С л е д у е т ж и т ь

Наше бытие в музее)

Пациентки хосписа часто сватают дочерей или внучек в жены. В полушутку как бы, но по тревоге в глазах видно, что тема важная  - Есть у меня дочка... Только после развода. Ох, Дима, какая дева! - Наталья Петровна цокает языком, закатывает глаза мечтательно, но все равно тревожно на меня поглядывает - как я там? Обратил внимание на проплывающее мимо счастье?  - Завтра она придет, я вас познакомлю. Настя. Настенька. Тебе какие девушки больше нравятся? Она тебе точно приглянется. Умная, красивая, а готовит как... Конечно, она не первая, кто ведет подобные разговоры. Есть в этом что-то от панического желания передать своего ребенка в уходящий из ада войны или другого бедствия поезд. Такие сцены в фильмах часто видел: "Я все равно умру, возьмите ребенка. Спасите его, пожалуйста, возьмите с собой".  Марина Викторовна одна из немногих, кто не вел таких разговоров. Не отпуская от себя дочь, в самом деле, очень красивую женщину с темными волосами, она долго, пристально и подозрительно меня разглядывала. Вот лежит в кровати: руки и ноги не работают, лицо худое, глаза впавшие, а все равно ведь порвет за свою Катю - это ощущается почти физически. Чувствуя себя неверным пришельцем в стане мусульман, я на Катю даже не смотрю. Глаза опускаю, говорю тихо и вежливо, за что любезно допускаюсь покормить Марину Викторовну тортиком с глотком шампанского - 8 марта тогда отмечали.  Она, к сожалению, сильно ухудшилась после праздника. Болеет она энцефалопатией, бедный мозг страдает и разрушается. Вначале были довольно мирные галлюцинации, которые переросли в настоящую манию преследования. Я совершенно ничего не мог сделать, волонтеры тоже опустили руки - Марина Викторовна никого не хотела видеть рядом, не разрешала даже с ней здороваться. В ее палате росли фантастические деревья, за которыми прятались злобные уроды с внешностью всех встречавшихся в ее жизни людей. На небе-потолке сияли ледяные лампочки, которые она размораживала своим криком - она пронзительно кричала, иногда часами, совершенно не поддаваясь препаратам, уговорам и ласковым словам.  Вчера шел мимо ее палаты и снова услышал крик: Марина Викторовна кричала имя "Оля". Громко и непрерывно, бессчётное количество раз подряд. Не выдержал, зашел в палату. Из ее сбивчивого и не очень вежливого рассказа я понял следующее: сейчас своим криком она поддерживает реальность вокруг себя. Если она перестанет кричать "Оля", то станет темно и страшно. Пока кричит, светло. Если кричать "Зоя", то можно дышать воздухом, если "Наташа", то не хочется пить. Подобно атланту она держала реальность на своем слабом крике. Замолчит - мир рухнет на нее, реальность кончится, темно станет. Оля, Наташа, Зоя, разумеется - плоды ее ума. Я хотел посидеть с ней немного, успокоить, подержать за руку, но Марина Викторовна меня выгнала, продолжив кричать, поддерживая свет в палате и во всей вселенной.  Выхожу из палаты и вижу Катю - ее дочь. Катя осунулась, уголки губ опущены. Красивые глаза темны. От нее пахнет горем, печалью какой-то невыносимой. Я знаю, что она не уйдет из палаты, даже если часами придется слушать крики, даже если будут выгонять. Будет с мамой, среди невидимого леса и рушащейся реальности.  Катя уходит в палату. Крики оттуда смолкают. Вечер, спать скоро. Так не хватает сна - долгого, непрерывного. Спокойного и пьянящего как синее небо в апреле.

Удивительной глубины и простоты рассказы Димы

В 1995 году епископ Православной Церкви в Америке Василий (Родзянко) в очередной раз приехал в Россию и был приглашен совсем молодым батюшкой на глухой приход в Костромской области. Ехали на двух машинах — добраться до далекого прихода помогли московские друзья владыки. Неожиданно машина остановилась. На шоссе минуту назад произошла авария: мотоцикл с двумя седоками врезался в грузовик. На дороге лежал мертвый пожилой человек. Водитель грузовика и второй мотоциклист в оцепенении стояли над ним. Молодой человек (как потом выяснилось — его сын), зажав в руках мотоциклетный шлем, плакал. — Я священник, — обняв его за плечи, сказал владыка Василий, — если ваш отец был верующим, сейчас надо совершить особые молитвы. — Да, пожалуйста, сделайте все как надо — отец был верующим. Он никогда не ходил в церковь, все церкви вокруг давно разрушены... Правда, он говорил, что у него есть духовник. — Удивительно: как же так — не бывал в церкви, но имел духовника? — Он много лет каждый день слушал религиозные передачи из Лондона. Их вел какой-то отец Владимир Родзянко. Его папа и считал своим духовником. Владыка опустился на колени перед своим умершим духовным сыном, с которым Господь судил ему встретиться впервые. P.S. Более двадцати лет епископ Василий вел православные передачи для России по BBC. Только тогда он еще не был монахом, и звали его отец Владимир Роздянко.

А мы тут, приходите смотреть хороших ребят и красивые картинки😉

А вот эта карта)

Наш музейный день с Наташей и ребятами ) Карта путешественника для ребят, по которой мы и ходили по музею) Путешественник не просто находит какой-то артефакт, но обязательно зарисовывает и немножко присваивает себе)

Есть в моей жизни несколько людей, которых я никогда не знала, но которых нежно люблю, и сегодня пятьдесят лет, как не стало одного из них. Архимандрит Алипий (Воронов), или просто – «великий наместник». Великим он был потому, что четыре года воевал на фронте Великой Отечественной и прошел путь от Москвы до Берлина. А потом еще тринадцать лет держал оборону Псково-Печерского монастыря, защищая его от государства, за которое когда-то проливал кровь. Он был иконописцем и реставратором, в 1950г. поступив в Лавру и приняв там монашеский постриг, нес послушание по реставрации живописи Троицкого, Успенского соборов, Трапезной и Академической церкви, руководил работой иконописцев. Он был как огонь. Сильный духом, уверенный и непоколебимый. Не боялся никого. Такие люди меня восхищают. Небольшой эпизод, описывающий его характер: когда власти пришли в Печоры и потребовали ключи от пещер, в которых лежат мощи святых основателей и братии монастыря, он вышел к ним в своих боевых орденах и медалях и грозно сказал: «отец Корнилий, неси топор, сейчас им будем головы рубить». 12-го марта 1975 года в 2 часа ночи отец Алипий сказал: «Матерь Божия пришла».

Воскресный день

И первые четыре дня поста 🤍 6 марта

Страшно в этом суде то, что мы станем перед лицом Божиим и увидим бесконечную скорбь и бесконечное милосердие, и увидим на руках Господних раны от гвоздей, которые пробили эти руки нас ради, на Его лбу раны от тернового венца, который Он носил нас ради перед тем, как вступить в страшную смерть, которую мы наложили на Него своим грехом, своим отпадением от живого Бога. Вот что страшно будет: увидеть перед собой Божественную любовь, нами же поруганную, нами же отданную на посмеяние, нами же отданную на смерть. Любовь Божия… Суд над нами будет о любви, и сегодняшнее Евангелие нам ясно говорит, какова должна быть эта любовь: не та ласковая, сентиментальная любовь, о которой мы говорим постоянно, не то "ласкосердство", которое так презрительно и справедливо клеймят Отцы; а любовь живая, приносящая плоды. А плоды — это жалость, это заботливость, это милосердие, это действенная и деятельная любовь, любовь, которая рождается в сердце и в сознании, но дальше расцветает в поступках, делающих жизнь вокруг нас для других людей менее тяжелой, менее темной, менее холодной, менее страшной. Владыка Антоний

Суббота, 1 марта 1975 Вчера и сегодня — в Питсбурге. Вчера вечером собрание Foundation*. Среди присутствующих — свыше десяти священников, наших «питомцев», вчера — как мне кажется — ещё сидевших за партами в семинарии. Радостное чувство от их хотя и разного у каждого, но горения, от этого сознание — «мои», «наши». Вспоминаю свой первый приезд в Питсбург в феврале 1952 года (!) — и ужас от тогдашнего духовенства. Сегодня с десяти до трёх в сирийской церкви у Corey так называемый retreat**, то есть на деле две моих лекции с обсуждением. Свыше ста человек. Ехал усталый, неохотно, но при виде всех этих людей, их внимания — опять радость, подъём. Сам почувствовал, что говорилось легко и искренне. В Питсбурге утром — снег, а потом синее небо, солнце. На аэродроме около четырёх часов, оставшись один, переживаю — как всегда, внезапно — эту, уже знакомую мне минуту bliss'а, непонятной, но полной и блаженной радости. Лучи солнца из огромных окон, музыка под сурдинку, льющаяся отовсюду и ниоткуда, и вдруг — это полное единство со всем, что тебя окружает, точно все предметы как-то мягчают, оборачиваются к тебе дружбой, близостью. Это мгновение — вне времени, но в нём собирается, сосредоточивается вся жизнь. Всё тут, хотя и неназванное, не объективированное, всё — от самого детства. Прикосновение к душе вечности — когда не нужно «вспоминать», ибо нет пропасти между собою вспоминающим — и вспоминаемым, то есть самой жизнью. Вечером — у всенощной в семинарии. Поспел прямо к «На реках Вавилонских» и «Покаяния отверзи ми двери...». И снова — вторично — тот же «укол» полноты и блаженства. Однако — оно ведь всё время, всегда тут, рядом, вокруг. И вот как редко и мимолётно, как вместе с тем даром — вдруг изливается в душу. ______________ * Организации друзей семинарии (англ.). ** съезд, собрание (англ.) *** Bliss (англ.) — блаженство.

Будни,одинаковый свитер, Фаворский и Митурич в коридоре. Допечатная работа "Стоим над водой - чинара и я. Отражаемся в тихой воде - чинара и я. Блеск воды бьет нам в лица - чинаре и мне. "

И на память Музейные будни 🥀🐦 Висят картинки, которые резали с ребятами в прошлом году

Посвящается отцу Иакову Радости встречи и совместной молитвы. Линогравюра Коллаж Про сегодняшний день 27.02.2025 #линогравюра #эстамп

«Я не историк, но из того немногого, что я знаю, ясно, что мир постоянно проходит через взлеты и падения, через кризисы, через темные периоды и светлые периоды. И люди данного поколения большей частью чувствуют, что когда положение скатилось в хаос, это, должно быть, все, конец. Так вот, опыт показывает или должен бы показывать нам, что всякий раз происходит какой-то подъем, так что я верю, что еще есть время. Разумеется, я не пророк в этом смысле, но думаю, пока я жив, я буду действовать. Когда умру, ответственность уже не моя. Но я не намерен просто уютно устроиться в кресле и отговориться: «Я не понимаю теперешний мир». Я буду продолжать говорить то, что считаю истиной, буду стараться делиться тем, что считаю прекрасным, а что из этого выйдет — не мое дело». Антоний Сурожский

Антипа Come in. Линогравюра #линогравюра Герда начала читать «Отче наш»; было так холодно, что дыхание девочки сейчас же превращалось в густой туман. Туман этот все сгущался и сгущался, но вот из него начали выделяться маленькие, светлые ангелочки, которые, ступив на землю, вырастали в больших грозных ангелов со шлемами на головах и копьями и щитами в руках. Число их все прибывало, и когда Герда окончила молитву, вокруг нее образовался уже целый легион. Ангелы приняли снежных страшилищ на копья, и те рассыпались на тысячи снежинок. Герда могла теперь смело идти вперед; ангелы гладили ее руки и ноги, и ей не было уже так холодно

Чудесного рыцаря нарисовала девочка Маруся, я скопировала её рисунок, потому что очень хороший!

очень красивые люди и дни