Крепость Инквизитора

Дева, мать, старуха... сестра?! о дружбе мужчин и женщин Если честно, пока я не обрёл под ногами твёрдую почву личных ценностей, многое в нашем мире меня отталкивало. Например, я презирал животную чувственность в себе и окружающих. Одна из первых с ней встреч произошла лет в 11. Друзья детства, с которыми ещё недавно мы не думали ни о чём, кроме битв с крапивой и фэнтези-карточек, встретили меня летом в парке и рассказали, что недавно проиграли девочкам в футбол. «Как?!» — изумился я. Мы никогда не проигрывали в футбол девочкам. «Мы играли под дождём, насквозь мокрые, — заявили они, странно ухмыляясь, — и поэтому постоянно отвлекались...» «На что?» — не понял я. И тогда они одновременно загоготали: «Си-и-иськи!» В школе я с изумлением наблюдал, как в раннем подростковом возрасте мои одноклассники откровенно домогаются девочек, а в позднем — сходятся и расстаются с девушками за неделю. Мне претила идея власти гормонов и звериных позывов над моим высокоорганизованным сознанием. Я проповедовал господство разума и воли. Издевался над тверком, воевал с «инстинктами», пытался защищать девочек от пошлых шуток и приставаний. Приземлённость окружающей сексуальности и романтики пугала. Но больше всего пугали две вещи: во-первых, всё это воздействовало и на меня — как бы ни боролся, я тоже в тайне пускал ментальные слюни на цветущую женственность; во-вторых, я испытывал отвращение к неуважению девушками самих себя. Я не понимал, почему они с такой охотой вовлекаются в пубертатную игру, где им отводится вульгарная роль кусков мяса. Одним словом, повальная, липкая и сальная профанация любви шокировала мою незрелую психику... Время шло. Одноклассники повзрослели, а я подостыл. Остались только лёгкое пренебрежение к вездесущей похабности и некий пробел на том самом месте, где должен был родиться мой личный противовес. Тогда — на протяжении старших классов и первых курсов универа — я и нашёл её... Любовь. Нет, совсем не то, о чём пелось в песнях и мелодрамах. Как раз эта «любовь» — переоценённая рыночная романтика популярной культуры — потеряла свой блеск. Утратила самое своё имя. Что-то непостижимо более высокое и чистое, что-то святое и могучее безвозвратно отняло, вернуло себе по праву эту эмблему — Любовь. Жалкая сила разума моего отрочества, плотская эротика сверстников, рыночные чувства современников — всё содрогнулось и проиграло, всё преклонилось, трепеща, перед настоящей небесной любовью. Даже редких, едва пробившихся её лучей — всего, что было и остаётся доступно моей обмирщённой душе, — даже этого хватило, чтобы осветить моё сердце и показать, к какому солнцу я должен приспособить слабое зрение в течение своего земного срока.

В новом выпуске авторского подкаста Антон Шугалей ответил на излюбленный вопрос межполовых войн: «Возможна ли дружба между мужчиной и женщиной?» В моей жизни этот вопрос обсуждался столько раз, что пора бы ему отметиться и в Крепости. Существует небольшая группа расположенных друг к другу леди и джентльменов, которая называется Ordo Suscitantium Undas [Орден Вздымающих Волны]. Я уже публиковал здесь закрытые материалы оттуда, например послание «О мужчинах». В Ордене мужчины дружат с женщинами и называют друг друга братьями и сёстрами. 8 марта 2025 года в поздравлении я решил рассказать, как появилось и что означает обращение «сестра». Именно этот текст с небольшими изменениями приводится ниже. Предлагаю вам поучаствовать в опросе, а потом переходить к посту. Приятного чтения!

Уже в тебе незрячий предок Сумеет разглядеть гигант И спросит сына: что за небо Способен удержать Атлант?..

Итак, мы вернулись к началу. Помните, я просил вас подержать в голове некоторые странности в истории об Атланте? Мы прошли долгий путь и снова оказались здесь. Так что за небо способен удержать Атлант? В V веке до н. э. Гераклит произнёс об Атланте неожиданные слова: «А был он мудрым человеком и первым разведал то, что касается науки о звёздах, предсказывая бури, и перемены ветров, и восход звёзд, и закаты…» Вот оно. Небо Атланта — это божественная мудрость. Небесной осью он прошивает её центр — первый мудрец, первый учёный, первый искатель. Этот смысл в свою работу в XVI веке вложил фламандский картограф Герард Меркатор, назвав её Атласом. В конце своего героического пути за божественностью Геракл по совету Прометея пришёл к Атланту учиться. Титан передал ему свои знания, но для Геракла ноша оказалась неподъёмной. Из сада Атланта он получил золотые плоды бессмертия, но воспользоваться ими не смог. Хотя древняя Греция давно осталась на страницах книг и в пыльных руинах истории, однако — верите ли? — Атлант и по сей день держит небо. И всякий, кто нашёл свой путь, как патриарх Иаков, что узрел лестницу к небу во сне, становится не просто тайной, но — в духовном смысле — Атлантом, который в сонме себе подобных держит небосвод Истины над земными путями искателей. И приходит Геракл. И Атлант улыбается. И всё начинается вновь…

Так и жизнь Человека, её «краткий срок», в текущей строфе сравнивается с «тихим слогом» в ураганах вечности Логоса. Это уже иной мотив для представления о непостижимой природе вечности. Десятью речениями Бог сотворил мир в библейской книге Бытия; с преходящим творением связаны именно слова и слоги, тогда как трансцендентная вечность — это непрерывная потенция Логоса как такового.

Поток ответов бесконечен — Существен правильный вопрос. Ведь ключник без замка беспечен, Самсон бессилен без волос.

✨Поток ответов бесконечен — существен правильный вопрос. Итак, безначальное, вечное Слово одной из бесчисленных своих граней как бы символизирует правильный вопрос. Какой вопрос мог бы лежать в основе всего сущего? Достаточно? Хорошо весьма? Любимо? Быть? Для нас важно то, что ответов, как и слогов в нашем языке, бесконечно много — и далеко не все они приближают нас к Истине. Поэтому познание ради познания, без правильно поставленного вопроса, подобно поведению человека из одной буддийской сутры: его ранили отравленной стрелой, и он начал искать ответы — Кто выпустил стрелу? С какой целью? Почему она отравлена? Как действует яд? — хотя, очевидно, за то стремительно утекающее время, что ему осталось, лишь один вопрос может быть верным… Как спастись? ✨Ведь ключник без замка беспечен, Самсон бессилен без волос. Аллегорический ряд продолжается. Теперь человек со множеством пустых ответов и знаний сравнивается с ключником, который даже не знает, где и какой замок должно отпереть. Библейский силач Самсон был грозой филистимлян, угнетавших израильский народ. Самсон был непобедим, пока служил Богу в роли назорея — особо благочестивого аскетического праведника. Одним из обетов назореев был отказ от остригания волос — это символизировало преданность Богу. Однако красавица-филистимлянка Далила соблазнила Самсона, узнала секрет его силы и остригла его, пока тот был в страстном томлении. Так праведник проиграл своей плоти и лишился силы. Враги пленили и ослепили Самсона. Ключом к силе Самсона были его волосы, замком — обет преданности Богу, которую он утратил, соблазнившись Далилой. Тогда он, сначала ослепнув духовно, был ослеплён и физически.

С рожденья каждый предназначен Соединить замок с ключом — За неимением тем паче Десятка жизней за плечом.

Логический итог предшествующих рассуждений. Карьера, деньги, путешествия, учёность, семья, добродетель, саморазвитие, — ничто не имеет смысла, пока лишено высшей цели, своего замка. Ключ и замок в какой-то мере также синонимичны буддийской паре метода и мудрости.

Не спи, искатель, — зелья тайны Уста твои пусть отопьют. Мои вопросы неслучайны — Замок заветный отопрут.

Тайной по сути является каждый поставленный выше вопрос. Дело в том, что рационального их изучения недостаточно, — за видимым пологом слов и символов скрыто нечто большее, не доступное разуму. Духовное обучение только начинается с рационального знания, равно как и поиск ответа начинается с постановки вопроса, но поскольку дальнейший опыт разуму недоступен — искатель вынужден соприкоснуться с тайной напрямую, «испить её зелье», перейти от информации и понимания — к опыту и переживанию. Это и будет «отпиранием замка».

Прошедши узкою тропою, Ты тайной обернёшься сам — Для поколений за тобою, Что путь отыщут к небесам!

«Входите узкими вратами, ибо широки врата и просторен путь, ведущий в гибель, и многие идут им. Ибо узки врата и тесен путь, ведущий в жизнь, и немногие находят его». (Мф. 7:13–14) Путь искателя почти всегда безлюден и одиночен. Как говорил суфийский шейх Джунайд из Багдада: «Никому не удастся достичь ранга Истины, пока тысяча искренних во всех прочих отношениях людей не засвидетельствуют, что он — еретик». Когда правильный вопрос и ответы на него найдены, врата открыты и путь пройден, — уже сам нашедший становится для потомков, таких же искателей, тайной. Уже его жизнь становится рационально неисследимой, как и судьбы Орфея, Одина, Руми, Сюй-Юня и Христа. Такой мистический путь может быть основой лишь для мифа, поэзии, религии — но никак не для науки и ума.

А приведённое двустишие отсылает к необычайной дружбе Руми с дервишем Шамсуддином Тебризи [Шамсом, если коротко]. Для поэта Шамс был любимым другом, родственной душой и наставником в одном лице. Однажды дервиш исчез — возможно, погиб. После этого Руми стал подписывать многие свои произведения именем Шамс, пока и вовсе не назвал целый сборник «Диваном Шамса Тебризского». Знаете почему? Как уверял сам Руми, после смерти Шамс слился с личностью поэта и поселился в его сердце, вдохновляя на творчество. Так Джалаладдин Руми продолжил жить и за себя, и за своего соулмейта — «разделил с ним земную долю». ✨И как исполнил Божью Волю Иисуса клич «...савахфани»? Это двустишие одно из самых сложных по глубине. Речь идёт о словах, что стали предсмертным воплем Иисуса Христа на кресте: «Элои́! Элои́! ламма́ савахфани́?» [Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? (Мк. 15:34)]. Один из самых противоречивых эпизодов евангельской истории: почему Сын Божий и Сам же Бог во плоти на кресте издаёт столь душераздирающий крик и как вообще способен Бог впасть в отчаяние? Разве уже один только этот библейский стих не подрывает всю логику новозаветного повествования? Так как же клич богооставленности последних минут распятия Бога воплощённого исполняет Его же, Бога, Волю — как они согласуются? Конечно, фраза эта не так проста и является первым стихом 21-го псалма, который Иисус вспоминает перед смертью. Псалом начинается с отчаяния и мольбы, но заканчивается торжеством правды и славословием Богу. Вполне возможно, так Христос невзначай «заспойлерил» фанатам хорошую концовку. Однако на мой взгляд, этим глубина последних слов Христа не исчерпывается. Есть здесь что-то ещё… Быть может, нечто, о чём писал в XVI веке святой Иоанн Креста. И об этом я однажды ещё расскажу поподробнее.

Среди искателей не назван Ещё такой, что всё постиг. Но Бледный Всадник безотказно В час смертный каждого настиг.

Наконец-то можно комментировать коротко. Все мы смертны. Точка. За короткий земной срок обрести все знания не выйдет. Приходится выбирать, расставлять приоритеты, ориентироваться на местности. С этой строфы начинается откровенное осмысление времени в контексте с жизнью, познанием и поиском.

Отмерил вечный Акарана Земному праху краткий срок. Эонов смена ураганна, Жизнь человека — тихий слог.

✨Отмерил вечный Акарана земному праху краткий срок. Зерван Акарана — буквально «Вечное Время» — в одной из ветвей зороастризма символизировал верховное начало, первопричину бытия. Культ этого космического трансцендентного божества можно считать одной из ближайших к монотеизму древних традиций, а если учесть и то, что точное временное происхождение Зервана установить невозможно, — этот бог вполне может иметь дозороастрийские корни, то есть относиться к периоду более раннему, чем VII век до н. э. Это означает, что Зерван Акарана может быть ровесником или «младшим братом» Иеговы [да простят меня за эту транскрипцию Сущего ревнители тетраграмматона]. Именно противопоставление трансцендентной олицетворённой вечности и имманентного материального времени явилось основой приведённого двустишия. ✨Эонов смена ураганна, жизнь человека — тихий слог. Развитие темы времени и вечности продолжается. До этих строф их темпоральная пара была замаскирована, как бы пряталась за архетипическими сюжетами, хотя бы и переплетаясь в таких, например, образах: «земная доля» и «Божья Воля» в строфе о Христе и Руми [здесь можно проследить ещё и сопоставление земной свободы воли и небесной предопределённости, или детерминизма, которые, на мой взгляд, вопреки типичным разногласиям «дихотомистов», существуют одновременно и отражают порядок двух разных планов бытия]; уже упомянутые вечные или пожизненные наказания и покаяния Орфея, Одина, Прометея, Атланта, Агасфера; хуатоу и пустота. Последняя темпоральная пара неочевидна, но что такое хуатоу — если не комбинация бессмысленных слогов, стремящихся за пределы осмысленности. Концептуальный парадокс, стремящийся к саморазрушению концепций. Словом, хуатоу — это краткий слог, эхом звенящий над пустотой.

✨Кого узрел в чертах природы певец Эллады Гёльдерлин? Миннезингер лесов и рек, вечно тоскующий и чужой для людей. Дубам он однажды сказал: «И не прикуй к общей жизни меня моё сердце, я бы охотно остался и жил бы как свой среди вас!» Фридрих Гёльдерлин писал более двух сотен лет назад в Германии. Всю жизнь его мучили одиночество, тяга к небу, ностальгия по богам прекрасной Эллады — от которых его отделяло больше тысячи лет, но «на руках у которых он рос», — и любовь, которую никто не мог понять. Чуть только отцвела его юность, он сошёл с ума и его поселили в башне, где он и прожил почти всю жизнь, видя из окна лишь то, как проносятся времена года и годы самой его жизни, угасающей в воспоминаниях и невыразимой тоске. Я не знал Гёльдерлина, ибо история распорядилась так, чтобы мы родились в разное время, но я очень люблю его. Даже в переводе его стихотворения тянут струны души, о которых порою не знал даже я сам. Иногда думаю, я многое отдал бы только за то, чтобы получить возможность хотя бы раз прийти к его башне, чтобы он увидел меня и по взгляду понял, что песня его жизни услышана. И что он больше не один.

Кто отверзал уста Сюй-Юня В неумолимом хуатоу? Кого увидел Нагарджуна, Взглянув бесстрашно в пустоту?

✨Кто отверзал уста Сюй-Юня в неумолимом хуатоу? Сюй-Юнь — великий мастер духовных практик, учивший в традиции чань-буддизма в Китае, достигший просветления в 56 лет и покинувший мир в 1959 году, когда ему было уже за сто. Иероглифы имени Сюй-Юня дословно означают «облако пустоты». При жизни он совершал многие чудеса и был истинным виртуозом в медитации. Особое внимание Сюй-Юнь уделял практике хуатоу, название которой можно перевести как «начало мысли». Её суть в том, чтобы регулярно раз за разом повторять некую выбранную фразу, размышление над смыслом и природой которой способно вывести искателя за пределы концептуального мышления — в промежуток между мыслями, пространство сознания чистого света, непосредственное осознавание. Популярный пример такой фразы: «Кто повторяет имя Будды?» Западный читатель может упростить её: «Кто это говорит?» Сюй-Юнь учил, что одной лишь практики хуатоу уже достаточно, чтобы достичь просветления. ✨Кого увидел Нагарджуна, взглянув бесстрашно в пустоту? И снова неслучайное соседство — сразу после «Облака Пустоты» следует её принц. Таков Арья Нагарджуна, один из 84 махасиддх [древние буддийские святые — обладатели сверхспособностей], живший во II–III веках нашей эры. Нагарджуна — основатель знаменитой буддийской школы пустоты, Мадхъямаки. Ему принадлежит революционная идея о пустотности всех дхарм [элементарных, неделимых «кирпичиков» бытия, чем-то сравнимых с монадами Лейбница]. Если до Нагарджуны буддисты всего лишь нагло утверждали, что весь мир иллюзорен и только сознание реально, то после они набрались смелости заявить, что иллюзорна и реальность сознания, ибо дхармы бессущностны и не обладают ни реальностью, ни нереальностью. Вряд ли это получится понять без погружения, но я вынужден признаться, что если вы погрузитесь — едва ли вы сможете это оспорить.

С кем разделил земную долю Хранитель Истины Руми? И как исполнил Божью Волю Иисуса клич «...савахфани»?

✨С кем разделил земную долю хранитель Истины Руми? Джалаладдин Руми — великий суфийский поэт, мистик и богослов XIII века. Его бессмертному гению принадлежат, например, следующие строки: О люди всех эпох и мест, что о себе скажу я вам? Моя религия — не Крест, не Иудейство, не Ислам. Я все стихии перерос, я вышел из-под власти звёзд, Юг, север, запад и восток — не для меня, не здесь мой Храм! <…> Не страшен мне горящий ад, не жажду райских я наград, Я узы крови развязал — и я не сын тебе, Адам!

✨Как нитью тонкой, словно леска, связал Геракла Назорей? Одна из самых туманных строчек, да? Что ж, пусть туманным будет и объяснение. Это задача со звёздочкой для любителей сравнительной мифологии и религиоведения. Ключом может быть несколько вопросов. Что общего у Геракла и Христа? Если бы вся человеческая мифология — её сюжеты, вариации и развитие — оказалась бы проекцией некой единой магистральной метаистории на весь путь человечества, то есть если бы мы могли свободно дополнять и интерпретировать одни архетипические истории через другие, то что история Христа означала бы для Геркулесовой? Чтобы это не звучало столь шизофренично, я напомню: новозаветное богословие буквально прошито античной философией, а последняя в свою очередь восходит к греческим мифам.

А какова природа света, Что нёс упадший Люцифер? И тайну каковых заветов Познал несчастный Агасфер?

✨А какова природа света, что нёс упадший Люцифер? Этот дерзкий вопрос может навести на более глубокое размышление о мотивации и происхождении «Светоносного» [лат. Lucifer]. Примечательно, что в Библии никакого Люцифера нет — только какая-то загадочная «утренняя звезда». Так, к слову, римляне называли Венеру. Мне кажется, что сама постановка вопроса открывает поразительную почву для интеллектуального возделывания. Как в контексте с Богом, «Который обитает в неприступном свете» (I Тим. 6:16), светоносным может быть назван кто-то ещё, какой-то жалкий ангел?.. ✨И тайну каковых заветов познал несчастный Агасфер? Вечный жид [Агасфер, или Картафил] не зря соседствует с дьяволом. По преданию он был проклят за то, что проявил чёрствость ко Христу, когда Спаситель на пути к Голгофе прислонился к стене дома, в котором Агасфер жил. За безучастие к скитаниям Христа Бог обрёк на скитания и самого Агасфера. Только на скитания вечные. Агасфер не может умереть и должен странствовать и быть гонимым до второго пришествия Христа. За целые века вечный жид набрался мудрости и в литературе прославлен как персонаж далеко не всегда отрицательный, а зачастую — могущественный и всевидящий. В «Мельмоте» Чарльза Метьюрина он обладает сверхъестественными способностями. В очаровательном романе «Монах» Мэтью Льюиса Агасфер описан как трагичный мудрец: «Бросаюсь в океан — и волны с отвращением выносят меня на берег; устремляюсь в огонь — и пламя отклоняется от меня». А в извращённой готике «Эликсиров сатаны» Гофмана [Думали, он только щелкунчиков горазд писать?] архетип вечного жида приобретает ярко выраженный элемент покаяния. Напоследок предлагаю посмаковать волшебную деталь, подозрительно регулярно воспроизводимую в самых разных сюжетах: груз вечного бремени. Атлант обречён вечно держать небосвод, Прометею вечно выклёвывают печень, а наш Агасфер должен вечно скитаться. Если же добавить к этому ещё и сюжеты добровольного, покаянного, «наказания», которое герои историй покорно влачат до самой смерти, то к ним присоединится и Орфей, и многие другие.

Какую мудрость жаждал Один Взалкать в объятиях петли? Кого узрел в чертах природы Певец Эллады Гёльдерлин?

✨Какую мудрость жаждал Один взалкать в объятиях петли? Очередной сюжет с бременем жертвы, которую герой платит ради обретения некого дара или исполнения высшего предназначения. Одноглазый Всеотец северных народов принял свою участь добровольно. Один принёс себя в жертву, повесившись на мировом ясене Иггдрасиле. Он пригвоздил себя к стволу копьём на девять ночей — и за это получил великую мудрость рун, которой впоследствии щедро поделился с людьми. Так северяне обрели письменность, а Вотан постиг тайны древнейшей рунической магии. Его непостижимый опыт смерти и перерождения таинственно описан в «Старшей Эдде»: Знаю, висел я в ветвях на ветру девять долгих ночей, пронзённый копьём, посвящённый Одину, в жертву себе же, на дереве том, чьи корни сокрыты в недрах неведомых.

«Скажи, искатель...» комментарий к стихотворению

Скажи, искатель, что за небо Способен удержать Атлант? И отчего же так нелепо Орфей растратил свой талант?

✨Скажи, искатель… Первая особенность монолога: лирический герой обращается к «искателю». Не всякий читатель может так назваться. За пределами обыденного значения «искатель» — техническое название подвижника, устремлённого к Истине, искренне уверенного в Её существовании и возможности достичь высших духовных ступеней. Так, начало сразу же задаёт некие условия, лишь при соблюдении которых дальнейшие вопросы будут иметь смысл. ✨…Что за небо способен удержать Атлант? Этот вопрос парадоксален. Попробуйте задуматься над ним со всей прямолинейностью ребёнка — и он вас озадачит. Мы не раз видели гиперболизацию в мифах: когда чьи-то волосы становились лесами, а слёзы — реками. Но если солнечная колесница подвластна только Гелиосу, то Фаэтона неизбежно ждёт крушение. Простому смертному управлять солнцем не под силу. Колесница солнечного бога символизирует солнце настоящее, не так ли? Тогда что символизирует небесный свод, что держит Атлант?.. Ведь небо упомянуто прямо, и мудрый Атлант — единственный из древних [титанов], что не канул в бездну, а остался жить в мире под солнцем. Что ещё любопытнее — Атлант владеет плодами бессмертия, золотыми яблоками Гесперид. И одиннадцатый — сложнейший — подвиг могучего Геракла состоит не в победе над очередным чудищем, не в физическом подвиге, но в миссии поисковой… Геракл должен найти и заполучить золотые плоды, то есть приобщиться к тайнам бессмертия. Напоследок: мудрый Прометей, даровавший людям огонь, не может помочь Гераклу сам, но направляет его именно к Атланту. Пока что эти мысли я прошу вас подержать в голове до конца разбора. ✨И отчего же так нелепо Орфей растратил свой талант? Талантливый поэт заворожил своей песней самого Аида — бога подземного царства! Он смог спуститься в мир мёртвых и выбраться оттуда живым, но вывести свою возлюбленную не смог… Чего не хватило Орфею? Почему, подобно жене Лота, он обернулся назад вопреки строжайшему божественному запрету? Что увело очи Орфея к ещё не спасённой Эвридике? Сомнение или страсть? В мировой мистической традиции возлюбленная искателя с незапамятных времён символизирует не что иное, как Истину [см. Песнь песней Соломона или суфийскую любовную лирику]. Что происходит с духовной Истиной, если смотреть на неё плотскими очами? Что происходит с верой, если обернуться назад в сомнении? Именно это произошло с Эвридикой. После её утраты Орфей до конца своих дней хранил девство и использовал свой могущественный дар лишь в праведных целях, на благо людей и всех живых существ. Магическая сила этого певца Эллады была способна двигать горы — Орфей мог заполучить любую женщину, стать императором мира и обрести бесконечные богатства. Почему же он растратил свой талант так «нелепо»? Всё просто. Орфей понимал, что дары небес, во имя которых он длил своё девственное альтруистическое покаяние, затмят любые богатства, которые он был способен стяжать на земле.

Что за огонь похитил дерзко Титан строптивый Прометей? Как нитью тонкой, словно леска, Связал Геракла Назорей?

✨Что за огонь похитил дерзко титан строптивый Прометей? История Прометея тоже далеко не так очевидна, как мы привыкли читать. Обманул богов, украл у Гефеста огонь и передал его людям, чтобы те могли высекать кремнями искры и трением палочки разжигать костры? И всё?! И только ради этого мудрый титан обрёк себя на вражду с богами и вечные мучения? Ага-ага, очень правдоподобно… Давайте будем реалистами: божественный огонь — это не пламя людей. Быть может, аллегорически он куда теснее пристаёт к плодам древа познания добра и зла или к тайнам божественных мистерий, чем к реальному пламени.

Предисловие к комментарию Где-то полгода назад одной матёрой поэтессе случайно попалось на глаза моё стихотворение «Скажи, искатель…», и из её отзыва я узнал две вещи. Во-первых, я не Рембо. Тут мне ответить нечего — я и не претендовал. Я использую банальные ритмические рисунки и незамысловатые рифмы, не вылизываю форму и преследую в основном только смысловую задачу. В конце концов, я прозаик. Во-вторых, на её взгляд, я просто набрал кучу имён и мифов, потрясая их разноцветной погремушкой и пытаясь этим кого-то впечатлить, а лучше бы изучил хотя бы один поглубже и сосредоточился на нём; потому что так, как сделал я, — сделать может каждый. Если честно, после этого напрашивался вывод, что матёрая поэтесса как минимум совершенно не вчиталась в мою вещь и совсем не поняла смысла. Хотя, признаюсь, в литературе действую я и правда по-дилетантски рискованно, меры не знаю, а пишу порою сложно. В общем, подумал я, подумал, и решил: если я уже давал комментарий к любимому стихотворению Дмитрия Щедровицкого — почему бы не обозреть своё собственное. Ведь там действительно такая мозаика из сюжетов, героев и символов, что это может быть весьма интересно. Перед началом я лишь добавлю, что «Скажи, искатель…» — это духовно-философский монолог в лирической форме; жанрово он отчасти заимствует у сократических диалогов, а отчасти — предлагает нечто вроде дзен-буддийского коана. Избранные для монолога фольклорные, мифологические, религиозные и культурные эмблемы, со всей очевидностью, не были случайными и в основном исследованы мной более чем глубоко. Так, Атлант для меня — не только герой мифов. Куда больше интересует его архетипическая роль и символический смысл. Отсюда и открывающий монолог вопрос. Миф об Орфее знаком мне в классическом варианте, различных его вариациях и в малоизвестных эзотерических интерпретациях, сохранённых в суфизме и западной магии. Агасфер — объект моего пристального литературоведческого анализа, и его воплощения я сравнивал во многих романах и преданиях. Биография великого мастера Сюй-Юня занимает почётное место на моей книжной полке. Книг о Христе я читал много — и тем более читал и перечитывал Евангелия. Нужно ли продолжать? Давайте так: если я увижу интерес к комментарию — скажем, он наберёт не менее 20 реакций, 5 репостов или кто-то вообще решит оставить донат, — я выложу под ним список литературы и позже напишу ещё один развёрнутый комментарий к любому стихотворению на канале, которое вы укажете под этим постом.

🤩 Минутка обратной связи только ты и я С января этого года, вот уже почти 10 месяцев, я веду канал практически непрерывно. Такого не было давненько, но я хочу продолжать. За исключением редких интерактивов, вроде недавнего метаисторического суда над инквизицией, формат взаимодействия с читателем у меня довольно односторонний. Поэтому такие опросы, как тот, что будет сейчас, для меня принципиально важны. Итак, пока я лезу на скалу, чтобы усовершенствовать себя и развлечь вас, — поучаствуйте, пожалуйста, в крошечном опросе и по желанию оставьте более развёрнутую обратную связь в комментариях. • Как вам темы и посты этого года? • Чего не хватает? • Кому порекомендовали бы мой канал? • И почему до сих пор этого не сделали?!

Особенно остро одиночество ощущается в страдании и боли. Трогательно безнадёжны попытки избежать этого:

Может ли кто-то почувствовать твою боль так же, как чувствуешь её ты? Никто, только Господь. Люди могут буквально круглосуточно окружать страдающего человека своей заботой, поддерживать его на каждом шагу, но он в какие-то моменты всё равно будет один в глубине своего страдания, и в эту глубину не сможет с ним спуститься никто, потому что это невозможно для человека. Но в этой глубине человек может встретить Бога и познать Его так, как никогда не познал бы в обычной жизни, потому что местом предельной близости человеческой души с Богом является точка наивысшего страдания — крест.

Весьма зря обвиняют христианство в превозношении страданий. Куда честнее и последовательнее — обвинить христианство в победе над ними. Истребляющий жар страдания растопит всю сладость жизни, оставив любого человека голым и беззащитным — в огне. Механический обыватель попытается сторговаться со смертью, всю жизнь будет собирать для неё лучшие лакомства, нежнейшие десерты — а святой на смерть и взгляда мимолётного не бросит. Там, перед жнецом, где первый будет одинок, — второй окажется с Богом, победившим смерть. В этом невежды и видят ложно превозношение страданий, тогда как на самом деле это следующий шаг после их признания. Христианин всего лишь идёт дальше. Не прячется, не отрицает, не бежит — но видит страдание, жмёт ему с улыбкой руку и с верою в жизнь и победу идёт вперёд. Столь же недальновидно в превозношении страданий можно обвинить и буддиста. Они же зациклены на страданиях! Суровая аскеза, концентрация на боли, благодарность врагам, — разве это не оно? Но пока, сбившись в кучку, хор скептиков, напуганных до дрожи, стоит перед мостом над бездной и глумится от бессилья над «второй щекой» — одинокий святой бесстрашно переходит пропасть. В жизни он достаточно падал, поэтому видит её. Знает, что, даже если мост рухнет, она будет держать его до конца. Христова ли она или Будды, но это — рука победившего смерть.

«Всё послано Мною для совершенствования души твоей, — от Меня это было», — преподобный Серафим Вырицкий. 🖌️ Книгообзор: «Христианин на грани одиночества» игумен Нектарий (Морозов) Впервые об отце Нектарии я узнал из передачи «12 сцена» Серафима Сашлиева. Выпуск назывался «Христос — противник тирании». Отец Нектарий беседовал с журналистом Максимом Шевченко — и три часа в таком удовольствии для меня проходят редко. Игумен Нектарий стал для меня настоящим открытием. Мудрый монах, человечный пастырь и проницательный психолог. Сразу после передачи я заказал его первую книгу — в пункт доставки она пришла подписанной, от руки, синей шариковой ручкой [с тех пор я успел прочитать ещё одну книгу — отец Нектарий подписал и её]. Уже эта незначительная деталь довольно красноречиво говорит о человеке. Предельно честно отец Нектарий и в интервью, и в книгах рассуждает о недостатках Русской православной церкви, о слабостях людей и трудностях духовной жизни. Говорит он кротко и чистосердечно. В книге речь идёт о том, почему верующий человек может быть одиноким и как с этим справиться. Спектр рассматриваемых состояний широк: от одиночества социального, вызванного, скажем, эгоизмом, — до экзистенциального. Отец Нектарий славно пишет о том, как люди затыкают дыру в душе скоропортящимися пробками достижений и гедонистических полумер:

...В пустоте у человека формируются ложная сиюминутная цель, ложные задачи и ложное представление о счастье. И когда он этого сиюминутного в одно мгновение лишается, он чувствует, что вся его жизнь потерпела крах. Перед ним встаёт вопрос «зачем?»: «Зачем я страдаю? Ведь всё бессмысленно...» И от этого ощущения тотальной бессмысленности ребёнок может прекратить свою жизнь, ещё не поняв даже толком, что это такое.

Конформная, не испытываемая вопросами о счастье и смысле жизнь — это бомба замедленного действия. Мы живём механически, по инерции, не потому, что так — эффективно и этого достаточно. Сахар сладок и богат быстрыми углеводами. Мы глубоко ценим сахар и готовы уделять его добыче всё своё внимание. Игрушки — сахар. Оценки — сахар. Отношения — сахар. Деньги, путешествия, красивые вещи, дома, семья, успехи детей, — сахар. Когда обычный сахар перестаёт питать жизнь быстрыми углеводами смысла — появляется новый сахар, труднодоступный, метафорический. В конце концов жизнь предстанет музеем воспоминаний о разных вещах, которые делали её сладкой. Тогда-то главная Сладкоежка смерть и попробует нас на вкус. Если окажется, что мы недостаточно сахарны, — ох и горько же нам придётся… Быть может, не стоит жить ради быстрых углеводов.

Отдельно расскажу про три зажигалки. Тигр знаменателен тем, что это была моя первая зажигалка Zippo в коллекции. Они были довольно дорогими, и с ней моё собрание сразу приобрело солидный вес. Получил я её в подарок от мамы, когда мне было лет 13. Тигр на рельефе, потому что родился в год тигра. Одна из любимых до сих пор. Вторую Zippo я заприметил позже — увидел в магазине и загорелся. Её я люблю больше остальных за дизайн. За эту дерзкую объёмную корону на чёрном матовом металле. Наконец, самурай... Это китайская зажигалка Kantai. В отличие от легендарной американской Zippo, Kantai — супербюджетный вариант бензиновых зажигалок. И всё же именно эта для меня неоценима. Дело в том, что однажды в школе мама неожиданно взяла меня в поездку к родственникам в Ростов-на-Дону. Как оказалось, там жили моя двоюродная бабушка с семьёй и отдельно от них мамина двоюродная сестра — Гозала. Она жила одна, без мужа и взрослого сына, в бедном селе; сводила концы с концами. И всё же мы прогостили у неё неделю, и я с трудом вспомню человека добрее. Как-то мы были в сельском магазине, и тётя Гозала увидела, как я рассматриваю на витрине эту зажигалку. Мама меня окликнула, и мы втроём пошли дальше... А на следующий день Гозала внезапно мне её вручила. Так мне достались моя первая бензиновая зажигалка и тёплое воспоминание о тёте Гозале. В ней удивительно сочетались простота, граничащая с наивностью, преданность и доброта — вопреки боли и суровой, тяжёлой жизни, разбивающей сердце. Сочетались. Потому что зажигалка в этом мире осталась, а тётя Гозала — нет. И вот я снова возвращаюсь к своим коллекциям. Перебираю эти маленькие безделушки. Бесполезные мелочи. Сокровища ребёнка. Сколько лет он их собирал, одну за другой, аккуратно складывая, храня как зеницу ока? Он был намного богаче меня, этот застенчивый мальчик. О, когда он погружался в свои коллекции — перед ним разворачивались миры... Я открываю очередную обувную коробку — и вижу их. Зажигалки. Открываю — и вижу её. Вселенную. Ту, что он разбирал на части, чтобы ничего не исчезло. Ни лица, ни моменты, ни улыбки, ни слёзы. Ведь из любого фрактала можно воссоздать весь мир. А даже самая дешёвая зажигалка с самураем — это самый дорогой урок доброты. И эманация любви, в которой воскресает то, что могло быть забыто.

Коллекционер🤩 об эманации и зажигалках В декабре я устраивал конкурс на лучшее толкование своего стихотворения. Победителю обещал осветить любой вопрос или тему отдельным постом в течение недели. Что ж, у Бога один день — что тысяча лет, а у меня — чуть больше месяца [я просрочил пост примерно на 280 дней, то есть по 40 дней на каждый изначальный день обещанной недели]. Оправдываться не буду. Я уже давно — и весьма профессионально — нарушаю сроки и срываю дедлайны. Лучше сразу перейдём к сути. Меня попросили рассказать о коллекции зажигалок, которую я активно собирал в отрочестве. Я постараюсь охарактеризовать и всю коллекцию в целом, и некоторые памятные экземпляры в частности. Начнём с примечательного факта: я никогда не курил. Ни одна зажигалка не была использована по назначению. Зачем же я их собирал? Всё просто — я страстно любил коллекционирование. Знаете, сколько у меня коллекций? Помимо зажигалок, я собирал попрыгунчики, брелоки, пластиковые карты, значки, коллекционные фэнтези-карточки, вкладыши из жвачек Turbo, сотки [кэпсы, фишки], железных солдатиков, иностранные монеты, книги. Это никогда не были нервозные коллекции дотошного перфекциониста. Ну, вы его знаете — это тот самый мальчик, которому известно точное количество экземпляров в составе, их редкость; он складывает всё пинцетом в специальный пронумерованный альбом, который никому нельзя трогать, и показывает его только избранным, предварительно простерилизовав руки. У меня всё было иначе. Никакого учёта, никакой системы, никаких каталогов. Только поиск, радость и личная ценность. Предметы из своих коллекций — даже редкие и значимые — я охотно дарил тем, кто был их достоин. И вообще мне бы вряд ли понравилась коллекция, которая может закончиться. Ну собрал я их все, а дальше-то что? Нет, это что-то слишком земное, собственническое, жадное. А я гнался за другим. Когда во мне загоралась страсть новой коллекции — я давал клич, который слышали родители, их друзья, мои друзья, родственники. И все сразу же понимали, что мне дарить. Сам процесс собирания множества небольших диковинок, из самых разных мест, от самых разных людей, по самым разным поводам... Со всего моего небольшого детского мира стекались люди с дарами, словно волхвы, и мои запасы множились. Часами я разглядывал свои бесценные находки и экспонаты, находя в этом какое-то необъяснимое очарование. Да, предметы я получал материальные, но росло что-то будто бы внутри меня. И в этом был прообраз чего-то очень важного. Сейчас я буду говорить малопонятно, почти мистически, но каждый предмет был точно фракталом, эманацией красоты, любви необъятного мира, подаренной мне его посланниками. Я получал не вещи, нет. Я получал тайны. Сгущённые и осязаемые. Они были на каждом шагу, точно невидимые духи леса, — и я учился искать. И находки мои одухотворяли материю. Потому я и мог ими беззастенчиво делиться, раздаривать — ведь ключевое содержание я поглощал находя, а продолжительное владение было лишь приятным бонусом. Прошу вас, перечитайте прямо сейчас этот драгоценный отрывок из Честертона — и вы почувствуете мою идею. Теперь перейдём наконец к самой коллекции зажигалок. На фото вы видите большую часть из сохранившихся. Многие мне привозили в качестве сувениров друзья. Это зажигалки из Одессы, Хорватии, Испании, Рима. Многие мне дарили на день рождения. И по крайней мере шесть зажигалок я получил в Грузии. Например, зажигалку Roberto Bravo [предпоследняя во втором ряду] мне подарил брат моего дяди — Бердо. А бензиновую Eagle Series [третья в первом ряду] — мой двоюродный брат Бека. Многие я получил от мамы и папы. А зажигалку Wings [странной овальной формы внизу] вообще нашёл в Москворецком парке далёкого детства, в траве. В самом низу целая серия зажигалок от брендов сигарет — Kent, Marlboro, Winston, Camel. Kent HD [предпоследняя] я вообще обожал — у неё по кнопке с каждой стороны. Одна для обычного пламени, а другая — для турбо. Её для меня у какого-то охранника попросил папа. Наконец, в правом верхнем углу знаменитые зажигалки Zippo с фирменным кожаным чехлом.

💬 Вырвано из контекста. № 13 об агрессии Давай теперь отметим, что, на твой взгляд, разрушительно в агрессии: • ненависть; • импульсивность; • потеря самоконтроля. Я задам тебе ключевой вопрос: проблема порождения этих разрушительных последствий агрессии лежит в самой агрессии — или в людях? <...> Составляют ли они [три явления] сущность агрессии или проявляются только как её возможные признаки? Что такое агрессия в чистом виде? Это реакция, верно? Очевидно, негативная (не в значении «плохая»). На что и почему возникает? На раздражитель — чаще всего внешний. И возникает потому, что наша психика воспринимает раздражитель как причину дискомфорта или опасности и переходит в состояние стресса, а потому стремится как можно быстрее избавиться от возникшего стресса и вернуться в комфорт и безопасность, не так ли? Так, [условно говоря] агрессия = (раздражитель + опасность) • стресс. Рассмотрим на примерах. Охотник зашёл на территорию самки медведя. Медведица нападает, чтобы защитить потомство. Охотник — раздражитель. Угроза потомству — опасность. Выход стресса — нападение на охотника. Младенец испытывает голод. Младенец кричит и плачет, чтобы мать пришла утолить голод. Голод — раздражитель. Смерть от голода — опасность. Выход стресса — плач и крик. Разве вышеописанное неестественно? Напротив, чем-то нездоровым будет голодный младенец в гробовой тишине или самка медведя, спокойно разгуливающая рядом с чужаком у берлоги. Так почему же мы будем считать здоровым подавление агрессии, вызванной оскорблением наших близких? Или опасностью для жизни? Я полагаю, агрессия может быть лишена ненависти, импульсивности и бесчинств. <...> Я, как и любой здоровый человек, испытываю агрессию. Нередко. В том числе на людей. Но я люблю людей. Нет никого, кого бы я ненавидел. В отношениях с агрессией у нас есть два варианта: 1 — Подавлять её и бояться, превращая в причину неврозов и созревающую опухоль, которая может разорваться в любой момент и накрыть тех, кто рядом, только потому что они попались под руку. 2 — Смириться с ней и принять как часть природы и естества, а следовательно — учиться чувствовать и выражать безопасно для себя и окружающих. <...> Если запретить незрелому взрослому агрессию, это будет успешно? Если подойти к [подонку], который бьёт жену, и сказать: «Теперь тебе нельзя бить жену, иначе будут последствия», — он перестанет? Вряд ли. Вероятно, от злости, что ему пытаются что-то запретить, он начнёт бить ещё и ребёнка. Можно его запугать, да? Можно. Тогда то, что он выпускал наружу малыми дозами, будет давиться и копиться у него, маринуясь в соку страха и паранойи. А когда созреет настолько, что страх будет уже не сдерживать это, а усугублять, — он уже не побьёт жену, а зарежет... <...> Каждый человек должен сам себе признаться, что он способен на агрессию, в том числе немотивированную, страшную и даже мерзкую. Только тогда открывается путь здоровой работы с этим состоянием и собственной обусловленностью рефлексами. А если с агрессией воевать, то мы лишь окажемся на другом краю обусловленности. Мы будем агрессивны к агрессорам — или к себе, когда испытываем агрессию. Агрессия продолжит нами управлять, но — обратным, отрицающим способом. Чтобы понять, о чём я говорю, посмотрите на проповеди самых фанатичных ЛГБТ-апологетов, радикальных феминисток или лидеров борьбы за расовую толерантность. [Даже если] кажется, что в основе их деятельности лежат верные идеи, — что мы видим в их речах и делах? ЛГБТ-активисты брызжут слюной на гомофобов, буквально ненавидят других людей. Феминистки экстраполируют свою ненависть на весь мужской род, видя токсичную маскулинность даже в простой вежливости. Это и есть обратная обусловленность. Они только приумножают то, с чем борются! Слепые разрушения и боль, что несёт агрессия, закончатся не тогда, когда мы все начнём её бояться, агрессивно топтать и табуировать. Но лишь тогда — когда мы перестанем воевать, обратимся к своей агрессии лицом, подружимся с ней и в конце концов позволим нас разглядеть.