AstraLore

🪐 Кутиба — Ороборос Басня о левиафанах 💫 С каждым патчем местная версия Золотого руна — эпоха плавающих капель жира — обрастает новыми деталями. Очередь дошла до Лягушек-Левиафанов, чья история переплелась со знакомым нам персонажем из басни Ностальгии. Кутиба — это Левиафан Ороборос, половина её души, человеческая сущность. 💫 Миллиарды лет назад, в кромешной тьме вселенной, родились первые высшие формы жизни — Левиафаны. Они принялись покорять пустоту, распевая песни в тишине. В те времена жизнь была ещё слишком примитивной, только зарождалась, и Левиафаны считали её скучной и пресной — ведь не было ни разнообразия, ни изыска. Тогда Левиафаны воззвали к Древу Мнимости, и, повинуясь их желанию отведать новой, свежей пищи, во вселенной начали рождаться бесчисленные формы жизни.

«Священному молились древу на болоте о новых вкусных яствах и еде, Чтоб таяла она во рту, Чтоб свежая была. Махнуло древо дланью над землёю, Создав из звёздных нитей в водной глади Несчётное количество мальков, креветок, червячков». — Глава о Лягушке I

Левиафаны возрадовались изобилию и бесчисленным вкусам, но со временем они сами стали добычей. Иные формы жизни бросили им вызов. Обезьяны, что некогда копошились в земле, в одночасье покорили звёзды, принялись смеяться над левиафанами и превратили их в свою закуску. Так охотники стали жертвами.

«Когда придёт время, лягушки ещё пожалеют И станут закуской для обезьяньих шуток». — Глава об Обезьяне I

«Я до сих пор помню, что моя родина была погружена в горькую тьму. Собратья боролись за выживание, охотясь на зверей, и иногда сами превращались в добычу. И этот цикл продолжал бесконечно вращаться, подобно сцепляющимся шестерням механизма. Усеянная ранами я вкушала плоть жертвы, и инстинктивная радость стала моим первым воспоминанием» — Кутиба

💫 Однажды, по словам левиафанов, слепец, не видевший света, подарил свет вселенной. В тот миг законы мироздания начали отвергать само существование левиафанов. Структура космических вод стала для них смертельной, а звёздный свет сжигал их дотла, принося невыносимые страдания. Левиафаны столкнулись с массовым вымиранием — вселенной больше не нужны были её первые дети.

«Лягушки гибнут от солёной воды и солнца. Они хотят, чтобы пена была вечной. Никто не хочет страдать. Ликование эхом разносится по рынку». — Глава о лягушке III «Слепцы, описывающие свет».   — Глава о лягушке VI

  И тогда Ороборос, приманенная первым светом, вознеслась до Эона Ненасытности, из мира тьмы очутилась в мире смертных. Для одних она стала обожаемой богиней, для других — сущим злом, которое ненавидели. Но для самой Ороборос жизнь в роли Эона имела лишь одну цель: она была обязана зарабатывать смертные «деньги», чтобы купить себе шанс на выживание. Оказавшись в этом мире, приманенная светом, Ороборос поняла, что эта жизнь не для неё. Она хотела вернуться домой, во тьму…  

«Но в тот день ослепительный луч света пронзил тьму, и я, очарованная им, отбросила первобытные, инстинктивные желания и покинула свою родину. Так я очутилась в мире людей. Одни возносили меня как почётного гостя, другие видели во мне бельмо на глазу. Обожание и ненависть шли рука об руку и сеяли во мне смятение Здесь я вынуждена суетиться ради чужих взглядов, зарабатывая деньги, чтобы затем купить за них то, что когда-то было в пределах досягаемости - шанс на выживание. Я чувствую усталость, страх, хочу сбежать и вернуться к изначальной радости из воспоминаний» — Кутиба

«Изобрели смартфоны обезьяны, — Машина медленно и ровно отвечает. — Лисицы его в моду превратили, А сам товар лягушки продавали. — Глава о Кролике V

💫 Ороборос изначально была подругой Ахи, но тот оказался не более чем предателем. Сперва он украл сам смысл существования Левиафанов — Послевкусие, единственное, что давало им радость жизни, а затем и вовсе убил Ороборос, похитив половину души той, кто доверяла ему.

«Лягушки затягивают песню, Восхваляя самое верное предательство, Поклоняясь самым постыдным богам». — Глава о лягушке VI

«Но моя душа была наполовину украдена миром счастья, и когда я оглядываюсь назад, я уже не помню дороги домой. Да, но я всё равно хочу вернуться на родину, в объятия матушки. Я скучаю по тому миру без лунного света, по теплу гнезда, по звуку капель дождя на листьях. Я скучаю по бегу по полям, когда ветер ласкает уши, скучаю по каждой ночи, когда было достаточно просто быть живым. Я тоскую по своей последней жертве, по вкусу выживания, что чувствуешь сквозь усталость — с тех пор это послевкусие вечно блуждает в глубинах душ» — Кутиба

Однако именно благодаря этому, когда левиафаны перестали нести угрозу всему сущему, а Ороборос стала не более чем изваянием в храме, люди начали поклоняться Ненасытности. Не зная правды, они получали эйфорию от её яда, поклонялись самой смерти. Левиафаны адаптировались к новым условиям, и теперь солёная вода и свет больше не губили их. 💫 Левиафаны, будучи одними из первых существ, воспевают идею цикличности Постоянства, но в ином аспекте. Для них вселенная — это замкнутый круг охотника и жертвы. Изначально небо чертит узоры, затем океан смывает существование — так создаётся скучный мнимый цикл несуществующих понятий. Люди возводят цивилизации, уничтожают друг друга, а в конечном счёте небесные тела поглощают сами себя. Охотник охотится на жертву, затем жертва становится новым охотником, а охотник — жертвой, и так до бесконечности.

«И этот цикл продолжал бесконечно вращаться, подобно сцепляющимся шестерням механизма» — Кутиба

«Небо чертило узоры, Которые стирали приливы. Несуществующие смыслы Рождались в замкнутом круге. Жировая взвесь в дымоходе, Власть в россыпях серы и железа. Игра на отсечение хвостов, Несуществующие воспоминания берут начало из бездны. Всё так перевёрнуто, Всё так оторвано».   — Глава о лягушке VI