литературные гении.

обожаю этот жанр человеческих взаимоотношений: человек тебя ранит, приходит обсудить случившееся и вроде как извиниться, ты напоминаешь, что именно он сказал, а в ответ получаешь бессмертное: «я такого не говорил». а, ну тогда извините. видимо, я сама придумала диалог, сама расстроилась и теперь еще и предъявляю претензии. такие люди реально прикалываются или у них какие-то отклонения? я испытываю нереальную агрессию в такие моменты, когда человек не признает свои же слова, как упертый муфлон. ты надеешься на понимание и искренние извинения, а в итоге снова вынужден доказывать, что человек реально сказал это и ранил тебя. но заканчивается все с тем, что на тебя обижаются за то, что ты обиделся. только делают это немного драматичнее, чем ты. [угадай, кто из вас мужчина].

— что нового сегодня в мире? — все как всегда, мир катится ко всем чертям. — я рада, что сегодня все обошлось без сюрпризов. 🎬 «девочки гилмор».

оставьте небольшое интригующее описание сюжета последней прочитанной вами книги, не раскрывая спойлеров.

кризис четверти жизни это когда ты словно перестаешь чувствовать себя человеком. не в смысле боли, грусти или одиночества, а просто внутри ничего. ни желания быть кем-то, ни ощущения, что ты кому-то нужен, ни даже понимания, зачем вообще существуешь. будто ты случайный микроб в огромном мире, которому нет до тебя никакого дела. у тебя нет своего места, нет ощущения принадлежности, нет ничего, за что можно было бы зацепиться и сказать: вот, это мое. ты просто живешь, потому что продолжаешь жить. без особых мыслей об этом, без надежды что-то изменить. словно тебя понемногу становится меньше, пока от тебя не остается одно лишь присутствие.

лгущий самому себе и собственную ложь свою слушающий до того доходит, что уж никакой правды ни в себе, ни кругом не различает, а стало быть, входит в неуважение и к себе и к другим. — федор достоевский

мы все понимаем, что надо смотреть проще, но сложную душу не усмиришь и не урежешь насильно. — зинаида гиппиус.

мне эти слезы прямо в сердце лились, будто она их из наших грехов выжимала, как выжимают воду из мокрой тряпки. хуан рульфо «педро парамо»

окей гугл, как научиться шутить так, чтобы люди смеялись, а не пропадали их аватарки?

порой чужую боль принимаешь за свою и несешь ее слишком долго, будто от этого кому-то станет легче. но у каждого есть предел, за которым сочувствие уже становится жертвой. может быть, не всякую боль нужно вырывать из чужих рук и прятать у себя под сердцем? особенно если тебя об этом не просили... иногда остаться рядом — уже достаточно.

от воспоминаний, рождаемых этими снимками, ее мягкий рот изгибался в мелкой, горькой усмешке; дело было не столько даже в самой свадьбе, сколько в том, что она позволила так изощренно обрядить себя перед виселицей. ей виделась в этом такая тщета. такая нелепость. все равно, что полировать дрова. арундати рой «бог мелочей»

какую книгу вы бы подарили человеку, который вам не нравится, чтобы он немного помучился?

как хорошо, что настала осень. теперь мои загоны, апатия, тревожность, потеря интереса к жизни, выгорание, навязчивые мысли и чувство одиночества выглядят не как тревожные звоночки, а как сезонная эстетика.

в какой-то момент любовь перестает казаться великой тайной и становится плохо сыгранным фарсом. чужие признания звучат фальшиво, цитаты о вечности — почти нелепо. ты читаешь их и не понимаешь, как когда-то мог верить в эти слова. внутри не больно, просто пусто. и, пожалуй, это самое страшное: когда уже не хочется ни верить, ни разуверяться.