Баламандские записки

Для мотивации. О принципе регулярности от Лебедева В.В.

Прекрасное из мира рукописей📜🤎 Лейденский университет запустил Mouse&Manuscript — открытый образовательный курс с интерактивными уроками по кодикологии и палеографии. В основе курса — оцифрованные рукописи из восточной коллекции библиотек Лейдена. Среди них — образцы на арабском, персидском и коптском языках, представляющие традиции регионов от Магриба до империи Великих Моголов. Уроки построены так, чтобы пользователь самостоятельно мог исследовать, как создавались и использовались книги в этом регионе до изобретения книгопечатания. Они учат читать следы, оставленные переписчиками, владельцами и читателями рукописей. Материалы можно изучать в любом порядке; каждый блок снабжен списком литературы, вопросами с ответами и практическими заданиями. Ссылка на курс: https://mouse.digitalscholarship.nl/

Чудесная карта, на которой отмечены все церкви Ливана✝️💙 (данные по состоянию на май 2024).

С праздником Успения Пресвятой Богородицы! Британский музей, XVII в.

Какой упитанный змей ❤️ Храм Св. Георгия, Тартей, Ливан

Муд вечера среды✨ Фейруз и Мирей Матьё💞

Ruqād (араб. رقاد) — т.е. «усыпление». Этот термин в арабской христианской традиции обозначает как кончину Пресвятой Богородицы, так и сам праздник Её Успения (عيد رقاد سيدتنا والدة الاله الفانقة القداسة)

В понедельник, 24 августа, в Иерусалиме умер Сулейман Мансур — один из самых известных палестинских художников. Ему было 79 лет. Для человека, который никогда особенно не интересовался современным искусством, имя Мансура может ничего не сказать. А вот его картины, скорее всего, знакомы. В

1973 году он написал «Джамаль аль-Махамиль» — «Верблюда, несущего тяжести». Старик согнулся под огромной ношей, а над его спиной возвышается Иерусалим с Куполом Скалы. За прошедшие пятьдесят лет эта картина стала одним из самых узнаваемых образов Палестины.

Но Мансур был гораздо больше, чем автор одной знаменитой картины. Оливковые деревья, старые дома, палестинские деревни, женщины в традиционной одежде, вышивка, земля — всё это постоянно возвращалось в его работах. Он собирал из простых вещей визуальную память народа. Особенно характерно, что во время Первой интифады художники круга Мансура начали использовать вместо привозных красок землю, глину, кофе, хну и другие местные материалы. Получалось почти буквально: землю, которую художник изображает, он превращал в материал для своей картины. В палестинской культуре для этого есть очень точное слово — صمود, сумуд, стойкость, способность оставаться на своей земле и сохранять себя.

У Мансура "сумуд" стал художественным принципом. Поэтому его «Верблюд» оказался столь сильным художественным образом. Человек несёт на себе не просто тяжёлую ношу. Он несёт город, землю, память и историю.

Теперь самого Мансура уже нет. Но Иерусалим - Аль-Кудс, который он столько раз писал, остался на его полотнах. Вместе с ним осталась и Палестина, которую он всю жизнь рисовал так, словно боялся, что однажды её придётся искать только по картинам. #Сулейман_Мансур #Искусство_Палестины

Христос сопровождает Деву Марию в Рай Deir-al-Suryan, Egypt, 10 c. 📷Karel Innemée

На сегодня я использовала весь свой бесплатный лимит голосовых у Абуны. Дальше – только за деньги😂😂😂

Ну очень люблю арабское выражение «نعيماً» (naʿīman). Впервые я услышала его от правой руки декана, абуны Иоханны, когда сделала каре. (В салоне я минут пятнадцать уговаривала парикмахера совершить сие «преступление» – он не хотел, жалко ему было отрезать мои косы🙈) Эту фразу говорят человеку, когда он вышел из салона с новой прической или после душа. Слово восходит к «نعمة» (niʿma) — «милость», «благодать». Сам же корень связан с приятной жизнью и благосклонностью к кому-либо или чему-либо. На русском дословного эквивалента нет, но мне нравится такой вариант (подслушано у своих арабов): «Какая Божья милость сошла на тебя, ведь ты обновил(а) свой облик»🌸

Как быстро пробудить второе дыхание у антиохийцев? Идет экскурсия по Зачатьевскому монастырю. Комплекс большой, ходить приходится много. У некоторых студентов в какой-то момент силы заканчиваются. Они уже сидят на скамье в храме, во взгляде — полная обреченность и усталость. Вдруг экскурсовод говорит: «А сейчас мы пойдём в костницу». В эту же секунду у ребят открывается второе дыхание, и они с такой радостью бегут в костницу, что мне приходится их догонять.

Доброе пятничное🌸

Сегодня исполнилось бы 60 лет моему научному руководителю, невероятному преподавателю Наталье Геннадьевне Головниной. С самого дня её похорон я пребываю в каком-то странном состоянии. Мне кажется, что это дурной сон, из которого я не могу выбраться. Мозг пока отказывается принять, что в этом году на кафедре не будет наших традиционных чаепитий, разговоров до ночи (пока охрана не начнет нас выгонять), ее заливистого смеха, прогулок до метро, обсуждения пустынных отцов, учебных планов, идей для фестиваля «Неделя христианского Востока» и даже её мягких выговоров за мои «косяки». Я скучаю. الله يرحمها وليكن ذكرها مؤبدا بأحضان الرب يسوع المسيح

Не знаю, правда это или вымысел, но история мне оооочень понравилась!💞 В 1970-е годы Алеппо посетил греческий певец Демис Руссос. На одной из улиц города он стоял в окружении охраны, которая оттесняла многочисленных прохожих, у магазинчика, где продавались зажигалки и всевозможные сувениры. Демис был одет свободный белый балахон, напоминавший джалабию — традиционную длинную рубаху. Вдруг к нему прорвался сквозь оцепление пожилой мужчина. Вероятно, он принял Руссоса за благочестивого шейха, познавшего Бога: Демис был бородат, облаче в «джалабию», а его лицо дышало благодушием. Старичок схватил певца за одежду и сказал: — Помолись за нас, шейх! Вы, люди Аллаха, — ваши молитвы всегда бывают услышаны! 📷Демис Руссос перед концертом в цитадели Алеппо, Сирия, 1977 год.