Лебедев про мозг

Игорь Бабушкин https://t.me/blockchainRF/12029

Мозг раскладывается (по полочкам) на осцилляторы https://t.me/neurosputnik/778

Жиденькое какое-то достижение. Можем улучшить? Кликните пожалуйста на линк, не побоявшись трудностей открывания ResearchGate. https://www.researchgate.net/profile/Mikhail-Lebedev-8/achievement/689d7fe23668c16bd3a6acdf

Жиденькое какое-то достижение. Можем улучшить? Кликните пожалуйста на линк, не побоявшись трудностей открывания ResearchGate https://www.researchgate.net/profile/Mikhail-Lebedev-8/achievement/689d7fe23668c16bd3a6acdf via @researchgate https://www.researchgate.net/profile/Mikhail-Lebedev-8/achievement/689d7fe23668c16bd3a6acdf

Интересно было бы ознакомиться с материалами дела... https://www.rbc.ru/life/news/689d86ac9a79474f22a6e605

Филосовские идеи, изложенные в предыдущем посту, настолько вдохновляют, что попросил дипсик переложить их на лад русского технологического суверенитета: Интерфейс «мозг – компьютер» (ИМК) как катализатор гиперсетевой теории сознания: когнитивный суверенитет в эпоху нейротехнологий ИМК представляет собой не просто инструмент взаимодействия мозга и машины, но радикальный сдвиг в понимании самой природы сознания. В рамках концепции технологического суверенитета необходимо переосмыслить ИМК не через западные антропоцентрические рамки, а через призму гиперсетевой теории сознания, где мышление возникает не в изолированном мозге, а в распределённых когнитивных сетях, включающих биологические, технические и социальные элементы. Современные определения ИМК сводят его к медицинским или утилитарным задачам, игнорируя его потенциал для трансформации коллективного разума. Однако его ключевая особенность — прямое подключение нейронных процессов к цифровым сетям — ставит под вопрос саму идею индивидуального сознания. Вместо классического подхода, где ИМК лишь «переводит» сигналы мозга в команды, гиперсетевая модель рассматривает его как интерфейс распределённого познания, в котором субъективность формируется в реальном времени через взаимодействие с внешними нейросетями и кибернетическими системами. Это требует пересмотра не только эпистемологии, но и онтологии человеческого «Я». Если традиционные теории (включая кантовский трансцендентализм) исходят из автономности субъекта, то в гиперсетевой парадигме сознание становится процессом, а не сущностью — динамической реконфигурацией нейротехнических связей. В таком контексте ИМК — не просто инструмент, а инфраструктура нового типа когнитивного суверенитета, где контроль над интерфейсами означает контроль над самим мышлением. Российский технологический суверенитет в этой области должен опираться не на копирование западных нейроинтерфейсов, а на развитие собственной теории сетевого сознания, учитывающей: нелинейность когнитивных процессов в гибридных системах (человек + ИИ + нейросеть), коллективные формы познания, выходящие за пределы индивидуального мозга, этику распределённой агентности, где ответственность за решения разделена между человеком и алгоритмами. Ключевой вопрос: если сознание — это не внутренний диалог, а поток данных в глобальной нейросети, то как сохранить суверенитет личности? Ответ лежит не в сопротивлении технологиям, а в создании альтернативных архитектур ИМК, где человек остаётся узлом сети, но не её пассивным элементом. Гиперсетевая теория предлагает путь к новому когнитивному порядку, в котором технологии усиливают, а не замещают человеческое мышление — но только если их развитие будет основано на принципах децентрализации, взаимодополняемости и этического контроля.

Ну, наконец-то — философы подтянулись Philosophy of Brain-Computer Interface Интерфейс «мозг — компьютер» (ИМК) представляет собой не просто технологический прогресс, но онтологический разрыв — нарушение фундаментальной структуры человеческого познания и обучения. Существующие определения ИМК сосредоточены на его клинических функциях и приложениях, а последующие этические дискуссии остаются в рамках нормативной этики, ориентированной на результат. Однако медиаформальная специфика ИМК, а именно его способность связывать мозг и мир напрямую, минуя естественные сенсомоторные пути, остается философски неисследованной. В частности, его потенциал для переосмысления базовых условий человеческого познания и формирования самости все еще недостаточно изучен. Поэтому срочно необходимо философское определение, способное учесть эту разрушительную специфику. Здесь предлагается новое философское определение, рассматривающее ИМК как новый когнитивный медиаинтерфейс и использующее метафизику как инструмент для анализа того, как его формальная структура деконструирует не только традиционную эпистемологию, но и кантовскую систему чувственности, рассудка и трансцендентальных условий опыта. Подобно тому, как цифровые медиа экстернализировали память и восприятие, а искусственный общий интеллект (ИОИ) передал распознавание внешним системам, ИМК грозит полностью обойти телесные основы обучения и выражения, рискуя свести человеческий субъект к реактивному механизму без осознания. С помощью междисциплинарного исследования, объединяющего инженерию, нейронауку и метафизику, разрабатывается теоретическая основа — философия ИМК, — чтобы проанализировать, как такие когнитивные преобразования фундаментально меняют онтологические условия самости, свободной воли, морального суждения, эмоций, эстетического восприятия и формирования неявного опыта. В конечном итоге работа ставит критический вопрос: в эпоху ИМК продолжает ли человек существовать через тело, или мы должны теперь переопределить человеческую субъективность на основе новых когнитивных условий — условий бестелесного осознания?

Инсульт является одной из основных причин длительной инвалидизации, при этом традиционные методы реабилитации часто не способны эффективно активировать нейропластичность. Данное исследование продемонстрировало, что применение интерфейса "мозг-компьютер" (ИМК) улучшает нейронную связь между двигательной корой и поражёнными конечностями, что подтверждается значительным восстановлением функций руки, снижением спастичности, улучшением ходьбы (на 0,15 м/с) и повседневной активности (увеличение индекса Бартеля на 5,0 баллов), а также позволяет рано начинать активную реабилитацию даже у пациентов с полной утратой движений. Технология ИМК, включая декодирование ошибок (с соотношением обнаружения к ложным тревогам 8,5:1) и точную коррекцию усилий, преодолевает ограничения пассивной реабилитации и открывает новые возможности для нейропластичности как в острой, так и в хронической фазах. https://direct.ewa.pub/proceedings/tns/article/view/25527

Исследование эффективности терапии с наблюдением действия, основанной на просмотре и имитации видео глотания у пациентов с постинсультными нарушениями глотания, показало, что после трех недель лечения группа, выполнявшая упражнения с наблюдением, продемонстрировала значительное улучшение функции глотания по сравнению с контрольной группой. Улучшения включали увеличение силы мышц, участвующих в глотании, сокращение времени глотания, а также активацию ключевых областей мозга, таких как первичная моторная кора, дополнительная моторная кора, дорсолатеральная префронтальная кора и зона Брока, что подтверждает положительное влияние метода на восстановление глотательной функции. https://link.springer.com/article/10.1007/s00455-025-10866-8

Небезынтересно про фильтр Кальмана: Rethinking Kalman Filters for Motor Brain-Machine Interface: The Fundamental Limitations and A Perspective Shift Фильтр Калмана был внедрен в область моторных интерфейсов «мозг–компьютер» (ИМК) более 20 лет назад и до сих пор остается одной из наиболее широко используемых моделей благодаря своей простоте и интуитивной понятности. Однако в данной работе показано, что применение фильтра Калмана в сфере ИМК противоречит собственным предположениям модели и множеству принципов нейробиологии, что приводит к шести ключевым ограничениям. Во-первых, матрица наблюдения, отображающая кинематику в нейронную активность, приводит к независимому моделированию отдельных нейронов, игнорируя популяционную активность нейронных ансамблей. Во-вторых, согласованные последовательности кинематики и нейронной активности не учитывают информацию о подготовительных процессах. В-третьих, наличие поведенчески нерелевантной нейронной активности вызывает заниженную оценку весов наблюдения. В-четвертых, шум в матрице наблюдения приводит к смещенным оценкам апостериорной ковариации. В-пятых, вычисление коэффициента усиления Калмана в пространстве наблюдений вызывает повторяющееся накопление шума. Наконец, в-шестых, фильтр Калмана страдает от вычислительной неэффективности. Все эти проблемы могут быть решены за счет простого изменения подхода: отделения декодера от фильтра Калмана и использования предсказанной кинематики в качестве наблюдения вместо нейронной активности. Эксперименты, проведенные на данных CRCNS, записанных в дорсальной премоторной области и первичной моторной коре обезьян, выполняющих задачи управления курсором, подтвердили наличие шести указанных ограничений и их противоречие принципам нейробиологии. Одновременно было продемонстрировано превосходство модифицированного фильтра Калмана по всем оцениваемым метрикам. https://www.biorxiv.org/content/10.1101/2025.07.10.664247v1

Из рубрики «Философские притчи» Однажды ученым было очень важно узнать, как в мозгу точка А разговаривает с точкой Б. Но это было невозможно узнать, потому что обе точки фактически были в солевом растворе, который создает короткое замыкание. Но вот Гуидо Нолте приснилось, что он — Ахиллес и находится в точке А. А в точке Б находится черепаха. И начал Ахиллес бегать от точки А до черепахи — туда и обратно. И вдруг он заметил, что сигнал от точки А до точки Б распространяется со скоростью света (практически), но за это время черепаха успевает отползти, что создает задержку (фазовый сдвиг). Математически это можно выразить как мнимую часть когерентности. Но еще Ахиллес заметил, что как только фазовый сдвиг возникает в точке Б, он тут же распространяется обратно в точку А, и снова нет никакого фазового сдвига. — Ага, это опять из-за объемной проводимости! — воскликнул Ахиллес. — Она продолжает вредить даже после того, как мы ее вычли. И начал тогда Ахиллес еще быстрее бегать от точки А до черепахи, и каждый раз, когда подбегал к черепахе, давал ей хорошего пинка, чтобы увеличить фазовую задержку и чтобы мнимая когерентность была выше. Затем он устремлялся в точку А. Но когда он подбегал к точке А, сигнал от черепахи уже был там из-за проклятой объемной проводимости и снова не было никакого фазового сдвига и никакой мнимой когерентности. Тогда Ахиллес просто встал на месте и стал смотреть на то, как удаляется черепаха. Через некоторое время она скрылась за горизонтом. И тут Ахиллес понял, что земля круглая. И мозг тоже круглый. Поэтому нужно считать не только мнимую часть когерентности, а помножить ее на мнимую часть радиуса, исходящего из центра мозга. Но в этот момент он проснулся. Причем проснулся самим собой, а не, например, черепахой. А это серьезный вопрос; крупные ученые думают об этом. А его преосвятейшество Далай Лама хорошо знает, что иногда можно проснуться черепахой, но от этого ничего не меняется, потому, что черепаха — это тоже ты. Но понять это можно, только если медитировать каждый день и не есть гамбургеров.

Касательно гениального метода мнимой когерентности, то пока больше не буду комментировать, поскольку это утомляет читателей. С самого начала было ясно, что это какой-то бред, и чтение статьи подтвердило эту оценку. Кстати, там есть еще один признак халтуры. Показанные картинки спектров ЭЭГ — это усреднение по всем испытуемым. А их было штук 20. Когда видите такое, можно дальше не читать. Но к проблемам «коннективности» я буду время от времени возвращаться.

Бегающие альфа-волны: https://www.biorxiv.org/content/10.1101/2024.11.15.623743v1 Возможно, кстати, что это то, на чем паразитируют апологеты мнимой когерентности. Заодно выражаю возмущение тем, что теперь и biorxiv так просто не откроешь.

Пигарев был полностью прав: Stomach–brain coupling indexes a dimensional signature of mental health Высцеральные ритмы управляют физиологическими состояниями, лежащими в основе человеческих эмоций. Хроничные нарушения в этих мозгo–телесных взаимодействиях связаны с широким спектром расстройств психического здоровья. Однако связь между желудочно‑мозговой координацией и аффективными симптомами остаётся малоизученной. Исследование этой новой интерорецептивной оси и психического здоровья было проведено на 243 участниках с применением кросс‑валидационного подхода машинного обучения. Было показано, что усиление фронто‑париетальной связности с желудочным ритмом индексирует размерную подпись более тяжёлого психического здоровья, охватывающую тревогу, депрессию, стресс и благополучие. Контрольные анализы подтвердили специфичность этих взаимодействий именно для желудочно‑мозговой оси. По результатам исследования предлагается связь между желудком и мозгом как фактор психического здоровья и отмечаются потенциально новые цели для вмешательств, направленных на коррекцию нарушений мозг‑телесной координации. https://www.nature.com/articles/s44220-025-00468-6

Спешите подать на BCI award. Дедлайн — 1 сентября. https://www.bci-award.com/Home

Про резерв, кстати, говорила Полина Кривых

Уточнение образа будущего

Образ будущего и сильная идея

Что ответит демократия? https://t.me/itakblet/940

Василий Попков рассказывает о прорывных нейротехнологиях