куда ходил что делал
前往频道在 Telegram
Куда сходить и что поделать в Санкт-Петербурге. Сотрудничество: @wozya Корреспонденция/связь:
显示更多315
订阅者
无数据24 小时
-17 天
-130 天
数据加载中...
吸引订阅者
八月 '25
八月 '25
+1
在0个频道中
七月 '25
+2
在0个频道中
Get PRO
六月 '25
+25
在1个频道中
Get PRO
五月 '25
+297
在2个频道中
Get PRO
四月 '250
在5个频道中
Get PRO
三月 '25
+16
在5个频道中
| 日期 | 订阅者增长 | 提及 | 频道 | |
| 17 八月 | 0 | |||
| 16 八月 | 0 | |||
| 15 八月 | 0 | |||
| 14 八月 | 0 | |||
| 13 八月 | 0 | |||
| 12 八月 | 0 | |||
| 11 八月 | 0 | |||
| 10 八月 | 0 | |||
| 09 八月 | 0 | |||
| 08 八月 | 0 | |||
| 07 八月 | +1 | |||
| 06 八月 | 0 | |||
| 05 八月 | 0 | |||
| 04 八月 | 0 | |||
| 03 八月 | 0 | |||
| 02 八月 | 0 | |||
| 01 八月 | 0 |
频道帖子
Я перекурил, немного попинал асфальт, задумавшись о том, как мне были там не рады, и пошёл во второе отделение Музея. Вдруг, не знаю?
А там — всё с точностью наоборот. Светло, просторно, дышится легко.
— Ой, здравствуйте! — защебетали две тётушки только я ступил через порог. — Вы к нам в музей? Проходите-проходите! Посещение бесплатное, но за отзыв!
Я весь расцвёл, заулыбался. Говорю:
— Я тогда в конце оставлю, потому что пока не придумал, что писать.
Они похихикали и чуть не под руки повели меня смотреть музей. Коллекция скромная, но вполне себе любопытная. Радиолы, граммофоны, телевизоры, проигрыватели, самовары — всё то, что жители города Черногорска принесли туда сами.
— Работают?
— Что-то нам удалось починить, а некоторые экземпляры, увы, уже всё.
— Вы сами-то слушаете пластинки? Хоть иногда?
— Иногда балуемся, — засмущались они.
Я ещё минут 30 болтал с одной из этих добрых тётушек, гуляя по музею. Об истории, о памяти, о взрослых и детях. Мы сочувственно кивали друг другу, иногда хихикали и делились мнениями об экспонатах.
— Вообще-то, — говорю я ей уже у дверей, — я пришёл ради одной фотографии. Я делал мурал на здании техникума, геологическую карту Черногорска.
— Это вы — автор? — всплеснула она руками.
— Да, придумал и нарисовал, — кивнул я. — Текст для работы я взял с фотографии из вашего архива, там написано: «Место, где вырос город». Вот, хотелось посмотреть вживую.
— Архив у нас в другом помещении… — опустила голову женщина.
— Я там уже был, спрашивал. Сказали, что надо делать запрос и две недели ждать.
Тётушка вдруг умолкла, как раз пришли другие посетители, и я пошёл писать отзыв. Я добрую минуту постоял, схватившись за ручку и думал. Написал так: «время проходит, а истории остаются». Как раз подстать нашей беседе с женщиной, да и самому Музею истории города Черногорска — как нельзя кстати. Всем кивнул, поблагодарил, распрощался и вышел. Сзади меня в дверь проскользнула и эта тётушка.
— Послушайте, — подозвала она меня. — Я бы принесла вам эту фотографию, — почти шепотом проговорила она, перебирая платок. Глаза у неё были красные, дрожащие и очень грустные. — Но если вы уже там про неё спрашивали, то мне так влетит… Я после планёрки утренней ещё не отошла…
— Ладно, — улыбаюсь я ей, — всё в порядке, не переживайте. Мне очень хотелось, но это не страшно. Это, может, даже хорошо…
— Бывают желчные люди, — закивала она, промакивая глаза платком. — Бывают такие. Понимаете, я уже старая женщина, не вынесу.
— Мне вообще, знаете, там были не рады. С самого момента, как я переступил порог. А когда узнали что я — художник, то будто бы вообще возненавидели.
Мы немного постояли молча, я закурил.
| 2 | В 10 вечера я только закончил работу, в 8 утра уже состоялось торжественное открытие с официальными лицами и журналистами, в 8:20 я сел в служебную Камри, а в 8:35 узнал, что рейс перенесли, и остался в Черногорске ещё на чуть-чуть. Лариса Михайловна раздобыла нам водителя, после обеда мы съездили посмотреть Саяно-Шушенскую ГЭС, а утром 22го я сдал багаж на хранение в аэропорт Абакана и поехал на прощание в Черногорск — как раз осталось кончить пару дел.
Текст «место где вырос город» я взял с фотографии из архива единственного в Черногорске музея — Музея истории города Черногорска. Фотографии этой чуть ли не 70 лет, там изображено поле и какие-то строения вдалеке, а снизу этот самый машинописный текст: Место, где вырос город. Уезжать не посмотрев её вживую — глупо.
В 10:30 я пришёл в музей истории города Черногорска. У музея два отделения, в одном и том же доме, за углом. Вход, написано, бесплатный. Режим работы: 10-18. Зашёл сначала в тот, что за углом.
— Слушаю вас, — приветствует меня охранник.
— Здравствуйте… — растерялся я. Потом нашёлся и добавил, — я в музей.
— Посетитель?
— Посетитель, да.
Охранник крякнул, включил свет и крикнул через плечо:
— Посетитель!
— Чего? — донеслось из темноты немного погодя.
— Посетииитель!
— Посетитель?
— Да, — буркнул охранник себе под нос и, поелозив, принял свою позу, в которой он, похоже, проводит всю смену.
В глубине музея зашевелилось, заскрипело и зашептало. Через минуту из тьмы вышаркала женщина и вопросительно зыркнула на меня, скрестив руки и облокотившись на дверной проём.
— Здравствуйте, — улыбнулся я.
— Здрасьте, — ответила она и продолжила стоять, ожидая, видимо, объяснений.
— Я в гости пришёл. Музей посмотреть.
— Ясно. Проходите, — кашлянула она и махнула рукой, чтобы я следовал за ней, в глубину музея. — Слева или справа начинаем? — спрашивает она куда-то вперёд.
— Понятия не имею… — пытался я хоть что-то разглядеть слева или справа. — А откуда надо начинать? Как у вас устроено, в хронологическом или идеологическом порядке?
— Да без разницы.
— Давайте слева тогда… — пожал плечами я, заметив, что где-то там вдалеке из окна льёт свет.
— Там сейчас совещание, — перебила меня женщина.
Зачем, спрашивается, тогда спрашивала?
— Хорошо, — говорю, — давайте справа.
Я успел заглянуть туда, налево — там за большим столом сидели люди и пили чай с бутербродами и тортиком. Я было мыкнул, но поздороваться вслух не решился — чтобы не прерывать совещание.
Тётя проводила меня направо и включила за мной свет. Везде советские артефакты: плакаты, одежды, документы, грамоты…. Смотреть было особо нечего, хотя, впрочем, пару любопытных типографических экземпляров мне попадалось. Фотографии были, но очень мало.
— Проходите дальше, — пригласила меня женщина, хотя я ещё не везде в первом зале рассмотрел.
Впрочем, рассматривать там было нечего, и я почти сразу пошёл дальше вправо. Тётя выключила за мной свет и включила через несколько мгновений в следующей комнате. Там было всё примерно то же: мемории, знамёна, несколько газет, каски, трофеи.
— А фотографии здесь все представлены? — спрашиваю я. — Или что-то есть в архиве?
— Если есть на сайте, то есть в архиве.
— Меня вот одна фотография интересует. Я — художник из Санкт-Петербурга, делал мурал на здании техникума.
— А, — опустила она голову. — Знаем.
— Как вам мурал? — поинтересовался я.
— Ну! — развела она руками. — Это надо вживую смотреть. Так не понятно.
— Ещё успеете, только вчера утром открыли! Ещё долго висеть будет. Так вот, текст для работы я взял с одной из ваших фотографий и очень хотел глянуть на неё вживую.
— Можете в интернете посмотреть, она в хорошем качестве там. Если вы её там видели, значит она там есть.
— Да блин, — выскочило из меня. — Я хочу вживую посмотреть, зачем мне картинка из интернете? Картинку я уже видел. Сами говорите: надо вживую смотреть…
— Ну… это надо делать запрос в архив! Недели две ждать, не меньше.
— Ясно, — говорю. — Спасибо.
И ушёл.
За мною везде выключили свет, и всё там вновь растворилось во тьму. | 157 |
| 3 | Я перекурил, немного попинал асфальт, задумавшись о том, как мне были там не рады, и пошёл во второе отделение Музея. Вдруг, не знаю?
А там — всё с точностью наоборот. Светло, просторно, дышится легко.
— Ой, здравствуйте! — защебетали две тётушки только я ступил через порог. — Вы к нам в музей? Проходите-проходите! Посещение бесплатное, но за отзыв!
Я весь расцвёл, заулыбался. Говорю:
— Я тогда в конце оставлю, потому что пока не придумал, что писать.
Они похихикали и чуть не под руки повели меня смотреть музей. Коллекция скромная, но вполне себе любопытная. Радиолы, граммофоны, телевизоры, проигрыватели, самовары — всё то, что жители города Черногорска принесли туда сами.
— Работают?
— Что-то нам удалось починить, а некоторые экземпляры, увы, уже всё.
— Вы сами-то слушаете пластинки? Хоть иногда?
— Иногда балуемся, — засмущались они.
Я ещё минут 30 болтал с одной из этих добрых тётушек, гуляя по музею. Об истории, о памяти, о взрослых и детях. Мы сочувственно кивали друг другу, иногда хихикали и делились мнениями об экспонатах.
— Вообще-то, — говорю я ей уже у дверей, — я пришёл ради одной фотографии. Я делал мурал на здании техникума, геологическую карту Черногорска.
— Это вы — автор? — всплеснула она руками.
— Да, придумал и нарисовал, — кивнул я. — Текст для работы я взял с фотографии из вашего архива, там написано: «Место, где вырос город». Вот, хотелось посмотреть вживую.
— Архив у нас в другом помещении… — опустила голову женщина.
— Я там уже был, спрашивал. Сказали, что надо делать запрос и две недели ждать.
Тётушка вдруг умолкла, как раз пришли другие посетители, и я пошёл писать отзыв. Я добрую минуту постоял, схватившись за ручку и думал. Написал так: «время проходит, а истории остаются». Как раз подстать нашей беседе с женщиной, да и самому Музею истории города Черногорска — как нельзя кстати. Всем кивнул, поблагодарил, распрощался и вышел. Сзади меня в дверь проскользнула и эта тётушка.
— Послушайте, — подозвала она меня. — Я бы принесла вам эту фотографию, — почти шепотом проговорила она, перебирая платок. Глаза у неё были красные, дрожащие и очень грустные. — Но если вы уже там про неё спрашивали, то мне так влетит… Я после планёрки утренней ещё не отошла…
— Ладно, — улыбаюсь я ей, — всё в порядке, не переживайте. Мне очень хотелось, но это не страшно. Это, может, даже хорошо…
— Бывают желчные люди, — закивала она, промакивая глаза платком. — Бывают такие. Понимаете, я уже старая женщина, не вынесу.
— Мне вообще, знаете, там были не рады. С самого момента, как я переступил порог. А когда узнали что я — художник, то будто бы вообще возненавидели.
Мы немного постояли молча, я закурил. | 1 |
| 4 | В 10 вечера я только закончил работу, в 8 утра уже состоялось торжественное открытие с официальными лицами и журналистами, в 8:20 я сел в служебную Камри, а в 8:35 узнал, что рейс перенесли, и остался в Черногорске ещё на чуть-чуть. Лариса Михайловна раздобыла нам водителя, после обеда мы съездили посмотреть Саяно-Шушенскую ГЭС, а утром 22го я сдал багаж на хранение в аэропорт Абакана и поехал на прощание в Черногорск — как раз осталось кончить пару дел.
Текст «место где вырос город» я взял с фотографии из архива единственного в Черногорске музея — Музея истории города Черногорска. Фотографии этой чуть ли не 70 лет, там изображено поле и какие-то строения вдалеке, а снизу этот самый машинописный текст: Место, где вырос город. Уезжать не посмотрев её вживую — глупо.
В 10:30 я пришёл в музей истории города Черногорска. У музея два отделения, в одном и том же доме, за углом. Вход, написано, бесплатный. Режим работы: 10-18. Зашёл сначала в тот, что за углом.
— Слушаю вас, — приветствует меня охранник.
— Здравствуйте… — растерялся я. Потом нашёлся и добавил, — я в музей.
— Посетитель?
— Посетитель, да.
Охранник крякнул, включил свет и крикнул через плечо:
— Посетитель!
— Чего? — донеслось из темноты немного погодя.
— Посетииитель!
— Посетитель?
— Да, — буркнул охранник себе под нос и, поелозив, принял свою позу, в которой он, похоже, проводит всю смену.
В глубине музея зашевелилось, заскрипело и зашептало. Через минуту из тьмы вышаркала женщина и вопросительно зыркнула на меня, скрестив руки и облокотившись на дверной проём.
— Здравствуйте, — улыбнулся я.
— Здрасьте, — ответила она и продолжила стоять, ожидая, видимо, объяснений.
— Я в гости пришёл. Музей посмотреть.
— Ясно. Проходите, — кашлянула она и махнула рукой, чтобы я следовал за ней, в глубину музея. — Слева или справа начинаем? — спрашивает она куда-то вперёд.
— Понятия не имею… — пытался я хоть что-то разглядеть слева или справа. — А откуда надо начинать? Как у вас устроено, в хронологическом или идеологическом порядке?
— Да без разницы.
— Давайте слева тогда… — пожал плечами я, заметив, что где-то там вдалеке из окна льёт свет.
— Там сейчас совещание, — перебила меня женщина.
Зачем, спрашивается, тогда спрашивала?
— Хорошо, — говорю, — давайте справа.
Я успел заглянуть туда, налево — там за большим столом сидели люди и пили чай с бутербродами и тортиком. Я было мыкнул, но поздороваться вслух не решился — чтобы не прерывать совещание.
Тётя проводила меня направо и включила за мной свет. Везде советские артефакты: плакаты, одежды, документы, грамоты…. Смотреть было особо нечего, хотя, впрочем, пару любопытных типографических экземпляров мне попадалось. Фотографии были, но очень мало.
— Проходите дальше, — пригласила меня женщина, хотя я ещё не везде в первом зале рассмотрел.
Впрочем, рассматривать там было нечего, и я почти сразу пошёл дальше вправо. Тётя выключила за мной свет и включила через несколько мгновений в следующей комнате. Там было всё примерно то же: мемории, знамёна, несколько газет, каски, трофеи.
— А фотографии здесь все представлены? — спрашиваю я. — Или что-то есть в архиве?
— Если есть на сайте, то есть в архиве.
— Меня вот одна фотография интересует. Я — художник из Санкт-Петербурга, делал мурал на здании техникума.
— А, — увела она голову к плечу. — Знаем.
— Как вам мурал? — поинтересовался я.
— Ну! — развела она руками. — Это надо вживую смотреть. Так не понятно.
— Ещё успеете, только вчера утром открыли. Ещё долго висеть будет. Так вот, текст для работы я взял с одной из ваших фотографий и очень хотел глянуть на неё вживую.
— Можете в интернете посмотреть, она в хорошем качестве там. Если вы её там видели, значит она там есть.
— Да блин, — выскочило из меня. — Я хочу вживую посмотреть, зачем мне картинка из интернете? Картинку я уже видел. Сами говорите: надо вживую смотреть…
— Ну… это надо делать запрос в архив! Недели две ждать, не меньше.
— Ясно, — говорю. — Очень жаль.
И ушёл.
За мною везде выключили свет, и всё там вновь растворилось во тьму. | 1 |
| 5 |  +1КАФЕ СЛАВЯНСКОЕ
Черногорск
С кафе «славянское» смешно то, что его рекомендовали аж трижды, притом двое разных людей.
Спрашиваешь у них:
— Где тут у вас поесть можно?
А они, круглыми глазами:
— В смысле? Да на каждом углу, — и потом, немного почесавши затылок, — кафе «Славянское», например.
Так мы пошли в кафе «славянское». Чего б не пойти? Пошли сразу, по первому совету. Где оно нам объяснили — как раз напротив где я жил. Я ещё тогда подумал: приятно знать, что я в городе всего ничего, а уже без карты найду кафе «славянское». Сейчас я в городе побыл чуть больше и могу сказать, что там любой адрес — как раз напротив где я жил. А если нет — то это частный сектор и там только в гости ходить. Жаль, кстати, что не попалось возможности посмотреть на черногорский быт. В другой раз надо будет напроситься.
Пришли мы на место, где-то за «Бродвеем», перед «дёнером #1» и рядом с «котом&псом». Кафе «славянское» — это тент, натянутый меж двух пристроек над тропинкой, четыре с четвертью стола и клеёнка поверх, какой-нибудь прилавок, меню в 50 позиций, ширма, а кухня… не знаю, поместилась ли она там, за ширмой. Не знаю даже, была ли она вообще. Фокус!
Мне кажется, что кафе «славянское» нам порекомендовали потому, что очень давно там не бывали — и, быть может, когда-то там, N лет назад, там было лучше. Нет, мне, конечно, понравилось — но больше я туда не ходил.
Брал «греческий салат из свежих овощей». Огурец был чёрный, помидор размок в кашу. Поковырял только оливки и творожный сыр. Остальное съели воробьи и мухи. Солянку еще брал, но добрую пятую часть, толстую шапочку жира, пришлось перелить ложкой в салатную тарелку. | 265 |
| 6 |  +3МЕСТО ГДЕ ВЫРОС ГОРОД
(Черногорск, Хакасия)
паблик-арт фестиваль «СМЕНА» от Фонда Мельниченко
Куратор: Владимир Абих
Тех. менеджер: Alex Plase
Координатор фонда: Яна Семкова
Текст экспликации: Таисия Абих
В основе работы Василия Базелевса лежит «Геологическая карта и карта полезных ископаемых дочетвертичных образований» 1959 года. Художник использует этот документ не только как источник информации, но и как визуальный материал, обращая внимание на цвета, графические элементы, ритм линий. Он превращает карту в абстракцию и живописный прием. Текст «Место, где вырос город» заимствован с фотокарточки из альбома «Черногорск, выпуск 1972», экспонируемого в Музее истории Черногорска. Объединяя архивные материалы, автор осмысляет происхождение города, его истоки, ландшафт, связанную с ним память и течение времени.
Спасибо всем, кто в меня поверил! Спасибо тем, кто помогал! Спасибо тем, кто радовался вместе со мною! Спасибо вам, отписчики! И отдельная благодарность Ларисе Михайловне, директору Горно-строительного техникума, на стене которого я это всё рисовал! | 153 |
| 7 | Я хорошо провёл время в Черногорске. Я влюбился эту поездку — и не мог её не полюбить, потому что ждал её с нетерпением и просто не мог упустить возможность. Я прожил много хорошего: познакомился с прекрасными людьми, подивился природе, съел самого вкусного в своей жизни барана, побывал на ГЭС, сделал самый настоящий мурал, жутко устал и страшно не выспался. Я встречал неприятное: желчных людишек, разбитые дороги, окрошку на воде с уксусом, подгорел руками с шеей. Я прожил разное, во всём его образии и безбразии.
Про конкретные места, события и случаи из жизни этих 10 дней буду писать окказионально, потихоньку. И мурал, конечно, покажу. Завтра, наверное. Может быть | 260 |
| 8 |  ЧИКАГО
На паблик-токе в центральной библиотеке журналистка из местной газеты спросила меня:
— Какими двумя словами вы бы описали Черногорск?
Впервые за полтора часа я умолк, нахмурился и прислонил микрофон к кадыку, чтобы не было слышно, как я хмыкаю.
— Кхм, природа… — соврал было я. — В отличие от Петербурга, просторно, зелено… — что я несу?
А что, блин, сказать? Врать не хочется, обижать тоже. К тому моменту я посмотрел совсем чуть-чуть, но и так всё понял. Городишко. Поесть почти негде. Баров нет, если не считать «Бродвей», куда нас предупредили не заглядывать. Музей один. Макдональдса нет. Молодёжь в основном проводит время на улице. Надевают лучшие свои платья, пешком идут куда-то, например, к бульвару на Юбилейной, к Пятёрочке (единственное круглосуточное предприятие города), на скамейку во дворе или вообще — встанут посреди ничего и между нигде и общаются. Есть дворец культуры «Дзержинский», где помимо кинотеатра и баббл ти нихера не бывает, да и то — меня оттуда криками прогнала уборщица, когда я сел работать за компом. Абакан есть под боком — вот там чё хочешь, и табак даже продают.
— Если честно, — собрался я наконец с духом, — мне только одна строчка в голову приходит. «Я мог бы родиться на окраине Абакана, и вот это вот было бы да». Из песни Кровостока.
В конце зала закивал Антон Селезнёв, фотограф.
— Откуда-откуда?
— Кровосток, группа такая, — но она вряд ли поняла.
— А это хорошо или плохо? Как вы эту строчку интерпретируете?
— Ну, прелесть искусства, в том числе и текстов песен, как раз в том, что мы сами вольны решать — хорошо оно или плохо. Зависит от нашего настроения, обстоятельств, времени. Иногда — очень хорошо. А иногда — очень плохо. Как и со всем, понимаете?
— Очень удобно, — съязвила она.
А как они хотели? Чтобы я сказал: красиво? люди добрые? сайдинг миленький? дешёвое такси? Да нехер там делать, и все это прекрасно понимают.
— А как вы оцениваете стрит-арт в Черногорске?
— Я так считаю: если в городе нет граффити, то город не живой. В Черногорске что-то теплится, какие-то граффити появляются. Вон, может, после моего мастер-класса по гипсовым барельефам Черногорск станет столицей микро стрит-арта.
Граффити по большей части приезжают из Абакана, но хоть что-то всё равно есть, писульки какие-то. Гражданские надписи, признания в любви, приветы. Несколько миленьких стрит-артов удалось поймать. Но что действительно процветает на стенах Черногорска — это реклама наркотиков, причём местами до наглости оригинальная.
Черногорск… Местные называют свой город Чикаго, с незапамятных времён. И «Бродвей» на бульваре, верно, так назван неспроста, а с известной долей иронии.
…. | 235 |
| 9 |  +9Личины-петроглифы из Абаканского Республиканского музейного центра. | 325 |
| 10 | Что касается абаканского музея, то там хранится одна из самых внушительных коллекций петроглифов и эстампажей в России. Я все эти вещи очень люблю и, конечно, бегал от камня к камню, как взбудораженный игривый пёс. Жаль, что трогать камушки не дали…
Личинами, если что, называют маски, шлемы и лица | 232 |
| 11 |  Так, ребята! Я уже в Черногорске, приехал делать мурал в рамках фестиваля "Смена". В самом Черногорске я пока мало чего посмотрел (потому что смотреть тут не так уж и много, по правде говоря), но зато побывал в абаканском Республиканском музейно-культурном центре, погулял в парке, потрогал Енисей, поел скифского барана и съездил на ближайшую гору, чтобы посмотреть на всё это с высоты.
Добрая половина машин здесь праворульные, вода после дождя собирается в гигантские лужи размером с перекрёсток, дети тусуются возле единственного Ростикса, а взрослые почему-то пилят глазами меня так, будто на лбу написано, что я приехал из Санкт-Петербурга (хотя вчера я ходил в полурабочей одежде с пятнами всех возможных видов красок и на столичного щеголя не то что б был похож).
Кофе здесь почти негде пить, а чай пьют по-старинке индийский, пакетированный.
Попозже покажу, что видел в музее интересного. Пис! | 289 |
| 12 | Так, ребята! Я уже в Черногорске, приехал делать мурал в рамках фестиваля "Смена". В самом Черногорске я пока мало чего посмотрел (потому что смотреть тут не так уж и много, по правде говоря), но зато побывал в абаканском Республиканском музейно-культурном центре, погулял в парке, потрогал Енисей, поел скифского барана и съездил на ближайшую гору, чтобы посмотреть на всё это с высоты.
Добрая половина машин здесь праворульные, вода после дождя собирается в гигантские лужи размером с перекрёсток, дети тусуются возле единственного Ростикса, а взрослые почему-то пилят глазами меня так, будто на лбу написано, что я приехал из Санкт-Петербурга (хотя вчера я ходил в полурабочей одежде с пятнами всех возможных видов красок и на столичного щеголя не то что б был похож).
Кофе здесь почти негде пить, а чай пьют по-старинке индийский, пакетированный.
Попозже покажу, что видел в музее интересного. Пис! | 1 |
| 13 |  МОРОЖЕНОЕ
Караванная, 7, Чентрале
Я про вас не забыл — был немного занят. А какие у вас отговорки — я не знаю. Ладно, москвичи понятно — у них геолокация не работает, они все где-то потерялись. Ну, а вы-то?..
Так и быть, постараюсь сейчас устроиться где-нибудь под козырьком, чтобы быстренько вам что-нибудь рассказать да посоветовать. Погода как раз такая, чтобы помечтать о добросовестном лете, поэтому шепну вам, где я ем мороженое.
Есть такой итальянский ресторан на Караванной улице, 7, называется Чентрале. Там и паста вкусная и пицца ничего, а самое главное — у них играет итальянское радио. То есть, не итальянские песни, собранные в плейлист, а именно радио. Это такая простая и такая удачная находка, что мне всегда взаправду кажется, что это я в Италии.
Так вот, в Чентрале делают своё мороженое. Шарик стоит 250 рублей, но вы не пугайтесь: оно пиздец какое вкусное и порцию вполне приличную кладут. Очень рекомендую лимонное.
Больше ничего говорить не буду, просто посмотрите, какой я довольный. А я довольный бываю очень редко — в основном я хмурый и бурчу. | 341 |
| 14 |  Где спрятался стрит-арт? 🔎
Человеку, ежедневно окруженному городским пространством, оно может сообщать факты истории, открывать архитектурные особенности зданий, радовать глаз садово-парковыми ансамблями. Но, знаем мы об этом или нет, город является и сценой для произведений стрит-арта. Тексты-граффити Василия Базелевса расположились в самых разных локациях Петербурга, а его проект «Дефект (всего) оригинала» открывает архивные чертежи заброшенных зданий, ставшие полотнами для уличных художников.
На примерах домов проекта Базелевс расскажет о различиях в технике и подходах к рисунку, мы узнаем адреса постоянного рисования в Петербурге: как и куда смотреть, чтобы найти стрит-арт.
📅 Когда: 26-го июня в 18:30
📍Где: наб. Обводного канала, 74Ц, Дворик Планетария 1
Билеты на лекцию — по ссылке 🔗 | 254 |
| 15 | Внимание, отписчики! Послезавтра читаю лекцию в Планетарии #1 | 205 |
| 16 | Если вы меня видели в последние 7 дней, то не могли не обратить внимание, что я свеж, чист и вообще отлично выгляжу.
Дело всё в том, что меня подстриг Данил Курныгин — да так, что даже заспанным или только из душа я выгляжу всё равно охуенно.
Знаете же, что после парикмахерской нужно два дня подождать, прежде чем стрижке вернётся некоторая естественность? Так вот Данил Курныгин сделал так, что я сразу из кресла был прекрасен.
Так что, дорогие мужчины, делаю вам подарок на 23 февраля заранее: дарю контакт Данила Курныгина, лучшего парикмахера в Питере, и промокод на первую стрижку у него
Обычная цена: 2300
От Базелевса: 1800
ПОДСТРИЧЬСЯ | 446 |
| 17 |  +5Чертёж дома #1 по Воронежской улице (с. Дефект всего оригинала)
Шелкография от Community Print на старых картах, плакатах и документах;
10 очень разных экземпляров;
50x40 см
5000 руб.
Купить экземпляр в раме
Буквы:
Чертёж этот я собирал ещё в 2020 году, во времена, когда улицы были чуть беззаботней, я только начинал рисовать — и, по-моему, ещё даже не начал делать тексты на стенах. Это было давно и многое с тех пор поменялось, но дом этот всё ещё стоит, безобразный и убитый.
Нельзя не обратить ваше внимание на лысого керика в середине — это моя первая тэга. Первый год, а то и больше, я делал портреты Вадима, моего друга.
Я много Вадосов наделал за своё время, на районе меня знали. Смешно, что люди из уличной тусовки при знакомстве расстраивались и недоумевали, потому что думали, что это я рисую сам себя. А я вообще не так выгляжу, и глаза у меня другие.
И, кстати, скобки с точкой, вокруг окна — тоже моё изобретение, из серии грамматических абстракции.
Многие из запечатлённых уже не рисуют. Или рисуют совсем другие вещи. | 242 |
| 18 | СВОБОДА
рюмочная
Был вчера в рюмочной «Свобода» на Гороховой с Семёном Некрасовым.
Выпили мы чуть больше двух литров пива на двоих, а чувствую я себя сегодня так, будто водяру тёплую глушил не закусывая. Ужасно.
Выводы:
1. Я и так не пью почти, а теперь может и вовсе перестану;
2. В рюмочную «Свобода» я больше не пойду, тем более что фейсер ведёт себя так, что он бы сам себя, наверно, не пустил;
3. Литр пива не может стоить 500.
Несмотря на всё это, мы отлично с Семёном посидели. | 239 |
| 19 | Пишу и вспоминаю вдруг: а ведь меня не взяли в Европейский университет из-за Блока. Всё вроде хорошо шло на онлайн-собеседовании, я шутливо отвечал на первый вопрос из билета, мы смеялись, а потом я возьми да скажи: не люблю стихи, а хуже всех — Блок. Смеяться все на этом перестали. Трепали меня за это,как недоросля какого: как ты, дескать, словом можешь заниматься и претензии там иметь, если Блока не уважаешь. Причём, трёпка долгая была, нудная. Возможности возразить мне не оставили, даже когда я попытался: «Позвольте, господин Эйхенбаум, я вам отвечу…»
— А теперь давайте ко второму вопросу, — перебивают меня. — Критика и анализ художественного произведения. Возьмём, скажем… Блок… — и название произведения.
Я улыбнулся в ответ.
— Не читал. Могу открыть в интернете пробежаться глазами?
— Конечно-конечно.
Я открыл, почитал через слово. Потом через строчку. Потом через три. Чушь какая-то символистская.
— А что, по-вашему, значат эти строки? — и цитируют мне что-то.
— Не могу точно сказать, — пожал я плечами. — Он наверно пьяный был, потому что разобрать, о насекомых он, о женщинах или так, к слову пришлось, — невозможно.
На этом мой экзамен закончился.
Короче, Блок сидел к окну боком. Наверное, чтобы не отвлекал умопомрачительный вид на Пряжку. Писал стихи. Стрелял козявками в вечность…
2 этаж: литературно-макулатурно-записочный фонд
На экспонаты я накинулся, как голодный заскучавший пёс на семнадцать мисок с кормом и двадцать пять игрушек — надкусывая отовсюду по чуть-чуть. Мне в этом плане не сложно угодить: экспозиция может быть оформлена как угодно, покуда там найдутся для меня какие-нибудь писульки, черновики, старые плакаты и другая чушь. Данилу Курныгину, например, эти все записочки до фени, а я вот люблю такое. И даже не обязательно, чтобы это был Блок или Хармс или Пушкин — важно, что это всё живое, экспрессивное, случайное. Так иногда на смятом листочке ложится жирное чернильное пятно, как ни на одной картине не увидишь.
Я такие красивые случайности называю work art, следы рабочих процессов. У меня небольшая коллекция таких предметов. Первый и любимый экземпляр подарил мне Неро — офисный листик с синим планом площадки, красными пятнами чернил для сквизера и аккуратно отрезанным уголочком 2х4 см для свистульки. Гениальная вещь. Живая!
Вот, кажется, и всё… Так хорошо было с вами со всеми, пока я это писал, что теперь, когда я столько написал, вот так обрывать как-то те | 252 |
| 20 |  МУЗЕЙ БЛОКА
Декабристов, 57
Ходили с Данилом Курныгиным пару дней назад в музей-квартиру Блока. Правильней было бы назвать её музей-парадная — потому что там целых четыре этажа (не считая закрытого третьего)
4 этаж: мемориальная квартира #21
где «жили Блоки»
Мы сразу, не думая, махнули на четвёртый этаж. Там нас загнали в комнату, где оказалась ужасная выставка холстов, коих я быстро осмотрел ровно три — три дерьмовеньких холста цвета неудачно смешанных оттенков —, прежде чем сказал:
— Это ведь не имеет отношения к Блоку?
— Не имеет, — кивнула женщина. — В квартире Блоков уже идёт экскурсия просто…
Из квартиры вышла ещё одна женщина. Внутри, за дверью, я заметил, что экскурсия ещё только в первой комнате.
— А мы не можем присоединиться к ним? Хотелось бы послушать.
А то я знаю — мемории интересно смотреть только когда кто-нибудь восторженно тыкает на каждый заусенец и протёртости пространства: «Вот это тут он сидел и смотрел в окно!» или «А вот эту икону подарили ему на 18-й день рождения» или «Вы что! Это не пятно! Это Блок козявками стрелял в эту стену, когда скучал!». Потому что когда тебе не тыкают в каждый предмет, то всё это выглядит просто как стул, стол, окно и пятно рядом с ним.
— Ой, ну… — замялись было женщины. — Это последняя на сегодня экскурсия, и она уже началась… Вам нужно купить билееееет, — затянули они, — на пееервом этажееее…
— Касса… Билеты… — задумчиво прошептал я.
— Подождите! — опомнились они. — А где же ваши билеты?
— Билеты…
Так нас отправили вниз, на 1 этаж, за билетами.
1 этаж: касса, туалет, гардероб и лекторно-выставочная зона.
Перед нами покупала билеты семья. На экскурсию они уже опоздали (дык), поэтому решили взять аудиогид. Чтобы взять один аудиогид нужно оставить 2 или 3 тысячи залога наличными, подписать трёхстраничный договор и оплатить 200 или 300 рублей за аренду. Они брали три аудиогида. За это время мы сходили в туалет, осмотрелись и зашли в лекторий.
В лектории экспонировались с пару дюжин акварелей на тему «Какой у нас красивый Петербург и в особенности Коломна», а под ними красовались офисные стулья в таком же количестве — так, что нужно вставать коленками на них, чтоб поближе рассмотреть акварельный Петербург.
Билеты стоили всего 200 рублей. Данил Курныгин прихватил себе открытку, а я взял какую-то небольшую книжицу «анекдоты про Петропаваловскую крепость» или что-то такое. Она мне попадалась при краеведческих исследованиях, поэтому решил взять. Читать пока не начинал, но с первым же смешным анекдотом пришлю вам посмеяться.
4 этаж: мемориальная квартира #21
где «жили Блоки»
Да, квартира, где жил Блок с семьёй. Что сказать? Его стол, его стул, мамина тахта с ручками разных длин, чтобы удобней было садиться, картиночки, подсвечники… Вроде квартира, а всё в ней выдаёт музей. Не обжитая, стерильная при своём почтенном возрасте. Ни одного следа жизни — ни одной козявочки не законсервировали. Ни смятого листа, ни кружки, высыхающей с утра.
Хотя Блок, мне так кажется по его почерку, козявками в стену не стрелял. И плохие стихи не сминал вместе с листом, где их написал, а аккуратно зачёркивал тремя параллельными линиями. А ещё лучше — писал вчистую, сразу готовые вещи. Так что, может, и кружку с кофе он не хранил весь день до ночи. Не знаю. | 236 |
