ᴜʟᴛʀᴀ-ᴢ 🇷🇺

Демократия и «Конец великой расы»   Американский юрист Мэдисон Грант с ужасом наблюдал, как на его глазах менялась собственная страна. На некогда однородную культурную среду одна за другой накатывали волны мигрантов. На улицах Нью-Йорка английский язык все чаще вытесняли итальянский и идиш. Мало того, в 1880-е годы в США начали массово эмигрировать не только из Южной Европы, но и из Китая.   Когда-то Грант прославился как защитник вымирающих американских бизонов. Теперь под угрозой исчезновения оказался его собственный народ.   Эти страхи подтолкнули его к написанию манифеста о спасении Америки. В 1916 году он опубликовал книгу «Конец великой расы», которая стала одной из самых влиятельных работ «научного расизма» в XX веке.   В этой книге Грант сетовал, что американцы все чаще мыслят категориями языка, гражданства и политической нации, а не расы, и потому утрачивают расовое сознание. По его мнению, не все расы — и даже не все европейские расы — равны. Нордическая раса, к которой он относил англосаксов и скандинавов, олицетворяла человеческое развитие. «Средиземноморскую» расу, напротив, он считал настолько примитивной, что называл ее «в равной степени африканской и азиатской».   Однако проблема заключалась не в самом существовании других рас и народов за пределами США. Проблема состояла в том, что они массово приезжали в Америку — и приобретали там политическую власть.   Виноватой в этом он считал демократию. В главе «Раса и демократия» он объяснил, почему идея о всеобщем равенстве — устаревший и антинаучный пережиток религиозного мышления, ставящий жалость и чувства выше разума и науки.   Более того, демократия, на его взгляд, поощряет посредственность в ущерб гению. Аристократия же в его представлении была «правлением мудрейших и лучших, которые всегда составляют небольшое меньшинство в любом народе». Чтобы проиллюстрировать свою мысль, он сравнивает общество со змеей:  

«Человеческое общество подобно змее […] В прошлом хвост змеи, который олицетворяет антисоциальные силы, тянулся за нею с помощью грубой силы по пути прогресса. [Сейчас] человечество под властью всеобщего избирательного права, под властью «среднестатистического» [подобно] змее, извивающейся в стороны, не обращая внимание на голову с мозгом и глазами. Такие змеи, однако, не славятся своей способностью быстро прогрессировать».

  Демократия, он продолжил, не только замедляет развитие общества, отдавая власть посредственностям. Она подрывает и расовое сознание. В условиях всеобщего избирательного права голос получает не только средний англосакс, но и средний итальянец, еврей или китаец.   Выход он видел не только в ограничении иммиграции, но и в программе принудительной стерилизации, которую он назвал «практичным, милосердным и неизбежным решением». Начать он предлагал с «преступников, больных и сумасшедших», но в итоге распространять эту практику на «слабаков» и «не имеющие никакой ценности расовые типы».   В 1920-е годы «Конец великой расы» приобрел заметную популярность в в США. Президент Теодор Рузвельт назвал ее «великолепным произведением», за которое «все американцы должны быть искренне благодарны». Однако самыми известными поклонниками книги оказались не американцы, а европейцы. Среди ее читателей был и Гитлер, который ее назвал «моей Библией» в личном письме благодарности Гранту.