Дом Саши и маньяков

— Я люблю смотреть на ночное небо, — тихо сказал Ванаса, вдохнув поглубже, будто хотел вобрать в себя запах холодеющей уже земли, горьких трав и мелкой сладковатой кашки, белой, будто припорошившей стебли снежком. — В прерии оно особенно красивое. Нигде оно не такое, как здесь. — А я никогда не смотрела раньше на звезды, — задумчиво промолвила Беатриса. Она сложила руки на животе и взволнованно теребила кольцо, напоминавшее о покойном муже. Ванаса удивленно покосился на нее. — Правда? Она поерзала; щеки медленно заливались румянцем. — Все не было сначала мыслей об этом. Потом времени. Затем желания… — она помолчала. — А что это там за созвездие? Ванаса тепло улыбнулся и указал на веер звезд, мерцающих на чистом небесном покрове. — Вот это — напэ, «кисть». А вот эта яркая звезда, — он указал на Полярную звезду, — вичахпи ованжила, священная для хейоков. «Единственная». — Для кого? — Потом я расскажу тебе о них. Мне столько всего нужно тебе рассказать. А вот, словно молоко разлили? — он указал на седую дымку. — Это ванаги тхачанку, дорога духов. В свое время все мы пройдем по ней. Даже я. Он медленно нашел ее руку и сжал в своей, нежно добавив. — Даже ты. Беатриса робко вздрогнула, глядя влажными, блестящими глазами на Млечный Путь. — Я не часть твоего племени, Ванаса. — Ты часть меня, — возразил он. — А я и есть то, без чего не могут лакота. Если я не могу без тебя, а они не могут без меня, значит, ты, моя звезда, часть них тоже.