573
订阅者
-324 小时
-217 天
-11630 天
帖子存档
Repost from 𝐂𝐀𝐙𝐀𝐃𝐎𝐑
𝐂𝐀𝐙𝐀𝐃𝐎𝐑'𝐒 𝐈𝐍𝐓𝐄𝐑𝐀𝐊𝐓𝐈𝐕𝐄
Il gioco dei cacciatori è l'intrattenimento più interessante.𝐏𝐎𝐒𝐓𝐎 : до стопа 𝐏𝐑𝐄𝐍𝐎𝐓𝐀𝐙𝐈𝐎𝐍𝐄 : чу, лексус
ㅤㅤподписка на канал. ㅤㅤреакции на пост. ㅤㅤимя на англ в комм. ㅤㅤрепост.#𝐂𝐙𝐃_𝐈𝐍𝐓𝐄𝐑 #𝐂𝐙𝐃_𝐑𝐏
Repost from 𝐂𝐀𝐙𝐀𝐃𝐎𝐑
𝐂𝐀𝐙𝐀𝐃𝐎𝐑'𝐒 𝐈𝐍𝐓𝐄𝐑𝐀𝐊𝐓𝐈𝐕𝐄
Il gioco dei cacciatori è l'intrattenimento più interessante.𝐏𝐎𝐒𝐓𝐎 : до стопа 𝐏𝐑𝐄𝐍𝐎𝐓𝐀𝐙𝐈𝐎𝐍𝐄 : 10 ирисок
ㅤㅤподписка на канал. ㅤㅤреакции на пост. ㅤㅤотметка в комм. ㅤㅤрепост.#𝐂𝐙𝐃_𝐈𝐍𝐓𝐄𝐑 #𝐂𝐙𝐃_𝐑𝐏
Repost from N/a
Лето в Стамбуле было создано для того, чтобы сходить с ума. В этом городе, пахнущем чайными розами, солью Босфора и дорогим табаком, они и существовали — Эммануэль и Зейд. Эммануэль приехал сюда из Парижа, устав от серости и правильных линий. Зейд же был самим духом этого города — дерзким, текучим и непредсказуемым. Их встреча в узком переулке Каракёя была случайностью, которую оба позже называли «кинда» — судьбой. Сегодня они снова нарушали все правила. Старый «мерседес» Зейда, пахнущий кожей и мятой, стоял на вершине холма. В машине играла музыка. Голос Ланы Дель Рей, томный и траурный, спрашивал: «Will you still love me when I'm no longer young and beautiful?» Эммануэль сидел на капоте, его светлые волосы были растрепаны соленым ветром. Зейд стоял напротив, опираясь руками о горячий металл по обе стороны от бедер Эммануэля, замыкая его в ловушку. — Ты слышишь? — спросил Зейд, глядя на него снизу вверх. — Она поет о нас. — Она поет о смерти, — тихо ответил Эммануэль, чувствуя, как жар тела Зейда пробивается сквозь разделяющие их сантиметры воздуха. — Это одно и то же, bébé, — усмехнулся Зейд, используя французское прозвище, которое он подцепил где-то в речи Эммануэля. — Страсть и смерть. Они всегда танцуют вместе. Наступил тот самый момент тишины, когда природа замирает перед бурей. Эммануэль протянул руку и провел пальцами по линии челюсти Зейда, по легкой щетине, чувствуя, как тот вздрагивает от прикосновения. Зейд не любил проигрывать. Он резко схватил Эммануэля за запястье, прижимая его ладонь к своей щеке, а затем, наклонившись, впился в его губы. Это было продолжение разговора, только на языке, который не нуждается в словах. Поцелуй был жгучим, как полуденное солнце. Зейд кусал его нижнюю губу, заставляя Эммануэля запрокинуть голову и тихо застонать. Руки Эммануэля запутались в черных, как смоль, кудрях Зейда, сжимая их так сильно, что это должно было быть больно. — Ты сгоришь со мной, — прошептал Зейд ему в губы, отрываясь лишь на секунду, чтобы перевести дыхание. Его ладони скользнули под тонкую льняную рубашку Эммануэля, касаясь разгоряченной кожи, ведя выше, к ребрам, к сердцу, которое бешено колотилось. — Ты знаешь это? Этот город, этот свет… Мы не созданы для старости. Эммануэль ответил тем же, стягивая с плеч Зейда его легкую кожаную куртку. Пальцы Эммануэля царапали спину Зейда, оставляя алые следы на смуглой коже. Он хотел оставить свой след. Доказательство, что этот момент, эта вспышка — реальны. — Я не боюсь сгореть, — выдохнул Эммануэль, глядя в глаза напротив. — Я боюсь, что это когда-нибудь кончится. Зейд усмехнулся, и в этой усмешке было что-то дикое, собственническое. Он схватил Эммануэля за бедра, резко стягивая его с капота и прижимая к себе так, что они стали единым целым — сплетение рук, губ, запахов дорогого парфюма и летнего пота. — Кто сказал, что это должно кончиться? — Он целовал шею Эммануэля, спускаясь к ключице, оставляя влажную дорожку, а затем снова возвращаясь к губам, чтобы заглушить очередной стон. Сейчас они были вечны. Они были воплощением этого заката, этой страсти, этого безумного лета. Зейд толкнул Эммануэля обратно на капот, нависая сверху, целуя его жадно, глубоко, так, что у Эммануэля кружилась голова. Твердый металл прожигал спину через тонкую ткань, но он не чувствовал ничего, кроме губ Зейда, его рук, его тяжелого дыхания. Эммануэль обхватил ногами талию Зейда, притягивая его ближе, чувствуя, как тот выдыхает ругательство по-турецки в изгиб его шеи. В этом поцелуе была вся их история — обреченность, безумие, абсолютное «сейчас». Когда солнце почти скрылось за горизонтом, оставляя небо в кроваво-синих разводах, они сидели на капоте, Зейд курил, держа сигарету в дрожащих от переизбытка чувств пальцах, а Эммануэль смотрел на огни зажигающихся фонарей. — Ты будешь любить меня вечно? — тихо спросил Эммануэль по-французски Зейд повернул его лицо к себе, стряхнул пепел вниз, в пропасть, и поцеловал уже мягко, почти невесомо, но от этого мурашки по коже побежали сильнее — Вечность уже наступила, — ответил он. — Прямо сейчас.
𝐸𝑚𝑚𝑎𝑛𝑢𝑒𝑙 𝑎𝑛𝑑 𝑍𝑒𝑖𝑑
Repost from Закрыты ❯❯ 𝐄⃗𝐌⃟𝐏̱𝐈𝐑ࣻ𝐄 𝐘𝐀̸̷̜𝐍𝐓𝐄̸𝐋
𝐆𝐀𝐌𝐄
Тема: принять / выбросить
Точку в ком.
Актив в ком и рк на все посты.
Дата проведения 28.03. 21.30 по мск
Мест: без ограничений.
Repost from N/a
✅ Interactive from Strangers. (Collab)
⭐⭐️⭐️⭐⭐place: 1/3
🤩ules: подписаться, юз лч и тгк(название на англ), фио на англ, перса (желательно популярного) рк, рп.
#𝐒𝐓𝐑𝐀𝐍𝐆𝐄𝐑𝐒𝐫𝐩
