ПОЭТ ВЛАД МАЛЕНКО

Души разной степени дальности, Мы одной все национальности Можно просто писать в графе: Детский, детская… согласитесь? Вон солдатик сидит в кафе - Одинокий усталый витязь. У него военный билет, И душе девятнадцать лет, И веселье в глазах зелёных, И душа в золотом дыму. Слёзы матери на погонах Или звездочки, не пойму? 22.1.25

Фонарик стоял возле дома давно. А в доме ночами светилось окно. Фонарик влюбился в окошко. Белела за стеклышком кошка. Фонарик мигал и окно отвечало. От счастья фонарик тихонько качало! И он от оси отклонился немножко, Пытаясь рукою коснуться окошка. (Пусть время проходит, и годы несутся. Любовь ведь по сути - желанье коснуться!). Фонарь раскачался! Его понесло, И он не погладил, а выбил стекло. А сам с переломом упал во дворе. И в комнату снег полетел в январе. Любовь - это самое главное чувство. Любить - это высшее в мире искусство. Не всякий фонарик умеет любить, Да так, чтоб окошко свое не разбить.

Фонарик стоял возле дома давно. А в доме ночами светилось окно. Фонарик влюбился в окошко. Белела за стеклышком кошка. Фонарик мигал и окно отвечало. От счастья фонарик тихонько качало! И он от оси отклонился немножко, Пытаясь рукою коснуться окошка. (Пусть время проходит, и годы несутся. Любовь ведь по сути - желанье коснуться!). Фонарь раскачался! Его понесло, И он не погладил, а выбил стекло. А сам с переломом упал во дворе. И в комнату снег полетел в январе. Любовь - это самое главное чувство. Любить - это высшее в мире искусство. Не всякий фонарик умеет любить, Да так, чтоб окошко свое не разбить.

Сон Трампа накануне инаугурации

Индийская зубная паста брызнула и отразилась жирафом. Я не поленился с полным ртом сбегать за телефоном, чтобы сфотографировать появление зверя. В этом счастье жизни.

Просьба и ответ   - Нужно всего немножечко Впавшему в детство народу: Приди, принеси в мельхиоровой ложечке Май сорок пятого года!   - Я принесу, я приду! Ложка важна к обеду.  Вот вам беда, одолейте беду, И будет на всех Победа. 19.1.25

В ковшах медведиц молоко со льдом. Свет посинел. Корову взяли в дом. На спрятанных деньгах замёрзли лица. За печкой, как герой Аустерлица, Мышь в треуголке доблестно шурша, Поблёскивает бусинкой, Душа К иконам подлетала троекратно, Но в пять утра к хозяину обратно Вернулась. Это русская черта - Влюбиться в жизнь и мять ее нелепо, У жизни утром роды принимать, Со спиртом банку прятать под кровать, Картошкой заменить святую репу, В мечтах о небе Бога позабыть, Смерть топором весёлым зарубить И слушать дальше, как шуршит за печкой Волк-время, притворившийся овечкой.

Дионисий писал нас по мокрому потолку, Забывая себя, будто тетерев на току. У него была группа краски вторая + И от вечного сквозняка то ячмень, то флюс. А летать нас учили олуша и козодой, Выбирая поток между яблоней и звездой, Там где дождь, от которого не было ОРЗ, На шагаловой скрипке весь вечер играл козе. Мы к запястьям берёз прислоняли надрезы ртов, Из воды в полный рост перед нами вставал Ростов, Царь-Горох повелел во всех бедах себя винить, Предлагая за шёлк из Китая свою финифть. Дело к свадьбе теперь. Мы идём за вином в лабаз, Чтобы небо с землей поженились на этот раз, Чтобы дождь их венчал, чтобы ветер качал кровать, Чтоб землю смогли по обычаю своровать. А потом возвратить без болезней, смертей и войн, Но с таким же узором летящих на камни волн, С наклонившимся к речке домом при свете том, На котором и мама, и папа опять вдвоём.

Сейчас идёт третья ковка, А вот при второй - Третьяковка.

У человека нездешний вид, И на лице роса. Снег идёт. Человек стоит Вкопанный в небеса. Это не мальчик и не старик. Это лишь имярек. Он прочитал двадцать тысяч книг, А вокруг только снег. Танец снежинок, страниц, минут. Землю качает кит. Снег, часы и дела идут, А человек стоит.

НОВОГОДНИЙ ТОСТ Героям и нам

Январское солнце -  хороший сварщик. Зима отважно играет в ящик. Буду холодом греться. Стерты заслуги.  Носки постираны. Это занятие лаской с тиграми. И верни мне,  пожалуйста,  сердце. Солнце скребется Все веселей от страха,  Как в обувной коробке  Желтая черепаха. Курица, чье яйцо  Ты найдешь на Пасху, Пока лишь цыплёнок  Измазанный в желтой краске.    Новости о весне  На хвосте сороки. Радуйся им  и не знай  времена и сроки! Ведь ускользание - Это всего основа.  Если б не таял снег, То не шёл бы снова.    Лёд Иордана  царапает на Крещенье? Это, родная, импортозамещенье! Я не хочу купать тебя в укоризне, Но там где жара - ни Бога, ни длинной жизни.   Сыр полумесяца - басни твоей мораль.  Не смеши весну  планами на февраль.  Видеть без веры уверенных - Вот умора.  Солнце работает  на керосине моря.   Я знал человека,  любившего  цифры больше,  Чем Солнце, Луну  И колдунью одну из Польши. Он высчитал, что сто лет будет в полной силе.  Ошибся.  Теперь восемь цифр на его могиле.    «Кто там?»- спроси, если сердца услышишь стуки.  Жги, ускользай, веселись, не давайся в руки! Как мы любили декабрь, а теперь не помним Даже, как снегом завалил он нас в Коломне.    Лишь полумёртвые в праве грустить о прежнем.  Стрелки часов -  балерина с железным стержнем.  В поле снегурка танцует теперь от печки. Самый надежный союз - Из фольги колечки.    Вышли три бабки и, глянь, затянули песню. Аж затрещали вокруг ледяные плиты. В богатых купальнях  Христа не сыскать, хоть тресни, А в песне у бабок Бог,  как живой, гляди ты! «Самый надежный дом Из воды крещенской»,- Так говорил командир На второй Чеченской.  Мы с ним не виделись,  кстати, двадцать два года. В поезде встретились как-то  «Москва-Минводы». Стрелки часов -  балерина с железной волей. Вот беспилотник над Куликовым полем. Снег залепляет рты, будто белый хлеб. Дмитрий Донской, улыбаясь, включает РЭБ.

Петли пели, скрипели снега. Возвращайся домой, пустельга! В январе с фонарём Мы своё заберём, Разглядев подо льдом жемчуга. Здесь Луне одиноко в норе, Здесь влюблённые спят в янтаре. Девять девушек в белом На свете горелом Ждут весны в золотистом шатре. Мимо чучел отжитой беды, Мимо дымом залитой слюды, Под ночные куранты Войдут лейтенанты К ним с водой, по воде, из воды. Грейся холодом, русская мгла! Ты под шубой весну сберегла. И молитва цыганки Над крышей Таганки Всех спасёт от промозглого зла. А пока приглядись к облакам, Новый год - в синеве пеликан. Хоть чуть-чуть оправдай Распеленутый рай, Если будут судить по стихам. Всех моих золотых читателей с Наступающим Русским Годом! Сил! Неслышных шагов к мечте!

#Осторожнобасни Друзья, у нас для вас кое-что особенное! 15 января не пропустите дерзкий музыкальный спектакль, в основе которого - современные басни, взрывающие шаблоны, и непривычное восприятие сцены! Этот экспериментальный театральный «коктейль» создал не кто иной, как Влад Маленко – ведущий «АртМеханики», автор басен, экспериментатор и постановщик, который не боится ломать каноны. На сцене – квартет молодых актеров театра «Et Cetera», которые с легкостью перевоплощаются в скинхедов-ежей, гламурную креветку, нефтяного олигарха и даже самого Пушкина! Коротко о главном: - Спектакль: #Осторожнобасни - Автор и постановщик: Влад Маленко - Режиссёр: Андрей Щукин - Музыка: Сергей Летов, Владимир Нелинов - Когда: 15 января - Где: Москва, Театр «Et Cetera» (точное время и адрес уточняйте на сайте театра) - Длительность: 1 час 10 минут Не пропустите возможность увидеть, как басни оживают в абсолютно новом формате! Обещаем, будет интересно! Скорее забирайте оставшиеся билеты! #современноеискусство #театр #басни #владмаленко #EtCetera #афишамосква #спектакль #эксперимент #культура

По Сеньке шапка Ксерокопия неба висит над Москвой. Нас внизу продувает насквозь. От солдат остаётся лишь вечный огонь. Елки голые прыгнуть хотят из окон. Эй, труба, Ты курить уже брось! Обыватель - для кладбища есть материал. Маски зайцев для всех, кто лицо потерял, Продырявил все вены в ковид, Та же копия, а не Давид. Новогодние праздники - пара недель, А за ними опять выходной. Для героев таких, ну какая метель? Получи серый дождик, родной! Получи серый дождь и надёжную бронь, И нырни в запрещённую сеть. Да какая уж битва? Тебя только тронь, Будешь сутки белугой реветь. Где-то там без тебя взяли солнце на трос, И весну оживляют рот в рот. Под пластмассовой ёлкой не Дед, не Мороз За победу грядущую пьёт. 12.1.25 Художник Владимир Киреев

Золотая рыбка Называю тебя, и касается нёба язык. Память ем поутру , будто это ржаного краюха. Сорок лет и два года закидывал невод старик, И кормила в корыте заветную рыбку старуха. Это право любви - перед боем обрушить броню, Часовым своим верным бессмертие тихо даруя. Заходя в новый дым, я твой запах во рту сохраню, Чтоб сглатывать заново ветреный вкус поцелуя, Согревавшего жизнь, несмотря на январские дни, Подкосившего гордость слепого смертельного жала. Берегу свои пальцы за то, что касались они Заповедных болот, где ты клюкву срывать разрешала. Что отдал, то твоё. Эту правду старик понимал. И однажды прозрел он в своей покосившейся хате. И в корыте тогда золотую он рыбку поймал. Ее к морю отнес и с волной поженил на закате. И она, уплывая сказала: «Хозяин, ну, что ж… Этой синей водой я омою тебя троекратно! Ты теперь не умрешь никогда, ну, а если умрешь, То совсем не надолго, и птицей вернёшься обратно.» Вспоминаю твой стон. Так иголкой поранен винил. Голым сердцем ищу этот пчелами дышащий улей. Я из нашей кровати мостки на реке смастерил. С них рыбачат теперь чьи-то первенцы утром в июле. Вот и сказки конец. В ней и ложь и на правду намек. Золотой голосок проливается в ангельском хоре. Монастырский покой на старуху набросил платок. Сел в корыто старик и уехал за синее море. От высоких обид остаются трухлявые пни. И гордыня летит под откос в поржавевшей карете. Мы настолько близки, что навеки остались одни. И печаль не для нас расплетает у берега сети.

НОЖ притча У ножа было много дел: Он внедрялся, куда хотел. Пока другие точили лясы, Нож резал спокойно рыбу и мясо И даже, вскрывая консервы, Не тратил напрасно нервы. Еще бы! Ведь он не какая-то сошка! Вилка, к примеру, или там, ложка. Его с детства другие ножи учили: «Будь сухим и следи за тем, чтоб тебя точили!» Однажды нож оказался в кармане Человека, который сидел в ресторане, Одновременно стоя на грани, Но не смог устоять… Его пальцы потели. Через минуту нож оказался в человеческом теле По рукоять. Вошел, будто в масло. Вышел, когда уже жизнь угасла. После очнулся на дне реки. Ржавел там и думал, о том, что он раб случайной руки.

ОТЧЕСТВО простые детские стихи Мы чертим в клетках буквы золотые И личную историю творим. Отцы, как будто первые святые, Нас награждают отчеством своим. Олеговна, Андреевич, Петровна… И ты уже в ответе за двоих. За прошлое, с которым связан кровно, За будущий расклад дорог земных. Живет такой обычай в Третьем Риме, За словом оставляя след живой. И отчество, усиливая имя, Фамилию приводит за собой. Не просто так в начале было Слово И на себе держало небосвод. Как дерево из семечка живого, Из отчества Отечество растёт. Влад Маленко 10.1.25

Мы ждали снег. Собрали стол. Включили музыку. Налили спирта граммов сто В реторту узкую. Снег позвонил: "Сажусь в такси... Мчусь по Остоженке..." Ну кто обманывать просил? Так грустно, Боженька… Зачем трезвонить каждый час, Бросаться фразами? Похоже это на отказ, С любовью связанный. Теперь Москва обнажена. Здесь небо куцее. И от синоптика жена Сбежала в Турцию.

Рождественская история рождения песни А вот вам и наша «Рождественская песня». Порадуйтесь, мои дорогие! Ее прекрасно исполнил мой друг Николай Шкаруба в рамках известного проекта «Артмеханика». Музыку написал тоже друг - Женя Лисин, тот самый, с которым мы сделали когда-то «Русские маяки» и натворили ещё много интересного. Но перед тем, как послушать предлагаю небольшую историю. Эти рождественские стихи были написаны давно. Первый из вариант появился ещё в далекие девяностые…позже, примерно в 2012 вариант текста стал песней для спектакля театра на Таганке «Двенадцатая ночь» по Шекспиру. А потом, в 2014 году была работа над большим мюзиклом про Детский дом, который назывался «Баллада о маленьком сердце» в постановке Нины Чусовой. И вот такое я нашёл у себя письмо к продюсеру Денису Руденко: Денис, здравствуй! Вот долгожданный вариант Гимна Рождественской Мистерии. Ура! Я увёл все театральные реалии. Убрал даже про презрение нулям...Но кое-что и добавил. Возникло мистическое ощущение торжества. Здесь тебя не должны смущать такие обороты, как "еще нас в живых хранит", поскольку речь идет о Божественном Промысле. Это выше «детского» или «взрослого». Это небесное. Оно должно погрузить каждого зрителя в Чудо, чтобы песня парила песня НАД спектаклем, как решение его Сверхзадачи. Тут нельзя действовать прямой логикой: «дети такие слова не скажут»…. Это ангельские дела. Как будто дети выпевают молитву. Я бы хотел, чтобы эти стихи сохранились целиком и уже не подвергалась ремонту. Уверен, что ты согласишься со мной. Нашу песню люди полюбят. Обнимаю! Главная песня 12-той ночи Вариант для Мистерии в Детском Доме Попробуйте быть как дети. Раскройте шире глаза. Представьте, что жить на свете Без света в душе нельзя. Представьте, что воют волки. Что совы ищут гнездо. И все мы отныне волхвы, Идущие за звездой. Она как фонарь в прихожей. Вошла, наконец, в зенит. И только промысел Божий Еще нас в живых хранит. В небе звезд многоточье, Им полыхать не лень, Чтоб за двенадцатой ночью Случился крещенский день. Давайте, мечтать о чуде, Ждать свои корабли! Ангелам машут люди С перекрестков Земли! Выпита ночь из чаши, Злой ураган утих. Людям ангелы машут С облаков перьевых. Слово острей, чем спица. Слово горчит как лук. Путаница случится, Но все откроется вдруг. Любовь - обоюдная тайна. На ветру ее флаг. Знайте - все не случайно. Жизнь утроена так. Сквозь темноту и вьюгу Прошу об одном еще: Пообещаем друг другу, Что кончится все хорошо. Влад Маленко