EAST

Гражданская война в Таджикистане была первым конфликтом на территории бывшего СССР, где одна из противоборствующих сил использовала исламистскую идеологию. Потом это повторилось на Северном Кавказе, где и чеченские сепаратисты и их единомышленники из соседних республик считали, что борются с кафирами, отстаивая свою веру. Сегодня в большинстве среднеазиатских стран у власти стоят светские авторитарные руководители, жестко расправляющиеся со сторонниками жизни по законам шариата. Но твердой уверенности, что так будет всегда, нет. Нищета, чудовищная коррупция, расцвет проституции — именно таким оказался капитализм среднеазиатского разлива. И в этой ситуации многие видят альтернативу коммунизму и дикому капитализму в создании исламского государства. Недавняя же победа «Талибана» (запрещенная в России террористическая организация) в соседнем Афганистане лишь укрепляет оптимизм среднеазиатских сторонников шариата.

Лайф-фото, найденные на одном маленьком палестинском форуме. На них изобрежены кусочки жизни в Газе. Каждый снимок жив и отражает тоску и ужас происходящего. Каждый мусульманин, живущий на своей земле не может выдохнуть и чувствовать себя спокойно. Каждый дом заполнен мольбами и дуа от притеснителей. Каждый день мы уповаем на Аллаха и нет ясности какая из жизней будет унесена тагутом на этот раз. Непонятно, какой из домов будет опустошен и чей ребенок погибнет на этом пути. Разрушенные мечети, пустые дома, вдовы и, оставленные своими детьми, мамы. Страдание стало испытанием от Всевышнего, которое народ Палестины несет как самую тяжелую ношу. Защищают одну из самых больших драгоценностей нашего бренного мира - мечеть Аль-Аксу, когда-то ставшей самой первой Киблой для мусульман. «Молитва в Заповедной мечети стоит на 100 000 молитв, молитва в моей мечети - на 1000 молитв, а молитва в Иерусалиме (Аль-Аксе) - на 500 молитв больше, чем в любой другой мечети» (Бухари). Мы просим у Всевышнего прислить к числу шахидов каждого, погибшего там. Ин Ша Аллах.

Дагестан, Цахурская долина

Фотопроект о простой и суровой жизни пастухов в горах Тушетии. Дмитрий Гомберг родился в Москве в 1980 году. В двадцать лет переехал в Нью-Йорк. Сменив множество рабочих мест и профессий, в 2005 году занялся фотографией. Закончил годичный курс документальной фотографии в Международном центре фотографии (ICP), вскоре после чего уехал в Грузию. Здесь он прожил пять лет вместе с пастухами в горах Тушетии. Фотографии Дмитрия посвящены простой и суровой жизни тушинских чабанов. Они каждый год перегоняют свои стада на горные пастбища и обратно, преодолевая 200 километров «тушинского пути», и варят из овечьего молока знаменитый тушинский сыр, созревающий в плотно завязанных бурдюках.

Медресе селения Ашага-Стал В этом медресе получал религиозное образование один из основателей мюридизма на северном Кавказе и учитель имамов Дагестана и Чечни - Магомед Ярагский. Также в этом медресе обучались в своё время Гасан Алкадари, Етим Эмин, Ших-Буба и сыновья самого Атлухана Эфенди (учёный-арабист). «Из духовного кризиса Магомед Ярагский мог выйти, выбрав один из трех реальных путей спасения. Первый: Идти вперед как ни в чем не бывало. Не принимать к сердцу происходящие в округе народные трагедии, благо сам он достаточно обеспечен и не тревожится ни аслан-хановским управлением, ни русских гарнизоном, обосновавшимся большей частью в Кулларах, в сорока верстах от Ярага. Второй путь — всеми чувствами и силами восстать против начавшейся тирании жестокого и властолюбивого хана. Такой путь подсказывала история, ибо гнет вызывает сопротивление, а жестокость — мщение. Но был и третий путь — уйти в свой внутренний мир, отключиться от давящих извне сил, уединиться, отойти от мирских забот. Характер у Магомеда Ярагского сформировался такой, что он не мог равнодушно взирать на торжествующую несправедливость, но и не был столь неразумен, чтобы выйти на сельскую площадь и звать население к неповиновению военно-полицейским властям. Магомед Ярагский выбрал третий путь, путь, который в исламе с давних времен получил название «тарикат». Естественно, ярагский проповедник не сразу пришел к нему. Сомнения терзали его ранимую душу, но одолев их, он определенно вышел на тарикат, считая, что этот путь ислама наиболее соответствует сложившимся обстоятельствам. Такой выбор был крайне значим для него. Об этом свидетельствует фраза из его сочинения «Асар», где он указывает точное время и точный свой возраст, когда он выбрал тарикат. Магомед Ярагский от мечает, что «вступил на путь тариката в 1237 году в возрасте 51 года». Агеев А. «Магомед Ярагский»

в вк есть теплейший чат для сестер, уже некоторые знакомы лично. кому хочется @lehsoup - напишите мне для вступления.

Умида Ахмедова — фотограф, кинематографист. Одна из самых известных документалистов региона. Первая женщина-кинооператор Центральной Азии. В своем творчестве Умида Ахмедова исследует современное общество Узбекистана и его актуальные проблемы. Благодаря документальным работам Ахмедовой, зрители Центральной Азии и других регионов мира узнали о неизвестных людях, территориях и процессах в Узбекистане. За свое творчество и художественные принципы в период режима президента Ислама Каримова Умида Ахмедова на протяжении несколько лет подвергалась политическому давлению и уголовному преследованию. В январе 2010 года Умиде Ахмедовой за ее документалистские проекты были предъявлены обвинения в клевете и «оскорблении традиций народов Республики Узбекистан». В связи с этим была сформирована международная группа поддержки Умиды Ахмедовой и петиция в ее защиту под лозунгом: «Узбекистан, гордись Умидой!». В январе 2014 года Умида Ахмедова вновь подвергалась судебному преследованию — из-за присутствия на акции в поддержку Евромайдана. Умида Ахмедова — одна из самых храбрых персон в культуре Узбекистана и Центральной Азии. Она по-прежнему работает в Узбекистане, она по-прежнему работает в сфере актуальной документалистики, она по-прежнему открывает неизвестные истории своей страны.