Ромашковый сбор

Реновация по-канадски. На фотографиях — не современная архитектура, заимствующая традиционные формы, а самый настоящий старый дом. Его построили в 1910-х годах, а нынешний облик — работа студии D'Arcy Jones Architects, которую хозяева попросили реконструировать их жилище, а заодно пристроить гараж, который архитекторы пристроили под домом. Для этого особняк пришлось поднять, по в силу особенностей участка и существующих ограничений это операция оказалась оптимальным решением. Снаружи домик обшит сайдингом из стеклопластика. Внутри тоже все поменяли — сделали открытую планировку. Полы в доме теперь бетонные, портал камина сделан из стали, а стены — из фанеры. Так что форма здания — единственное, что напоминает о его почтенном возрасте. 📷 Ema Peter Подробности у Dezeen

Перестройкой старого-советского в новомодное-популярное нас не удивить: проектов много, больше того много действительно хороших. У этого проекта особенность – он из Казастана, в Алма-Аты: в пространстве бывшего дома советских железнодорожников ТуркСиба открылся ресторан «Fika». Местная студия NAAW удачно сохранила раскрывшуюся под гипсокартонными потолками потертую лепнину, стилизовала характерную советскую окраску стен – до середины цветом, сверху штукатурка (у нас до сих пор полно «присутственных мест» с такими стенами), добавив ко всему модный mid-century и каких-то игривых шашечек и деталей. Вышло светло, свежо и симпатично. Проект нашла у Dezeen и там же зацепивший комментарий от авторов, партнера NAAW Эльвиры Бакубаевой:

Мы хотели добиться того, чтобы интерьер не романтизировал наследие колониальной эпохи, но в то же время не отрицал его

Вот удивительно, как люди умеют держать нос по ветру, вворачивая в нужное время самые популярные в данный момент слова. Одно время это была «толерантность», потом «устойчивость», теперь вот кругом «колониальный».

Как любительница камня не могу пройти мимо кресла Rialto по дизайну Джорджо Бонагуро для Laurameroni — три его массивные ножки сделаны из травертина. Про вес кресла информацию не нашла, модель но явно не из тех, что летают туда-сюда по комнате.

Ресторан Kirsikka (переводится как «Вишенка») на втором этаже рынка Хаканиеми в Хельсинки. Нескучный интерьер с почтением к исторической архитектуре — работа студии KOKO3. 📷 Riikka Kantinkoski Подробности у Yellowtrace

Надоели холод и потьма? Героям этой истории тоже: семь лет назад дизайнеры Жозефина и Кристофер Дю Риц продали все, что имели в родной Швеции, чтобы переехать на Майорку. «У меня долгая история любви с этим островом, — рассказывает Жозефина. — Когда я была маленькой, мы каждое лето приезжали сюда с родителями, у них здесь была квартира». Дю Рицы не просто перебрались на остров мечты, но и придумали себе работу мечты. Их фирма Durietz Design & Development занимается флиппиногом — покупает, реставрирует, а потом продает старые дома. Последний проект Жозефины и Кристофера — дом на две квартиры общей площадью 550 м², известный как Santa Teresa 34, в центре городка Сольера. Дизайнеры нашли его благодаря другу-риэлтору. Дом был заброшен, и у дизайнеров ушло три года на его восстановление. «Мы всегда работаем так, как если бы дом предназначался для нас самих», — говорит Жозефина. Дизайнеры рассказывают, что в старом доме были, в числе прочих, помещения без окон, поэтом они сделали перепланировку, не трогая при этом несущих стен, и вообще постарались по максимуму сохранить старую плитку и деревянные детали. Мебель для обновленного интерьера частично покупали в антикварных магазинах, чтобы чувствовался характер. «Идея была в том, чтобы сделать дом живым и индивидуальным. Мы хотим продать не пустую коробку, а место, готовое для жизни», — говорит Жозефина. Она, кстати, даже написала для этого проекта несколько картин, а в винном погребе будущих хозяев уже ждут несколько бутылок фирменного вина Santa Teresa 34, сделанного на одной из местных виноделен. 📷Salva López Подробности у Manera

Мы тут как-то смотрели интерьер японского заведения в Нью-Йорке, а теперь — бар Omasake в Париже, проект студии Sala Hars. Авторы решили соединить присущий Токио футуризм с парижским классицизмом — и получили тоннель из подсвеченных октагонов, сделанных из перфорированной меди и стали. Большое количество металла смягчают текстильные панели вдоль стен. Лестница ведет наверх — там находится суши-бар Yoshinaga, спроектированный той же командой, но совсем в другой стилистике. 📷 Florent Michel Подробности у Designboom

А теперь про музей, в которого точно нет проблем с экспонатами. Вчера в Музее русского импрессионизма открыли выставку «Группа «13». В переулках эпохи». Я на открытие не попала по техническим причинам, но вижу в ленте, что друзья и коллеги очень хвалят, так что #планынавыходные уже понятны. Группа «13» существовала всего ничего — с 1929 по 1931, но поскольку ее участники продолжали общаться вплоть до 1970-х, оставила обдирное насилие, на выставке показывают три сотни работ. Художники, входившие в группу (их, как можно догадаться, было тринадцать) сторонились присущего соцреализму пафоса и работали в камерном формате — делали документальные зарисовки, занимались книжной иллюстрацией. Уже привычная особенность выставок в этом музее — часть экспозиции адаптирована людей с проблемами зрения. Для четырех произведений сделаны тактильные макеты, а ольфакторная художница Анна Кабирова сделала ароматы, которые передают атмосферу работ. Меня это каждый раз очень трогает.

Это не очередная архитектурная фантазия, созданная компьютером, а реальное здание. Перед нами новый музей Zaishui Art Museum, построенный архитектором Джуньей Исигами в китайской провинции Шаньдун. Здание длиной в километр словно вырастает из озера, воды которого местами заходят и в интерьер. Гигантским стеклянным павильоном музейные площади не ограничивается, узкая полоска суши вдоль него — это не на самом деле никакая не суша, а информационный центр музея, который архитектор снабдил с озеленённый крышей. Мне, честно говоря, не очень понятно, откуда в Китае, где новые музеи открываются чуть ли не раз в неделю, столько экспонатов, чтобы качественно заполнить все эти нескончаемые выставочные площади. Пишут, что сейчас в музее работает экспозиция на тему шоколада. Но такое такая архитектура будет привлекать людей и сама по себе. 📷 Arch-exist

Я все больше по городским интерьерам, поэтому, если планируете построить загородный дом, стоит заглянуть в канал @Dom_Look Там собрано больше пяти тысяч фотографий — загородные дома и коттеджи со всего света показаны изнутри и снаружи. Есть чем вдохновиться и что взять на заметку. У канала уже почти 14 тысяч подписчиков — это тоже своего рода знак качества. Присоединяйтесь и вы: 👉🏻@Dom_Look

Интерьер этой квартиры Марина Новикова собрала из мебели российских брендов, а во время съемки добавила к ней национальный колорит. Текст целиком, планировка и больше фотографий — в Дзене. Квартира на все случаи жизни Хозяйка квартиры наблюдала за Мариной несколько лет в инстаграме (российские власти считают экстремистской организацией) и только потом пришла к ней с заказом. “Ей понравилась выдержанная стилистика моих работ и детальный рассказ о том, как складывается работа над проектом”, — говорит Марина. Дальнейшая судьба этих 60 квадратных метров была не вполне ясна: то ли хозяйка, живущая в Швейцарии, будет останавливаться здесь сама, когда приезжает в Россию, то ли квартира станет сдаваться в аренду, благо квартира находится недалеко от Сити. Соответственно, интерьер требовался достаточно универсальный и спокойный, без очевидных трендов. Деньги В арендном (или потенциально арендном) жилье это всегда важно. “Нужно было сделать интерьер, который отвечает инвестиционному потенциалу квартиры, и не улететь бюджетом в космос”, — объясняет Марина. Цена проекта — 100 тысяч рубле за м². По меркам 2022 года это были хорошие деньги, позволившие выдержать баланс “цена — качество”. Основные вложения: хорошая столярка, паркет, хорошая мебель российских брендов. Планировка Больше всего места отведено под кухню-гостиную, при этом собственно зона готовки небольшая — не для семейных обедов с тремя переменами блюд, а чтобы быстро приготовить что-то легкое. Кстати, обратите внимание на ниши вдоль пола в прихожей. “Это вклад заказчицы — на одной из встреч она принесла похожие фотографии и сказала: “Хочу так”. Это очень удобно, они структурируют обувной хаос, который обычно творится в прихожей”, — говорит дизайнер. Продолжение — в Дзене. 📷 Вера Деблик

У Hermès вышел новый сервиз — Tressages Equestres, рисунки для которого придумала художница Виржини Жамен. В коллекции 27 предметов с изображением разнообразных «плетенок» — этот материал активно используют в конской упряже, а лошадиная тема для Hermès, как известно, основопологающая. Подставки, на которых снята посуда, тоже вот напоминают стремена.

Когда писала про ковры Шалини Мизры cc-tapis, решила погуглить, что за дизайнер — и открыла для себя много красоты. Мизра — прежде всего интерьерный дизайнер, и очень высокого полета. Делает большие дорогие проекты в Лондоне, вот как раз один из них. Это четырехэтажный особняк в викторанском стиле где-то в окрестностях Кингс-роуд. Хозяева — семья с двумя детьми, явно люди не простые и всю свою жизнь открывать не хотят — в съемке только общественные зоны, никаких вам спален и ванных. По ходу ремонта Мизра превратила цокольный этаж в семейную гостиную, а на первом находятся парадная гостиная со столовой. По просьбе заказчиков там максимум места отведено под искусство — у них в коллекции не только фотографии и картины, но и скульптура. У Мизры индийские корни, и в ее работах это чувствуется. Она очень здорово приправляет британскую респектабельность экстравагантными решениями вроде необычной отделки потолков и большого количества металлика. Очень интересной получилась лестница — дизайнер говорит, что вдохновлялась работами Джо Понти. 📷 Mel Yates Подробности у Wallpaper

Представьте, что в ваших руках оказался дом середины XV века, а в придачу к нему — конюшня 1900-х годов (считай, совсем новенькая!), и вам надо приспособить их для современный жизни. Архитектор Андреа Фраполли, получивший такой нетривиальный заказ, решил задачу, дополнив оригинальную каменную кладку бетоном — из него отлиты недостающие элементы старинных построек, а также сделан третий домик, который он сконструировал сам. Получился интересный результат: граница между старым и новым четко видна, но выглядит все очень цельно. #домики 📷 Alessandro Malpetti Подробности у Divisare

Хозяйке на заметку: на праздничном столе можно обойтись без тарелок. По крайней мере, если это вечеринка в честь первого дня рождения пространства «Мох». Сервировку придумали Марина Леонова и Полина Ченцова. Вместо посуды — орнаменты из бобовых, а кремовые розы на деньрожденном торте отлично заменяют живые цветы.

Бывают же совпадения: написала вам про кресла Фэй Тугуд из, и тут же обнаружили, что у российского бренда 1917design тоже ест мебель из палочек от эскимо. Табуреты с толики так и называются — «Мороженка».

Я буквально на днях рассказывала про каменную мебель Фэй Тугуд, а вот и более привычные вещи в ее исполнении — уличное кресло Peace с подставкой для ног, которые она сконструировала для финского бренда Vaarnii. В очертаниях новинки легко угадывается классическое кресло «Адирондак». Забавный момент: на стадии макетирования Тугуд использовала деревянные палочки для эскимо, и их характерные скругления стали отличительной особенностью кресла. Подробности у Dezeen

Катя Гулюк оформила для своих заказчиков загородный дом и сама рассказывает о том, как придумала и из чего собрала этот интерьер. Прочитать весь текст и посмотреть больше фотографий можно в Дзене. Стиль, в котором я работаю, можно назвать “сельской классикой”. Он очень близок к итальянской “альпине” и немного к провинциальным французским шато. Клиенты обратились ко мне, когда купили дом из бруса в одном из тверских яхт-клубов, но они совсем не хотели отсылки к этой теме, скорее наоборот — важно было подчеркнуть, что это деревенский особняк. Моя заказчица — большая поклонница театра, мы много разговаривали, чтобы лучше понять, в каком ключе пойдет работа над интерьером, и вот, слово за слово, она пригласила меня на спектакль “Евгений Онегин” в театре Вахтангова, это было тончайшее попадание — много лет подряд с первым снегом я перечитываю любимый роман. И вот, когда на сцену сыпался снег, как это обычно бывает в постановках “Евгения Онегина”, у меня сложилась картинка того, как будет выглядеть дом: он должен стать зимним приютом, местом, где можно проводить время и в темный ноябрь, и ждать гостей долгой русской зимой, и куда будет приятно возвращаться с долгой прогулки. Ремонт и перепланировка Мы не планировали масштабных работ, но демонтаж пола показал, что требуется замена системы отопления, коммуникаций, работы по отводу грунтовых вод, замена элементов перекрытий второго и третьего этажей. Мы фактически расчистили дом до коробки бруса. В крыле, где у прежних владельцев жила прислуга, устроили сауну и гостиную при ней для посиделок после парной. В гостиной тоже решили установить камин, фактически печь буржуйку. Русский дух Пушкинскую “русскость” мы подавали очень осторожно, через ненавязчивые детали, например, через сделанную на заказ латунную фурнитуру по образцам XIX века, через льняные французские шторы, которые вполне могли быть привезены и двести лет назад в барскую усадьбу. Через множество отсылок к быту европейской культуры, которая вполне могла проявиться в русской усадьбе. Продолжение в Дзене

Немного светской хроники в русском стиле — на прошлой неделе канал «Новый русски//Культурный код» собирал друзей на литературно-поэтический вечер. Отмечали переход через отметку десять тысяч подписчиков. Гуляли в прекрасной антикварной галерее «Другое дело» — вот тут о ней подробнее. Оцените озорную сервировку с гжелью! На фотографиях: — основательница «Нового русского» Александра Федорова; — дизайнер Евгений Аверин с женой; — Элина Туктамишева, основательница выставки «Трын*Трава»; — дизайнер Дарья Василькова и я в образе инь-ян; — Варвара Любова и Григорий Стальков из проекта «Глазами инженера».

Несколькими постами выше я затрагивала тему библиотек. Тема, конечно, необъятная. Но вот в этом конкретном случае не просто библиотека, но и та реставрация, про которую я говорила в постах еще более ранних – когда реставрировать нечего, сгорело все в двух войнах, и архитектор берется творить красоту, как он ее видит. Это проект одного из ведущих бельгийских архитекторов XX-го века Анри Лакоста – библиотека при университете в бельгийском Лёвене. Восстанавливал он ее после 1945-го года. И, кроме потрясающей работы с деревом, впечатляет, как смело архитектор берется за орнаменты и архаические скульптуры в эпоху высокого модернизма. Почитать историю проекта можно в World of Interiors.

Надо сказать, что Бангкок — один из моих любимых городов. Не самый удобный, но осень живой. И об этом мы даже записали подкаст, который можно послушать вот тут: Mave Apple