Санкт-Петербургский Речной яхт-клуб

Подвигу твоему, Ленинград! Публикуем фрагмент из готовящейся к печати книги о Санкт-Петербургском Речном яхт-клубе. С первых дней войны спортсмены Ленинграда встали на защиту Родины. Многим, несмотря на все их просьбы, отказали в немедленной отправке на фронт. Морское командование считало, что и для яхт найдется дело. Так и оказалось. Для охраны водного района Ленинграда в начале войны был создан «Отдельный отряд», в который входили яхты и моторные катера. Командовал отрядом А.М. Богданович. Кроме того, командование ПВО Ленинграда решило разместить в Невской губе зенитные батареи и аэростаты заграждения с тем, чтобы преградить гитлеровской авиации путь к городу с моря. Для этого сформировали Базу обеспечения ПВО Невской губы. Ее командир капитан 2 ранга М.К. Смирнов считал, что без яхтсменов поставленную задачу не выполнить, и ему в помощники назначили опытного яхтсмена старшего лейтенанта И.П. Матвеева, прекрасно знавшего каждую отмель, каждую банку в Невской губе. Всего для ПВО собрали 50 барж водоизмещением по 800 тонн. Одну зенитную батарею устанавливали на трех состыкованных баржах. В течение июля всю эту флотилию под руководством И.П. Матвеева поставили на мертвых якорях в Невской губе на тридцати точках. Катера и яхты Базы обеспечения ПВО поддерживали связь с зенитчиками, доставляли им все необходимое. С приближением к городу линии фронта необходимо было надежно закрыть подходы к нему со стороны Невской губы. Для охраны входов в Неву на Елагинском и Петровском фарватерах использовали две крейсерские яхты «Пионер» и «Ударник» под командованием известных спортсменов-парусников И.И. Сметанина и В.П. Дмитриева. Эти яхты несли здесь дозорную службу до разгрома врага под Ленинградом. В августе 1941 года в системе флотской разведки сформировали разведывательный отряд, в который вошли опытные яхтсмены-добровольцы М.Ф. Егоров, Д.Н. Коровельский, А.Д. Ломов, М.А. Пахомов и др. Командовал отрядом известный яхтсмен, участник войны с белофиннами А.В. Курышев (после войны был начальником яхт-клуба ВЦСПС, ныне - СПб Речной яхт-клуб). Летом 1942-го и 1943 года яхтсмены принимали участие в проводке кораблей по северному фарватеру, максимально удаленному от батарей противника. Осенью 1941 года с помощью яхтсменов, хорошо знающих побережье, высадили несколько десантов на южный берег Финского залива. Десантники ценой своих жизней оттянули на несколько дней начало штурма Ленинграда, что позволило создать в Автово непреодолимый для немцев участок обороны. Зимой единственным средством для дозора, разведки и связи стали буера, на ровном льду развивавшие скорость 80 км/час. Сформировали два отряда буеристов по 100 человек в каждом, имеющих в одном 19, в другом 16 буеров. Боевой экипаж состоял из пулеметного расчета и рулевого, обладавшего опытом управления и яхтой. Такой буер мог взять на борт 8 — 10 бойцов, вооруженных винтовками. Первым в разведку на буере вышел И. Матвеев. Состоявшие на вооружении буерных отрядов буера ходили в хороших условиях со скоростью 40–50 км в час. На Ладожском озере также действовал отряд из 19 буеров под командой И.И. Сметанина. Расстояние от Осиновца до Кобоны буер преодолевал за 15–20 минут. Отряд действовал на «Дороге жизни», но еще до ее создания буера доставляли в Ленинград продовольствие. Буер «русского» типа мог взять на борт 5–6 мешков муки, то есть 500–600 кг. За день буер мог сделать четыре-шесть ходок, доставив таким образом до 3500 кг. Немецким летчикам не удалось уничтожить ни один буер — выручали скорость, маневренность и сноровка шкотовых и рулевых. Одной из важнейших боевых операций буеристов стало разминирование Морского канала, который связывает Ленинград с Кронштадтом. Немецкие лыжные группы заминировали канал. После ухода немцев на трассу вышли буера, с глубинными бомбами малой мощности. Они обходили выкопанные немцами лунки, сапер бросал под лед «глубинку» и буер стремительно уходил. «Глубинка» детонировала заложенные немцами бомбы. Фарватер был очищен практически полностью, хотя несколько подрывов впоследствии произошло, все суда остались на плаву.