего авторство приписывают глории стейнем (gloria steinem) — одной из ключевых фигур второй волны феминизма. встречаются формулировки вроде «if men could menstruate» («если бы мужчины могли менструировать») — это её известный сатирический приём, с помощью которого она показывала, как патриархат переворачивает отношение к «женским» телесным процессам: то, что стигматизируют у женщин, в мужском исполнении стало бы поводом для гордости или государственной поддержки. на базе этой логики и выросла вариация про беременность и аборты.

видеоролик медиа‑издания brut. на нём эрик боттчер выступает на пресс‑конференции в защиту репродуктивных прав женщин и против попыток ограничить доступ к медикаментозным абортам.

эрик боттче — американская политикесса и демократка. с 2022 по 2026 год он был членом городского совета нью‑йорка от 3‑го округа манхэттена. с февраля 2026 года — сенатор штата нью‑йорк от 47‑го округа. известен тем, что активно продвигает прогрессивную повестку: выступает за репродуктивные права женщин, расширение психиатрической помощи, доступное жильё, экологическую устойчивость и права «лгб...+» сообщества. в том числе он участвовал в борьбе за легализацию однополых браков в штате нью‑йорк.

 сразу говорю, что ничего субъективного и даже объективного насчёт этого мужчины я сказать не могу, так как с его деятельностью я не знакома.

женщины: думаю, вы давали интервью, где сказали, что индия — отсталая и удручающая страна. малика шерават: думаю, вам стоит получше подготовиться, потому что я говорила, что индийское общество отсталое по отношению к женщинам: мужские групповые изнасилования попадают в заголовки каждой газеты, случаются убийства во имя чести. сегодня я прочитала в газете, что, по данным юнфпа, 40% индийских женщин выходят замуж до 18 лет. я считаю, что это очень, очень отсталое положение дел для женщин, и я придерживаюсь этой точки зрения. женщина: вы сказали, что недовольны положением дел в этой стране — что оно отсталое и удручающее. малика шерават: давайте прямо сейчас включим моё интервью. прямо сейчас, давайте включим. женщина: знаете, мой вопрос вот в чём: когда вы говорите то, что, возможно, является правдой — абсолютно. когда вы приезжаете в индию и говорите, знаете, что страна отсталая, отсталая по отношению к женщинам и всё такое. мы понимаем, мы в это верим. но когда вы выступаете на международной площадке, для иностранок единственное слово, которое приходит им на ум, — это не «женщины», а «индия». и они говорят: «а, вот какая индия». они и так думают, что в индии нет зданий, там до сих пор есть животные, толпы людей, трущобы. но в индии есть образование — вот что я хочу сказать. да. малика шерават: я никогда не буду лгать. и, пожалуйста, я спрашиваю всех: что я сказала не так, если я сказала правду? я правда хочу услышать мнение каждой женщины здесь. мужчина: думаю, вы отвечаете абсолютно искренне, от сердца и с эмоциями. поэтому вам стоит немного успокоиться — этого и следовало ожидать, что бы там ни было. малика шерават: я жду, что женщины в этой стране поддержат меня. это всем известно. если мы, женщины, не будем говорить о себе, то кто это сделает? вы знаете, сколько случаев фемицида в харьяне? на 1000 мужчин приходится 700 женщин, которых убивают. и в этой стране женщин превозносят, а девочек убивают [малика шерават говорит не о реальных женщинах, а о символическом, ритуальном «превознесении» — и контраст здесь как раз в том, что оно никак не защищает живых девочек и женщин].

малика шерават, индийская актриса, преимущественно работающая в болливуде, высказывается о мужском насилии в отношении девочек и женщин в индии.

в очередной раз доказывает, что если мужчины что-то запрещают в государстве, что может навредить женщинам, то уж точно они это делают не с побуждениями защитить нас. они могут снова легализовать нечто такое карательное и ужасное, если это будет им выгодно. просто задумайтесь сколько уже Украинок страдает из-за военного насилия, как полового, так и физического, а теперь на этом хотят еще и заработать. задумайтесь, сколько вдруг с открытым и легальным доступом появится видеороликов с изнасилованиями женщин на поле боя. мужчины никогда не страдают из-за войны также сильно, как страдают женщины.

Порноиндустрию могут легализовать в Украине для пополнения бюджета. По словам депутата Ярослава Железняка, это принесёт до $25 млн в год, чего хватит примерно на 30 тыс. дронов. Законопроект уже прошёл первое чтение в Верховной раде. 🤑 The Экономист

Совсем недавно мне попадались рассуждения на основе американской, вроде, статистики, что самый "тяжёлый" для бюджета гражданин - это одинокая женщина. Подозреваю, это одинокая женщина с детьми. Подозреваю, не получающая поддержку от отца этих самых детей. То есть, справедливее было бы рассматривать эту ситуацию, как ситуацию хронического избегания мужчинами вложения в своих детей, и ситуацию, когда мужчины активно и массово перекладывают обязанность финансово обеспечивать своих детей на всё остальное общество, и мужчин, и женщин. Но как мы видим из перепоста выше - сейчас мы видим новые тренды в социальной системе - общество все чаще должно содержать мужчин, которые, в отличие от одиноких женщин, редко обременены детьми. Кхм, кхм, что же дальше, даже интересно

Растет не только доля мужчин-получателей пособий, но и продолжительность получения социальной помощи. То есть, если мужчина не смог выбраться обратно на рынок труда в течение нескольких месяцев, вероятность, что он застрянет в этой системе на годы, многократно возрастает. Ну то есть, видимо, как-то вот так выглядит знаменитая эпидемия мужского одиночества? Что это значит для женщин? Тут я настроена не оптимистично. Если не помочь женщине с ребенком, то она и ребенок будут бедными. Если не помочь одинокому мужчине, то он может стать долгосрочным получателем помощи, попасть в зависимость и криминальную среду. То есть женщину государство поддерживает прежде всего ради защиты семьи и ребёнка, а мужчину ради предотвращения социальной дезинтеграции и связанных с ней расходов, а в битве социальной справедливости с баблом обычно расклад оказывается не в пользу социальной справедливости. Более того, в ряде стран на фоне общемировой рецессии, необходимости резать социальные расходы и уменьшении рабочих рук усиливается давление на женщин с детьми - через сокращение размера и сроков выплат, через снижение возраста ребенка, при котором женщина обязана вернуться к работе и так далее. Управлять женщиной, на руках у которой ребенок, намного проще и безопаснее, чем мужчиной, который не находит себя в новом меняющемся мире. Если в эпоху практически поголовной брачности все риски низкого дохода у мужчин и все риски социально опасного поведения сглаживались в семье, теперь они стали общественной проблемой и замешаны в общий котёл других общественных проблем. Как государство будет распределять кнуты и пряники, покажет время, но пути обратно уже нет, мы стоим на пороге совсем новой социальной политики.

Когда мы говорим о получателях различного рода пособий и социальной нагрузке государства, воображение и иллюстрации из медиа обычно рисуют нам образ женщины, обвешанной детьми, часто "не титульной" нации. Несмотря на то, что это довольно манипулятивный ход, его правдивость обычно не подвергается сомнению - очевидно, что дети требуют расходов, а возможность зарабатывать, совмещая это с уходом за детьми, сильно ограничена. Общественность требует не нагружать бюджет и размножаться исключительно на свой страх и риск, развивая вокруг этой идеи хейтерский словарь - плодячка, паразиты, размноженцы и так далее. Эта логика понятна, если риск финансового краха при рождении ребенка такой очевидный - то разве не было бы разумным избегать материнства без четких гарантий? Здесь женщин, особенно многодетных, обычно начинают подозревать и в других грехах - и в намеренных попытках наживаться на налоговых отчислениях работающих граждан, и в беспорядочной и безответственной половой жизни, и в реализации собственных эгоистичных желаний и религиозных убеждений за чужой счет. Статистика подтверждает: домохозяйства типа "женщина с ребенком" имеют самый высокий риск оказаться зависимыми от внешней помощи среди вообще всех социальных групп. Но общественность упускает из вида, что самый высокий риск не равняется самым высоким расходам государства на эту группу. По недавней опубликованной шведской статистике наибольшая группа получателей пособий в связи с отсутствием работы или низкими доходами - это одинокие мужчины без детей (42% всех получателей против 15% женщин с детьми). То есть именно они создают наибольшую нагрузку на бюджет, несмотря на то, что риски бедности для группы как таковой значительно ниже - большая группа с низкими рисками генерирует большее количество получателей по сравнению с маленькой группой с высокими рисками. Это не исключительно шведский тренд, везде, где подобная статистика ведется достаточно подробно, отмечается тренд на "маскулинизацию социальной помощи". Почему мужчины работоспособного возраста, не обремененные детьми, и не имеющие повышенных социальных рисков, вообще оказываются в ситуации, когда они больше не справляются без пособий? Исследователи отмечают следующие факторы: - Отсутствие социальных и семейных связей, на которые можно опереться в сложный период. Мужчины всё чаще живут одни (без партнерши), и в их случае это означает - совсем одни. - Слабая карьерная гибкость и неспособность переориентироваться на рынке труда в процессе перехода экономики от индустриальной к постиндустриальной. Автоматизация или разрушение больших производств порождает волну мужской безработицы, при этом мужчины не готовы переходить из "сферы производства" в "сферу услуг", и часто в принципе рассматривать новые трудовые возможности, годами ожидая аналогичного места труда. - Отказ от участия в социальной жизни общества делает для мужчин невозможным получение других видов пособий, на которые они могли бы опереться в ситуации, когда доходов от работы недостаточно - родительские выплаты, поддерживающие выплаты при уходе за пожилыми родственниками. - Диспропорциональное большинство мужчин среди мигрантов. Многие мужчины вне родной страны испытывают трудности как с трудоустройством, так и с созданием семьи - не только по причинам дискриминационного характера, но и с силу собственных негибких культурных установок. - Быстрая маргинализация. Одинокие безработные мужчины намного быстрее других групп населения пополняют статистику распространения разного рода зависимостей и правонарушений. - Распространенность проблем с психическим здоровьем, ухудшающихся по мере нахождения в ситуации зависимости от государственной помощи, кризис "мужской идентичности". - Более высокая закредитованность, отсутствие накоплений, более частая аренда жилья (в то время как женщины и пары стремятся приобрести своё).

Adidas оказались в центре скандала из-за рекламной кампании своего сервиса Single Shoe, который позволяет людям с ампутациями покупать один ботинок за половину стоимости. лицом кампании стал Шалев Битон, бывший солдат IDF, потерявший левую ногу после ранения во время операции Guardian of the Walls*. правозащитники и пользователи соц. сетей критикуют Adidas за то, что компания выбрала бывшего солдата IDF лицом кампании, ориентированной на людей с ампутациями, в то время как в результате израильских атак на Газу более тысяси палестинцев потеряли конечности. по данным ВОЗ, с октября 2023 года в Газе произошло более 5.000 травматических ампутаций и более 22.000 тяжёлых травм конечностей. в последнем обращении UNICEF говорится, что в Палестине по состоянию на 3 февраля 2026 года более 11.000 детей получили травмы, изменившие их жизнь. в январе 2024 года CNN со ссылкой на Save the Children и UNICEF сообщал, что с 7 октября 2023 года в Газе в среднем более десяти детей ежедневно теряли одну или обе ноги. к декабрю 2023 года, согласно этим сообщениям, около 1.000 детей уже потеряли одну или обе ноги. ВОЗ также сообщала, что в период с сентября 2024 года по май 2026 года были обследованы 2.277 человек с ампутациями, из которых только 502 получили протезы. организация отмечает, что Газа сталкивается с серьёзной нехваткой реабилитационных услуг и вспомогательных средств. отдельно ВОЗ сообщала, что более 42.000 человек в Газе получили травмы, требующие длительной реабилитации. * Guardian of the Walls — название израильской военной операции, проводившейся в мае 2021. она началась после резкой эскалации напряжённости вокруг Иерусалима, включая события вокруг мечети Аль-Акса и выселения палестинских семей из района Шейх-Джаррах. после того, как ХАМАС и другие вооружённые группировки начали запускать ракеты, Израиль начал масштабные авиаудары по Газе. конфликт продолжался около 11 дней, в результате которого погибли сотни людей, большинство из которых — это палестинцы, включая мирных жителей и детей.

аль-обейд находится в центре серьезного гуманитарного кризиса, поскольку житель:ницы судана, спасающиеся от вооруженных сил судана и rsf, продолжают стекаться в лагеря для перемещенных лиц. город — убежище для сотен тысяч людей. число жертв продолжает расти, многие умирают из-за ударов беспилотников. сегодня более 605 000 человек ищут убежища в районе аль-обейд. в их число входят почти 39 000 детей. в регионе коллапс государственных служб и острая нехватка продовольствия, резкий рост случаев недоедания среди детей. немногим журналист:кам удалось добраться до кордофана из-за серьезных препятствий: получения визы и необходимых разрешений, опасностей на местах, ограниченного интереса международных сми и высокой стоимости мер, обеспечивающих безопасность. почти 14 миллионов человек стали перемещенными лицами, и в условиях безразличия международного сообщества ситуация продолжает ухудшаться.

Hairy legs - 17-ти минутная короткометражка авторки Андреа Дорфман про стандарты к женщинам, в особенности - стандарты красоты, и в особенности 2х - про бритье ног. Мне очень понравилось наблюдать за путем становления авторки как феминистки и ее размышлениях. Также есть доля саркастичности, перемешанной с глубокими размышлениями и мысленными доводами. Советую к просмотру. 10/10

Hairy Legs is a charming, feel-good animated short from Emmy Award–nominated filmmaker Andrea Dorfman. At 13, Dorfman’s decision not to shave her legs became a small but life-changing act of defiance, opening her eyes to the roles and rules imposed on women. Blending stop-motion puppetry with hand-painted animation, the film celebrates curiosity, creativity, and the messy, magical journey of growing up. Warm, witty, and deeply relatable, Hairy Legs invites viewers to embrace self-expression, question conformity, and discover the freedom in being yourself.

(Есть английская озвучка, субтитры и автоматические русские субтитры)

и, конечно же, мой любимый вопрос: сколько под этим постом тех самых «не таких» мужчин, которые поддерживают пострадавших, выражают ненависть к действиям растлителя и пытаются вправить мозги другим мужчинам в комментариях — тем, кто защищает растлителя и винит пострадавших? сколько их там? знаете, мне однажды сказали, что плохие мужчины — это на самом деле меньшинство, а вот «хорошие» — это те, кто, соответственно, составляет большинство. так наблюдается ли это в комментариях? какое там соотношение «не таких» и таких, которые только считают себя «не такими»?

– рабочие профессии не являются «мужскими» из‑за того, что женщины не могут выполнять эту работу. они являются мужскими из‑за того, что женщин выживают из этих профессий при помощи насилия. – женщина в висконсине работала сварщицей, когда её коллега‑мужчина убил её кувалдой, потому что она ему «не нравилась».

– рабочие профессии не являются «мужскими» из‑за того, что женщины не могут выполнять эту работу. они являются мужскими из‑за того, что женщин выживают из этих профессий при помощи насилия. – женщина в висконсине работала сварщицей, когда её коллега‑мужчина убил её кувалдой, потому что она ему «не нравилась».