Увидел в ленте новостей имя журналистки Оксаны Баулиной, погибшей под обстрелом в Киеве, и понял, что откуда-то знаю эту фамилию. Оказалось, цифровые глубины Интернета помнят всё.
Минута поисков в почтовом ящике — и действительно, 7 лет назад я написал типичное письмо: «Здравствуйте, я такой-то, пишу о таком-то, хотел бы...» в журнал Glamour, шеф-редактором которого была Оксана Баулина. Это была максимально странная переписка длиной в пару недель: мне отчего-то казалось, что написать рецензию на фильм Саши Дженкинса Fresh Dressed, который в том году показывали на Beat Film Festival, было бы круто именно в Glamour (не спрашивайте; у всех кинокритиков случаются идиократические озарения, особенно когда на глазах розовые очки).
Для протокола: рецензии (и тогда, и сейчас), если ты — непрофильное медиа, просто не нужны. Текст текстом, а просмотры / клики важнее. Оксана пишет: «Тимур, а вы модой интересуетесь, раз Fresh Dressed собираетесь смотреть? Ну напишите нам подборку, подборки неплохо собирают». Всё, что я знаю о моде в 2015-м, укладывается в два слова — Burda (потому что мама шьёт и выписывает этот журнал) и Glamour (потому что годом ранее прочёл «Кто-нибудь видел мою девчонку» Карины Добротворской, когда-то не последним человеком в Conde Nast Россия). Я пишу: «Могу, но подборки это же скучно. Давайте лучше классическое ревью, как в Вэрайети». «Знаете, что в этом журнале первая кинорецензия на фильм появилась?», — зачем-то спрашиваю я Оксану Баулиной, апеллируя к первому попавшемуся
тезису из Википедии.
В 2015-м в мире кинопрессы я ноль без палочки. Меня никто не знает, я ничего из себя не представляю. Пишу в свободное от работы психологом время в арт-журнал «Около» самые странные тексты в жизни, которые никто не правит (мне кажется, что это круто; какое заблуждение). И переписка с человеком из Glamour'а, который — о, Господи — соизволил ответить на моё письмо по электронной почте, кажется не иначе как подарком судьбы.
Эти несколько писем Оксаны в моём электронном ящике — единственная связь с этим человеком. Мы даже не были знакомы, поэтому у меня вроде как не должно ёкать ничего личного. Разве что профессиональное — все мы в большой медийной лодке, пусть и в разных её каютах (Оксана сменила глянец на репортажи и интервью общественно-политического спектра). Вот был человек, и нет его. Только память остаётся, вот в таких, казалось бы, несуразных цифровых осколках. Какие теперь рецензии, какой Glamour, какой Саша Дженкинс — Fresh Dressed я так и не посмотрел, расстроившись, что женскому журналу о моде не нужна моя «классическая рецензия». Как, сука, в Вэрайети.