Оказавшись рядом с братьями, в ближнем тылу родных войск, увидели солдаты неба, как один из автомобилей уже почти наехал на мину. На одну из многих, которые в этой лесополосе щедро раскидали хохлы. Лесополоса была буквально ими засеяна. И на одну уже заезжало заднее колесо "девяносто девятой".
Спасти живых! Погибшие воины всей своей духовной силой, концентрированным движением душ, ударились в бок автомобиля и за долю секунды до взрыва, сдвинули его в сторону от мины!
А "Старый" бросился на мину. Как и пятнадцать лет назад приняв на себя её взрыв. В прошлом, на многострадальной земле Ингушетии, его крупное мужское тело, вобрало в себя взрыв гранаты РПГ, поразившей бронированный УАЗ. Защитив собой его братьев, находившихся за ним в машине. Вот и теперь, его широкая душа, сконцентрировавшись в горчичное зерно слова "Нет!", полностью отклонило в сторону от автомобиля кумулятивную струю и впитало в себя большую часть фугасного воздействия. Его живым друзьям достались лишь остатки взрывной волны, контузившей их, да выбившей стекла автомобиля. Но они были живы.
Выпав из "девяносто девятой" на землю, ползли они по колее следов. Плохо слыша, со звоном в ушах, посеченные стеклами, но все же соображающие что и зачем делать. Через какое-то время каждый из них огляделся вокруг, отыскивая друг друга ошалелыми взглядами, оценивая состояние товарищей и необходимость помощи. Шок отступал и сознание занимал выработанный тренировками рефлекс "раз сам жив и относительно цел, ищи товарища и оценивай, нужна ли ему помощь". Все были посечены стеклом. Кому то кровь заливало лицо из расеченного лба. У кого-то кровь пропитывала брюки или боевую рубашку. Доктор, сам получивший ранение плеча, и оценив его небольшую тяжесть, уже полз к товарищам с медрюкзаком. Который и вытащил с собой из покореженного авто на одном рефлексе.
"Старый" спокойно сидел на ветке дерева и вместе с другими душами наблюдал за происходящим внизу. Опасности его братьям уже не было. Тем более к ним приближалась остальная группа. Живые справятся сами.
- Теперь у твоих живых друзей новые дни рождения. - сказал Сергею сидевший рядом с ним "Линза", - Дни рождения в день твоей Памяти.
- Да. - кивнул "Старый", - Новые дни рождения. В день моей Памяти. И это хорошо.
На земле, на спине лежал оглашенный майор "Хитрец" и спокойно ждал пока Док перебентует его голову. Лежал и смотрел на вершины деревьев. Думал о давно погибшем друге, капитане Сергее "Старом". Сегодня был день его Памяти. И, получается, сегодня новый день рождения у него, майора "Хитреца".
И это хорошо.