Brainrot

Я люблю дождь, но не до такой степени

Им бы я дверь открыла

Я заметила, что в каждой непонятной ситуации во сне я сбегаю и выхожу куда-то именно через окно 🤷‍♀️

в ивенте наконец-то появился сатору!!! еще и с этим массивным ошейником 😈

Экстремальные бдсм игры у гою 🤣

Сенсей ему позволит все 🫪

Смущается 🤭

ВЫБОР | ЗАРИСОВКА — Ну, давай, Годжо. Хватит делать вид, что зубришь, мы же знаем, что ты всё с первого раза запоминаешь. Если бы нужно было выбирать, какую омегу предпочёл бы из группы? Сатору раздражённо потёр виски, проклиная этот дурацкий вечер. После очередной ссоры с родителями по поводу своей учёбы и будущего, он спрятался в библиотеке вуза, желая всего лишь немного тишины и покоя. Обычно его больше радовала компания друзей, болтовня и веселье, но это был не тот случай. Телефон на беззвук, Сугуру и Сёко предупреждены, и никто не трогает. Но кто ж знал, что придурки из его группы будут на отработке в библиотеке именно в эти часы. — Никакую. Не ваше дело. — Давай, богатей, открой нам свою душу. Или, у таких как ты, её нет? А может ты по альфам? Сатору гордо вскинул голову и смерил громких ублюдков фирменным взглядом. Они затихли сразу, стушевались, зная, что даже один против семерых Годжо их не просто уделает, а сотрёт в порошок. — Ну и зануда. Потом не говори, что мы не пытались приобщить тебя к группе. На эту жалкую манипуляцию Сатору лишь фыркнул. Он знал, что в этом дряном вузе для бедняков, на отшибе страны он был объектом всеобщей ненависти (за небольшим, но важным исключением). Налаживать контакт ему особо и не хотелось. Впрочем, что-то дёрнуло его за язык — может природная болтливость. А может слишком долгие размышления. — Я бы выбрал Юджи. — Че-ё? Сатору кинул взгляд пострашнее, искренне этим самым взглядом обещая тут же прикончить каждого, кто скажет хоть одно неосторожное слово. — Не, ну в плане, Итадори – пацан хороший. Но смотреть на него как на омегу... Омеги же нежные такие, их должно хотеться защищать. А Итадори- Дальше продолжать они не осмелились, а Сатору, решив, что и так зря ответил, покинул библиотеку. Не было нужды отстаивать свой выбор перед этими идиотами, они всё равно ничего бы не поняли. Это для них, слабаков, Юджи был слишком силён. Для Сатору же он был очарователен. Никогда прежде Сатору не хотелось ни о ком заботиться так, как хотелось по отношению к Юджи. Никогда раньше он не думал о том, что действительно хочет ухаживать за кем-то, добиваться, беречь, защищать. Юджи был первым, кто познакомился с ним в начале прошлого учебного года. Пока все остальные осмеливались только шептаться за спиной, говоря про деньги, семью, внешность, Юджи просто подошёл и предложил найти аудиторию вместе. Легко, без неловкого стеснения или флирта. А потом не раз втягивал в разговор, с удовольствием поддавался объятиям, похлопываниям и прочим жестам, и никогда не спрашивал ни про статус, ни про прочий бред. Сатору понял, что влюбился, когда обнаружил Юджи одного в спортивном зале. Пускай тот спал на матах, но всё равно от пола веяло холодом. Вокруг ни души, а он распластался в фигуре звезды и даже не подумал о собственной безопасности. Сатору впервые тогда не перекинул его через плечо, как обычно, дурачась, не взял за шкирку, а аккуратно поднял, стараясь не разбудить, подхватил под колени и спину, уложив голову себе на плечо и двинулся к своей машине. Юджи не проснулся, даже когда Сатору уложил его на задние сидения. В машине он включил обогреватель, использовал свою куртку вместо пледа, и стал дожидаться чужого пробуждения, читая книжку на водительском месте и изредка поглядывая на сопящего Юджи. Конечно Сатору мог отвезти его к себе, но посчитал, что это могло бы сильно испугать, да и мало ли, какие планы были у Юджи на вечер. Вес чужого тела ощущался на руках ещё долгое время. Образ Юджи, прижатого к его груди, стоял у Сатору перед глазами недели вперёд. Он был совершенно потерян, совершенно. Теперь постоянно глох при разговоре, иногда даже ощущал предательский румянец на щеках, ну и конечно ничего не мог поделать с неуёмным желанием быть чуть ближе, оберегая. Да, эти идиоты совершенно ничего не смыслили в омегах и любви. Не то что Сатору. Который только что в коридоре врезался в эту свою любовь.

УТРО | ЗАРИСОВКА Они пихаются ногами, полуголые, с полусонными глазами и зубными щётками во рту. В номере играет чей-то плейлист — они так долго сражались за право поставить именно свою музыку, что в конце концов даже не поняли, чья взяла. Побрели в ванную, когда Кугисаки забарабанила в дверь с требованием собираться и побыстрее. Если закончат с миссией ещё с утра, весь день останется на пляжный отдых. И спорить с этим никому не хотелось. Двухместный номер достался им двоим по случайности — ошибка бронирования. Кугисаки, понятное дело, заняла одиночный, а Мегуми отвоевал себе второй. Хотя Сатору с Юджи и не шибко на него претендовали, возмущались скорее из вредности, чтобы держать Мегуми в тонусе. И вот, первая совместная ночь спустя несколько лет с ночёвок в подвале. Им обоим было жарко, поэтому они распахнули настежь окно, без лишних стеснений сняли футболки и спали в трусах, к утру облепив друг друга своими конечностями. Неловкости не было — только смех, переглядки и неуместные шутки, которые были по душе каждому. Их ноги всё ещё упорно сражались, а они продолжали глядеть друг на друга, дочищая зубы уже, кажется, до самых нервов. Конечно же они поплескались друг в друга водой, а после всячески мешали друг другу одеваться. Было в этом что-то такое лёгкое, приятное и беззаботное. Не хватало только чего-то... чего-то завершающего. Юджи не стал копать вглубь этого чувства, просто потянулся к двери, чтобы в коридоре наконец присоединиться к Нобаре и Мегуми. Но Сатору его перехватил. Ненадолго, на пару секунд, быстро, суматошно прижал к двери и по-первости неуклюже клюнул губами в лоб. Словно промазал, забыл, что всё ещё выше. А может и нет, может и правда хотел оставить поцелуй на лбу, потом на щеке и вот, на краешке губ. Едва ощутимый, почти невесомый и мягкий, удивительно нежный и робкий поцелуй, заставший Юджи врасплох. Сатору вынырнул за дверь, к поджидавшим их друзьям, и Юджи тоже пришлось поторопиться. Желательно придав себе не такой осоловевший вид. Едва ли у него получилось.

Сейчас кого-то съедят! 🍆😜 Пиджик спасибо за звезды✨ #pwsketch

ГОТЫ, БАЙКЕРЫ, ПАНКИ, ОКУЛЬТИСТЫ | ЗАРИСОВКА — Чо-о-нии, — Юджи спускается по лестнице с таким грохотом, будто бежит слонопотам. Перепрыгивает через две ступени, хватается за перила, чтобы скосить угол в полёте. Чосо уже не делает замечаний, заебался. — Ну? — Я к Кугисаки, мы собрались вызывать духов, Фушигуро тоже будет. Может останемся у неё на ночь. — Мм, — кивает Чосо, открывая холодильник. В нём уже красуется разложенный по контейнерам ужин и завтрак. За юджину готовку он мог ему что-угодно простить (простил бы и без неё). — Ну, если вернёшься, я хотел предупредить, что к нам сегодня придут Юки и Годжо. Мы собирались готовиться к экзаменам. Чосо ставит один из контейнеров разогреваться в микроволновку, глядит на себя в отражении её стекла, поправляя слегка смазавшийся каял на глазах. И вдруг понимает, что не слышит ни прощания, ни хлопнувшей двери. Он оборачивается к прихожей, где Юджи стоит замерший, неловко переминаясь с ноги на ноги. — Слушай, а могу я тогда остаться? Мне же скоро поступать... я хотел послушать. А у Годжо специальность, ну, смежная. — Он на филфаке, Юджи. Ты собираешься на культурологию. — Ну! Одно из другого, правда, Чо-о, — Юджи неаккуратно спихивает с ног уже обутые кроссовки и быстро строчит кому-то смс, наверняка друзьям отписывается, что вдруг не сможет. Чосо фыркает и качает головой, впрочем настроение у него всё равно подъёмническое — скоро увидит Юки — поэтому никакого категоризма. Только лёгкий подкол. — Я думал, тебе не нравятся панки. Зардевшееся лицо отвечает красочнее слов. — Не нравятся! — Да-да, так же, как Годжо не нравятся окультисты. — Я не окультист! Ну Чо-о, — Юджи обречённо стонет, понимая, что его дразнят, и бежит обратно наверх, в комнату. Переодеваться, наверное. Чосо не может не фыркнуть. Ну ладно, он сам был таким первое время (он и сейчас такой). Надо бы ему тоже успеть переодеться к приходу гостей.

С днем пончиков

ХВОСТИК | ЗАРИСОВКА Яга говорит ему быть жёстче, но Юджи просто не понимает как. Он сам-то вчерашний выпускник, у него даже нет чувства, что он действительно старше. Нет, конечно, шрамы внутри и снаружи оставлены, былая спесь сбита, а с силой пришли тяготы, но всё равно Юджи был Юджи. Он дразнился, легко брался на слабо, отводил пол-урока на болтовню, потом спохватывался и пытался впихнуть в оставшееся время всё необходимое. Часто не рассчитывал силу, впечатывая учеников в землю и судорожно извиняясь. Прощал им обращение на ты. И особенно любил журить Сатору. — Сатору, — голос Яги раздаётся громом, и Юджи обречённо плетется на этот звук в сторону кабинета директора. Яга требовал быть суровее, но Юджи такой голос ввек не сделать. И всё же это не значит, что он совсем уж ничего не может. Нахальный ответ Сатору глушится скрипом двери, Юджи проскальзывает в кабинет, выдыхая, прежде чем мягко улыбнуться. Яга, кажется, его настрой не оценил, но Юджи на этот раз в себе уверен. — Сатору, — голубые глаза тут же устремляются куда-то в бок, в пол. Белые волосы слегка растрепались, очки съехали почти на кончик носа, на щеках появился знакомый румянец. — Яга прав. В следующий раз ты должен быть осторожнее. Сатору едва дышит, явно не ожидав присутствия своего сенсея. Он выглядит как нахохлившийся воробушек, но в скомканных извинениях слышна искренность. Невнятное, смущённое бормотание вводит Ягу в бешенство, но больше всего его злит, наверное, сам факт, что Юджи добился этого эффекта не строгостью. Директор качает головой, хмурясь пуще прежнего: — Этот обалдуй тебе ещё трижды аукнется, Итадори. — Я больше не подведу, сенсей, — тут же впротивовес отвечает Сатору, резко, твёрдо и уверенно. Поднимая горящий взгляд прежде стыдливо прячущихся глаз. Снова слышится раздражённый вздох Яги: — А я и не это имел в виду. Всё. Оба вон отсюда. Юджи ловко ликвидируется за дверь, и Сатору устремляется за ним следом, как хвостик. Тихо повторяет извинения, честно обещает не повторять прежних ошибок. А Юджи идёт чуть впереди не из-за злобы или разочарования, а пряча улыбку. Слишком уж этот хвостик, следующий за ним по пятам, очарователен. Но Яга всегда прав, поэтому вскоре Юджи узнает, что это его невинное умиление до добра их обоих не доведёт (а впрочем, это смотря с какой стороны посмотреть).

🥺🥺🥺

Ох уж этот Сатору

Задерживая касания на жалкие милисекунды, Сатору пробует сосредоточиться снова. Получается плохо — перед глазами только чужие бедра, всё ещё узкая талия, грудь. Светящиеся янтарные глаза, губы, растянувшиеся в улыбке, веснушки на коже. Сатору прикрывает глаза и окунается в воду с головой. Спойлер: это не помогает. Но вот водный бой — наоборот. Особенно когда Юджи карабкается на него, его бёдра у Сатору на плечах, они сражаются против Мегуми с Нобарой, и ощутимый, приятный вес Юджи давит на Сатору сверху. Его бёдра так близко, и Сатору держит их, оправдываясь игрой, и момент этот растянут в его голове на века. Он не уверен, что спустит Юджи с себя так просто. Во всех чертовых смыслах этой дурацкой фразы. (В конце концов, у них ещё три ночи в одном номере на двоих. И Сатору может быть обворожительным в ухаживаниях. Ну, он в это верит).

СОЛНЕЧНЫЙ УДАР | ЗАРИСОВКА Сатору говорит себе, что он заслужил этот отдых, а Иджичи говорит ему, что его ждут на собрании кланов. Сатору говорит себе, что он может позволить себе хотя бы парочку дней на море этим летом, но проклятия говорят ему невразумительное "уэаоэээ". Сатору говорит себе, что вот ещё немножечко, и он точно свалит к чертям подальше в заоблачный ретрит, а после начинает разговарить с отчётами на пятые сутки их написания. Примерно в таком состоянии выпускники его и находят. Он ни бе, ни ме, мозг всмятку, тело всухомятку и всё в этом духе. Юджи с трагическим выражением лица поднимает его руку, свисающую с подлокотника кресла и пытается нащупать пульс. — Это ни в какие ворота, Годжо-сенсей. Вам нужен отпуск. От-пуск. — Да, — решительно выдыхает Сатору и переносит их всех на Хоккайдо. Разом. В моменте. Отдаёт кредитку Нобаре и требует организовать что-то как-то. Желательно по лучшему разряду. Уже через пару минут их заселяют в люкс-номер, Сатору с Юджи неожиданно достаётся один на двоих. Для молодожёнов. "Другие кончились" — самодовольно пожимает плечами Кугисаки и так и не возвращает ему карточку. Сатору решает, что это малая плата за такую посильную помощь. День становится лучше в разы. Его телефон перенаправляется в руки Мегуми, который берёт на себя ношу поддерживать контакт с Иджичи и кланами, и Сатору наконец чувствует облегчение. Юджи вытряхивает его их костюма, почти что сам переодевает в купленные Нобарой пляжные шмотки и тянет на пляж. Сатору повинуется бесприкословно. Разве что в воду не заходит. Не так сразу. Ему нужно полежать, подышать, может даже немножко поспать. Солнце так тепло обнимает его, как Юджи, песок под ним мягкий, как постель, и глаза закрываются сами собой. И открываются только тогда, когда на нос ему падают пару солёных капель. Сатору не нужно распахивать глаза, чтобы знать, кто над ним стоит, но он это делает, и не жалеет ни разу. Его взгляд скользит с самого низа — с оголённых щиколоток с прилипшим к ним россыпью песком по накаченным икрам, не таким массивным, как у велосипедистов, но всё равно упругим и мощным. К бёдрам. Его взгляд поднимается к голым бёдрам и там и застывает. Струйки воды ещё текут по этим ногам, мышцы выделяются, но не выглядят сухо. Кожа словно сияет золотом, выглядит мягкой и нежной. Сатору старается не поднимать взгляд выше, туда, где предательски задираются шорты, неплотно прилегая, раскрывая участки кожи, обычно скрытые от чужих глаз. Сатору не знает, что сказать себе, как убедить себя не хватать прямо сейчас варварским способом Юджи за ляжки. Но ему хочется, хочется до безумия. Хочется положить руку, сжать, провести ладонью вверх, нырнуть под ткань и проскользить дальше, чтобы чужая кожа покрылась мурашками, а на лице проступил румянец. И что ж, Сатору всё же поднимает взгляд выше. Он ожидает, что это вобьёт в него благоразумие — он увидит взгляд Юджи и устыдится собственных желаний или, по крайней мере, притормозит, чтобы действовать со скоростью джентельмена, а не придурка. Но вместо лица первым делом он видит чужую значительно выступающую грудь. Майка, натянутая явно на мокрое тело, облепила его кусками, но, конечно же, плотно прилегла к груди. Так, что очертания сосков были не просто выразительны, те словно были совсем не прикрыты. Сатору выдыхает — нервно, резко, быстро, пользуется проклятой энергией, чтобы угомонить кое-что в собственных шортах. Да, это нечестно, но с другой стороны, а с кем он тут соревнуется в честности? Просто хочет быть обворожительным, а не извращённым. — Если продолжишь так валяться, словишь солнечный удар, Годжо-сан, — голос Юджи стал более низким в сравнении с первым курсом, но остался всё так же звонок. — Пойдём искупаемся. Идё-ём. А после будет ещё чудеснее спаться, клянусь. Юджи тянет к нему руку, и Сатору налегает на неё со всей силой, чтобы подняться, но Юджи даже не накреняется — давно стал равен ему по силе.

Ура-ура-ура! Я наконец-то добралась до айпада🙂 Пляжный Ю, стоит прямо перед Сатору и ему открывается чудесный вид 😜 У Сатору одна мысль: Осеменить🍆 #pwsketch

ОСОБЕННЫЙ | ЗАРИСОВКА Сатору всегда был особенным — сколько себя помнил. Он был особенным ещё даже до того, как родился. До него у матери было два выкидыша, и когда критическая отметка, которую не смогли пройти другие плоды, была им преодолена, она уже знала, что этот будущий малыш — её путь к свободе. Люди говорят, что младенцы ничего не помнят, но Сатору помнил её лицо, склонившееся над ним. Такое нежное, красивое, как у него, с яркими голубыми глазами. Тогда он видел её в первый и последний раз. Она сбежала от клана, хотя скорее клан отпустил её, как только она исполнила долг. Она убежала далеко, но всё равно любила его. Сатору знал это, получая открытки из разных городов, с короткой подписью и обязательной драгоценностью в подарок. Тонкую, выглядящую женской цепочку, подаренную ему на шестнадцатилетие, он не снимал с того дня рождения ни разу. Он был особенным и для отца — тот хвалился им, гордился и бесконечно баловал. Если в обычных семьях ребёнок шёл за отцом, в клане Годжо всё было наоборот. Слуги, члены клана, всё магическое сообщество, все считали Сатору особенным. Так было всегда. В колледже он стал особенным для Сугуру и Сёко. Центром притяжения, ярким ориентиром, ну или дураком с невероятной силой. Он стал особенным и для Яги, как шкодливый племянник или беспризорный сорванец. Сатору привык быть особенным, как привык дышать. Менялись года, проходили люди и наоборот, но одно было неизменным — Сатору был особенным. Он не оказался таковым лишь для одного человека. Клеймённый мучительной ролью наставника, обласканный "улыбкой для всех" и привычными объятиями, он оказался выкинутым за пределы чужой орбиты. Юджи приветствовал его, как приветствовал других, общался с ним, как с другими, восторженно слушал — не его одного. Юджи словно был главным героем какого-то романа, сместив Сатору с места, которое он по праву считал своим, но смутило его совсем не это. Болезненным было то, что Сатору в этом произведении был безответно влюбленным. Фонящим на заднем плане сгустком ненужной любви, такой неудобной, что упоминать о ней было бы неуместно в этом жанре. Он чувствовал себя не просто "не особенным". Он чувствовал себя отчуждённым, отрезанным от самого дорогого. Сатору мог лишь наблюдать, оберегать, растерянно ловить каждое касание и смятённо, с неспокойным сердцем замирать от каждой улыбки, к нему обращённой. Замирать на доли секунды, даже меньше — никто не замечал, кроме него самого, каким же влюблённым он был. Он мог так мало, будто был самым слабым во всей вселенной, а никак не сильнейшим: Сидя на заднем сидении, после незамысловатой беседы откинувшись к окну, случайно коснуться чужой руки мизинцем. Замереть, не дыша. Закрыть глаза под повязкой. Помолиться о том, чтобы это мгновение растянулось, и больше ни о чём не думать и ничего не знать. С тех пор, как он встретил Юджи, особенным Сатору себя больше не ощущал. Но в нём нашёл особенного для себя. Настолько особенного, что и умереть за него не жаль.

А вот и парочка артов из ГоЮ Зина 🙇‍♀️ Конкретной концепции не было, я лишь хотела попробовать показать, как Сатору и Юджи осознают: «Ах, это человек, с которым я хочу иметь общее будущее, несмотря ни на что»🥹 Спасибо всем, кто дарит любовь этому прекрасному зину💙🧡🥰