следствие ведёт герда

Влажная после дождя земля хорошо поддавалась, и даже маленькой детской лопатой яму удалось выкопать быстро. Погрузив в нее капсулу, Юрка смотрел, как комья земли укрывают металлический квадратик крышки. Невовремя вспомнил, что на галстуке ему написали свои пожелания и адреса ПУКи и Миха с Ванькой. Но эта мысль выскользнула из головы так же быстро, как и появилась, — сейчас она была совершенно неважной. Куда важнее был Володя, что-то вырезающий перочинным ножиком на ивовой коре, аккурат над тем местом, где была закопана капсула. Юрка навел фонарь и смотрел, как на дереве в круге света появляется небольшая, неровная надпись: «Ю+В». Видеть эти буквы было больно, ведь пройдет всего несколько часов, и только здесь, на этой коре, под деревом, они с Володей останутся рядом. А в реальности разъедутся по разным сторонам, по разным городам, на расстояние почти тысячи километров друг от друга.

Крышка их капсулы времени, жестяной банки для крупы, щелкнула, закрываясь. Маленькой детской лопаткой Юра выкапывал неглубокую яму меж корней ивы. Володя посмотрел на него сверху вниз и подумал: «Как будто могилу копает». Отчего-то злобно усмехнулся этой мысли и решил: «Могиле нужно надгробие». И достал перочинный ножик из кармана рюкзака. Ивовая кора оказалась сухой, поэтому легко поддалась лезвию. Несколько мгновений, — и вот на ней появилась кривая «Ю», вот — остроносая «В» и знак плюс между ними. Юра улыбнулся, увидев эту надпись. Володя не смог улыбнуться в ответ, но решил не озвучивать ему свою идею, что здесь, получается, похоронена их любовь.

В тот день в Москве было солнечно, но порывы прохладного ветра уже предсказывали приближение осени. И все же у четырнадцатилетнего Володи было целых два повода для радости. Во-первых, родители купили ему новенький велосипед «Салют». Дожди перестали лить только сегодня, и можно было наконец вдоволь гонять по двору. А во-вторых, послезавтра должен был приехать из Твери двоюродный брат Вова. В этом году он поступил на первый курс московского института, и, пока ему не дали общежитие, Володины родители согласились приютить его у себя. Последний раз Володя виделся с ним летом после пятого класса, когда ездил в Тверь к бабушке с дедушкой. Тогда им с Вовой было весело вместе гулять и играть, ходить на речку и копать огород. И теперь тоже будет! Володя затормозил у статуи с читающими пионерками. Две гипсовые фигуры в школьных платьицах, склонившиеся над учебниками, напомнили ему, что до первого сентября осталось меньше недели. «Ну и ничего, и после школы найдется время погулять с Вовой. К тому же он старше, поможет мне делать уроки. — Володя слез с велосипеда и, поставив его у ствола раскидистого дуба, забрался на постамент статуи, уселся рядом с пионерками и стал болтать ногами. — А еще можно сводить его на стройку: полазаем там, покажу ему котлован! — думал он. — А еще поднимемся на крышу пятиэтажки — вот будет клево!» Замечтавшись, Володя заметил вошедшего во двор высокого парня с рюкзаком за спиной и дорожной сумкой в руках. Но узнал его, только когда тот дошел до крайнего подъезда четырехэтажного дома. Это же Вова! Он вытянулся, стал шире в плечах, и в нем действительно было тяжело узнать мальчишку из детских воспоминаний.